ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Не сбывшиеся надежды

Не сбывшиеся надежды

20 сентября 2014 - Wladimir
 

Не сбывшиеся надежды

 

       Итак, в 1989 году я ушел из НИИ и поступил в кооператив «Агрокон» на постоянную работу.

       Дело в том, что кооператив мы открыли в 1988 году. Учредителями были мой отец, один сотрудник из института, который уволился сразу после регистрации кооператива и я. Числились в кооперативе конструкторов человек двенадцать, но постоянно работали только двое. Остальные – по совместительству.

       Вообще, все это интересно было обставлено. Любому кооперативу обязательно при регистрации нужен был гарант, в лице руководства какого-нибудь завода или организации. Таким гарантом для нас стал завод САОЗ ГОСНИТИ, и его директор Сорокин. Нам выделили комнату на территории завода, и  мы туда принесли свои столы, и старые кульманы.

       Сельхозтехника уже разваливалась, и завод рассчитывал поиметь заказы на изготовление оборудования, которые мы спроектируем.

       Но подход к данному вопросу у нас с руководством завода был разный. Заводчане предполагали, что мы сами будем находить заказчиков разработок, завод с нами будет заключать договор на разработку чертежей, платить за них, а изготовленные по нашим чертежам изделия реализовывать будет сам. И собственниками чертежей и изделий будет завод, а не кооператив.

       Мы же предполагали другой вариант. Арендуем у завода помещение, находим заказчиков, разрабатываем чертежи, заключаем с заводом договор на изготовление изделия, оплачиваем, реализуем продукцию сами.

       И вот на этой почве стали возникать трения.

       Вот смотрите, завод сам заказал нам разработать чертежи на деревообрабатывающий станок. Было написано и утверждено задание, согласно которого и были разработаны чертежи. Причем, в самое короткое время. На разработку и изготовление станка было затрачено всего полтора месяца, так как обошлись без заседаний, согласований, контроля и прочего. К тому же, конструктор был свободен в своем решении конструкции, и в некоторых вопросах проявил оригинальность. (Например, для придания жесткости станку, нижняя часть после установки станка заливалась бетоном в пирамидоидальное корыто, что позволило не ставить станок на фундамент).

       Нам заплатили за чертежи, авторский надзор и внедрение. А сами станки завод реализовывал уже сам. Разница в доходах несравнимая, и собственник всего – завод.

       Такая же история получилась и с гибочным станом для дугообразной  гибки профилей  радиусом в 2 метра (уголков 25х25) для теплиц.

       Все это заставило нас искать более интеллектуальные заказы.

       Заключили мы с одним заводом договор на разработку и изготовление аппаратуры для периодического включения и выключения испытательного стенда проверки надежности шестеренчатых насосов. Аппаратура должна была обеспечить выполнение 25 тысяч циклов. (Периодичность работы четыре минуты с двухминутной остановкой).

       Вот это требование и было указано в техническом задании (и в договоре), и больше – ничего, кроме сроков и суммы договора. (И взаимной ответственности).

       И получилась у меня такая штука. Взял я два мембранных реле времени, ламповую ламель, сигнальную лампу, тумблер, гнездо для предохранителя и разместил в деревянной коробке для кубиков (игрушки сына) с шиберной деревянной крышкой. Закрепил все внутри, вывел провода наружу, закрыл крышку, написал на бумаге название, обозначение, дату изготовления, название фирмы и приклеил к крышке. Затем все залил лаком, чтобы открыть нельзя было.

       Пришел к заказчикам, поместил коробку на стене, подсоединил провода, включил тумблер…. И стенд заработал согласно заданного режима.

       Инженеры лаборатории надежности все проверили с секундомерами в руках. (Хотя такая точность и не требовалась).

       Все бы ничего, да Главный инженер завода платить по договору отказался. Говорит, что такие деньги за какую-то коробку платить невозможно. Пришлось подавать на него в суд.

       Правда, пока судились, испытания были закончены. И мне удалось взять у ребят копию акта испытаний. И суд принял нашу сторону.  Пришлось заводу кроме договорной цены, уплатить и за нанесение ущерба нашему кооперативу.

       Они так обиделись, что больше договора с нами не заключали.

       Все бы ничего. Руководство завода нас терпело. Сделали мы по договорам подвесную кран-балку в одном складском хозяйстве, ванну для очистки промышленных стоков для одного завода, контейнер с гидрозатвором для длительного хранения овощей, фруктов и других продуктов. И был у нас очень крупный заказ для Академии Наук на разработку оборудования для изготовления соединительных колодок электроаппаратов. Одним словом, жить можно было.

       Но вот у одного из наших учредителей на волне перестройки «крыша поехала».  Был день выборов. Директор завода Сорокин был кандидатом в депутаты в районный Совет. И, как водится, не обошлось без вброса бюллетеней. А этот товарищ был наблюдателем на избирательном участке.  Усек он это дело, и устроил грандиознейший скандал, чем довел председателя избирательной комиссии до сердечного приступа. И, мало того, пришел на следующий день к Сорокину и стал ему «права качать», что тот мол, незаконно в депутаты прошел.

       Одним словом, директор его выгнал из своего кабинета. А, заодно, и нас, с территории завода. А на перерегистрации и в кураторстве отказал.

       Одним словом, доделали мы работу для Академии, получили деньги и закрыли этот кооператив…

Вот так и закончилась для меня перестройка…

P.S. А самое интересное, что кооперативщикам время работы в кооперативах в трудовой стаж не засчитали, хоть они налог платили. Я на этом почти год стажа потерял при выходе на пенсию.

 
 

© Copyright: Wladimir, 2014

Регистрационный номер №0240051

от 20 сентября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0240051 выдан для произведения:
 

Не сбывшиеся надежды

 

       Итак, в 1989 году я ушел из НИИ и поступил в кооператив «Агрокон» на постоянную работу.

       Дело в том, что кооператив мы открыли в 1988 году. Учредителями были мой отец, один сотрудник из института, который уволился сразу после регистрации кооператива и я. Числились в кооперативе конструкторов человек двенадцать, но постоянно работали только двое. Остальные – по совместительству.

       Вообще, все это интересно было обставлено. Любому кооперативу обязательно при регистрации нужен был гарант, в лице руководства какого-нибудь завода или организации. Таким гарантом для нас стал завод САОЗ ГОСНИТИ, и его директор Сорокин. Нам выделили комнату на территории завода, и  мы туда принесли свои столы, и старые кульманы.

       Сельхозтехника уже разваливалась, и завод рассчитывал поиметь заказы на изготовление оборудования, которые мы спроектируем.

       Но подход к данному вопросу у нас с руководством завода был разный. Заводчане предполагали, что мы сами будем находить заказчиков разработок, завод с нами будет заключать договор на разработку чертежей, платить за них, а изготовленные по нашим чертежам изделия реализовывать будет сам. И собственниками чертежей и изделий будет завод, а не кооператив.

       Мы же предполагали другой вариант. Арендуем у завода помещение, находим заказчиков, разрабатываем чертежи, заключаем с заводом договор на изготовление изделия, оплачиваем, реализуем продукцию сами.

       И вот на этой почве стали возникать трения.

       Вот смотрите, завод сам заказал нам разработать чертежи на деревообрабатывающий станок. Было написано и утверждено задание, согласно которого и были разработаны чертежи. Причем, в самое короткое время. На разработку и изготовление станка было затрачено всего полтора месяца, так как обошлись без заседаний, согласований, контроля и прочего. К тому же, конструктор был свободен в своем решении конструкции, и в некоторых вопросах проявил оригинальность. (Например, для придания жесткости станку, нижняя часть после установки станка заливалась бетоном в пирамидоидальное корыто, что позволило не ставить станок на фундамент).

       Нам заплатили за чертежи, авторский надзор и внедрение. А сами станки завод реализовывал уже сам. Разница в доходах несравнимая, и собственник всего – завод.

       Такая же история получилась и с гибочным станом для дугообразной  гибки профилей  радиусом в 2 метра (уголков 25х25) для теплиц.

       Все это заставило нас искать более интеллектуальные заказы.

       Заключили мы с одним заводом договор на разработку и изготовление аппаратуры для периодического включения и выключения испытательного стенда проверки надежности шестеренчатых насосов. Аппаратура должна была обеспечить выполнение 25 тысяч циклов. (Периодичность работы четыре минуты с двухминутной остановкой).

       Вот это требование и было указано в техническом задании (и в договоре), и больше – ничего, кроме сроков и суммы договора. (И взаимной ответственности).

       И получилась у меня такая штука. Взял я два мембранных реле времени, ламповую ламель, сигнальную лампу, тумблер, гнездо для предохранителя и разместил в деревянной коробке для кубиков (игрушки сына) с шиберной деревянной крышкой. Закрепил все внутри, вывел провода наружу, закрыл крышку, написал на бумаге название, обозначение, дату изготовления, название фирмы и приклеил к крышке. Затем все залил лаком, чтобы открыть нельзя было.

       Пришел к заказчикам, поместил коробку на стене, подсоединил провода, включил тумблер…. И стенд заработал согласно заданного режима.

       Инженеры лаборатории надежности все проверили с секундомерами в руках. (Хотя такая точность и не требовалась).

       Все бы ничего, да Главный инженер завода платить по договору отказался. Говорит, что такие деньги за какую-то коробку платить невозможно. Пришлось подавать на него в суд.

       Правда, пока судились, испытания были закончены. И мне удалось взять у ребят копию акта испытаний. И суд принял нашу сторону.  Пришлось заводу кроме договорной цены, уплатить и за нанесение ущерба нашему кооперативу.

       Они так обиделись, что больше договора с нами не заключали.

       Все бы ничего. Руководство завода нас терпело. Сделали мы по договорам подвесную кран-балку в одном складском хозяйстве, ванну для очистки промышленных стоков для одного завода, контейнер с гидрозатвором для длительного хранения овощей, фруктов и других продуктов. И был у нас очень крупный заказ для Академии Наук на разработку оборудования для изготовления соединительных колодок электроаппаратов. Одним словом, жить можно было.

       Но вот у одного из наших учредителей на волне перестройки «крыша поехала».  Был день выборов. Директор завода Сорокин был кандидатом в депутаты в районный Совет. И, как водится, не обошлось без вброса бюллетеней. А этот товарищ был наблюдателем на избирательном участке.  Усек он это дело, и устроил грандиознейший скандал, чем довел председателя избирательной комиссии до сердечного приступа. И, мало того, пришел на следующий день к Сорокину и стал ему «права качать», что тот мол, незаконно в депутаты прошел.

       Одним словом, директор его выгнал из своего кабинета. А, заодно, и нас, с территории завода. А на перерегистрации и в кураторстве отказал.

       Одним словом, доделали мы работу для Академии, получили деньги и закрыли этот кооператив…

Вот так и закончилась для меня перестройка…

P.S. А самое интересное, что кооперативщикам время работы в кооперативах в трудовой стаж не засчитали, хоть они налог платили. Я на этом почти год стажа потерял при выходе на пенсию.

 
 

Рейтинг: +1 285 просмотров
Комментарии (2)
Серов Владимир # 20 сентября 2014 в 11:25 +1
Хороший рассказ! Я сам кооператорщик с 89-го года. c0137
Wladimir # 20 сентября 2014 в 15:26 0
Спасибо,Владимир...
Популярная проза за месяц
117
116
113
107
102
98
97
97
96
91
90
88
83
82
80
79
75
73
73
71
69
66
66
66
64
64
63
61
58
54