МАГНИТАЛЬБОМ

27 ноября 2014 - Работник Неба
article255490.jpg
МАГНИТАЛЬБОМ[1]
 
Посвящается редакторам сборника научных трудов «Русская рок-поэзия: текст и контекст» (ТвГУ)
 
Недавно нашёл картинку (вы её наверняка видели, она уже не первый год гуляет по Интернету): изображены старая плёночная аудиокассета и карандаш, и подо всем этим подпись, что-то вроде: «Современным школьникам не понять, какова связь между этими предметами». Разумеется, список вещей, которых современным школьникам ни за что не понять, весьма обширен, но мы-то, остальные, отлично помним: карандашом крутили колёсико и мотали плёнку, если её зажевал магнитофон. А ещё в торцовых стенках кассет были по краям небольшие прямоугольные углубления (не знаю точно, как они называются), каждое из которых было прикрыто сверху тоненьким квадратиком пластмассы, напоминающим одиноко растущий в углу рта зуб. Если этот «зуб» выломать, то кассета становилась защищённой от повторной записи. Но все прекрасно знали: если забить эти квадратные углубления бумагой или заклеить скотчем, можно подарить такой «защищённой от записи» кассете вторую жизнь и, например, вместо какой-нибудь скучной попсы записать на неё что-то своё, полезное. Особенно эта маленькая хитрость пригождалась в студенческие годы, когда мы записывали лекции на плёночный диктофон, денег на новые, чистые кассеты частенько не хватало, а вот музыки, переставшей вызывать интерес, всегда было на дальних полках наших шкафов сколько угодно.
В тот день мне пришлось вспомнить позабытые ныне премудрости обращения с аудиоплёнкой вот по какой причине: во время уборки я нечаянно нашёл в ящике со старыми тетрадями плёночную кассету. Я не могу сказать ни когда и как приобрёл её, ни какая на ней музыка, - готов поклясться, что вижу её едва ли не впервые. Возможно, она и не из моей собственной фонотеки, а мне оставил её кто-нибудь из друзей, или я сам у кого-нибудь одолжил послушать (ведь в те времена скачивание музыки из Интернета не было распространено, да и сам Интернет был далеко не у всех), - так вот, одолжил послушать, а потом те, у кого я одалживал, исчезли из моего поля зрения. А меня окружали люди с самыми разными музыкальными вкусами…
Послушать незнакомую кассету мне не на чем. Теперь уже не на чем. Сейчас у меня нет даже «вертушки» для дисков: я, как все, слушаю музыку из Сети. А магнитофон – старый добрый двухкассетник, на котором мы в своё время перезаписывали любимые песни, составляли собственные сборники, к которым даже сами рисовали обложки, - этот магнитофон давно сгинул. Аполлоша в молодости скинул его на пол изящным движением мохнатой спины, потому что магнитофон мешал ему удобно разлечься на столе. Разбитая техника долго стояла на антресоли, ожидая умельца, который бы её починил, - но дождалась, увы, лишь отправки на свалку во время очередного ремонта квартиры.
Может быть, мне удастся взять плёночный магнитофон у кого-нибудь из знакомых и послушать эту кассету, а если на ней окажется что-то хорошее, заодно и оцифровать.
Но пока мне остаётся лишь смотреть на обложку и строить догадки.
Судя по тому, что на обложке нет никаких пометок, а футляр у кассеты чистый и непоцарапанный, я точно не покупал её сам, а взял на время у других людей. Это объясняет, почему я обнаружил её в таком неожиданном месте: наверняка спрятал чужую вещь в недоступный для кота уголок и забыл… Впрочем, всё это было давно и уже не имеет решительно никакого значения.
Обложка у кассеты: простая бумага для принтера, красного, между прочим, цвета, на ней – нецветные картинки, незамысловатые шрифты. Гримхильда. Солнцеворотный альбом. Записано не то в 2002, не то в 2004 г. (Тут последняя цифра пришлась на сгиб бумаги и немного стёрлась). Выпущено ООО «Старый двор». В эти годы CD-диски уже не были редкостью. А название лейбла выглядит несколько искусственно. Перед нами явный самопал. Зато, судя по всему, качественный самопал: обложка аккуратная, и даже специфический цвет бумаги не затрудняет чтение. Качество звука я, понятное дело, оценить не могу; не исключено, что записывалась исполнительница как раз во дворе у друзей, у которых была звукозаписывающая аппаратура.
На обложке крупнозернистая фотография рисунка акварелью: какие-то полуразмытые круги, солярные символы, змеи, ветви… на обратной стороне – фото исполнительницы: распущенные волосы, пальцы на грифе гитары большие глаза. Интересно, где сейчас эта «Гримхильда»? Сочиняет ли песни, концертирует ли (пусть под другим сценическим именем)? Или, как выражаются наши неформалы, «ушла в цивил», варит детям супы и коротает вечера у телевизора? В Сети про неё наверняка ничего нет, ведь сколько лет прошло, я даже искать не стал: безнадёжно. Информация об исполнителе на вкладыше к кассете отсутствует. Выбор имени заставляет предполагать, что она так или иначе знакома с древнегерманской мифологией, как минимум, читала «Эдду» в каком-нибудь курсе зарубежной литературы, историю Нифлунгов и Гьюкунгов, - или сама не читала, а ей пересказали товарищи. (Фильмы и комиксы на сюжеты древнегерманских мифов и легенд в те годы ещё не были так популярны; а имя исполнительница должна была выбрать раньше года выпуска этого магнитальбома, возможно, гораздо раньше…). Название «Солнцеворотный альбом» недвусмысленно говорит об интересе исполнительницы к язычеству. (Хотя, опять же, не исключено, что ей не давали покоя лавры Кинчева и Летова).
Итак, Гримхильда и «Солнцеворот». Какое же это может быть направление музыки? Такое сочетание имени исполнителя и названия альбома вполне вписывается в эстетику “pagan metall”, но такую сложную музыку в одиночку не играют, да и картинка на обложке для металла слишком гармоничная, с эдаким налётом наивности, «домашнести». Скорее всего, это либо фолк – такой старый добрый европейский фолк, - либо авторская песня. Ну какую ещё музыку могли слушать мои знакомые десять лет назад!
Теперь самое интересное: реестр песен. Когда текстов нет  и послушать негде, эти девять коротеньких названий – чёрным по красному – дают воображению колоссальный простор.
Первая композиция именуется «Заклятие». Моё сознание уже раньше сказало «Эдда», и теперь оно говорит: «Вёльва». Пробуждённая неистовым богом от потустороннего сна провидица произносит своё пророчество, читает заклятие, распутывает словесную кудель, устраивает судьбы мира. Воображение рисует её стоящей среди метели; тёмные волосы развеваются; льётся, сплетаясь с ветром, тягучий напев, ложатся на снег фразы – возможно, даже не на русском языке, - спешат оживить пространство звуки. Коль скоро у нас «Солнцеворот», возможно, это заклятие Солнцу, чтоб взошло, красно и кругло, чтоб не пожрали его чудища тьмы и зимы, чтоб стал в мире свет…
Трек номер два. «Ворона». Неразборчиво, сокращённо помечен как народная песня, что-то из скандинавского фольклора. Воображение подрисовывает в солнечно-снежную круговерть из предыдущей песни двух больших птиц. Взмахи их крыльев только на первый взгляд выглядят неизящными, а на самом деле вороны отлично знают законы аэродинамики и ловко маневрируют в потоках ветра в такт музыке.
Три. «Песня для тех, кто остался...» … А там, за снежным полем. За алым солнечным диском, за ритмичным шёпотом заклинательницы, есть глухая долина в горах – словно тихое закулисье за вечно оживлённой сценой. В этой долине нечего ждать, нечего ловить, она давно позади, за спиной, - но в ней остался кто-то, кто важен для героини, кого она помнит. Наверное, эта песня имеет грустную медленную мелодию.
4. «Жёлтый мир». Безжизненные улицы, залитые электрическим светом. Упорядоченный город застыл в янтаре. На первый взгляд эта желтизна кажется тёплой, но видимость обманчива; воздух здесь душный, собственно, и воздуха как такового нет, один янтарь, сковывающий движения, заглушающий крик. Захлёбывающийся голос в окружении неживых синтетических нот…
5. «Сквозь лес». Готов поспорить на что угодно, это песня о Мюрквиде. «Сидела старуха в Железном лесу и породила Фенрира род…» Не везёт нашей «Гримхильде»: не успела убежать от всепоглощающей властности глухого янтаря, как теперь ей приходится в одиночку продираться сквозь гибельные чащи. Наверное, у этой песни очень тревожная музыка, острая и сырая как колючие ветви под пасмурным небом. От такого немудрено впасть в депрессию, - и неудивительно, что следующая, шестая композиция называется «Самоуничтожение и воскрешение». Что «воскрешение» - это очень хорошо. Мне почему-то сдаётся, что это короткая песня, начинающаяся мрачно и завершающаяся мажорным аккордом.
7. «Гвозди». Мне упорно кажется, что это какая-то сатира на наш социум. «Гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было этих гвоздей». Я представляю себе, что мелодия этой песни выбивается из общей стилистики альбома и сбивается на панк-рок. Вёльве, провидице, путешественнице ведомы многие миры, и ближние, и нездешние, но в современном обществе она – чужеродный элемент…
8. «Гнилое небо». Очевидно, это песня на похожую тему. Небо сгнило, оттого что солнца в нём нет. Суетные люди, забывшие способность путешествовать по мирам и по песням, вытирают о небо свои грязные руки, пытаются закатать в грубый пластик тончайшие эфирные субстанции. Вернётся ли солнце в их забуревшие без света души?
Номер девять. Финальная композиция с необычным лучистым названием «Разомкни реки!» Открываются небесные ворота – и поток лучей, поток золота, реки звука низвергаются оттуда на землю, вычищая всю гниль, всю темь, всю ложь… Мелодия у этой песни, скорее всего, торжественная.
 
***
Я держу загадочную кассету на своём письменном столе, чтоб была под рукой, часто рассматриваю, в который раз представляю себе мелодии и тексты песен. Порой мои сегодняшние догадки отличаются от вчерашних. Например, мне кажется, что на самом деле «Жёлтый мир» - это мир, залитый солнечными лучами и усыпанный луговыми лютиками, а «Сквозь лес» - песня про переход из наших скучных будней в сказочные чащобы…
Какая жалость, что у меня нет кассетного магнитофона!
 
***
Мне позвонил старый приятель:
- Слышь, бро, тут такое дело; короче, я переезжаю на другую квартиру, но всё барахло я  с собой явно не попру; приезжай, посмотри, может, тебе что пригодится…
Среди вещей, предназначенных на отдачу, у моего приятеля оказался нестарый пузатый магнитофон с отделениями для диска и для плёночной кассеты.
 
Итак, вот он – тот день, о котором я мечтал все эти недели и месяцы! Теперь тайна наконец будет разгадана, неизвестное – прояснено. Я включу пузатый агрегат в розетку и наконец (о, наконец!) узнаю, как поёт эта Гримхильда и какие у неё тексты!
Придя домой от приятеля, я вдруг осознал, что, по большому счёту, зря привёз магнитофон. Да, конечно, благодаря ему я получу разгадку тайны – но потеряю при этом больше, чем обрету. Ведь имея на руках только один вкладыш к магнитальбому, я создал в своём уме целый музыкальный универсум, – и даже не один! – который прихотливо изменялся под стать моему настроению и окружающей обстановке. Фактически, я обладал идеальным музыкальным произведением на все случаи жизни, пусть и воображаемым. А сейчас, когда я вставлю кассету в магнитофон и нажму “Play”, моя фантазия будет ограничена рамками объективной реальности. А если магнитальбом, паче чаяния, окажется не соответствующим моим представлениям, я вполне могу начать ненавидеть исполнительницу за это несоответствие, - а она, конечно же, ничем не заслужила такой участи.
Пусть лучше у меня останется моя загадка. Спасибо.
 
Не помню, кому я потом отдал этот магнитофон.
            18 февраля 2014, утро. Москва

[1] Источником вдохновения послужил рассказ некой Татьяны Гориной «Без названия» в московском альманахе «Соло»  № 13(1994), в котором герой рассматривает обложку диска, читает названия песен и просит друга рассказать, о чём они, - а потом неожиданно встречает их исполнительницу.

© Copyright: Работник Неба, 2014

Регистрационный номер №0255490

от 27 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0255490 выдан для произведения: МАГНИТАЛЬБОМ[1]
 
Посвящается редакторам сборника научных трудов «Русская рок-поэзия: текст и контекст» (ТвГУ)
 
Недавно нашёл картинку (вы её наверняка видели, она уже не первый год гуляет по Интернету): изображены старая плёночная аудиокассета и карандаш, и подо всем этим подпись, что-то вроде: «Современным школьникам не понять, какова связь между этими предметами». Разумеется, список вещей, которых современным школьникам ни за что не понять, весьма обширен, но мы-то, остальные, отлично помним: карандашом крутили колёсико и мотали плёнку, если её зажевал магнитофон. А ещё в торцовых стенках кассет были по краям небольшие прямоугольные углубления (не знаю точно, как они называются), каждое из которых было прикрыто сверху тоненьким квадратиком пластмассы, напоминающим одиноко растущий в углу рта зуб. Если этот «зуб» выломать, то кассета становилась защищённой от повторной записи. Но все прекрасно знали: если забить эти квадратные углубления бумагой или заклеить скотчем, можно подарить такой «защищённой от записи» кассете вторую жизнь и, например, вместо какой-нибудь скучной попсы записать на неё что-то своё, полезное. Особенно эта маленькая хитрость пригождалась в студенческие годы, когда мы записывали лекции на плёночный диктофон, денег на новые, чистые кассеты частенько не хватало, а вот музыки, переставшей вызывать интерес, всегда было на дальних полках наших шкафов сколько угодно.
В тот день мне пришлось вспомнить позабытые ныне премудрости обращения с аудиоплёнкой вот по какой причине: во время уборки я нечаянно нашёл в ящике со старыми тетрадями плёночную кассету. Я не могу сказать ни когда и как приобрёл её, ни какая на ней музыка, - готов поклясться, что вижу её едва ли не впервые. Возможно, она и не из моей собственной фонотеки, а мне оставил её кто-нибудь из друзей, или я сам у кого-нибудь одолжил послушать (ведь в те времена скачивание музыки из Интернета не было распространено, да и сам Интернет был далеко не у всех), - так вот, одолжил послушать, а потом те, у кого я одалживал, исчезли из моего поля зрения. А меня окружали люди с самыми разными музыкальными вкусами…
Послушать незнакомую кассету мне не на чем. Теперь уже не на чем. Сейчас у меня нет даже «вертушки» для дисков: я, как все, слушаю музыку из Сети. А магнитофон – старый добрый двухкассетник, на котором мы в своё время перезаписывали любимые песни, составляли собственные сборники, к которым даже сами рисовали обложки, - этот магнитофон давно сгинул. Аполлоша в молодости скинул его на пол изящным движением мохнатой спины, потому что магнитофон мешал ему удобно разлечься на столе. Разбитая техника долго стояла на антресоли, ожидая умельца, который бы её починил, - но дождалась, увы, лишь отправки на свалку во время очередного ремонта квартиры.
Может быть, мне удастся взять плёночный магнитофон у кого-нибудь из знакомых и послушать эту кассету, а если на ней окажется что-то хорошее, заодно и оцифровать.
Но пока мне остаётся лишь смотреть на обложку и строить догадки.
Судя по тому, что на обложке нет никаких пометок, а футляр у кассеты чистый и непоцарапанный, я точно не покупал её сам, а взял на время у других людей. Это объясняет, почему я обнаружил её в таком неожиданном месте: наверняка спрятал чужую вещь в недоступный для кота уголок и забыл… Впрочем, всё это было давно и уже не имеет решительно никакого значения.
Обложка у кассеты: простая бумага для принтера, красного, между прочим, цвета, на ней – нецветные картинки, незамысловатые шрифты. Гримхильда. Солнцеворотный альбом. Записано не то в 2002, не то в 2004 г. (Тут последняя цифра пришлась на сгиб бумаги и немного стёрлась). Выпущено ООО «Старый двор». В эти годы CD-диски уже не были редкостью. А название лейбла выглядит несколько искусственно. Перед нами явный самопал. Зато, судя по всему, качественный самопал: обложка аккуратная, и даже специфический цвет бумаги не затрудняет чтение. Качество звука я, понятное дело, оценить не могу; не исключено, что записывалась исполнительница как раз во дворе у друзей, у которых была звукозаписывающая аппаратура.
На обложке крупнозернистая фотография рисунка акварелью: какие-то полуразмытые круги, солярные символы, змеи, ветви… на обратной стороне – фото исполнительницы: распущенные волосы, пальцы на грифе гитары большие глаза. Интересно, где сейчас эта «Гримхильда»? Сочиняет ли песни, концертирует ли (пусть под другим сценическим именем)? Или, как выражаются наши неформалы, «ушла в цивил», варит детям супы и коротает вечера у телевизора? В Сети про неё наверняка ничего нет, ведь сколько лет прошло, я даже искать не стал: безнадёжно. Информация об исполнителе на вкладыше к кассете отсутствует. Выбор имени заставляет предполагать, что она так или иначе знакома с древнегерманской мифологией, как минимум, читала «Эдду» в каком-нибудь курсе зарубежной литературы, историю Нифлунгов и Гьюкунгов, - или сама не читала, а ей пересказали товарищи. (Фильмы и комиксы на сюжеты древнегерманских мифов и легенд в те годы ещё не были так популярны; а имя исполнительница должна была выбрать раньше года выпуска этого магнитальбома, возможно, гораздо раньше…). Название «Солнцеворотный альбом» недвусмысленно говорит об интересе исполнительницы к язычеству. (Хотя, опять же, не исключено, что ей не давали покоя лавры Кинчева и Летова).
Итак, Гримхильда и «Солнцеворот». Какое же это может быть направление музыки? Такое сочетание имени исполнителя и названия альбома вполне вписывается в эстетику “pagan metall”, но такую сложную музыку в одиночку не играют, да и картинка на обложке для металла слишком гармоничная, с эдаким налётом наивности, «домашнести». Скорее всего, это либо фолк – такой старый добрый европейский фолк, - либо авторская песня. Ну какую ещё музыку могли слушать мои знакомые десять лет назад!
Теперь самое интересное: реестр песен. Когда текстов нет  и послушать негде, эти девять коротеньких названий – чёрным по красному – дают воображению колоссальный простор.
Первая композиция именуется «Заклятие». Моё сознание уже раньше сказало «Эдда», и теперь оно говорит: «Вёльва». Пробуждённая неистовым богом от потустороннего сна провидица произносит своё пророчество, читает заклятие, распутывает словесную кудель, устраивает судьбы мира. Воображение рисует её стоящей среди метели; тёмные волосы развеваются; льётся, сплетаясь с ветром, тягучий напев, ложатся на снег фразы – возможно, даже не на русском языке, - спешат оживить пространство звуки. Коль скоро у нас «Солнцеворот», возможно, это заклятие Солнцу, чтоб взошло, красно и кругло, чтоб не пожрали его чудища тьмы и зимы, чтоб стал в мире свет…
Трек номер два. «Ворона». Неразборчиво, сокращённо помечен как народная песня, что-то из скандинавского фольклора. Воображение подрисовывает в солнечно-снежную круговерть из предыдущей песни двух больших птиц. Взмахи их крыльев только на первый взгляд выглядят неизящными, а на самом деле вороны отлично знают законы аэродинамики и ловко маневрируют в потоках ветра в такт музыке.
Три. «Песня для тех, кто остался...» … А там, за снежным полем. За алым солнечным диском, за ритмичным шёпотом заклинательницы, есть глухая долина в горах – словно тихое закулисье за вечно оживлённой сценой. В этой долине нечего ждать, нечего ловить, она давно позади, за спиной, - но в ней остался кто-то, кто важен для героини, кого она помнит. Наверное, эта песня имеет грустную медленную мелодию.
4. «Жёлтый мир». Безжизненные улицы, залитые электрическим светом. Упорядоченный город застыл в янтаре. На первый взгляд эта желтизна кажется тёплой, но видимость обманчива; воздух здесь душный, собственно, и воздуха как такового нет, один янтарь, сковывающий движения, заглушающий крик. Захлёбывающийся голос в окружении неживых синтетических нот…
5. «Сквозь лес». Готов поспорить на что угодно, это песня о Мюрквиде. «Сидела старуха в Железном лесу и породила Фенрира род…» Не везёт нашей «Гримхильде»: не успела убежать от всепоглощающей властности глухого янтаря, как теперь ей приходится в одиночку продираться сквозь гибельные чащи. Наверное, у этой песни очень тревожная музыка, острая и сырая как колючие ветви под пасмурным небом. От такого немудрено впасть в депрессию, - и неудивительно, что следующая, шестая композиция называется «Самоуничтожение и воскрешение». Что «воскрешение» - это очень хорошо. Мне почему-то сдаётся, что это короткая песня, начинающаяся мрачно и завершающаяся мажорным аккордом.
7. «Гвозди». Мне упорно кажется, что это какая-то сатира на наш социум. «Гвозди бы делать из этих людей, крепче бы не было этих гвоздей». Я представляю себе, что мелодия этой песни выбивается из общей стилистики альбома и сбивается на панк-рок. Вёльве, провидице, путешественнице ведомы многие миры, и ближние, и нездешние, но в современном обществе она – чужеродный элемент…
8. «Гнилое небо». Очевидно, это песня на похожую тему. Небо сгнило, оттого что солнца в нём нет. Суетные люди, забывшие способность путешествовать по мирам и по песням, вытирают о небо свои грязные руки, пытаются закатать в грубый пластик тончайшие эфирные субстанции. Вернётся ли солнце в их забуревшие без света души?
Номер девять. Финальная композиция с необычным лучистым названием «Разомкни реки!» Открываются небесные ворота – и поток лучей, поток золота, реки звука низвергаются оттуда на землю, вычищая всю гниль, всю темь, всю ложь… Мелодия у этой песни, скорее всего, торжественная.
 
***
Я держу загадочную кассету на своём письменном столе, чтоб была под рукой, часто рассматриваю, в который раз представляю себе мелодии и тексты песен. Порой мои сегодняшние догадки отличаются от вчерашних. Например, мне кажется, что на самом деле «Жёлтый мир» - это мир, залитый солнечными лучами и усыпанный луговыми лютиками, а «Сквозь лес» - песня про переход из наших скучных будней в сказочные чащобы…
Какая жалость, что у меня нет кассетного магнитофона!
 
***
Мне позвонил старый приятель:
- Слышь, бро, тут такое дело; короче, я переезжаю на другую квартиру, но всё барахло я  с собой явно не попру; приезжай, посмотри, может, тебе что пригодится…
Среди вещей, предназначенных на отдачу, у моего приятеля оказался нестарый пузатый магнитофон с отделениями для диска и для плёночной кассеты.
 
Итак, вот он – тот день, о котором я мечтал все эти недели и месяцы! Теперь тайна наконец будет разгадана, неизвестное – прояснено. Я включу пузатый агрегат в розетку и наконец (о, наконец!) узнаю, как поёт эта Гримхильда и какие у неё тексты!
Придя домой от приятеля, я вдруг осознал, что, по большому счёту, зря привёз магнитофон. Да, конечно, благодаря ему я получу разгадку тайны – но потеряю при этом больше, чем обрету. Ведь имея на руках только один вкладыш к магнитальбому, я создал в своём уме целый музыкальный универсум, – и даже не один! – который прихотливо изменялся под стать моему настроению и окружающей обстановке. Фактически, я обладал идеальным музыкальным произведением на все случаи жизни, пусть и воображаемым. А сейчас, когда я вставлю кассету в магнитофон и нажму “Play”, моя фантазия будет ограничена рамками объективной реальности. А если магнитальбом, паче чаяния, окажется не соответствующим моим представлениям, я вполне могу начать ненавидеть исполнительницу за это несоответствие, - а она, конечно же, ничем не заслужила такой участи.
Пусть лучше у меня останется моя загадка. Спасибо.
 
Не помню, кому я потом отдал этот магнитофон.
            18 февраля 2014, утро. Москва

[1] Источником вдохновения послужил рассказ некой Татьяны Гориной «Без названия» в московском альманахе «Соло»  № 13(1994), в котором герой рассматривает обложку диска, читает названия песен и просит друга рассказать, о чём они, - а потом неожиданно встречает их исполнительницу.
Рейтинг: 0 148 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!