ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Старик и Ерик

 

Старик и Ерик

12 ноября 2014 - Сергей ПлУгарев

Старик и Ерик

 
                                  Старик и Ерик.

                    (Пресноводный сюжет для Хемингуэя)

    

    В Волго-Ахтубинской пойме есть много водоемов, которые имеют русло. Одни соединяют озёра, другие даже Волгу с Ахтубой. Вот они и называются ериками.

                              (рассказ по воспоминаниям молодости)

 
                                   Виктор.

         Мы с друзьями любили ездить на один из таких ериков, ерик Орлиный. На берегу стоял дом бывшего егеря Виктора и небольшой охотничий домик. Познакомились с Виктором, когда он был настоящим егерем. Командир роты десантников, капитан Сухарев Виктор Андреевич был уволен из армии по состоянию здоровья. Здоровье потерял в Афганистане, вследствие тяжелого ранения. Государство назначило пенсию и выделило квартиру, но Виктор мечтал жить на природе. Устроился егерем в охотничье хозяйство. Большую часть времени жил в охотничьем домике, правда в город на своей «копейке» приходилось мотаться часто, как ни как семья. Рядом с охотничьим домиком, постепенно, построил еще один большой дом. Когда дочь вышла замуж, оставил ей свою квартиру. Жена переехала к Виктору на природу. В охотничьем хозяйстве царил порядок. Браконьеры обходили «Сухаревские» места стороной. Виктору грозили, пытались поджечь дом. Один раз, разбрызгав стекло по кровати, влетела тяжелая охотничья пуля и застряла в настенных часах. Эх! Ну не стоило пугать азартного десантника, прошедшего Афган. Дичь и рыба  радовали охотников и рыбаков. Стрелок с поджигателем стали радовать соседей по нарам рассказами о своих «подвигах»

     Начальство Виктора уважало и помогало. Рядовые охотники, вообще души в нем не чаяли. Всегда подскажет, всегда поможет, устроит на ночлег и разбудит когда надо. Виктору везли всё что он попросит. У него оставляли свои вещи, чтобы не возить туда сюда. Лодки, палатки, костюмы, сапоги, удочки, спиннинги, ледобуры, всё хранилось как в камере хранения. Потерянные вещи частенько через Виктора находили своих хозяев. Вроде бы все шло хорошо НО, в нашей стране хорошо долго не бывает.

     Сменилось начальство у Виктора. Новое руководство с «нужными» людьми и не с жёнами, зачастило в охотничий домик. Домик трещал от гулянок, но не развалился. В одну из оргий он просто сгорел. Если бы не Виктор, то сгорели бы все постояльцы охотничьего домика. Виктор спас, но не всех. Тяжело вытаскивать людей, которые в пьяном недоумении сопротивляются. За одежду не зацепишься, ее нет! А тела у них жирные, потные и скользкие от жары. Кого Виктор вытащил, не сразу поняли что случилось. На кого рухнула горящая крыша, уже никогда не поймут. Домик Виктор отстроил, помощников хоть отбавляй. Среди охотников и рыболовов нашлись строители, прорабы, директора заводов и строительных организаций. Домик получился на славу. В те времена люди не стеснялись помогать безкорыстно.

     Только вот так получилось, что не тех Витя вытащил из огня. Начальство начальству рознь. Многие вельможи мечтают видеть в подчиненных, своих холуёв. У самих душонка холуйская, особенно её видно при общении с более высоким начальством. Со своим характером Виктор попал в опалу. Следователю про пожар Виктор рассказал чистую правду, хотя начальство просило дать другие показания. На егеря стали давить. В один из сезонов продали лицензий на отстрел копытных непомерно много. Виктор отказался обслуживать. Начались скандалы. Когда высокое руководство с «нужными людьми» незаконно отстреляло 18 лосей, терпение егеря лопнуло. Виктор поехал в Москву. Неделю добивался правды. Добился, но только на половину. Браконьеров наказали, но не сильно. Виновники отделались штрафами  взятками и остались на своих должностях. Сухарева Виктора Андреевича из егерей уволили и хотели отнять у него дом, который он строил сам. Состоялся суд. На удивление судебной ошибки не произошло. Дом остался у Виктора. Впрочем, почему на удивление? Среди высокого руководства в те времена, были и нормальные люди.

 

                                                          Семёныч.

 

     Охотничий домик, официально, принадлежал городскому охот обществу. Ключи у бывшего егеря забрали и отдали новому. Новый егерь, Владимир Семенович, жил на хуторе в 14ти километрах от Виктора. До пенсии оставалось два года. За «просто так» работать не любил. Одно время наработался за восемь лет «в местах не столь отдаленных»  Мужик тихий, спокойный и очень хитрющий. Но самое главное оказался человеком с нормальной совестью. Восемь лет «зоны» не прошли даром. Владимир Семенович «Семёныч» научился быстро распознавать людей и определять кто чего стоит. Он знал историю бывшего егеря. Был наслышан про «войну» Виктора с большим начальством. Про себя подумал: «Я бы так не смог» Но кое-что у него получилось.  «Перепрыгнул» через голову начальства. В областном центре «выбил» для Виктора удостоверение внештатного охотинспектора. Хитрый Семёныч  повозил по лучшим местам поймы партийную элиту области. Организовал с помощью Виктора, хорошую охоту на кабана. Заручился их поддержкой и мог выпросить все что надо. Было чем подкормить птицу и зверя зимой. На Орлином ерике стояла новая маленькая пристань. У пристани покачивались на волнах новые пластиковые лодки. Семёныч почувствовал себя хозяином. Со своим «недогоревшим» начальством уже разговаривал «открытым текстом» Создавалось впечатление, что начальник у них он.. Нам говорил: «Мужики! Наверху власть меняется. Этих «сявок» скоро здесь не будет» Так и случилось. В угодьях царили спокойствие и порядок, только лосей больше никто не видел.


 
 

                                                                 Дед.

 

     Деда Сашу знали все завсегдатаи Орлиного ерика. Редко на мотоцикле, а чаще на древнем велосипеде дед постоянно приезжал на рыбалку. Оставлял свой наземный транспорт у Виктора, забирал свой водный транспорт. Водный транспорт - одноместная резиновая лодка. Дед ловил все время на одном и том же месте. Ловил не долго. Некоторые еще только собирались на рыбалку, а дед уже назад плывет. На вопрос: «Дед? не клюет что ли?» он отвечал: «Когда не клюет я дольше сижу» «А покажи что поймал?» Дед Саша охотно показывал садок. В самодельном  садке были либо увесистый сазан, либо широченные лещи, либо караси, одного хватит на сковороду. Более мелкую рыбу дед отпускал. Раз в году летом дед приезжал на мотоцикле с коляской. Ловил долго и много. Виктор шутил: «Сегодня рыбе не повезло. Завтра к деду дети с внуками приезжают»

     Смотреть дедов улов собирался весь рыболовный народ. Кто-то спросил: «Дед! Ты какую молитву перед рыбалкой читаешь?» «Сынки! Не в молитве дело. Просто я здесь с детства ловлю. Да и это разве рыба? Вот раньше, до постройки ГЭСа, сомы водились десять ступней в длину в растоптанных сапогах» Я, своими сапогами, отмерил 10 ступней. Получилось 3 метра. Семеныч возразил: «Дядь Саша, ну и мастер ты заливать. Откуда в этом ерике такие крокодилы?» Дед ответил: «Ты Володенька в то время зону топтал, а мы ловили рыбу настоящую. А такой вот свиней кормили» дед махнул рукой на лодку, в которой лежало ведра три разной рыбы. Семёныч на дедовы замечания не обиделся, помог загрузить рыбу в коляску. От долгого пребывания на солнце, на лице деда Саши, проявлялся страшный шрам от давнего ожога. Пословица, что шрамы украшают мужчин, здесь была совсем неуместна. Слишком большим и страшным было это украшение. Да и сделал его явно не мастер ювелирных работ. Но дед Саша был как ясное солнышко. Сам не обижался на шутки и не упускал момента кого ни будь «подковырнуть» Охотно учил молодых уму разуму и обязательно шутил при этом.

      За два дня до открытия охоты на утку, мы с отцом, приехали к Виктору на ерик. Поставить вешки, занять любимые места. Помочь Семёнычу распределить охотников по местам. На открытие охоты приезжали всевозможные начальники, многие чувствовали себя «пупами земли» Но Семеныч умел всех успокоить, как ни как в охотничьем домике будет отдыхать «обком с облисполкомом». На следующее утро в пятницу приехал дед Саша на мотоцикле. Вытащил из коляски чехол с ружьем и отнес к Виктору в дом. Подошел к нам, поздоровался и спросил: «Ну что, сынки, уху сварганим?» Отец ответил улыбаясь: «Александр Алексеевич, вчера пол дня не клевало, а потом как отрезало! Одного компонента для ухи не хватает - рыбы!  Всё остальное для ухи уже поймали» Дед шутку понял и переспросил: «А всего остального много наловили?» Отец: «Поймали немножко, соли с картошкой, немножко пшена и водки до хрена!» Дед почесал нос: «В компанию примете? Компонент будет!» Вот так шутя и договорились.   

     Я был рад, что дед Саша будет открывать охоту с нами. Мне нравится сидеть у костра, слушать рассказы старых повидавших виды людей. После таких посиделок как после хорошего фильма, настроение разное, но доброе. Хорошее кино, веселое или трагичное душу обязательно зацепит. Так и получилось в этот раз.

     Дед накачал лодку и уплыл рыбачить. Подъехал директор бетонного завода с сыном. Сразу напросился к нам в компанию. Евстратов Николай Дмитриевич в простой рыбацкой одежде выглядел так, что никто не догадался бы, что он большой начальник. На охотах и рыбалках все забывали, что он директор. Он сам таскал дрова, чистил рыбу, в общем свой «в доску» Единственное, что его выдавало - это черная «волга» с номерами, которым гаишники отдают честь. На вопрос: «Дмитрич? А ты чего не в домике с «ними»? ответил: «Да пошли они …. Я еще должен выбирать какой анекдот можно, а какой нельзя. Они приедут с жёнами и детьми, в общем не попердеть и не поматериться» На том и порешили. Переехали подальше от домика, поставили палатки. Отец накачал лодку, сплавал к деду Саше, рассказал в каком мы месте и что мотоцикл и ружье уже там.


 
 

                                                      Усатый ворюга.

 

     Вернулся отец с рыбой деда. Дмитрич с большим восторгом громко произнес: «Ребята! Я сейчас такую уху сделаю! Тройную! Только помогите немножко» Уха была почти готова, когда увидели странную картину. Дед Саша вплавь тащил за собой лодку. Мы кинулись к деду. Дед очень устал и отец помог ему выбраться на скользкий берег. В лодке заворочался громадный сом. Пытался вылезти, но было уже поздно. Наша помощь подоспела вовремя. Дед Саша отдышался, подошел к сому, слегка пнул в бок ногой и сказал: «Ну что, попался усатый ворюга! Сынки, он у меня садок с рыбой чуть не спёр!» Дед снял с себя мокрую одежду, обнажив страшные шрамы на теле от бывших ожогов. Выжал свои штаны и, выбросив из кармана мокрую пачку сигарет обратился к Семенычу: «Ну что Володенька, теперь веришь, что в Орлином большие сомы водились?» Семеныч тупо смотрел на сома и молчал. Я отмерил ступнями длину рыбы, получилось семь с половиной. Семеныч вышел из оцепенения и смог произнести: «Дядь Сань, дядь Сань, ну ты это, ну дядь Сань, ну ты блин, ты расскажи ну как это, ну взял-то, этого монстра?» Директор завода наконец вспомнил, что он большой начальник: «Мужики! Болтать не мешки грузить. Уха стынет и водка выдыхается. А ну все к столу. Там нам дед и расскажет» Дмитрич достал из багажника капроновый шнур, основательно через жабры привязал сома и ловко стащил рыбину в воду. Приближался вечер, а мы еще не обедали. Все проголодались, да и не терпелось услышать рассказ деда Саши. Раньше, его рассказы казались небылицами. Сегодняшний день, все повернул в обратную сторону. Если бы дед рассказал сказку, честно говорю поверил бы.

 

                               Пресноводный сюжет для Хемингуэя.

 

      Дед Саша знаменитый рассказ Хемингуэя читал, но не догадывался, что с ним произойдет немного похожая маленькая история. Ерик – это не море, акулы в нем не водятся, да и сом поменьше марлина будет, но соперник тоже серьезный и опасный.                   

 После того как мой отец отчалил от деда и повез рыбу для ухи, дед решил поймать «серьезную» рыбу. Судак считается серьезной рыбой, но деду попался малыш на пол кило. Да еще заглотил приманку так, что пришлось делать операцию по извлечению крючка. На кровь судачка из ямы вышел сом и вцепился в садок деда. Дед ударил маленьким веслом по воде. Сом ушел, обрызгав рыбака и лодку. «Старый сомятник» дед Саша догадался кто хотел его ограбить, хотя толком не рассмотрел истинных размеров подозреваемого. Дед давно сомов не ловил, думал что перевелась эта рыба в здешних местах, но снасть «квок» и колотушку, всегда возил в рюкзаке, на всякий случай. «Квок» – это манок для сома, но по красочному описанию деда Саши, «квок» это музыкальный инструмент для исполнения сладостной симфонии для усатой рыбы. После чего та дуреет, и готова схватить даже давно не стираный носок.

     Насадив на очень большой крючок остатки от несчастного судачка, дед начал «квочить» медленно проплывая над ямой. Сома, посягнувшего на садок, дед Саша оценил килограммов на 15. Когда тот взялся дед сразу понял, что сильно просчитался. Таких «крокодилов» надо ловить на более надежных лодках, с помощниками и не в таком возрасте. Не дай бог шнур перехлестнет и потянет за руку или за ногу. Или за весло - лодка то старая и маленькая. Дед Саша думал обрезать шнур, но потом в душе выругался на себя и произнес вслух: «Да сколько той жизни то?» и решил бороться до конца. Сом ушел на дно и остановился. Дед потянул на себя, следя чтобы шнур не захлестнул за весла и другие принадлежности. Сом рванул в сторону, а потом под лодку. Дед понял, что в таком положении лодку может перевернуть. Потянулся за ножом. Но маленькая лодочка развернулась сама. Рыба почувствовала, что от нее не отстанут. Вышла из ямы и пошла по мелководью. Дед вошел в азарт. Страхи улетучились. Он с такой маленькой лодочки никогда не ловил больших сомов. Резиновая лодка легко шла за сомом, легко поворачивалась и повторяла все маневры рыбы. Дед понял свои преимущества и не давал рыбе отдохнуть. Усталости не чувствовал ни тот ни другой. Дед сориентировался, что сом его дотащил почти до наших палаток. Решил на слабине шнура дойти до берега, привязать шнур к дереву и идти за помощью. Выругался: «Приеду домой бабку убью!!!» Супруга деда Саши пыталась выпросить капроновый шнур для сушки белья. Дед и думать об этом запретил. Бабка тайком отрезала сколько ей надо. Дед заметил пропажу, когда шнура до берега не хватило. Быстро перебирая руками дед вернулся к рыбе и продолжил борьбу. От сома пошли пузыри: «Ага! пердишь зараза!» радостно воскликнул дед (когда сом начинает пускать пузыри – это значит, что он устал и скоро сдастся) Дед подвел рыбу к лодке или лодку к рыбе. Сом рванул, дед бросил. Дед подводил рыбу к лодке, но когда та сильно сопротивлялась отпускал шнур. Так повторилось несколько раз. Наконец деду удалось несколько раз ударить рыбу между глаз старой дубовой колотушкой, предназначенной именно для этого. Сом сдался. Притопив борт лодки, дед втащил сома, вернее поддел лодкой рыбу. Сам же благоразумно покинул судно подумав: «Два орла в одном гнезде не уживутся, кто ни будь кого ни будь убьет» Посмотрел дед, до палаток рукой подать. Да и поплыл напрямую, таща за собой лодку с добычей. В этот момент мы его и увидели.


 
     Дед Саша закончил свой рассказ как всегда шуткой: «Я сынки, почему так быстро доплыл до вас. Не знаете?» Дед посмотрел на Семеныча, тот помотал головой. Дед продолжил: «Да потому что Володенька, если бы ты был внимательным, то заметил, что дедушка старенький и устал так, что от него такие пузыри сзади шли, ни какому сому не снились. На этих пузырях и доплыл. Боюсь рыбу в ерике потравил, ну всю!» Мы бы упали со смеху. Только стол на охоте – это брезентовый полог. Сидят за ним лёжа (могучий русский язык) После дед добавил уже серьезно: « Ты вот Вовчик, один раз в селе меня назвал старым п….болом. Вот теперь извиняйся паршивец!» Семеныч налил в кружки и вместо тоста, без лукавства, попросил прощения. Дед, закусив вареной рыбой, спросил: «Володенька, сома продать поможешь? Мне денежки нужны, хочу ружьишко новое справить» Семёныч: «Легко! я же сидел за коммерцию, а сейчас за это уже не сажают» В разговор ворвался Дмитрич: «Не! Не! Не! Мужики, сома покупаю я! Цену дам какую надо и садок свой деду дарю, а то его садок после сома никуда не годится. К нам в понедельник министр приезжает со свитой. Народу будет полная турбаза. Такая рыба в самый раз. Дед Саша, а сом сколько проживет на привязи?» «Да хоть неделю» «О, я его живым привезу» «Не надо! Он тебе багажник разворотит» Мы сидели у костра, выпивали, говорили о всякой всячине пока Виктор не спросил: «Деда Саша, а шрамы у тебя от куда?» Если бы дед не выпил, то может быть и не рассказал.

 

                                           Награда? Или расплата? (по рассказу деда)

 

     Любил дед Саша именно этот ерик. Ерик под названием Орлиный. Кто его так назвал дед не знал. Ну назвали и назвали. Вокруг деревни полно ериков и озер, и расположены они ближе, и рыбы в них полно, но дед постоянно ездил на Орлиный. С детства прикипело сердце у Александра к родным местам. Любил он и свое село. Здесь родился и вырос. Здесь закончил школу. В райцентре выучился на тракториста, но не уехал на заманчивые стройки. На тракторе работал в МТС, что в родном селе. Работал лучше всех. С отцом ходил на охоту, на рыбалку. Первое счастье испытал тоже здесь. За доблестный труд, правление колхоза «Сталинец» торжественно вручило Александру Алексеевичу Апарину велосипед. Как хорошо здоровыми молодыми ногами, всего пол часа покрутил педалями и ты уже на любимом берегу с удочкой. В свой день рождения решил Саша рыбы наловить. Тем более, что день рождения выпал на воскресенье. Детство заканчивалось, как никак 18 лет. Поехал затемно. Комары донимали, но вскоре успокоились – выпала роса. Рыба не хотела клевать в этот день. Уже солнце высоко, уже домой пора, всей семьей решили день рождения отметить. Рыбы Саша поймал мало, но не расстроился. Сосед и друг Иван Ковунов, взял с собой брата Саши Юрку, проверить свои сети и насыпать рыбки Сашке на день рождения. Когда Саша вернулся в село, то дома никого не застал. Даже младшая сестра Иринка куда-то подевалась. Все жители, собрались у правления колхоза. Женщины плакали, мужики курили самокрутки. 18 лет Саше, исполнилось 22 июня 1941 года.

     Вернулся с войны Александр. Вернулся в родное село. В орденах, медалях, в сержантских погонах. Ноги на месте, руки на месте. Страшные шрамы от ожогов, прятались под гимнастеркой. Только вот те, что были на лице, уже никуда не спрячешь. Но все равно повезло. Многие сельчане не вернулись, похоронены по половине Европы. Почти всю войну везло Сашке. Лихой механик водитель, уводил свою тридцать четверку от вражеских снарядов. Два раза все-таки пришлось выбираться из горящей машины, но обошлось без царапин. «Без царапин» образное выражение, ну кто на войне считает мелкие травмы и легкие контузии.

      Душевные увечья, тоже в личное дело не записываются. Как-то раз, после удачного боя, когда весь экипаж вылез из машины передохнуть и перекурить, командир решил справить мелкую нужду. Сильный ветер мешал произвести данную операцию. Саша пошутил над своим командиром - богом, другом и почти братом. Раздался громкий хохот экипажа. Командир с улыбкой послал всех и обозвал. На Сашино предложение помочь и подержать, командир расхохотался сам. То, что он делал стало получаться еще хуже и смешней. Все готовы были умереть со смеху. В этот момент из Сашиного сознания улетучилось тягостное ощущение войны. В этот момент мир стал чистым и добрым, каким он должен быть всегда. В один миг! Командира, друга, брата и бога, вообще весь этот чистый и добрый мир, шальной снаряд превратил, в кровавые дергающиеся куски. Один миг, и у двадцатилетнего паренька голова седая.


 
     Мечтал Саша, войну закончить в Берлине. Комбат обещал: «Ну что, Саша! Вот сейчас Берлин возьмем и буду просить начальство о следующей награде, а у тебя уже всё есть кроме героя. Заслужил» Последние пол года Александр водил танк комбата. Комбат, родом из Иркутска, был старше Александра аж на три года. Успел до войны стать заядлым охотником и рыбаком. Александр с комбатом наперебой рассказывали про рыбалку и охоту, о своих родных местах, каждый про свои. Мечтали ездить друг к другу в гости после войны. Умудрились даже, в затишье между боями, в одной немецкой речке наловить «немецких» окуньков. Вместе мечтали, вместе смылись на рыбалку, вместе получили п… от комполка. За 30км от Берлина, вместе горели в тридцать четверке. Третий раз Саша горел по «настоящему» Его успели вытащить друзья танкисты. Комбата и остальных не успели, рванул боекомплект.

     Врачи удивились, что после таких ожогов человек выжил. Человек как бы ни причем, вся слава молодости и везению. Подлечили, уволили в запас и отправили домой. Так закончилась война для Саши.

      Подумаешь шрамы, ведь молодой еще 23 года. Правда за шрамы и седые волосы его быстро в селе прозвали дедом. Не вернулся с войны брат Юрка. Отец ушел в ополчение и здесь рядышком в Сталинграде его могила. Мать в свои 42 года, выглядела старухой и от горя ослабела умом. Когда увидела Сашу, то сразу не узнала. Когда Александр уходил на войну, младшей сестренке Иринке было 13 лет. Сейчас Ирина Апарина была уже взрослой красавицей. Парней в селе и до войны было маловато, а после войны стало еще меньше. Братья близнецы Петровы, пришли с войны инвалидами. Две головы, две руки, две ноги на двоих. Научились играть вдвоем на одной гармошке, даже частушку про себя сочинили:

                                       Мы по утрате, не тоскуем

                                       И мы от горя, не ревем

                                       Есть две руки

                                       Есть две ноги

                                       И, есть два …

                                       И, кое-что, еще смогём.

     Сколько войн было, сколько еще будет, но пока на земле не уничтожат все живое, жизнь возьмет свое. Нашлись невесты для братьев Петровых. Две свадьбы в одну, отгуляло все село. Родной и ласковый ерик Орлиный своей водой, своим воздухом, своей рыбой вылечил Сашину душу, даже шрамы стали не так страшны. Вернулся с войны сосед и друг Иван. Задержался немного, пришлось бить японцев на Дальнем востоке. Ивану повезло больше всех, всю войну без единой «царапины» Комвзвода разведчиков, полный кавалер орденов славы, старший лейтенант Иван Ковунов, решил пробраться в дом незамеченным, сделать сюрприз. Но по дороге домой, может быть, растерял навыки разведчика. Сашина сестра Ирина увидела, что кто-то крадется по огороду. Взяла ружье и пошла брать в плен лазутчика. Взяла в плен, молодые люди встретились. Саша тоже вскоре женился. Два сына один за другим. Третий, незапланированный, родился в 1961. Юрка, так звали третьего, потрепал нервы родителям, особенно отцу. Юрка не виноват, что служить попал в Афганистан в самом начале не нашей войны. Именно в это время, были самые большие потери. Если бы с Юркой случилось что ни будь непоправимое, дед Саша наверное не вынес бы горя. И так по жизни досталось. Все обошлось, Юрка вернулся. Поступил в институт и выучился на строителя.

     Дед прервал свой рассказ. Скомандовал мне: «Серега, бери гитару! Петь будем! Темную ночь знаешь? Давай!

     Действительно старость – что это? Кому-то награда, а кому-то расплата. Глядя на Александра Алексеевича Апарина видно было, что человек он счастливый. Ждет в гости детей с внуками, просто знает зачем дальше жить. Мечтает же, новое ружье купить. И я был уверен, что и этот сом у него не последний.

                                                                                                     Плугарев С.Ю.

© Copyright: Сергей ПлУгарев, 2014

Регистрационный номер №0252530

от 12 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0252530 выдан для произведения:

Старик и Ерик

 
                                  Старик и Ерик.

                    (Пресноводный сюжет для Хемингуэя)

    

    В Волго-Ахтубинской пойме есть много водоемов, которые имеют русло. Одни соединяют озёра, другие даже Волгу с Ахтубой. Вот они и называются ериками.

                              (рассказ по воспоминаниям молодости)

 
                                   Виктор.

         Мы с друзьями любили ездить на один из таких ериков, ерик Орлиный. На берегу стоял дом бывшего егеря Виктора и небольшой охотничий домик. Познакомились с Виктором, когда он был настоящим егерем. Командир роты десантников, капитан Сухарев Виктор Андреевич был уволен из армии по состоянию здоровья. Здоровье потерял в Афганистане, вследствие тяжелого ранения. Государство назначило пенсию и выделило квартиру, но Виктор мечтал жить на природе. Устроился егерем в охотничье хозяйство. Большую часть времени жил в охотничьем домике, правда в город на своей «копейке» приходилось мотаться часто, как ни как семья. Рядом с охотничьим домиком, постепенно, построил еще один большой дом. Когда дочь вышла замуж, оставил ей свою квартиру. Жена переехала к Виктору на природу. В охотничьем хозяйстве царил порядок. Браконьеры обходили «Сухаревские» места стороной. Виктору грозили, пытались поджечь дом. Один раз, разбрызгав стекло по кровати, влетела тяжелая охотничья пуля и застряла в настенных часах. Эх! Ну не стоило пугать азартного десантника, прошедшего Афган. Дичь и рыба  радовали охотников и рыбаков. Стрелок с поджигателем стали радовать соседей по нарам рассказами о своих «подвигах»

     Начальство Виктора уважало и помогало. Рядовые охотники, вообще души в нем не чаяли. Всегда подскажет, всегда поможет, устроит на ночлег и разбудит когда надо. Виктору везли всё что он попросит. У него оставляли свои вещи, чтобы не возить туда сюда. Лодки, палатки, костюмы, сапоги, удочки, спиннинги, ледобуры, всё хранилось как в камере хранения. Потерянные вещи частенько через Виктора находили своих хозяев. Вроде бы все шло хорошо НО, в нашей стране хорошо долго не бывает.

     Сменилось начальство у Виктора. Новое руководство с «нужными» людьми и не с жёнами, зачастило в охотничий домик. Домик трещал от гулянок, но не развалился. В одну из оргий он просто сгорел. Если бы не Виктор, то сгорели бы все постояльцы охотничьего домика. Виктор спас, но не всех. Тяжело вытаскивать людей, которые в пьяном недоумении сопротивляются. За одежду не зацепишься, ее нет! А тела у них жирные, потные и скользкие от жары. Кого Виктор вытащил, не сразу поняли что случилось. На кого рухнула горящая крыша, уже никогда не поймут. Домик Виктор отстроил, помощников хоть отбавляй. Среди охотников и рыболовов нашлись строители, прорабы, директора заводов и строительных организаций. Домик получился на славу. В те времена люди не стеснялись помогать безкорыстно.

     Только вот так получилось, что не тех Витя вытащил из огня. Начальство начальству рознь. Многие вельможи мечтают видеть в подчиненных, своих холуёв. У самих душонка холуйская, особенно её видно при общении с более высоким начальством. Со своим характером Виктор попал в опалу. Следователю про пожар Виктор рассказал чистую правду, хотя начальство просило дать другие показания. На егеря стали давить. В один из сезонов продали лицензий на отстрел копытных непомерно много. Виктор отказался обслуживать. Начались скандалы. Когда высокое руководство с «нужными людьми» незаконно отстреляло 18 лосей, терпение егеря лопнуло. Виктор поехал в Москву. Неделю добивался правды. Добился, но только на половину. Браконьеров наказали, но не сильно. Виновники отделались штрафами  взятками и остались на своих должностях. Сухарева Виктора Андреевича из егерей уволили и хотели отнять у него дом, который он строил сам. Состоялся суд. На удивление судебной ошибки не произошло. Дом остался у Виктора. Впрочем, почему на удивление? Среди высокого руководства в те времена, были и нормальные люди.

 

                                                          Семёныч.

 

     Охотничий домик, официально, принадлежал городскому охот обществу. Ключи у бывшего егеря забрали и отдали новому. Новый егерь, Владимир Семенович, жил на хуторе в 14ти километрах от Виктора. До пенсии оставалось два года. За «просто так» работать не любил. Одно время наработался за восемь лет «в местах не столь отдаленных»  Мужик тихий, спокойный и очень хитрющий. Но самое главное оказался человеком с нормальной совестью. Восемь лет «зоны» не прошли даром. Владимир Семенович «Семёныч» научился быстро распознавать людей и определять кто чего стоит. Он знал историю бывшего егеря. Был наслышан про «войну» Виктора с большим начальством. Про себя подумал: «Я бы так не смог» Но кое-что у него получилось.  «Перепрыгнул» через голову начальства. В областном центре «выбил» для Виктора удостоверение внештатного охотинспектора. Хитрый Семёныч  повозил по лучшим местам поймы партийную элиту области. Организовал с помощью Виктора, хорошую охоту на кабана. Заручился их поддержкой и мог выпросить все что надо. Было чем подкормить птицу и зверя зимой. На Орлином ерике стояла новая маленькая пристань. У пристани покачивались на волнах новые пластиковые лодки. Семёныч почувствовал себя хозяином. Со своим «недогоревшим» начальством уже разговаривал «открытым текстом» Создавалось впечатление, что начальник у них он.. Нам говорил: «Мужики! Наверху власть меняется. Этих «сявок» скоро здесь не будет» Так и случилось. В угодьях царили спокойствие и порядок, только лосей больше никто не видел.


 
 

                                                                 Дед.

 

     Деда Сашу знали все завсегдатаи Орлиного ерика. Редко на мотоцикле, а чаще на древнем велосипеде дед постоянно приезжал на рыбалку. Оставлял свой наземный транспорт у Виктора, забирал свой водный транспорт. Водный транспорт - одноместная резиновая лодка. Дед ловил все время на одном и том же месте. Ловил не долго. Некоторые еще только собирались на рыбалку, а дед уже назад плывет. На вопрос: «Дед? не клюет что ли?» он отвечал: «Когда не клюет я дольше сижу» «А покажи что поймал?» Дед Саша охотно показывал садок. В самодельном  садке были либо увесистый сазан, либо широченные лещи, либо караси, одного хватит на сковороду. Более мелкую рыбу дед отпускал. Раз в году летом дед приезжал на мотоцикле с коляской. Ловил долго и много. Виктор шутил: «Сегодня рыбе не повезло. Завтра к деду дети с внуками приезжают»

     Смотреть дедов улов собирался весь рыболовный народ. Кто-то спросил: «Дед! Ты какую молитву перед рыбалкой читаешь?» «Сынки! Не в молитве дело. Просто я здесь с детства ловлю. Да и это разве рыба? Вот раньше, до постройки ГЭСа, сомы водились десять ступней в длину в растоптанных сапогах» Я, своими сапогами, отмерил 10 ступней. Получилось 3 метра. Семеныч возразил: «Дядь Саша, ну и мастер ты заливать. Откуда в этом ерике такие крокодилы?» Дед ответил: «Ты Володенька в то время зону топтал, а мы ловили рыбу настоящую. А такой вот свиней кормили» дед махнул рукой на лодку, в которой лежало ведра три разной рыбы. Семёныч на дедовы замечания не обиделся, помог загрузить рыбу в коляску. От долгого пребывания на солнце, на лице деда Саши, проявлялся страшный шрам от давнего ожога. Пословица, что шрамы украшают мужчин, здесь была совсем неуместна. Слишком большим и страшным было это украшение. Да и сделал его явно не мастер ювелирных работ. Но дед Саша был как ясное солнышко. Сам не обижался на шутки и не упускал момента кого ни будь «подковырнуть» Охотно учил молодых уму разуму и обязательно шутил при этом.

      За два дня до открытия охоты на утку, мы с отцом, приехали к Виктору на ерик. Поставить вешки, занять любимые места. Помочь Семёнычу распределить охотников по местам. На открытие охоты приезжали всевозможные начальники, многие чувствовали себя «пупами земли» Но Семеныч умел всех успокоить, как ни как в охотничьем домике будет отдыхать «обком с облисполкомом». На следующее утро в пятницу приехал дед Саша на мотоцикле. Вытащил из коляски чехол с ружьем и отнес к Виктору в дом. Подошел к нам, поздоровался и спросил: «Ну что, сынки, уху сварганим?» Отец ответил улыбаясь: «Александр Алексеевич, вчера пол дня не клевало, а потом как отрезало! Одного компонента для ухи не хватает - рыбы!  Всё остальное для ухи уже поймали» Дед шутку понял и переспросил: «А всего остального много наловили?» Отец: «Поймали немножко, соли с картошкой, немножко пшена и водки до хрена!» Дед почесал нос: «В компанию примете? Компонент будет!» Вот так шутя и договорились.   

     Я был рад, что дед Саша будет открывать охоту с нами. Мне нравится сидеть у костра, слушать рассказы старых повидавших виды людей. После таких посиделок как после хорошего фильма, настроение разное, но доброе. Хорошее кино, веселое или трагичное душу обязательно зацепит. Так и получилось в этот раз.

     Дед накачал лодку и уплыл рыбачить. Подъехал директор бетонного завода с сыном. Сразу напросился к нам в компанию. Евстратов Николай Дмитриевич в простой рыбацкой одежде выглядел так, что никто не догадался бы, что он большой начальник. На охотах и рыбалках все забывали, что он директор. Он сам таскал дрова, чистил рыбу, в общем свой «в доску» Единственное, что его выдавало - это черная «волга» с номерами, которым гаишники отдают честь. На вопрос: «Дмитрич? А ты чего не в домике с «ними»? ответил: «Да пошли они …. Я еще должен выбирать какой анекдот можно, а какой нельзя. Они приедут с жёнами и детьми, в общем не попердеть и не поматериться» На том и порешили. Переехали подальше от домика, поставили палатки. Отец накачал лодку, сплавал к деду Саше, рассказал в каком мы месте и что мотоцикл и ружье уже там.


 
 

                                                      Усатый ворюга.

 

     Вернулся отец с рыбой деда. Дмитрич с большим восторгом громко произнес: «Ребята! Я сейчас такую уху сделаю! Тройную! Только помогите немножко» Уха была почти готова, когда увидели странную картину. Дед Саша вплавь тащил за собой лодку. Мы кинулись к деду. Дед очень устал и отец помог ему выбраться на скользкий берег. В лодке заворочался громадный сом. Пытался вылезти, но было уже поздно. Наша помощь подоспела вовремя. Дед Саша отдышался, подошел к сому, слегка пнул в бок ногой и сказал: «Ну что, попался усатый ворюга! Сынки, он у меня садок с рыбой чуть не спёр!» Дед снял с себя мокрую одежду, обнажив страшные шрамы на теле от бывших ожогов. Выжал свои штаны и, выбросив из кармана мокрую пачку сигарет обратился к Семенычу: «Ну что Володенька, теперь веришь, что в Орлином большие сомы водились?» Семеныч тупо смотрел на сома и молчал. Я отмерил ступнями длину рыбы, получилось семь с половиной. Семеныч вышел из оцепенения и смог произнести: «Дядь Сань, дядь Сань, ну ты это, ну дядь Сань, ну ты блин, ты расскажи ну как это, ну взял-то, этого монстра?» Директор завода наконец вспомнил, что он большой начальник: «Мужики! Болтать не мешки грузить. Уха стынет и водка выдыхается. А ну все к столу. Там нам дед и расскажет» Дмитрич достал из багажника капроновый шнур, основательно через жабры привязал сома и ловко стащил рыбину в воду. Приближался вечер, а мы еще не обедали. Все проголодались, да и не терпелось услышать рассказ деда Саши. Раньше, его рассказы казались небылицами. Сегодняшний день, все повернул в обратную сторону. Если бы дед рассказал сказку, честно говорю поверил бы.

 

                               Пресноводный сюжет для Хемингуэя.

 

      Дед Саша знаменитый рассказ Хемингуэя читал, но не догадывался, что с ним произойдет немного похожая маленькая история. Ерик – это не море, акулы в нем не водятся, да и сом поменьше марлина будет, но соперник тоже серьезный и опасный.                   

 После того как мой отец отчалил от деда и повез рыбу для ухи, дед решил поймать «серьезную» рыбу. Судак считается серьезной рыбой, но деду попался малыш на пол кило. Да еще заглотил приманку так, что пришлось делать операцию по извлечению крючка. На кровь судачка из ямы вышел сом и вцепился в садок деда. Дед ударил маленьким веслом по воде. Сом ушел, обрызгав рыбака и лодку. «Старый сомятник» дед Саша догадался кто хотел его ограбить, хотя толком не рассмотрел истинных размеров подозреваемого. Дед давно сомов не ловил, думал что перевелась эта рыба в здешних местах, но снасть «квок» и колотушку, всегда возил в рюкзаке, на всякий случай. «Квок» – это манок для сома, но по красочному описанию деда Саши, «квок» это музыкальный инструмент для исполнения сладостной симфонии для усатой рыбы. После чего та дуреет, и готова схватить даже давно не стираный носок.

     Насадив на очень большой крючок остатки от несчастного судачка, дед начал «квочить» медленно проплывая над ямой. Сома, посягнувшего на садок, дед Саша оценил килограммов на 15. Когда тот взялся дед сразу понял, что сильно просчитался. Таких «крокодилов» надо ловить на более надежных лодках, с помощниками и не в таком возрасте. Не дай бог шнур перехлестнет и потянет за руку или за ногу. Или за весло - лодка то старая и маленькая. Дед Саша думал обрезать шнур, но потом в душе выругался на себя и произнес вслух: «Да сколько той жизни то?» и решил бороться до конца. Сом ушел на дно и остановился. Дед потянул на себя, следя чтобы шнур не захлестнул за весла и другие принадлежности. Сом рванул в сторону, а потом под лодку. Дед понял, что в таком положении лодку может перевернуть. Потянулся за ножом. Но маленькая лодочка развернулась сама. Рыба почувствовала, что от нее не отстанут. Вышла из ямы и пошла по мелководью. Дед вошел в азарт. Страхи улетучились. Он с такой маленькой лодочки никогда не ловил больших сомов. Резиновая лодка легко шла за сомом, легко поворачивалась и повторяла все маневры рыбы. Дед понял свои преимущества и не давал рыбе отдохнуть. Усталости не чувствовал ни тот ни другой. Дед сориентировался, что сом его дотащил почти до наших палаток. Решил на слабине шнура дойти до берега, привязать шнур к дереву и идти за помощью. Выругался: «Приеду домой бабку убью!!!» Супруга деда Саши пыталась выпросить капроновый шнур для сушки белья. Дед и думать об этом запретил. Бабка тайком отрезала сколько ей надо. Дед заметил пропажу, когда шнура до берега не хватило. Быстро перебирая руками дед вернулся к рыбе и продолжил борьбу. От сома пошли пузыри: «Ага! пердишь зараза!» радостно воскликнул дед (когда сом начинает пускать пузыри – это значит, что он устал и скоро сдастся) Дед подвел рыбу к лодке или лодку к рыбе. Сом рванул, дед бросил. Дед подводил рыбу к лодке, но когда та сильно сопротивлялась отпускал шнур. Так повторилось несколько раз. Наконец деду удалось несколько раз ударить рыбу между глаз старой дубовой колотушкой, предназначенной именно для этого. Сом сдался. Притопив борт лодки, дед втащил сома, вернее поддел лодкой рыбу. Сам же благоразумно покинул судно подумав: «Два орла в одном гнезде не уживутся, кто ни будь кого ни будь убьет» Посмотрел дед, до палаток рукой подать. Да и поплыл напрямую, таща за собой лодку с добычей. В этот момент мы его и увидели.


 
     Дед Саша закончил свой рассказ как всегда шуткой: «Я сынки, почему так быстро доплыл до вас. Не знаете?» Дед посмотрел на Семеныча, тот помотал головой. Дед продолжил: «Да потому что Володенька, если бы ты был внимательным, то заметил, что дедушка старенький и устал так, что от него такие пузыри сзади шли, ни какому сому не снились. На этих пузырях и доплыл. Боюсь рыбу в ерике потравил, ну всю!» Мы бы упали со смеху. Только стол на охоте – это брезентовый полог. Сидят за ним лёжа (могучий русский язык) После дед добавил уже серьезно: « Ты вот Вовчик, один раз в селе меня назвал старым п….болом. Вот теперь извиняйся паршивец!» Семеныч налил в кружки и вместо тоста, без лукавства, попросил прощения. Дед, закусив вареной рыбой, спросил: «Володенька, сома продать поможешь? Мне денежки нужны, хочу ружьишко новое справить» Семёныч: «Легко! я же сидел за коммерцию, а сейчас за это уже не сажают» В разговор ворвался Дмитрич: «Не! Не! Не! Мужики, сома покупаю я! Цену дам какую надо и садок свой деду дарю, а то его садок после сома никуда не годится. К нам в понедельник министр приезжает со свитой. Народу будет полная турбаза. Такая рыба в самый раз. Дед Саша, а сом сколько проживет на привязи?» «Да хоть неделю» «О, я его живым привезу» «Не надо! Он тебе багажник разворотит» Мы сидели у костра, выпивали, говорили о всякой всячине пока Виктор не спросил: «Деда Саша, а шрамы у тебя от куда?» Если бы дед не выпил, то может быть и не рассказал.

 

                                           Награда? Или расплата? (по рассказу деда)

 

     Любил дед Саша именно этот ерик. Ерик под названием Орлиный. Кто его так назвал дед не знал. Ну назвали и назвали. Вокруг деревни полно ериков и озер, и расположены они ближе, и рыбы в них полно, но дед постоянно ездил на Орлиный. С детства прикипело сердце у Александра к родным местам. Любил он и свое село. Здесь родился и вырос. Здесь закончил школу. В райцентре выучился на тракториста, но не уехал на заманчивые стройки. На тракторе работал в МТС, что в родном селе. Работал лучше всех. С отцом ходил на охоту, на рыбалку. Первое счастье испытал тоже здесь. За доблестный труд, правление колхоза «Сталинец» торжественно вручило Александру Алексеевичу Апарину велосипед. Как хорошо здоровыми молодыми ногами, всего пол часа покрутил педалями и ты уже на любимом берегу с удочкой. В свой день рождения решил Саша рыбы наловить. Тем более, что день рождения выпал на воскресенье. Детство заканчивалось, как никак 18 лет. Поехал затемно. Комары донимали, но вскоре успокоились – выпала роса. Рыба не хотела клевать в этот день. Уже солнце высоко, уже домой пора, всей семьей решили день рождения отметить. Рыбы Саша поймал мало, но не расстроился. Сосед и друг Иван Ковунов, взял с собой брата Саши Юрку, проверить свои сети и насыпать рыбки Сашке на день рождения. Когда Саша вернулся в село, то дома никого не застал. Даже младшая сестра Иринка куда-то подевалась. Все жители, собрались у правления колхоза. Женщины плакали, мужики курили самокрутки. 18 лет Саше, исполнилось 22 июня 1941 года.

     Вернулся с войны Александр. Вернулся в родное село. В орденах, медалях, в сержантских погонах. Ноги на месте, руки на месте. Страшные шрамы от ожогов, прятались под гимнастеркой. Только вот те, что были на лице, уже никуда не спрячешь. Но все равно повезло. Многие сельчане не вернулись, похоронены по половине Европы. Почти всю войну везло Сашке. Лихой механик водитель, уводил свою тридцать четверку от вражеских снарядов. Два раза все-таки пришлось выбираться из горящей машины, но обошлось без царапин. «Без царапин» образное выражение, ну кто на войне считает мелкие травмы и легкие контузии.

      Душевные увечья, тоже в личное дело не записываются. Как-то раз, после удачного боя, когда весь экипаж вылез из машины передохнуть и перекурить, командир решил справить мелкую нужду. Сильный ветер мешал произвести данную операцию. Саша пошутил над своим командиром - богом, другом и почти братом. Раздался громкий хохот экипажа. Командир с улыбкой послал всех и обозвал. На Сашино предложение помочь и подержать, командир расхохотался сам. То, что он делал стало получаться еще хуже и смешней. Все готовы были умереть со смеху. В этот момент из Сашиного сознания улетучилось тягостное ощущение войны. В этот момент мир стал чистым и добрым, каким он должен быть всегда. В один миг! Командира, друга, брата и бога, вообще весь этот чистый и добрый мир, шальной снаряд превратил, в кровавые дергающиеся куски. Один миг, и у двадцатилетнего паренька голова седая.


 
     Мечтал Саша, войну закончить в Берлине. Комбат обещал: «Ну что, Саша! Вот сейчас Берлин возьмем и буду просить начальство о следующей награде, а у тебя уже всё есть кроме героя. Заслужил» Последние пол года Александр водил танк комбата. Комбат, родом из Иркутска, был старше Александра аж на три года. Успел до войны стать заядлым охотником и рыбаком. Александр с комбатом наперебой рассказывали про рыбалку и охоту, о своих родных местах, каждый про свои. Мечтали ездить друг к другу в гости после войны. Умудрились даже, в затишье между боями, в одной немецкой речке наловить «немецких» окуньков. Вместе мечтали, вместе смылись на рыбалку, вместе получили п… от комполка. За 30км от Берлина, вместе горели в тридцать четверке. Третий раз Саша горел по «настоящему» Его успели вытащить друзья танкисты. Комбата и остальных не успели, рванул боекомплект.

     Врачи удивились, что после таких ожогов человек выжил. Человек как бы ни причем, вся слава молодости и везению. Подлечили, уволили в запас и отправили домой. Так закончилась война для Саши.

      Подумаешь шрамы, ведь молодой еще 23 года. Правда за шрамы и седые волосы его быстро в селе прозвали дедом. Не вернулся с войны брат Юрка. Отец ушел в ополчение и здесь рядышком в Сталинграде его могила. Мать в свои 42 года, выглядела старухой и от горя ослабела умом. Когда увидела Сашу, то сразу не узнала. Когда Александр уходил на войну, младшей сестренке Иринке было 13 лет. Сейчас Ирина Апарина была уже взрослой красавицей. Парней в селе и до войны было маловато, а после войны стало еще меньше. Братья близнецы Петровы, пришли с войны инвалидами. Две головы, две руки, две ноги на двоих. Научились играть вдвоем на одной гармошке, даже частушку про себя сочинили:

                                       Мы по утрате, не тоскуем

                                       И мы от горя, не ревем

                                       Есть две руки

                                       Есть две ноги

                                       И, есть два …

                                       И, кое-что, еще смогём.

     Сколько войн было, сколько еще будет, но пока на земле не уничтожат все живое, жизнь возьмет свое. Нашлись невесты для братьев Петровых. Две свадьбы в одну, отгуляло все село. Родной и ласковый ерик Орлиный своей водой, своим воздухом, своей рыбой вылечил Сашину душу, даже шрамы стали не так страшны. Вернулся с войны сосед и друг Иван. Задержался немного, пришлось бить японцев на Дальнем востоке. Ивану повезло больше всех, всю войну без единой «царапины» Комвзвода разведчиков, полный кавалер орденов славы, старший лейтенант Иван Ковунов, решил пробраться в дом незамеченным, сделать сюрприз. Но по дороге домой, может быть, растерял навыки разведчика. Сашина сестра Ирина увидела, что кто-то крадется по огороду. Взяла ружье и пошла брать в плен лазутчика. Взяла в плен, молодые люди встретились. Саша тоже вскоре женился. Два сына один за другим. Третий, незапланированный, родился в 1961. Юрка, так звали третьего, потрепал нервы родителям, особенно отцу. Юрка не виноват, что служить попал в Афганистан в самом начале не нашей войны. Именно в это время, были самые большие потери. Если бы с Юркой случилось что ни будь непоправимое, дед Саша наверное не вынес бы горя. И так по жизни досталось. Все обошлось, Юрка вернулся. Поступил в институт и выучился на строителя.

     Дед прервал свой рассказ. Скомандовал мне: «Серега, бери гитару! Петь будем! Темную ночь знаешь? Давай!

     Действительно старость – что это? Кому-то награда, а кому-то расплата. Глядя на Александра Алексеевича Апарина видно было, что человек он счастливый. Ждет в гости детей с внуками, просто знает зачем дальше жить. Мечтает же, новое ружье купить. И я был уверен, что и этот сом у него не последний.

                                                                                                     Плугарев С.Ю.
Рейтинг: +2 216 просмотров
Комментарии (2)
Влад Устимов # 13 ноября 2014 в 17:20 0
Интересные истории. Хорошо написаны. Нравятся!
Думаю, лучше разбить на отдельные рассказы.
И еще: сильно сомневаюсь, что в Волго-Ахтубинской пойме в одном охотхозяйстве за сезон можно отстрелять столько сохатых. Этот зверь в низовьях Волги вообще встречается крайне редко. Или это Сталинград?
С уважением и пожеланием новых успехов.
Сергей ПлУгарев # 13 ноября 2014 в 17:43 0
Да я и мечтаю в конце концов написать сборник коротких рассказов. А насчет сохатых - так то чистейшая правда. В 1984 году был тот скандал в Заплавинском охотхозяйстве.Тогда еще был СССР и за четыре года до этого туда выпустили лосей и они начали размножаться. А потом случилось это.