ДТП

23 октября 2013 - Зяма Политов
Никакого душераздирающего визга тормозов, как в американских боевиках, не было.
Удар.
Громкий, но будничный, будто в полупустой помойный бак выбросили увесистый куль со строительным мусором.
И лишь спустя мгновение, наверное показавшееся кому-то вечностью - противный скрежет металла об асфальт в ярких снопах оранжевых искр и ... - бац!.. бац! - две только что бывшие новенькими и красивыми иномарки вылетают на тротуар.
И снова тишина...
Так всегда бывает. Перед коротким, но ёмким народным междометием случайного свидетеля - обязательно короткая пауза, словно перед грозой. И, как бы после глубокого вдоха - выдох: „ну твою же мать!"

Что произошло дальше?
Да всё опять буднично, привычно, как всегда.
Из красной „японки", что приземлилась на крышу, через разбитое стекло выбрался тёмный силуэт. За ним второй.
Вроде бы девушки? Э-э-э, в полутьме разве различишь!
Из-за распахнутой искорёженной двери темно-зелёной внедорожной „фрау" показалась ещё одна длинноволосая тень. Тень на некоторое время застыла, словно взвешивая, стоит ли выбираться самой или лучше подождать помощи. Возможно, у пострадавшей просто не было сил покинуть салон.

- Что это было? - испуганно спросила первая.
- А я знаю?! - всхлипнула вторая. - Я в „Одноклассниках" сидела. И тут - бах! Ой, Танька, что ж теперь будет-то, а? Машина новая почти!..
- Ты что, Ларка, дура?! Машина! Люди-то целы? Пошли, пошли, может, помощь нужна...
- Танюх, ты что, я крови боюсь, ты что!
- Смотри! Это Ленка что ли? Ленка! Ты-то как здесь оказалась?
- О, девочки... - попыталась улыбнуться третья, делая очередное усилие оторваться от кресла. - Блин, не могу подняться, девчонки... Не пускает что-то, держит...
- Погоди, Леночка, мы сейчас. Давай руку, давай, милая...
- Ой, нет, стойте! Нет, нет, вроде легче стало... Я сама... погодите... ох... отпустило... вроде... О-о-ох, как-то вдруг сразу полегчало…
Девушка сделала несколько осторожных движений, проверяя, действительно ли с ней всё в порядке.
- Ну, ничего себе, за хлебушком сходили! - подытожила своё внезапное „избавление" Ленка классической фразой.

- Так это вы, курицы, в нас въехали?! Ларка, дура - всё о мальчиках за рулём треплешься, да? За дорогой совсем некогда смотреть, да? - почувствовав облегчение, внезапно бросилась в атаку Ленка. - Доездилась?!
- Гонишь, Ленка! Я же выпила. Куда мне за руль! Это Герыч всё, скотина! Носится, как угорелый. Шумахер сраный! Машину мне убил. Ну что я теперь папе скажу! - часто-часто всхлипывая, запричитала Лариса.
- Кстати, а что с Геркой? - спохватилась Татьяна, самая уравновешенная из всей троицы.
- Ох ты, господи, а я про своего-то забыла! - подхватила Ленка.
Опомнившись, девушки развернулись и бросились было к машинам. Но оба водителя, к их облегчению, целыми и невредимыми стояли на асфальте аккурат по центру мокрого пятна, неспешно расползавшегося из под капота красной „японки" и слегка курившегося неприятно пахнущим туманом.
Сказать по правде, не все они выскочили из своих машин добровольно. Один из них, говоря по правде, предпочёл бы остаться в темноте перевёрнутого кузова если не навсегда, то, по крайней мере, до прибытия стражей порядка. Впрочем, если совсем уж положа руку на сердце - девушки увлеклись перепалкой настолько, что пропустили почти всё драматическое развитие событий.
Если бы они повернули свои взоры хотя б половиной минуты раньше, они бы увидели молодого мужчину интеллигентного вида, молодецким разудалым плечом распахивающего дверцу зелёного немецкого внедорожника.
А всего лишь двадцать секунд назад взорам их предстала бы другая картина. Водитель внедорожника тащит за шкирку из опрокинутого авто отчаянно упирающегося мертвенно-бледного тщедушного юношу. Мужчину, похоже, не слишком волнует, хочет ли его соперник выбираться из-под бесформенной груды металла и, вообще, подаёт ли это худосочное тело хоть какие-то признаки жизни. Понятно, что мужчиной руководит не сострадание к ближнему , а лишь обида за свою попранную свободу, неуёмная жажда справедливости, так вероломно поруганной юным худосочным наглецом, и желание немедленной расправы над обидчиком.
Однако девушки в пылу спора всего этого не видели.

Ах, если бы!.. Ах, если бы не эти злосчастные полминуты! Скорее всего им удалось бы вмешаться и не допустить трагедии.
- Мальчики, мальчики! - хором заголосили девушки, пытаясь утихомирить взбешённого мужчину. - Не надо, ребята! А-а-а! Стойте! Прекратите! Вы что, совсем с ума сошли? А-а-а!.
Но парни, охваченные азартом схватки, их не замечали. Казалось, они совсем их не слышали. Словно девушек и не было вовсе...
Взбешённый „интеллигент" тряс за грудки „тщедушного" и вопил страшным голосом:
- Ты что натворил, сука! Ты посмотри, что ты наделал, гад!
- Я... я... я не хотел! Я не нарочно!.. Я не хотел, - рыдал тщедушный в голос, - Оно само... как-то... честно!..

- О-о-ой, девочки, девочки, мне что-то снова не по себе, - схватилась вдруг за сердце Лена. - Я пойду, в машине побуду... что-то, прям, тянет…
- Иди, иди, Леночка... - участливо сказала Таня, - Ларис, проводи, помоги, ага? Я с этими сама попробую справиться.
Таня кивнула в сторону парней.
- Не надо, Ларка, я дойду, - отказалась от помощи Лена, - Ты здесь, Танюшке нужнее... Я сама… потихоньку...
Неверным шагом она побрела к машине.

Приглядевшись, подруги увидели неясный силуэт в салоне внедорожника. Белокурая головка склонилась на „торпеду" к лобовому стеклу. По стеклу, словно лучики, в разные стороны разбегались трещины. Ленкина голова напоминала огромного мохнатого паука в центре гигантской паутины.

- Не хотел, сволочь! - продолжал надрываться „интеллигент", - Ты посмотри! Туда смотри, гад, туда!..
Он развернул „тщедушного" в сторону внедорожника.
- Если с ней что-то случится, - он показал на Ленин силуэт за стеклом, - Я тебя, мразь, урою! Вот этими руками, сука, размажу!
Он с силой оттолкнул паренька и в три прыжка подбежал к девушке на переднем сиденье своей машины. Схватив её запястье, попытался нащупать пульс, растерянно шевеля беззвучными губами…

„Тщедушный", пролетев пару метров, ударился головой о порог перевёрнутой машины. Тихонько застонал, а затем медленно сполз на асфальт. Маленькая струйка крови показалась из-под его затылка. Стекая всё ниже и ниже, струйка достигла большого тёмного пятна на асфальте и влилась в него наподобие бесчисленных рек и речушек, впадающих в моря и океаны. Парень застонал громче, пытаясь приподняться.
- „Скорую"! Надо „скорую"! - заорали в ужасе девушки.
На этот раз мужчина их услышал. Или, может, сам догадался... Сунув руку за пазуху, вытащил мобильник и суетливо набрал номер.
- ДТП. Приезжайте скорее. Да, есть жертвы. „Скорую", „Скорую" обязательно!

- Герыч, ты как?
Девушки попытались помочь парню приподняться, но у них ничего не получилось. Парень снова издал протяжный стон и замер, прерывисто дыша...
- Держись, Герочка, сейчас, сейчас доктор будет...

Вокруг начали собираться редкие ночные прохожие.
- Ну что же вы стоите! - молили девушки, - Помогите же им, что же вы такие бессердечные, люди!
Девушек никто не слушал. Все только тихим шёпотом переговаривались между собой, качая головами, да с любопытством заглядывали в салоны автомобилей.
- Пожалуйста, в машине аптечка! Перевяжите ему голову. И девушка, девушка в машине. Ей плохо!

- Девчонки, не надо, мне уже лучше! Опять отпустило… - зазвенел колокольчиком Ленкин голос за их спинами.
- Ой, Леночка, миленькая! Мы так за тебя испугались! - наперебой затараторили девушки. - А Герка! Бедный Герка... За что твой его так, а? Ну все ведь целы - за что?! Ну, дерьмо он последнее, ну, виноват, но… Человека за кусок железа, а, Ленка?!

Где-то далеко послышались завывания сирен, затем из-за угла показались синие всполохи... Две „скорые" подъехали одновременно. Следом, спустя минуту, подкатила полицейская „девятка".

- Что-то, девчонки, меня всю трясёт, - сказала Лена, - Пойдём, может, отойдём пока, покурим. Думаю, тут пока без нас обойдутся.
- Да уж, девки, я бы даже выпила чего-нибудь, стресс снять, - поддержала Ларка подругу. - Тань, у нас вроде в машине было?
- Обалдела? Там ментов полно! Да и поди найди там теперь что! От машины хер знает что осталось!
- Ну покурить-то, Танюш, а?
- Отстань! Воздухом подышим.
- Иди ты! Я вот у мужика стрельну...
Но стоящий рядом седой мужчина, тяжело вздохнув, лишь едва слышно протянул в ответ на её просьбу:
- Ой-ёй-ёй... Девчонки совсем ведь. Молодые девчонки...
И, будто осуждающе, покачал головой…

Девушки устроились на лавочке неподалёку. Говорить не хотелось. В другое время подруги засыпали бы Ленку вопросами о её новом ухажёре, о житье-бытье, весело щебетали бы о моде, свежих хитах Димы Билана, новых фотках „В контакте" и прочей милой ерунде. Но, понятное дело, в эту минуту их головы были заняты совсем другими вещами. Больше всего на свете им хотелось, чтобы этот кошмар поскорее завершился. Или... «Или как было бы здорово, если бы это мне только снилось!» - так или примерно так думала каждая из девушек.

- Девки, гляньте, кого-то на носилки кладут - с тревогой в голосе сказала Лара.
- Наверное, Герыча вашего… - безучастно отозвалась Ленка.
- Нее, Герыча давно уже в „скорую" отнесли. Сразу, как приехали... Эх, хоть бы ничего серьёзного у него... И так парню достанется. Прав, наверное, лишат...
- Да что прав, дурында! Как он за тачки битые рассчитается?!
- Нет, нет, точно! Смотрите, девчонку какую-то понесли!
- Ой, мамочки, неужели мы ещё кого-то сбили? Что ж теперь будет, господи! Бедный Герка!
- Сплюнь, дурочка! Не может быть, чтоб насмерть.
- А? Девчонки? Может, обойдётся? Ой, господи!
- Ой, Ленка, смотри, у неё платье синее. Почти как твоё.
- Точно, похоже... И стрижка точь в точь, да?
- Бедняжка!..

- Ты куда, Лен?
- Пойду посмотрю. Вроде, показалось, позвал меня кто-то. Видишь, врач рукой мне машет...
- Чудная она какая-то. Да, Тань? - с сомнением в голосе произнесла Лара, едва Ленка отошла в направлении машины „Скорой помощи".
- А ты видала, как она башкой в стекло шандарахнулась? Тут и совсем без мозгов нетрудно остаться… Я вот думаю, отчего у неё подушка не сработала? Навороченная вроде тачка.

Между тем, сотрудники ДПС завершили свои бесконечные хождения с длинной рулеткой по мостовой, заполнили какие-то бумаги, посовещались с врачами „скорой", что-то записывая в маленький блокнот, расспросили людей, стоящих вокруг. Однако, к Ларисе с Татьяной, понуро сидевшим на скамейке, никто из них так и не подошёл. Немногочисленные зеваки, почуяв, что ничего интересного больше не предвидится, один за одним расходились в разные стороны.
Наконец, к месту аварии подъехала ещё одна полицейская машина. Сотрудник ДПС перекинулся парой слов с человеком, выбравшимся с заднего сиденья. Спустя минуту обе полицейские машины уехали, увозя в своём чреве Ленкиного парня, закованного в наручники. Вслед за ними с жутким воем с места сорвались и „Скорые" …

Улица опустела. Только один вновь прибывший полицейский ходил вокруг двух разбитых машин, то и дело приседая на корточки, словно пытаясь что-то получше разглядеть...
- А мы-ы-ы? - не сговариваясь, поинтересовались друг у дружки девушки, недоумённо переглянувшись. - Нам что, до утра здесь сидеть?!
- Пойдём, спросим, может, про нас просто забыли впопыхах?

- Ну ты полюбуйся на них, а! - раздался весёлый голос прямо над их головами. - Я всегда говорил, что блондинки и в Африке блондинки!
- Герка!
От внезапного потрясения девушки не сразу пришли в себя.
- Герка, ты?! Ты откуда? Тебя уже разве отпустили? Герочка, родной!
- Ну да, курицы, отпустили. Отмучился, наконец, как и вы.
- Как и мы?
- Ха-ха! Вы, дурёхи, разве так ничего и не втыкаете? Ну, дела-а-а... Нету нас с вами, девки, больше. Не-ту! Врубились?
- Ты чего несёшь, Герыч? Ты, наверное, как Ленка, головой сильно стукнулся? Дурачок, зачем ты из „Скорой" сбежал?
- Сами вы дуры! - обиделся Герка, - Вон, глядите…

Напротив перевёрнутой „японки" лениво притормозил чёрный фургон с надписью „Специальная". Из фургона вышли два дюжих молодца в тёмных спецовках и, коротко переговорив с полицейским, принялись за работу. Вытащив из салона перевёрнутой машины два женских тела, они упаковали их в чёрные пластиковые пакеты и аккуратно погрузили в фургон...

- Ну, что я говорил? - торжествующе вопросил Герка.
Воцарилась звенящая тишина. Девушки стояли, скорбно понурив плечи…
- И куда же нам теперь? - после тягостной паузы потерянно спросила Лара.
- Наверное, надо куда-то идти? - эхом отозвалась Таня.
- Что вы, девчонки! Перепили?! Свобода! Мы куда собрались сегодня, а? В клуб? Так чего жмётесь - полетели, оторвёмся по полной! Мама с папой точно не заругают.

- А Ленка? Как же Ленка? Мы не можем без неё уйти... - внезапно вспомнила о пропавшей подруге Лариса.
- Забудь, - во весь рот улыбнулся Герыч. - Её вроде как откачали. Я по пути к их бригаде заскочил. Там эскулапы своё дело туго знают, не то что мои оболтусы.

- Но ведь, наверное, неправильно так, Герочка? Нас, наверное, здесь должен кто-то встречать? Давайте посмотрим, может, за углом кто-то ждёт?
- Да не бойтесь вы, дурёхи! До девятого дня о нас никто и не вспомнит. А повезёт, то и до сорокового…
Полетели!..

© Copyright: Зяма Политов, 2013

Регистрационный номер №0165736

от 23 октября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0165736 выдан для произведения: Первое, что он увидел, взглянув наверх, в узкую тёмную пасть чердачного люка, были звезды. Огромные, в три карата, августовские звёзды южного города. Заглушаемые внизу, на улицах, рассеянным светом неоновых фонарей, здесь они сияли во всей красе, манили и ждали... Коротко вздохнув - не время! - Копытов неуклюже подтянулся и выпростал своё погрузневшее за последние годы тело на ещё дышащую летним зноем крышу.
- Свои, не дрейфь, - вместо приветствия прогудел он молоденькому снайперу в сером камуфляже с надписью СОБР на спине, - майор Копытов.
 Осторожно протопав к вентиляционной трубе, сел и достал из кармана миниатюрный бинокль. Прильнув к окулярам, принялся методично, окно за окном, осматривать дом напротив. Целый месяц гонялся их отдел за опасным рецидивистом Роговым, по кличке Рог, но тот неизменно ускользал от преследователей. Несколько раз Рог бесследно исчезал именно в этом дворе. Как можно было упустить хромого калеку в непроходном дворе Копытов не представлял. Раззявы, мысленно ругал он нерадивых коллег.
На этот раз Рог не уйдёт. Наружка точно установила подъезд, куда вошёл преступник, а вызванное подкрепление надёжно перекрыло пути возможного бегства. Копытов сам вызвал СОБР и ОМОН, но, как обычно бывает, в последний момент руководство операцией перехватили эти выскочки из главка.
Сказать по правде, больше, чем за исход операции, Копытов переживал за молоденькую жену. Так вышло, по какой-то злой иронии Рог засел именно в его, Копытова, доме.
- Кажется, засекли, - прошуршало в рации, - Мужчина, по описанию совпадает, высокий, сутулый, хромает на левую ногу. Третье окно справа…
Копытов похолодел. Стылый всепоглощающий вакуум растекался в области диафрагмы.
- Наше окно! Бог мой, Иришка!
 Каким-то образом Рог, его „крестник", проведал о Копытове всё. И вот теперь захватил в заложники его Иришку. Страшнее мести не мог изобрести сам Сатана.
 Повинуясь, скорее, инстинкту, Копытов набрал номер.
- Привет, милый! - голос спокойный и даже весёлый, - А? Нет, я не дома. С подружкой вышла по магазинам…
Уфф... Но свет! Почему свет? Копытов сильно, до боли, вжал окуляры в глаза. Вот же - стоит, весело смеётся, что-то говорит кому-то в глубине комнаты. Прихрамывающий мужской силуэт приблизился, обнял, поднял на руки, понёс…
 - Дай-ка ружьишко... Дай, говорю!
Молодой лейтенант, было заупрямившись - не положено, мол, но, взглянув в остекленевшие глаза, покорно протянул винтовку.
- Так и есть. - потерянно застонал Копытов, наблюдая сцену в более сильную оптику снайперского прицела. - Как шлюху последнюю на диван бросил! А эта-то рада-радёшенька! 
Говорил ему Михалыч, начальник его, да, прям на свадьбе их так и говорил: Ой, наплачешься ты с молодой, Копытов, помяни моё слово. Куда тебе, седому, соплячка такая? Обиделся тогда Копытов, резких слов Михалычу наговорил, в глаза смеялся... А теперь вот сотня спецназа в свидетелях - сам, этими вот руками вызвал! - завтра весь отдел, все управление над Копытовым-рогоносцем потешаться будет. А спецназ любит, ой как любит именно такие вот захваты: любовничек тёпленький, расслабленный. Эти операции всегда без потерь.
Резкий выстрел поднял с окрестных тополей устроившихся на ночлег галок.
- Товарищ майор! - бросился к Копытову молодой снайпер. Поздно. Всё, о карьере можно забыть...
 
- Лёшка! Ну что ты за дурачок, Лёшка! Опять за своё! Как Ленка, как дети? Ну, отпусти... Уходи давай. Муж звонил. Уж не знаю, чем ты его тогда обидел, но он не любит, когда ты у нас бываешь. А что с ногой? Как же, не болит! Вижу я. Отпусти, дурак. Верю, верю, не болит. Ну вот, уронил, козёл! Хорошо, не на пол. Уходи, говорю! Ой, слышишь, стреляют? Что это? Всё, пока, всем привет! - и, поцеловав брата на прощание, Ирина закрыла дверь.
 
- Так, господа, без паники! - охранник подпольного игорного заведения „Рог изобилия", положив мобильник обратно в карман, решительно поднялся. - Здание окружено полицией, поэтому спокойно, не суетясь, спускаемся в подвал и выходим на соседнюю улицу. Не волнуйтесь, результаты будут сохранены, постоянным клиентам, как всегда, скидки…
Рогову в тот вечер удивительно везло. Однорукий бандит, ход за ходом, отдавал ему всю наличность из бездонного чрева. Но встреча с ментами никак не входила в его планы. Он безропотно проследовал к запасному выходу за остальными игроками, припадая на левую ногу. Вынырнув в вечернюю прохладу, Рог услышал отдалённый выстрел.
- Круто они за казино взялись. - резюмировал он и привычно растворился в толпе.
 
- Как сам застрелился?! Ты что несёшь, сосунок! - Михалыч тряс за грудки заикающегося лейтенанта. - Ветеран двух чеченских - сам?! Говори, сука!
Майор Копытов, безучастный к происходящему, лежал на спине и широко открытыми немигающими глазами смотрел на звёзды. В этот вечер они были замечательно красивы...
 
 
 
 
Рейтинг: +1 207 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!