ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Не сбывшиеся надежды

 

Не сбывшиеся надежды

20 сентября 2014 - Wladimir
 

Не сбывшиеся надежды

 

       Итак, в 1989 году я ушел из НИИ и поступил в кооператив «Агрокон» на постоянную работу.

       Дело в том, что кооператив мы открыли в 1988 году. Учредителями были мой отец, один сотрудник из института, который уволился сразу после регистрации кооператива и я. Числились в кооперативе конструкторов человек двенадцать, но постоянно работали только двое. Остальные – по совместительству.

       Вообще, все это интересно было обставлено. Любому кооперативу обязательно при регистрации нужен был гарант, в лице руководства какого-нибудь завода или организации. Таким гарантом для нас стал завод САОЗ ГОСНИТИ, и его директор Сорокин. Нам выделили комнату на территории завода, и  мы туда принесли свои столы, и старые кульманы.

       Сельхозтехника уже разваливалась, и завод рассчитывал поиметь заказы на изготовление оборудования, которые мы спроектируем.

       Но подход к данному вопросу у нас с руководством завода был разный. Заводчане предполагали, что мы сами будем находить заказчиков разработок, завод с нами будет заключать договор на разработку чертежей, платить за них, а изготовленные по нашим чертежам изделия реализовывать будет сам. И собственниками чертежей и изделий будет завод, а не кооператив.

       Мы же предполагали другой вариант. Арендуем у завода помещение, находим заказчиков, разрабатываем чертежи, заключаем с заводом договор на изготовление изделия, оплачиваем, реализуем продукцию сами.

       И вот на этой почве стали возникать трения.

       Вот смотрите, завод сам заказал нам разработать чертежи на деревообрабатывающий станок. Было написано и утверждено задание, согласно которого и были разработаны чертежи. Причем, в самое короткое время. На разработку и изготовление станка было затрачено всего полтора месяца, так как обошлись без заседаний, согласований, контроля и прочего. К тому же, конструктор был свободен в своем решении конструкции, и в некоторых вопросах проявил оригинальность. (Например, для придания жесткости станку, нижняя часть после установки станка заливалась бетоном в пирамидоидальное корыто, что позволило не ставить станок на фундамент).

       Нам заплатили за чертежи, авторский надзор и внедрение. А сами станки завод реализовывал уже сам. Разница в доходах несравнимая, и собственник всего – завод.

       Такая же история получилась и с гибочным станом для дугообразной  гибки профилей  радиусом в 2 метра (уголков 25х25) для теплиц.

       Все это заставило нас искать более интеллектуальные заказы.

       Заключили мы с одним заводом договор на разработку и изготовление аппаратуры для периодического включения и выключения испытательного стенда проверки надежности шестеренчатых насосов. Аппаратура должна была обеспечить выполнение 25 тысяч циклов. (Периодичность работы четыре минуты с двухминутной остановкой).

       Вот это требование и было указано в техническом задании (и в договоре), и больше – ничего, кроме сроков и суммы договора. (И взаимной ответственности).

       И получилась у меня такая штука. Взял я два мембранных реле времени, ламповую ламель, сигнальную лампу, тумблер, гнездо для предохранителя и разместил в деревянной коробке для кубиков (игрушки сына) с шиберной деревянной крышкой. Закрепил все внутри, вывел провода наружу, закрыл крышку, написал на бумаге название, обозначение, дату изготовления, название фирмы и приклеил к крышке. Затем все залил лаком, чтобы открыть нельзя было.

       Пришел к заказчикам, поместил коробку на стене, подсоединил провода, включил тумблер…. И стенд заработал согласно заданного режима.

       Инженеры лаборатории надежности все проверили с секундомерами в руках. (Хотя такая точность и не требовалась).

       Все бы ничего, да Главный инженер завода платить по договору отказался. Говорит, что такие деньги за какую-то коробку платить невозможно. Пришлось подавать на него в суд.

       Правда, пока судились, испытания были закончены. И мне удалось взять у ребят копию акта испытаний. И суд принял нашу сторону.  Пришлось заводу кроме договорной цены, уплатить и за нанесение ущерба нашему кооперативу.

       Они так обиделись, что больше договора с нами не заключали.

       Все бы ничего. Руководство завода нас терпело. Сделали мы по договорам подвесную кран-балку в одном складском хозяйстве, ванну для очистки промышленных стоков для одного завода, контейнер с гидрозатвором для длительного хранения овощей, фруктов и других продуктов. И был у нас очень крупный заказ для Академии Наук на разработку оборудования для изготовления соединительных колодок электроаппаратов. Одним словом, жить можно было.

       Но вот у одного из наших учредителей на волне перестройки «крыша поехала».  Был день выборов. Директор завода Сорокин был кандидатом в депутаты в районный Совет. И, как водится, не обошлось без вброса бюллетеней. А этот товарищ был наблюдателем на избирательном участке.  Усек он это дело, и устроил грандиознейший скандал, чем довел председателя избирательной комиссии до сердечного приступа. И, мало того, пришел на следующий день к Сорокину и стал ему «права качать», что тот мол, незаконно в депутаты прошел.

       Одним словом, директор его выгнал из своего кабинета. А, заодно, и нас, с территории завода. А на перерегистрации и в кураторстве отказал.

       Одним словом, доделали мы работу для Академии, получили деньги и закрыли этот кооператив…

Вот так и закончилась для меня перестройка…

P.S. А самое интересное, что кооперативщикам время работы в кооперативах в трудовой стаж не засчитали, хоть они налог платили. Я на этом почти год стажа потерял при выходе на пенсию.

 
 

© Copyright: Wladimir, 2014

Регистрационный номер №0240051

от 20 сентября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0240051 выдан для произведения:
 

Не сбывшиеся надежды

 

       Итак, в 1989 году я ушел из НИИ и поступил в кооператив «Агрокон» на постоянную работу.

       Дело в том, что кооператив мы открыли в 1988 году. Учредителями были мой отец, один сотрудник из института, который уволился сразу после регистрации кооператива и я. Числились в кооперативе конструкторов человек двенадцать, но постоянно работали только двое. Остальные – по совместительству.

       Вообще, все это интересно было обставлено. Любому кооперативу обязательно при регистрации нужен был гарант, в лице руководства какого-нибудь завода или организации. Таким гарантом для нас стал завод САОЗ ГОСНИТИ, и его директор Сорокин. Нам выделили комнату на территории завода, и  мы туда принесли свои столы, и старые кульманы.

       Сельхозтехника уже разваливалась, и завод рассчитывал поиметь заказы на изготовление оборудования, которые мы спроектируем.

       Но подход к данному вопросу у нас с руководством завода был разный. Заводчане предполагали, что мы сами будем находить заказчиков разработок, завод с нами будет заключать договор на разработку чертежей, платить за них, а изготовленные по нашим чертежам изделия реализовывать будет сам. И собственниками чертежей и изделий будет завод, а не кооператив.

       Мы же предполагали другой вариант. Арендуем у завода помещение, находим заказчиков, разрабатываем чертежи, заключаем с заводом договор на изготовление изделия, оплачиваем, реализуем продукцию сами.

       И вот на этой почве стали возникать трения.

       Вот смотрите, завод сам заказал нам разработать чертежи на деревообрабатывающий станок. Было написано и утверждено задание, согласно которого и были разработаны чертежи. Причем, в самое короткое время. На разработку и изготовление станка было затрачено всего полтора месяца, так как обошлись без заседаний, согласований, контроля и прочего. К тому же, конструктор был свободен в своем решении конструкции, и в некоторых вопросах проявил оригинальность. (Например, для придания жесткости станку, нижняя часть после установки станка заливалась бетоном в пирамидоидальное корыто, что позволило не ставить станок на фундамент).

       Нам заплатили за чертежи, авторский надзор и внедрение. А сами станки завод реализовывал уже сам. Разница в доходах несравнимая, и собственник всего – завод.

       Такая же история получилась и с гибочным станом для дугообразной  гибки профилей  радиусом в 2 метра (уголков 25х25) для теплиц.

       Все это заставило нас искать более интеллектуальные заказы.

       Заключили мы с одним заводом договор на разработку и изготовление аппаратуры для периодического включения и выключения испытательного стенда проверки надежности шестеренчатых насосов. Аппаратура должна была обеспечить выполнение 25 тысяч циклов. (Периодичность работы четыре минуты с двухминутной остановкой).

       Вот это требование и было указано в техническом задании (и в договоре), и больше – ничего, кроме сроков и суммы договора. (И взаимной ответственности).

       И получилась у меня такая штука. Взял я два мембранных реле времени, ламповую ламель, сигнальную лампу, тумблер, гнездо для предохранителя и разместил в деревянной коробке для кубиков (игрушки сына) с шиберной деревянной крышкой. Закрепил все внутри, вывел провода наружу, закрыл крышку, написал на бумаге название, обозначение, дату изготовления, название фирмы и приклеил к крышке. Затем все залил лаком, чтобы открыть нельзя было.

       Пришел к заказчикам, поместил коробку на стене, подсоединил провода, включил тумблер…. И стенд заработал согласно заданного режима.

       Инженеры лаборатории надежности все проверили с секундомерами в руках. (Хотя такая точность и не требовалась).

       Все бы ничего, да Главный инженер завода платить по договору отказался. Говорит, что такие деньги за какую-то коробку платить невозможно. Пришлось подавать на него в суд.

       Правда, пока судились, испытания были закончены. И мне удалось взять у ребят копию акта испытаний. И суд принял нашу сторону.  Пришлось заводу кроме договорной цены, уплатить и за нанесение ущерба нашему кооперативу.

       Они так обиделись, что больше договора с нами не заключали.

       Все бы ничего. Руководство завода нас терпело. Сделали мы по договорам подвесную кран-балку в одном складском хозяйстве, ванну для очистки промышленных стоков для одного завода, контейнер с гидрозатвором для длительного хранения овощей, фруктов и других продуктов. И был у нас очень крупный заказ для Академии Наук на разработку оборудования для изготовления соединительных колодок электроаппаратов. Одним словом, жить можно было.

       Но вот у одного из наших учредителей на волне перестройки «крыша поехала».  Был день выборов. Директор завода Сорокин был кандидатом в депутаты в районный Совет. И, как водится, не обошлось без вброса бюллетеней. А этот товарищ был наблюдателем на избирательном участке.  Усек он это дело, и устроил грандиознейший скандал, чем довел председателя избирательной комиссии до сердечного приступа. И, мало того, пришел на следующий день к Сорокину и стал ему «права качать», что тот мол, незаконно в депутаты прошел.

       Одним словом, директор его выгнал из своего кабинета. А, заодно, и нас, с территории завода. А на перерегистрации и в кураторстве отказал.

       Одним словом, доделали мы работу для Академии, получили деньги и закрыли этот кооператив…

Вот так и закончилась для меня перестройка…

P.S. А самое интересное, что кооперативщикам время работы в кооперативах в трудовой стаж не засчитали, хоть они налог платили. Я на этом почти год стажа потерял при выходе на пенсию.

 
 

Рейтинг: +1 238 просмотров
Комментарии (2)
Серов Владимир # 20 сентября 2014 в 11:25 +1
Хороший рассказ! Я сам кооператорщик с 89-го года. c0137
Wladimir # 20 сентября 2014 в 15:26 0
Спасибо,Владимир...