ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Микка. Часть 2-я.

 

Микка. Часть 2-я.

14 июля 2012 - Галина Дашевская

 


Микка. 2-я часть.


Поздно ночью она садилась ближе к компьютеру и вела с ним переписку, которая длилась часами до рассвета.

У них было много общего. Знания, ум, логика. Умение чувствовать и видеть на расстоянии.

В последствии и я пойму, что он на самом деле чувствовал ее близость, хотя она находилась за тысячи километров от нас. Но эта девочка была сильна духом. Одно она сделала правильно, что не захотела встретиться с ним лицом к лицу. Этого не стоило делать, и она поняла правильность своего решения.

Она знала, что скоро уедет. Она знала, что у нее не будет другого выбора. Она лишь позволила себе разговор по телефону.

Он слышал ее нежный голос, заливистый смех, а иногда слезы, что очень огорчало его. Она подолгу рассказывала ему, откуда родом, кто ее родители. Только одну тайну она не рискнула ему доверить. Только одну.

Микка хотела рассказать ему очень много: о том что она его полюбила. Полюбила странной любовью. ведомой лишь ей одной. Виртуальная и непостижимая любовь.

А кто из нас знает такую любовь? Такую, что кровь с носа? Такую, когда бежишь на улицу в дождь и холод? Такую, когда бредешь по ночным улицам, никого не боясь?

Кто сможет нам точно сказать, что это такое?

Она искала в нем защиту, хотя не нуждалась в ней. Она искала себе друга. Умного и всепонимающего. Она не хотела лишних вопросов.Она искала любовь. Она хотела знать, что это такое на самом деле. Она хотела этих неизведанных чувств любви.


Мы говорим, что время лечит. Только вот ее время не хотело лечить или может она сама не хотела вылечиться.

Она выходила ночью на прогулку и всматривалась в каждого прохожего, пытаясь найти его среди других. Знала, что узнает. Знала, что почувствует его со своим чутьем зверя, дикого зверя. Рычащего зверя.


У нее внутри часто просыпался дикий зверь. Кровожадный зверь, который хочет убивать, рвать на части, а потом, выпив крови, успокоиться. Такое с ней стало происходить после того страшного эпизода в ее жизни.

А он? Что он? Звонил каждый день. Каждый день писал письма, на которые она не спешила отвечать. Он писал, что любит ее. Он писал, что, как она, ему не попадались ни разу.

Он мчался за ней в другой город, в надежде, что найдет ее там. Он был в этот момент безумен до предела. Безумство его достигало самого пика. Тогда он мчался в ресторан пить, кутить, гулять. Устраивал там безумные оргии с девчонками, которые сдували с него пылинки.

Но не обижался на нее, он понимал ее душу. Он даже понимал и то, что ее держит собственное здравомыслие и то, что она боится себя и своей агрессивности.

Ему казалось, что он сын неба и за его высоту он готов был платить любым падением на камни. Он прекрасно знал, что делал. В нем странно уживалось безумие рыбы, помноженное на экстравагантность водолея и змеиное благоразумие. Он мог контролировать многие вещи.


Он писал, что одинок. Он хотел видеть ее. Он просил подарить ему вечер, чтобы просто пройдясь по ночному спящему городу послушать тихий разговор ночи.

Он о многом ее просил, но безуспешно.

Поехав за ней в другой город, он бродил как полоумный по улицам, вглядываясь в глаза, проходящих мимо него девушек, выискивая только ее глаза, цвета морской волны.


«Ну вот, очередной мираж. Мелькнул и спрятался в облаках. Ой, да к чёрту! Шелест крыльев и рывок, неспешный, аккуратный, чётко просчитанный. Ну, где ты там, мираж? Куда опять запрятался? Давай станцуем танго, танго в облаках. Ах, даже так? Какие пируэты! Да Вы житель неба! Ну что-же, приятно парить с умелым партнёром. Да мы друг друга стоим! Наверно, мы похожи?

Но что это? Страсть воды? И сила ветра? Я восхищён! Ах, сколько было их, таких вот танцовщиц. Но не было в них чувства, а Вы как будто в небе рождены! Ну да забыл, Вы в нём и рождены. Откуда же тогда, в Вас силы водной стихии? И каждое движение, угадано вперёд. Я никогда подобной не встречал.


В одном движении сплетались двое. Души двух влюбленных сердец. В гармонии небес. Так не танцуют даже боги, ведь нет похожих среди них. Вы так воздушны и неуловимы, и вместе с тем, близки и ощутимы. Вы даже не похожи на мираж. Скажите, ведь так быть не может? Тогда зачем все помыслы, сомненья? Давайте просто танцевать. Ведь крылья нам даны, для танца. Для танго в облаках".

Он даже не сразу замечал, что провожает долгим взглядом всех девушек невысокого роста, с рыжеватыми волосами, ниспадающими по спине.

Вот так! Все симптомы на лицо. Похоже, что он болен. Болезнь – это моя девочка. И может ещё не так сильно, но...


Но уже болен... Думал о ней. Постоянно думал. Мобильный телефон своими звонками рвал его на части, но не с ее именем. Как все достали, как все надоели. Он хотел лишь ее (видеть, слышать, ощущать)... Наверное, ещё немного и сорвется, куда-нибудь... Значит, вновь будет искать ее глазами в толпе... У него было постоянно ощущение, что она где-то рядом, на расстоянии взгляда... Но глаза не знают что искать. И вновь по глазам, чужие души. А, вдруг он найдет ее? Спешил? Нет, это уже не спешка. Не спешка, просто он уже в небе, но никак не мог найти, то ради чего рванул к облакам.

«Где же ты? Мне грустно без тебя... Хотя бы отзовись. Всё будет классно, это как прыгать в холодную реку, немного страшно лишь перед прыжком. И чем дольше думаешь, тем страшнее. А потом оказывается всё так просто и совсем не страшно»

Она через день возвратилась, немного уставшая, но довольная от поездки. Включив компьютер, она увидела от него письмо. Было 8 марта, но она не любила праздники и не понимала их. Ей и так часто дарили цветы, но никто и никогда не узнает, какие она любит. Да и нет их в городе, а если и есть, то это не те, которые она знала. Эти цветы прекрасны, как ранняя весна, пробуждающая природу, они с тонким и неповторимым ароматом, фиолетового цвета. Это лесная фиалка, растущая на Кавказе.


Эти двое продолжали столь необычное общение. Мобильный телефон, интернет, письма. По телефону они говорили по несколько часов к ряду. Если говорили в интернете, то говорили всю ночь напролет. Он настаивал на встрече, но она боялась ее. Она знала о том, что где она живет, там война. Шальной снаряд мог попасть и в их дом, стоящий высоко на скалах.

Только она не предполагала, что погибнет не от шального снаряда, а в банальной автокатастрофе. Я немного забежала вперед, описывая эти события.


Она только сейчас знала, что может срочно возвратиться к себе на Родину, а расставание будет хуже смерти. И вот этого она не хотела и не могла себе позволить.

Умная девочка, да ты за последнее время научилась просчитывать свои шаги по жизни наперед.

Только он отказывался ее понимать, а она не спешила ему все объяснять. Да и правду говорить тоже не хотела. Правда губит человека. Убивает наповал. Да и вообще кому она нужна? Ему? Ей? Или еще кому-то? Да никому...

Он говорил. Она слушала, но уже не слышала его голоса. Все померкло в один миг. Все. Одна лишь боль пронзила сердце. Больное сердце.

Она знала уже давно о своей болезни и знала, что пока эту болезнь нечем лечить. Только операция спасет ее. Только операция. А оперативное вмешательство изуродует ее грудь, а она так молода.

Она прекрасна, как восходящее солнце на заре. Поступь ее подобна царице. Стан ее хрусталик тонкий. Взгляд страшнее божьей кары.

Он, как мог, пытался ее успокаивать. Давал читать ей свои новеллы. Прочитав их, она плакала.

Он как-то плохо отозвался о ее Наталь. Она была очень огорчена, так как она ей обязана своей жизнью.

Это Наталь ее защитила в горах. Наталь отдала ей свою кровь. Наталь ее кровная мать. А чем она оплатит такой долг? Чем?

Извечный вопрос без ответа. Чем? Да и нужно ли ей это? Нет!

Наталь сильна. Наталь странная женщина, не ждущая благодарности. Ей не нужна благодарность от Микки.

Наталь когда-то попала в аналогичную ситуацию. Она умирала, но осталась жить для кого-то. Она осталась жить для меня и для многих других людей.

В той схватке со зверем, ей повредили правую ногу. Она уже перенесла две операции по восстановлению функций на правой ноге. Наталь умеет молчать. Наталь умеет хранить тайны.

Моя девочка кричала, когда писала ему об этом. Только вот крика ее он не услышал. И не услышит. Зачем? Слезы сами капали из ее прекрасных глаз, она не видела, что писала ему.

© Copyright: Галина Дашевская, 2012

Регистрационный номер №0062456

от 14 июля 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0062456 выдан для произведения:

 


Микка. 2-я часть.


Поздно ночью она садилась ближе к компьютеру и вела с ним переписку, которая длилась часами до рассвета.

У них было много общего. Знания, ум, логика. Умение чувствовать и видеть на расстоянии.

В последствии и я пойму, что он на самом деле чувствовал ее близость, хотя она находилась за тысячи километров от нас. Но эта девочка была сильна духом. Одно она сделала правильно, что не захотела встретиться с ним лицом к лицу. Этого не стоило делать, и она поняла правильность своего решения.

Она знала, что скоро уедет. Она знала, что у нее не будет другого выбора. Она лишь позволила себе разговор по телефону.

Он слышал ее нежный голос, заливистый смех, а иногда слезы, что очень огорчало его. Она подолгу рассказывала ему, откуда родом, кто ее родители. Только одну тайну она не рискнула ему доверить. Только одну.

Микка хотела рассказать ему очень много: о том что она его полюбила. Полюбила странной любовью. ведомой лишь ей одной. Виртуальная и непостижимая любовь.

А кто из нас знает такую любовь? Такую, что кровь с носа? Такую, когда бежишь на улицу в дождь и холод? Такую, когда бредешь по ночным улицам, никого не боясь?

Кто сможет нам точно сказать, что это такое?

Она искала в нем защиту, хотя не нуждалась в ней. Она искала себе друга. Умного и всепонимающего. Она не хотела лишних вопросов.Она искала любовь. Она хотела знать, что это такое на самом деле. Она хотела этих неизведанных чувств любви.


Мы говорим, что время лечит. Только вот ее время не хотело лечить или может она сама не хотела вылечиться.

Она выходила ночью на прогулку и всматривалась в каждого прохожего, пытаясь найти его среди других. Знала, что узнает. Знала, что почувствует его со своим чутьем зверя, дикого зверя. Рычащего зверя.


У нее внутри часто просыпался дикий зверь. Кровожадный зверь, который хочет убивать, рвать на части, а потом, выпив крови, успокоиться. Такое с ней стало происходить после того страшного эпизода в ее жизни.

А он? Что он? Звонил каждый день. Каждый день писал письма, на которые она не спешила отвечать. Он писал, что любит ее. Он писал, что, как она, ему не попадались ни разу.

Он мчался за ней в другой город, в надежде, что найдет ее там. Он был в этот момент безумен до предела. Безумство его достигало самого пика. Тогда он мчался в ресторан пить, кутить, гулять. Устраивал там безумные оргии с девчонками, которые сдували с него пылинки.

Но не обижался на нее, он понимал ее душу. Он даже понимал и то, что ее держит собственное здравомыслие и то, что она боится себя и своей агрессивности.

Ему казалось, что он сын неба и за его высоту он готов был платить любым падением на камни. Он прекрасно знал, что делал. В нем странно уживалось безумие рыбы, помноженное на экстравагантность водолея и змеиное благоразумие. Он мог контролировать многие вещи.


Он писал, что одинок. Он хотел видеть ее. Он просил подарить ему вечер, чтобы просто пройдясь по ночному спящему городу послушать тихий разговор ночи.

Он о многом ее просил, но безуспешно.

Поехав за ней в другой город, он бродил как полоумный по улицам, вглядываясь в глаза, проходящих мимо него девушек, выискивая только ее глаза, цвета морской волны.


«Ну вот, очередной мираж. Мелькнул и спрятался в облаках. Ой, да к чёрту! Шелест крыльев и рывок, неспешный, аккуратный, чётко просчитанный. Ну, где ты там, мираж? Куда опять запрятался? Давай станцуем танго, танго в облаках. Ах, даже так? Какие пируэты! Да Вы житель неба! Ну что-же, приятно парить с умелым партнёром. Да мы друг друга стоим! Наверно, мы похожи?

Но что это? Страсть воды? И сила ветра? Я восхищён! Ах, сколько было их, таких вот танцовщиц. Но не было в них чувства, а Вы как будто в небе рождены! Ну да забыл, Вы в нём и рождены. Откуда же тогда, в Вас силы водной стихии? И каждое движение, угадано вперёд. Я никогда подобной не встречал.


В одном движении сплетались двое. Души двух влюбленных сердец. В гармонии небес. Так не танцуют даже боги, ведь нет похожих среди них. Вы так воздушны и неуловимы, и вместе с тем, близки и ощутимы. Вы даже не похожи на мираж. Скажите, ведь так быть не может? Тогда зачем все помыслы, сомненья? Давайте просто танцевать. Ведь крылья нам даны, для танца. Для танго в облаках".

Он даже не сразу замечал, что провожает долгим взглядом всех девушек невысокого роста, с рыжеватыми волосами, ниспадающими по спине.

Вот так! Все симптомы на лицо. Похоже, что он болен. Болезнь – это моя девочка. И может ещё не так сильно, но...


Но уже болен... Думал о ней. Постоянно думал. Мобильный телефон своими звонками рвал его на части, но не с ее именем. Как все достали, как все надоели. Он хотел лишь ее (видеть, слышать, ощущать)... Наверное, ещё немного и сорвется, куда-нибудь... Значит, вновь будет искать ее глазами в толпе... У него было постоянно ощущение, что она где-то рядом, на расстоянии взгляда... Но глаза не знают что искать. И вновь по глазам, чужие души. А, вдруг он найдет ее? Спешил? Нет, это уже не спешка. Не спешка, просто он уже в небе, но никак не мог найти, то ради чего рванул к облакам.

«Где же ты? Мне грустно без тебя... Хотя бы отзовись. Всё будет классно, это как прыгать в холодную реку, немного страшно лишь перед прыжком. И чем дольше думаешь, тем страшнее. А потом оказывается всё так просто и совсем не страшно»

Она через день возвратилась, немного уставшая, но довольная от поездки. Включив компьютер, она увидела от него письмо. Было 8 марта, но она не любила праздники и не понимала их. Ей и так часто дарили цветы, но никто и никогда не узнает, какие она любит. Да и нет их в городе, а если и есть, то это не те, которые она знала. Эти цветы прекрасны, как ранняя весна, пробуждающая природу, они с тонким и неповторимым ароматом, фиолетового цвета. Это лесная фиалка, растущая на Кавказе.


Эти двое продолжали столь необычное общение. Мобильный телефон, интернет, письма. По телефону они говорили по несколько часов к ряду. Если говорили в интернете, то говорили всю ночь напролет. Он настаивал на встрече, но она боялась ее. Она знала о том, что где она живет, там война. Шальной снаряд мог попасть и в их дом, стоящий высоко на скалах.

Только она не предполагала, что погибнет не от шального снаряда, а в банальной автокатастрофе. Я немного забежала вперед, описывая эти события.


Она только сейчас знала, что может срочно возвратиться к себе на Родину, а расставание будет хуже смерти. И вот этого она не хотела и не могла себе позволить.

Умная девочка, да ты за последнее время научилась просчитывать свои шаги по жизни наперед.

Только он отказывался ее понимать, а она не спешила ему все объяснять. Да и правду говорить тоже не хотела. Правда губит человека. Убивает наповал. Да и вообще кому она нужна? Ему? Ей? Или еще кому-то? Да никому...

Он говорил. Она слушала, но уже не слышала его голоса. Все померкло в один миг. Все. Одна лишь боль пронзила сердце. Больное сердце.

Она знала уже давно о своей болезни и знала, что пока эту болезнь нечем лечить. Только операция спасет ее. Только операция. А оперативное вмешательство изуродует ее грудь, а она так молода.

Она прекрасна, как восходящее солнце на заре. Поступь ее подобна царице. Стан ее хрусталик тонкий. Взгляд страшнее божьей кары.

Он, как мог, пытался ее успокаивать. Давал читать ей свои новеллы. Прочитав их, она плакала.

Он как-то плохо отозвался о ее Наталь. Она была очень огорчена, так как она ей обязана своей жизнью.

Это Наталь ее защитила в горах. Наталь отдала ей свою кровь. Наталь ее кровная мать. А чем она оплатит такой долг? Чем?

Извечный вопрос без ответа. Чем? Да и нужно ли ей это? Нет!

Наталь сильна. Наталь странная женщина, не ждущая благодарности. Ей не нужна благодарность от Микки.

Наталь когда-то попала в аналогичную ситуацию. Она умирала, но осталась жить для кого-то. Она осталась жить для меня и для многих других людей.

В той схватке со зверем, ей повредили правую ногу. Она уже перенесла две операции по восстановлению функций на правой ноге. Наталь умеет молчать. Наталь умеет хранить тайны.

Моя девочка кричала, когда писала ему об этом. Только вот крика ее он не услышал. И не услышит. Зачем? Слезы сами капали из ее прекрасных глаз, она не видела, что писала ему.

Рейтинг: +5 276 просмотров
Комментарии (10)
Любовь Мироненко # 8 октября 2012 в 03:00 +2
С огромным удовольствием прочла продолжение.
Галина Дашевская # 8 октября 2012 в 12:42 +3
Спасибо тебе! Есть продолжение этой истории. Отправлю тебе на почту. Здесь не очень читают длинные повести - рассказы.
Василий Саенко # 3 ноября 2012 в 19:18 +2
Гала, интересно! Не огорчайся, если мало читают. Пиши главами.
Галина Дашевская # 6 ноября 2012 в 01:06 +2
Вася, спасибо! Пересмотрю этот вопрос.
Надежда Рыжих # 19 января 2013 в 07:21 +1
Слезы ... горе... муки душевные... Не дай Бог никому !
Галина Дашевская # 13 февраля 2013 в 02:19 +1
Муки душевные - самое тяжелое в жизни.
Борис Бельский # 24 марта 2013 в 20:44 +1
9c054147d5a8ab5898d1159f9428261c
Галина Дашевская # 3 апреля 2013 в 02:30 +1
Спасибо! Признательна! shokolade
Александр Дашевский # 23 ноября 2015 в 14:16 +1
Хорошо пишешь и интересно! Супер! osenpar2
Галина Дашевская # 23 ноября 2015 в 22:20 0
Спасибо, моё сокровище!