ПИАНИСТ

1 января 2014 - ALEX JONES
article178422.jpg

(Рассказ)

"Итак умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту,страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолопоклонство. Из-за них гневБожий грядет”.

(Из Библии - Колоссянам 3:5-6)

 

1)

В конце августа 1941 г. немцы почти непрерывно бомбили Киев.

Многие районы города были разрушены, а возникающие пожары пытались потушить с помощью военных. У населения от гула фашистских бомбардировщиков и взрывов бомб возникали страх и паника и все старались куда-нибудь спрятаться, но бомбоубежищ не хватало. Шла массовая эвакуация промышленных предприятий и всё больше людей решались покинуть Киев, так как понимали, что город не удастся защитить. Но Сталин настаивал на обороне Киева даже ценой гибели целых армий. По приказу Ставки ВГК части Красной Армии с трудом сдерживали натиск немецких танковых клиньев и попадали в котлы окружения вокруг Киева.

Семья парторга завода Савченко, состоявшая из трёх человек (он, его жена Соня и сын Боря -10 лет), тоже срочно готовилась к эвакуации. Поздно ночью они вместе с другими работниками и их семьями сели в вагоны эшелона, загруженного ценным оборудованием завода, где работал Савченко, и под покровом темноты эшелон медленно тронулся на восток. Ночь прошла спокойно, а наутро на эшелон неожиданно налетели немецкие самолёты и разбомбили и расстреляли его из пулемётов. Уцелевшие люди спрятались в лесу. Семья Савченко и ещё несколько примкнувших человек, целый день брели по лесу и только к вечеру вышли к небольшому селу, где решили заночевать. Жители села встретили их сочувственно, накормили и разместили на ночлег. Тогда ещё никто из них не знал, что все они уже в окружении, в котле. На следующий день через село прошли три небольшие группы красноармейцев, от которых они узнали о поражении и , что вокруг много фашистов и надо спасаться.

К вечеру у села появились большие грузовики со свастикой и мотоциклисты в чёрной форме и касках – это была зондеркоманда СС под командованием штурбаннфюрера СС Вальтера Шварца, зачищавшая захваченную территорию от коммисаров, красноармейцев и евреев. Они быстро согнали всех людей, как скот, в сараи и заперли их там на ночь.

А на следующий день начались допросы, которые вёл сам штурмбаннфюрер СС В. Шварц- плотный блондин с переводчиком. Когда семью Савченко привели в хату, Шварц сидел за столом и пил французский коньяк. Он внимательно посмотрел на вошедших и сказал по-немецки.

  • -       Так ты - комиссар завода? А твоя жена – еврейка?- перевёл его слова переводчик в гражданской одежде, - Не отпирайся, комиссар, мне о тебе уже всё рассказали.

  • -       Всех расстрелять! – скомандовал Шварц подчинённым, - Уведите их!

     

    Переводчик не стал переводить эти команды, но Соня Савченко, отбиваясь от эсесовцев, взмолила о пощаде – Сына не убивайте! Он-талантливый молодой пианист и уже играет Бетховена.

    Услышав слово- Бетховен, Шварц вопросительно посмотрел на переводчика – тот перевёл ему слова Сони.

  • -       Зер гут - Бетховен! –произнёс он и дал сигнал солдатам оставить мальчика, а родителей увести.

  • -       Как тебя зовут? – спросил он испуганного мальчика и пальцем показал ему подойти поближе.

  • -       Послушай Борья, я очень люблю музыку Бетховена – это мой любимый композитор. Я дарю тебе жизнь, но взамен хочу, чтобы ты жил со мной и каждый день вечером играл мне Бетховена. Ты должен выучить все его произведения, а также немецкий язык. Мой денщик Ганс будет твоим учителем. Он когда-то работал в школе.

  • -       Ганс, где ты там?

     

    В комнату вошёл пожилой зсесовец в очках и крикнул - Яволь, герр штурмбаннфюрер!- выбросив вверх правую руку.

  • -       Дружище Ганс, этого мальчика зовут Борья. Он – пианист и уже играет Бетховена. Ты будешь для него учителем немецкого, наставником и воспитателем. Он должен быть сыт и здоров и каждый день учить немецкий язык и играть на пианино музыку Бетховена. Он должен научиться играть все произведения Бетховена. Я буду его проверять каждый вечер за ужином. Ты мне отвечаешь за него головой. Да, срочно привези сюда пианино. Послушаем, как он играет. Всё - исполняй!

  • -       Яволь, герр штурмбаннфюрер,- и опять выбросив вверх правую руку, Ганс неуклюже развернулся и вышел из комнаты.

     

    Вечером Боря уже сидел за пианино и сбивчиво от страха, играл произведение Бетховена под названием "Для Эльзы”- единственное, которое он пока выучил.

    Рядом за накрытым столом сидел Шварц и ужинал. Ганс прислуживал ему, как опытный лакей, подавая блюда и подливая в рюмку французский коньяк.

  • -       Ну что ж – для начала неплохо! – сказал Шварц, когда Боря закончил играть, и захлопал в ладоши.

  • -       Вижу, ты старался не для Эльзы, а для меня. Теперь садись к столу и Ганс тебя покормит, а мне пора спать – устал я ужасно. Ганс, потом приведи его ко мне в спальню. Он будет спать со мной.

    Ганс подошёл к ничего непонимающему Боре и, взяв его за руку, подвёл к столу.

  • -       Я буду теперь для тебя и отцом и матерью, а звать тебя буду не Борьей, а Людвигом, как Бетховена, - сказал Шварц Боре и, потрепав рукой его чёрные волосы, встал и вышел из горницы.

    Так началась для Бори-Людвига новая, напряжённая жизнь – целыми днями учёба под руководством Ганса, который, как оказалось, ещё и разбирался в музыке. Ганс был строгим, требовательным и терпеливым учителем. Он настойчиво обучал мальчика немецкому языку, чередуя занятия с уроками музыки и с небольшими перерывами для еды. Боря-Людвиг оказался, действительно, очень способным учеником и Ганс радовался его успехам в языке и музыке. Через несколько месяцев он уже понимал, что ему говорят по-немецки и отвечал на вопросы, а также разучил сонату No.23 – Аппассионату. Шварц был очень доволен, так как это было его самое любимое произведение.

    В награду он даже взял мальчика с собой в поездку к новому месту дислокации зондеркоманды на Донбассе. На Борю-Людвига это произвело большое впечатление. Он видел, как люди разбегаются в страхе и прячутся при виде чёрных эсесовцев. Всю дорогу он хотел спросить Шварца о судьбе своих родителей, но так и не решился. Вскоре зондеркоманда покинула то село и разместилась в небольшом посёлке на Донбассе, откуда стала вести карательные операции против партизан, подпольщиков, коммунистов и евреев. Дальше был Крым, потом отступление в Белоруссию, Польшу и Германию, где зондеркоманда боролась с советскими разведчиками и немецкики дезертирами. Шварц получил повышение по службе, а Боря-Людвиг за это время выучил немецкий язык и почти всего Бетховена. Со Шварцем у него были странные отношения– как ребёнок, он многого не понимал в действиях Вальтера Шварца, которые не были похожи на ласки его настоящего отца. Он стал его бояться, но продолжал с ним спать. Затем он просто возненавидел его, когда узнал от Ганса, что его родители были расстреляны в том самом украинском селе, названия которого Ганс отказался назвать.

     

     

    2) 

    Наступил апрель 1945г. Германские армии практически прекратили сопротивление, особенно здесь, в Баварии и сдавались без боя войскам коалиции во главе с США. Зондеркоманда СС тоже сдалась в плен. Однажды В. Шварц исчез куда-то на несколько недель, а Ганс молчал и на вопросы не отвечал. Когда В. Шварц появился в гражданской одежде, Боря-Людвиг его не узнал -так он изменил свою внешность – отрастил усы, бороду и похудел.

    За обедом он сообщил, что сменил имя и фамилию и теперь он – Отто Шмидт – инженер. Также он купил дом в пригороде Мюнхена и поступил на работу на завод БМВ.

  • -       Старина Ганс, теперь и ты свободен и можешь возвращаться в родные места и снова учить детишек в школе. Спасибо тебе за верную службу все эти 5 лет, но держи язык за зубами, - продолжал новый Отто Шмидт.

  • -       Ну а ты, Людвиг, я надеюсь поедешь со мной и будешь продолжать радовать меня своими успехами в учёбе и музыке. Я дам тебе самое лучшее образование и оставлю неплохое завещание, как своему приёмному сыну, Кстати, я уже оформил твоё усыновление и ты теперь – Людвиг Шмидт.

     

    Боря-Людвиг немного опешил от таких новостей и это замешательство Отто Шмидт посчитал за неожиданную радость.

    К вечеру Ганс собрался уходить и они стали прощаться. Отто Шмидт молча обнял его и передал ему пачку денег на первое время. А Людвиг не смог сдержать своих слёз благодарности, от чего и Ганс прослезился, хотя будучи строгим и сдержанным, он полюбить этого мальчика.

    На следующий день О.Шмидт показывал своему приёмному сыну Людвигу свой дом под Мюнхеном. Это был большой и добротный особняк с садом. Они ходили по комнатам с дубовыми панелями и мебелью и даже с белым роялем в гостинной и Отто Шмидт рассказывал о назначении каждой комнаты. Наконец, они вошли в большую спальную с огромной старинной кроватью под пологом и О.Шмидт объявил, что это их спальная. Боре-Людвигу, которому уже исполнилось 14 лет, вдруг захотелось прервать эти странные отношения и он задумал бежать, куда глаза глядят, тем более, что Ганса рядом уже нет.

    Утром О.Шмидт сообщил, что скоро должны придти домработница и повар, а сам сел в машину и уехал на завод. Лучшего момента для бегства нельзя было придумать и Боря решился убежать.

    Он вышел на ближайшее шоссе и стал голосовать, но машины проносились мимо, как на автобане. Вдруг появились две цыганские повозки. Бородатый кучер спросил мальчика – Парень, ты цыган? Мы едем в Штуттгард можем тебя захватить. В ответ Боря-Людвиг только кивнул головой и залез в телегу под шатёр, где уже было несколько цыган и их детей. У него сразу возник план путешествовать вместе с цыганами, уж если его приняли за своего. Из разговора с ними он узнал, что они едут из Чехии, где скрывались от эсесовцев и теперь намерены жить в Германии. Они оживились, когда узнали, что он – пианист, и сказали, что на жизнь-то он себе заработает, если будет держаться с ними.

    Так Боря (как он представился цыганам) оказался в таборе, не зная, что проведёт с цыганами 6 лет своей кочевой жизни.

    За это время произошло много событий: полная капитуляция Германии, Нюренбергский процесс, создание двух государств ФРГ и ГДР и начало холодной войны. Он видел, как возвращались жители в разрушенные города и сёла, как они разбирали завалы и руины и начинали строить новые города, дома, заводы.

    Но скоро немцы устали от грязной и тяжёлой работы и пригласили гастарбайтеров из Турции и других стран. Жизнь возвращалась в нормальное русло и немцы оправлялись от поражения. У них появилась уверенность, что они будут жить хорошо. Боря с годами становился взрослее и популярнее. Он выступал везде: в церквях, ресторанах, кафе, барах, где играл не только Бетховена, но и народные мелодии. Он давал и сольные концерты, исполняя произведения Бетховена в залах крупных городов ФРГ, где на афишах появлялось его настоящее имя – Борис Савченко. Для цыган он стал золотым мальчиком, приносящим в их казну золотые яйца.

    Но однажды в баре его попросили сыграть мелодию из песни – Реве да стоне Днипр широки! Так он познакомился с группой украинцев, угнанных из Киева немцами. Они предложили ему присоединиться к ним, чтобы вместе искать свою долю. Цыгане не хотели его отпускать, но земляки-киевляне вступились и он покинул табор, где успел полюбить молодую цыганку по имени Аза.

    Боре исполнилось 20 лет, когда он узнал, что его земляки собираются эмигрировать в Австралию, которая в то время занимала 1 место в мире по уровню жизни. Они помогли ему купить документы на имя Бориса Савченко и Австралия с открытыми обьятиями приняла талантливого молодого пианиста.

     

    3)

    Дорога в Австралию по морю из Гамбурга в Сидней в 1950-е годы была долгой ( более одного месяца плавания), но совсем неутомительной для Бориса. Не теряя времени, он каждый день изучал английский язык, а вечером играл на пианино Бетховена для эмигрантов в ресторане корабля. После разрушенной Германии Австралия показалась ему тихим и райским уголком, где люди были радушны, доброжелательны и выглядели загорелыми и счастливыми. Ему говорили, что здесь общество равных возможностей и честного отношения друг к другу. Уже в эмиграционном центре в Сиднее, куда поместили всех эмигрантов, Борису сказали, что после сдачи экзамена по элементарному англйскому языку, его возьмут на работу в Сиднейскую консерваторию. А через некоторое время агент из одной музыкальной гастрольной компании предложил ему контракт на 6 месяцев на поездку по стране с концертами в составе симфонического оркестра.

    Борис с радостью согласился, так как ему хотелось посмотреть страну и пообщаться с австралийцами. Он посетил все крупные города Австралии и везде имел большой успех, когда играл Бетховена сольно или с оркестром. Он воочию убедился, что Австралия – страна эмигрантов из разных стран мира, которые понимают и любят классическую музыку. Когда он вернулся в Сидней после гастролей и сдал экзамен по английскому языку, его зачислили в консерваторию безо всякого конкурса. Он стал преподавателем и у него появились ученики.

    Казалось, что его жизнь в Австралии - успешна с самого начала и развивается по восходящей линии. Через 5 лет в возрасте 26-ти  лет его назначили профессором консерватории и он купил себе небольшой дом в престижном районе Мосман.

    Борис всецело отдавал себя работе и его ученики стали выигрывать местные музыкальные конкурсы игры на рояле. 

    Вот только в личной жизни не было стабильности. Ему досаждали женщины после концертов. Его приследовали местные львицы, пытавшиеся его влюбить в себя и тем самым устроить себе безбедную жизнь с молодым профессором и известным виртуозом-исполнителем. Борис Савченко это чувствовал и  не доверял никому. Он часто вспоминал свою первую любовь - цыганку Азу и то чувство, которое он больше не испытывал ни с кем. Он предпочитал быть одиноким и отбивался от навязчивых женщин, как от назойливых мух. Совершенно неожиданно он почувствовал странное влечение к одному из своих учеников-подростку Бобу из Госфорда. Эта привязанность стала настолько тёплой, что он предложил Бобу переехать к нему в дом и даже пригласил домработницу, чтобы навести порядок в доме и улучшить домашнее питание. Он вспомнил как-то однажды своего приёмного отца Шварца-Отто Шмидта и их взаимоотношения и подумал, что идёт по его пути.

    Но тут же отбросил эту неприятную мысль, так как у него в эмоциональном плане это было совсем другое, ибо он отдаёт Бобу свои опыт и знания, в отличии от Шварца, который использовал  его, словно музыкальную игрушку.   

    Позднее он почувствовал влечение и к другому мальчику Полу и стал считать это вполне нормальным для себя. Но случилось неприятное.

    Мальчики сообщили в полицию о сексуальном домогательстве со стороны их учителя музыки и Бориса Савченко арестовали. Затем состоялся суд, признавшим его виновным в сексуальных домогательствам к несовершеннолетним и педофилии и приговорили к 15 годам тюремного заключения с возможным освобождением после 10 лет при условии примерного поведения. Ему было запрещено преподавать музыку детям.

    Из тюрьмы он вышел через 10 лет совершенно разбитым и подавленным человеком и не знал, как жить дальше. Его репутация как педагога была подорвана и Сиднейская консерватория закрыла для него двери. Оставалась только концертная деятельность и частные уроки музыки, но для этого надо было сменить фамилию и имя. Что он и собирался сделать, когда неожиданно ему позвонил представитель Международного Красного Креста в Австралии и сообщил, что у него к нему очень важное дело. При встрече он долго расспрашивал Бориса об инженере Отто Шмидте, его отношениях с ним, как бы проверяя с тем ли человеком он имеет дело. Наконец, он сообщил, что его приёмный отец Отто Шмидт скончался три года тому назад и оставил многомиллионное завещание на имя Людвига Шмидта ( возможно, Бориса Савченко по рождению), поэтому он уполномочен всё проверить и передать информацию юристам для оформления формальностей.

  • -       Ваш приёмный отец вас долго искал в Германии через нашу организацию, а перед смертью предположил, что вы бежали заграницу и можете жить под первоначальным с рождения именем. Мы нашли ваше настоящее имя из архивов СС по Украине от 1941 г. Оформление завещания займёт некоторое время, но я хочу вас поздравить сейчас, как нового мультимиллионера, - сказал представитель Красного Креста на прощание.

     

    Сначала Бориса охватило чувство небыкновенной радости и облегчения - казалось, что судьба решила его финансовую проблему раз и навсегда. Но потом он задумался, вспомнив Отто Шмидта- Шварца. Он сдержал своё слово и оставил завещание, тем самым, как бы искупая свою вину и грех перед ним. Но сейчас, став взрослее, Борис лучше понимал и даже сочувствовал своему приёмному отцу. Была жестокая война и штурмбаннфюрер СС Вальтер Шварц должен был исполнять приказ и расстрелять его родителей. Возможно, он мучался потом всю свою оставшуюся жизнь за всех расстрелянных по его приказу, но он оставил Бориса живым - пусть даже для своего удовольствия. И вот теперь он откупается завещанием -платит за свои грехи.

    " Я тоже натворил грехов и может испортил жизнь этим двум парням – подумал Борис – надо тоже платить, ведь для них 10 лет моего заключения - ничто. Надо тоже сделать им завещание-компенсацию. В этом мире надо за всё платить, а за свои грехи особенно”

    Прошёл год. Борис получил завещание, через Красный Крест узнал название того села, где были расстреляны его родители и поехал туда на Украину.

    На окраине большого украинского села ему показали братскую могилу и памятник погибшим жителям и красноармейцам в 1941-44 гг. В правлении села ему рассказали, что тут покоятся все расстрелянные фашистами мирные жители, но точных списков у них нет. Возможно, его родители тоже захоронены тут.

    Во время войны село было полностью разрушено и сожжено так, что пришлось его заново отстраивать. Все жители приехали сюда уже после войны.

    После Украины Борис Савченко посетил Германию и проехал на машине по знакомым местам. Он не встретил цыганского табора, но посетил могилу своего приёмного отца Отто Шмидта в пригороде Мюнхена. На могиле он подумал, что было бы, если бы он остался с ним, а не сбежал. Трудно сказать, как бы сложилась тогда его жизнь – один Бог только знает!

    Но надо жить настоящей жизнью и тут ему опять очень повезло. Случайно он встретил одного знакомого музыканта, который вспомнил его Бетховенские концерты здесь в 1950-е годы. Теперь, как владелец крупной гастрольной фирмы, он предложил Борису выгодный многолетний контракт на сольное исполнение произведений Бетховена в Германии и по всему миру. Так Бетховен опять (в который раз в жизни Бориса Савченко!) сыграл свою важную и определяющую роль в его дальнейшей судьбе.

    Теперь для Бориса музыка Бетховена стала смыслом и главной целью  на всю оставшуюся жизнь.

     

     

    © Copyright – 2013 - Алекс Суханов (aka Alex Jones)

     

     

       

     

      

© Copyright: ALEX JONES, 2014

Регистрационный номер №0178422

от 1 января 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0178422 выдан для произведения:

(Рассказ)

"Итак умертвите земные члены ваши: блуд, нечистоту,страсть, злую похоть и любостяжание, которое есть идолопоклонство. Из-за них гневБожий грядет”.

(Из Библии - Колоссянам 3:5-6)

 

1)

В конце августа 1941 г. немцы почти непрерывно бомбили Киев.

Многие районы города были разрушены, а возникающие пожары пытались потушить с помощью военных. У населения от гула фашистских бомбардировщиков и взрывов бомб возникали страх и паника и все старались куда-нибудь спрятаться, но бомбоубежищ не хватало. Шла массовая эвакуация промышленных предприятий и всё больше людей решались покинуть Киев, так как понимали, что город не удастся защитить. Но Сталин настаивал на обороне Киева даже ценой гибели целых армий. По приказу Ставки ВГК части Красной Армии с трудом сдерживали натиск немецких танковых клиньев и попадали в котлы окружения вокруг Киева.

Семья парторга завода Савченко, состоявшая из трёх человек (он, его жена Соня и сын Боря -10 лет), тоже срочно готовилась к эвакуации. Поздно ночью они вместе с другими работниками и их семьями сели в вагоны эшелона, загруженного ценным оборудованием завода, где работал Савченко, и под покровом темноты эшелон медленно тронулся на восток. Ночь прошла спокойно, а наутро на эшелон неожиданно налетели немецкие самолёты и разбомбили и расстреляли его из пулемётов. Уцелевшие люди спрятались в лесу. Семья Савченко и ещё несколько примкнувших человек, целый день брели по лесу и только к вечеру вышли к небольшому селу, где решили заночевать. Жители села встретили их сочувственно, накормили и разместили на ночлег. Тогда ещё никто из них не знал, что все они уже в окружении, в котле. На следующий день через село прошли три небольшие группы красноармейцев, от которых они узнали о поражении и , что вокруг много фашистов и надо спасаться.

К вечеру у села появились большие грузовики со свастикой и мотоциклисты в чёрной форме и касках – это была зондеркоманда СС под командованием штурбаннфюрера СС Вальтера Шварца, зачищавшая захваченную территорию от коммисаров, красноармейцев и евреев. Они быстро согнали всех людей, как скот, в сараи и заперли их там на ночь.

А на следующий день начались допросы, которые вёл сам штурмбаннфюрер СС В. Шварц- плотный блондин с переводчиком. Когда семью Савченко привели в хату, Шварц сидел за столом и пил французский коньяк. Он внимательно посмотрел на вошедших и сказал по-немецки.

  • -       Так ты - комиссар завода? А твоя жена – еврейка?- перевёл его слова переводчик в гражданской одежде, - Не отпирайся, комиссар, мне о тебе уже всё рассказали.

  • -       Всех расстрелять! – скомандовал Шварц подчинённым, - Уведите их!

     

    Переводчик не стал переводить эти команды, но Соня Савченко, отбиваясь от эсесовцев, взмолила о пощаде – Сына не убивайте! Он-талантливый молодой пианист и уже играет Бетховена.

    Услышав слово- Бетховен, Шварц вопросительно посмотрел на переводчика – тот перевёл ему слова Сони.

  • -       Зер гут - Бетховен! –произнёс он и дал сигнал солдатам оставить мальчика, а родителей увести.

  • -       Как тебя зовут? – спросил он испуганного мальчика и пальцем показал ему подойти поближе.

  • -       Послушай Борья, я очень люблю музыку Бетховена – это мой любимый композитор. Я дарю тебе жизнь, но взамен хочу, чтобы ты жил со мной и каждый день вечером играл мне Бетховена. Ты должен выучить все его произведения, а также немецкий язык. Мой денщик Ганс будет твоим учителем. Он когда-то работал в школе.

  • -       Ганс, где ты там?

     

    В комнату вошёл пожилой зсесовец в очках и крикнул - Яволь, герр штурмбаннфюрер!- выбросив вверх правую руку.

  • -       Дружище Ганс, этого мальчика зовут Борья. Он – пианист и уже играет Бетховена. Ты будешь для него учителем немецкого, наставником и воспитателем. Он должен быть сыт и здоров и каждый день учить немецкий язык и играть на пианино музыку Бетховена. Он должен научиться играть все произведения Бетховена. Я буду его проверять каждый вечер за ужином. Ты мне отвечаешь за него головой. Да, срочно привези сюда пианино. Послушаем, как он играет. Всё - исполняй!

  • -       Яволь, герр штурмбаннфюрер,- и опять выбросив вверх правую руку, Ганс неуклюже развернулся и вышел из комнаты.

     

    Вечером Боря уже сидел за пианино и сбивчиво от страха, играл произведение Бетховена под названием "Для Эльзы”- единственное, которое он пока выучил.

    Рядом за накрытым столом сидел Шварц и ужинал. Ганс прислуживал ему, как опытный лакей, подавая блюда и подливая в рюмку французский коньяк.

  • -       Ну что ж – для начала неплохо! – сказал Шварц, когда Боря закончил играть, и захлопал в ладоши.

  • -       Вижу, ты старался не для Эльзы, а для меня. Теперь садись к столу и Ганс тебя покормит, а мне пора спать – устал я ужасно. Ганс, потом приведи его ко мне в спальню. Он будет спать со мной.

    Ганс подошёл к ничего непонимающему Боре и, взяв его за руку, подвёл к столу.

  • -       Я буду теперь для тебя и отцом и матерью, а звать тебя буду не Борьей, а Людвигом, как Бетховена, - сказал Шварц Боре и, потрепав рукой его чёрные волосы, встал и вышел из горницы.

    Так началась для Бори-Людвига новая, напряжённая жизнь – целыми днями учёба под руководством Ганса, который, как оказалось, ещё и разбирался в музыке. Ганс был строгим, требовательным и терпеливым учителем. Он настойчиво обучал мальчика немецкому языку, чередуя занятия с уроками музыки и с небольшими перерывами для еды. Боря-Людвиг оказался, действительно, очень способным учеником и Ганс радовался его успехам в языке и музыке. Через несколько месяцев он уже понимал, что ему говорят по-немецки и отвечал на вопросы, а также разучил сонату No.23 – Аппассионату. Шварц был очень доволен, так как это было его самое любимое произведение.

    В награду он даже взял мальчика с собой в поездку к новому месту дислокации зондеркоманды на Донбассе. На Борю-Людвига это произвело большое впечатление. Он видел, как люди разбегаются в страхе и прячутся при виде чёрных эсесовцев. Всю дорогу он хотел спросить Шварца о судьбе своих родителей, но так и не решился. Вскоре зондеркоманда покинула то село и разместилась в небольшом посёлке на Донбассе, откуда стала вести карательные операции против партизан, подпольщиков, коммунистов и евреев. Дальше был Крым, потом отступление в Белоруссию, Польшу и Германию, где зондеркоманда боролась с советскими разведчиками и немецкики дезертирами. Шварц получил повышение по службе, а Боря-Людвиг за это время выучил немецкий язык и почти всего Бетховена. Со Шварцем у него были странные отношения– как ребёнок, он многого не понимал в действиях Вальтера Шварца, которые не были похожи на ласки его настоящего отца. Он стал его бояться, но продолжал с ним спать. Затем он просто возненавидел его, когда узнал от Ганса, что его родители были расстреляны в том самом украинском селе, названия которого Ганс отказался назвать.

     

     

    2) 

    Наступил апрель 1945г. Германские армии практически прекратили сопротивление, особенно здесь, в Баварии и сдавались без боя войскам коалиции во главе с США. Зондеркоманда СС тоже сдалась в плен. Однажды В. Шварц исчез куда-то на несколько недель, а Ганс молчал и на вопросы не отвечал. Когда В. Шварц появился в гражданской одежде, Боря-Людвиг его не узнал -так он изменил свою внешность – отрастил усы, бороду и похудел.

    За обедом он сообщил, что сменил имя и фамилию и теперь он – Отто Шмидт – инженер. Также он купил дом в пригороде Мюнхена и поступил на работу на завод БМВ.

  • -       Старина Ганс, теперь и ты свободен и можешь возвращаться в родные места и снова учить детишек в школе. Спасибо тебе за верную службу все эти 5 лет, но держи язык за зубами, - продолжал новый Отто Шмидт.

  • -       Ну а ты, Людвиг, я надеюсь поедешь со мной и будешь продолжать радовать меня своими успехами в учёбе и музыке. Я дам тебе самое лучшее образование и оставлю неплохое завещание, как своему приёмному сыну, Кстати, я уже оформил твоё усыновление и ты теперь – Людвиг Шмидт.

     

    Боря-Людвиг немного опешил от таких новостей и это замешательство Отто Шмидт посчитал за неожиданную радость.

    К вечеру Ганс собрался уходить и они стали прощаться. Отто Шмидт молча обнял его и передал ему пачку денег на первое время. А Людвиг не смог сдержать своих слёз благодарности, от чего и Ганс прослезился, хотя будучи строгим и сдержанным, он полюбить этого мальчика.

    На следующий день О.Шмидт показывал своему приёмному сыну Людвигу свой дом под Мюнхеном. Это был большой и добротный особняк с садом. Они ходили по комнатам с дубовыми панелями и мебелью и даже с белым роялем в гостинной и Отто Шмидт рассказывал о назначении каждой комнаты. Наконец, они вошли в большую спальную с огромной старинной кроватью под пологом и О.Шмидт объявил, что это их спальная. Боре-Людвигу, которому уже исполнилось 14 лет, вдруг захотелось прервать эти странные отношения и он задумал бежать, куда глаза глядят, тем более, что Ганса рядом уже нет.

    Утром О.Шмидт сообщил, что скоро должны придти домработница и повар, а сам сел в машину и уехал на завод. Лучшего момента для бегства нельзя было придумать и Боря решился убежать.

    Он вышел на ближайшее шоссе и стал голосовать, но машины проносились мимо, как на автобане. Вдруг появились две цыганские повозки. Бородатый кучер спросил мальчика – Парень, ты цыган? Мы едем в Штуттгард можем тебя захватить. В ответ Боря-Людвиг только кивнул головой и залез в телегу под шатёр, где уже было несколько цыган и их детей. У него сразу возник план путешествовать вместе с цыганами, уж если его приняли за своего. Из разговора с ними он узнал, что они едут из Чехии, где скрывались от эсесовцев и теперь намерены жить в Германии. Они оживились, когда узнали, что он – пианист, и сказали, что на жизнь-то он себе заработает, если будет держаться с ними.

    Так Боря (как он представился цыганам) оказался в таборе, не зная, что проведёт с цыганами 6 лет своей кочевой жизни.

    За это время произошло много событий: полная капитуляция Германии, Нюренбергский процесс, создание двух государств ФРГ и ГДР и начало холодной войны. Он видел, как возвращались жители в разрушенные города и сёла, как они разбирали завалы и руины и начинали строить новые города, дома, заводы.

    Но скоро немцы устали от грязной и тяжёлой работы и пригласили гастарбайтеров из Турции и других стран. Жизнь возвращалась в нормальное русло и немцы оправлялись от поражения. У них появилась уверенность, что они будут жить хорошо. Боря с годами становился взрослее и популярнее. Он выступал везде: в церквях, ресторанах, кафе, барах, где играл не только Бетховена, но и народные мелодии. Он давал и сольные концерты, исполняя произведения Бетховена в залах крупных городов ФРГ, где на афишах появлялось его настоящее имя – Борис Савченко. Для цыган он стал золотым мальчиком, приносящим в их казну золотые яйца.

    Но однажды в баре его попросили сыграть мелодию из песни – Реве да стоне Днипр широки! Так он познакомился с группой украинцев, угнанных из Киева немцами. Они предложили ему присоединиться к ним, чтобы вместе искать свою долю. Цыгане не хотели его отпускать, но земляки-киевляне вступились и он покинул табор, где успел полюбить молодую цыганку по имени Аза.

    Боре исполнилось 20 лет, когда он узнал, что его земляки собираются эмигрировать в Австралию, которая в то время занимала 1 место в мире по уровню жизни. Они помогли ему купить документы на имя Бориса Савченко и Австралия с открытыми обьятиями приняла талантливого молодого пианиста.

     

    3)

    Дорога в Австралию по морю из Гамбурга в Сидней в 1950-е годы была долгой ( более одного месяца плавания), но совсем неутомительной для Бориса. Не теряя времени, он каждый день изучал английский язык, а вечером играл на пианино Бетховена для эмигрантов в ресторане корабля. После разрушенной Германии Австралия показалась ему тихим и райским уголком, где люди были радушны, доброжелательны и выглядели загорелыми и счастливыми. Ему говорили, что здесь общество равных возможностей и честного отношения друг к другу. Уже в эмиграционном центре в Сиднее, куда поместили всех эмигрантов, Борису сказали, что после сдачи экзамена по элементарному англйскому языку, его возьмут на работу в Сиднейскую консерваторию. А через некоторое время агент из одной музыкальной гастрольной компании предложил ему контракт на 6 месяцев на поездку по стране с концертами в составе симфонического оркестра.

    Борис с радостью согласился, так как ему хотелось посмотреть страну и пообщаться с австралийцами. Он посетил все крупные города Австралии и везде имел большой успех, когда играл Бетховена сольно или с оркестром. Он воочию убедился, что Австралия – страна эмигрантов из разных стран мира, которые понимают и любят классическую музыку. Когда он вернулся в Сидней после гастролей и сдал экзамен по английскому языку, его зачислили в консерваторию безо всякого конкурса. Он стал преподавателем и у него появились ученики.

    Казалось, что его жизнь в Австралии - успешна с самого начала и развивается по восходящей линии. Через 5 лет в возрасте 26-ти  лет его назначили профессором консерватории и он купил себе небольшой дом в престижном районе Мосман.

    Борис всецело отдавал себя работе и его ученики стали выигрывать местные музыкальные конкурсы игры на рояле. 

    Вот только в личной жизни не было стабильности. Ему досаждали женщины после концертов. Его приследовали местные львицы, пытавшиеся его влюбить в себя и тем самым устроить себе безбедную жизнь с молодым профессором и известным виртуозом-исполнителем. Борис Савченко это чувствовал и  не доверял никому. Он часто вспоминал свою первую любовь - цыганку Азу и то чувство, которое он больше не испытывал ни с кем. Он предпочитал быть одиноким и отбивался от навязчивых женщин, как от назойливых мух. Совершенно неожиданно он почувствовал странное влечение к одному из своих учеников-подростку Бобу из Госфорда. Эта привязанность стала настолько тёплой, что он предложил Бобу переехать к нему в дом и даже пригласил домработницу, чтобы навести порядок в доме и улучшить домашнее питание. Он вспомнил как-то однажды своего приёмного отца Шварца-Отто Шмидта и их взаимоотношения и подумал, что идёт по его пути.

    Но тут же отбросил эту неприятную мысль, так как у него в эмоциональном плане это было совсем другое, ибо он отдаёт Бобу свои опыт и знания, в отличии от Шварца, который использовал  его, словно музыкальную игрушку.   

    Позднее он почувствовал влечение и к другому мальчику Полу и стал считать это вполне нормальным для себя. Но случилось неприятное.

    Мальчики сообщили в полицию о сексуальном домогательстве со стороны их учителя музыки и Бориса Савченко арестовали. Затем состоялся суд, признавшим его виновным в сексуальных домогательствам к несовершеннолетним и педофилии и приговорили к 15 годам тюремного заключения с возможным освобождением после 10 лет при условии примерного поведения. Ему было запрещено преподавать музыку детям.

    Из тюрьмы он вышел через 10 лет совершенно разбитым и подавленным человеком и не знал, как жить дальше. Его репутация как педагога была подорвана и Сиднейская консерватория закрыла для него двери. Оставалась только концертная деятельность и частные уроки музыки, но для этого надо было сменить фамилию и имя. Что он и собирался сделать, когда неожиданно ему позвонил представитель Международного Красного Креста в Австралии и сообщил, что у него к нему очень важное дело. При встрече он долго расспрашивал Бориса об инженере Отто Шмидте, его отношениях с ним, как бы проверяя с тем ли человеком он имеет дело. Наконец, он сообщил, что его приёмный отец Отто Шмидт скончался три года тому назад и оставил многомиллионное завещание на имя Людвига Шмидта ( возможно, Бориса Савченко по рождению), поэтому он уполномочен всё проверить и передать информацию юристам для оформления формальностей.

  • -       Ваш приёмный отец вас долго искал в Германии через нашу организацию, а перед смертью предположил, что вы бежали заграницу и можете жить под первоначальным с рождения именем. Мы нашли ваше настоящее имя из архивов СС по Украине от 1941 г. Оформление завещания займёт некоторое время, но я хочу вас поздравить сейчас, как нового мультимиллионера, - сказал представитель Красного Креста на прощание.

     

    Сначала Бориса охватило чувство небыкновенной радости и облегчения - казалось, что судьба решила его финансовую проблему раз и навсегда. Но потом он задумался, вспомнив Отто Шмидта- Шварца. Он сдержал своё слово и оставил завещание, тем самым, как бы искупая свою вину и грех перед ним. Но сейчас, став взрослее, Борис лучше понимал и даже сочувствовал своему приёмному отцу. Была жестокая война и штурмбаннфюрер СС Вальтер Шварц должен был исполнять приказ и расстрелять его родителей. Возможно, он мучался потом всю свою оставшуюся жизнь за всех расстрелянных по его приказу, но он оставил Бориса живым - пусть даже для своего удовольствия. И вот теперь он откупается завещанием -платит за свои грехи.

    " Я тоже натворил грехов и может испортил жизнь этим двум парням – подумал Борис – надо тоже платить, ведь для них 10 лет моего заключения - ничто. Надо тоже сделать им завещание-компенсацию. В этом мире надо за всё платить, а за свои грехи особенно”

    Прошёл год. Борис получил завещание, через Красный Крест узнал название того села, где были расстреляны его родители и поехал туда на Украину.

    На окраине большого украинского села ему показали братскую могилу и памятник погибшим жителям и красноармейцам в 1941-44 гг. В правлении села ему рассказали, что тут покоятся все расстрелянные фашистами мирные жители, но точных списков у них нет. Возможно, его родители тоже захоронены тут.

    Во время войны село было полностью разрушено и сожжено так, что пришлось его заново отстраивать. Все жители приехали сюда уже после войны.

    После Украины Борис Савченко посетил Германию и проехал на машине по знакомым местам. Он не встретил цыганского табора, но посетил могилу своего приёмного отца Отто Шмидта в пригороде Мюнхена. На могиле он подумал, что было бы, если бы он остался с ним, а не сбежал. Трудно сказать, как бы сложилась тогда его жизнь – один Бог только знает!

    Но надо жить настоящей жизнью и тут ему опять очень повезло. Случайно он встретил одного знакомого музыканта, который вспомнил его Бетховенские концерты здесь в 1950-е годы. Теперь, как владелец крупной гастрольной фирмы, он предложил Борису выгодный многолетний контракт на сольное исполнение произведений Бетховена в Германии и по всему миру. Так Бетховен опять (в который раз в жизни Бориса Савченко!) сыграл свою важную и определяющую роль в его дальнейшей судьбе.

    Теперь для Бориса музыка Бетховена стала смыслом и главной целью  на всю оставшуюся жизнь.

     

     

    © Copyright – 2013 - Алекс Суханов (aka Alex Jones)

     

     

       

     

      

Рейтинг: +2 235 просмотров
Комментарии (1)
Денис Маркелов # 7 января 2014 в 12:55 0
Страшная судьба. В сущности, никогда не знаешь, где таится дьявольский подвох