ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Я – конструктор... Печка

Я – конструктор... Печка

24 августа 2014 - Wladimir

Я – конструктор

 

Печка

 

      И не простой, а конструктор-проектировщик. То есть, результатом моей деятельности будет являться проект разрабатываемого объекта.

      Проектирование - это выбор некоторого способа 

действия, в частном случае - это создание систем логической основы действия, способной решать при  определенных условиях и ограничениях поставленную  задачу. Затем проект анализируется, обсуждается, корректируется и принимается как основа для дальнейшей разработки.

      Заумно, вроде. Поэтому постараюсь пояснить понятней. Насколько смогу.

      А, в начале, расскажу, как так получилось, что меня, технолога высшей квалификации сразу назначают на должность конструктора завсектором. Выше – только Главный (Генеральный) Конструктор. И его Замы. (Начальники Отделов и замы – не в счет).

      Однажды (20 января 1983 года) шефа нашего технологического отдела Охмана Семена Петровича и моего друга ПЮГа (Пархоменко) вызвал Главный инженер ЦОКТБ Гойхман Аркадий Матвеевич. И сказал, что, в связи с реорганизацией в институте, нужно сократить штат технолога на одну единицу. И, что после долгих раздумий, они решили перевести во второй конструкторский отдел именно Пархоменко.

      Григорич страшно расстроился. Было ему за сорок, и в конструкторских делах он был не силен. А это значит, что переведут его с понижением в должности.

      А я до этого года четыре работал конструктором первой категории в конструкторском отделе Олифиренко Лидии Сергеевной (ученице моего отца) по трудовой книжке жены, которая сидела дома с больным сыном.

      Дело в том, что сын с рождения болел кишечным  сепсисом, и то, что я там у нее зарабатывал, уходило на антистафиллококовый гаммаглобулин (120 рублей за три ампулы в месяц).

      Правда, условия были рабские. Мне давали техническое задание (ТЗ) и я сам тянул всю тему. Вплоть до калькирования и печатания на писчей машинке. Просто деваться было некуда…

      Вот по такой схеме это было

      Зато я прошел всю школу от чертежника, калькировщика, деталировщика, разработчика узлов (сборочных единиц) до проектировщика. И все – за четыре года.

      Так вот… Пошел я к Гойхману и предложил свою кандидатуру. Гойхман знал, что я работал по трудовой книжке жены. Но так, как я был номенклатурный (Председатель НК), меня нельзя было наказывать, или перемещать без моего согласия.

      Гойхман очень обрадовался такому решению, так как понимал, что Пархоменко уйдет из института. И не хотел терять сильного технолога.

      От избытка чувств, он достал и подарил свою готовальню. И еще, в придачу, заявил, что меня переведут на должность завсектора.  И при этом, год с меня не будут план спрашивать.

      На том и порешили.

      Так я стал конструктором (уже официально).

     А теперь – для знакомства с работой конструктора.

 

      Вот такой чертеж детали обязан был разработать конструктор второй категории. А есть еще – первой категории. И ведущий конструктор. А проектировщиком является завсектором и все они у него в подчинении. А мне вот – везло. Я любил один работать, хоть самому многое приходилось делать (зато и ошибок почти не было, а если и были, то пенять было не на кого ).

      Как приходилось работать конструктору в то время, опишу на одном примере…

      Работая по трудовой книжке жены, получил я ТЗ (техническое задание) от лаборатории по ремонту сельхозтехники хлопковой модификации на проектирование печи для выплавки полиамида с полиамидных роликов. Вот что они из себя представляли

 

      На машине их было сотни две. Ученые мужи все подсчитали и решили, что можно много «сиканомить», выплавив полиамид и применив эти стержни повторно.

      Надо сказать, что как конструктор, в то время, я был прямолинеен, как столб. Взял я это ТЗ и пошел к разработчику доказывать, что легче заказать запчасть на заводе-изготовителе, где их делают на станках-автоматах сотнями тысяч штук, и стоят они – копейки.

      Этот научный деятель вытащил из стола цитатник материалов последнего съезда КПСС, где приводилась цитата – «Экономика должна быть экономной», и ткнул пальцем в нужное место.

      Я ушел в отдел, сделал свой расчет экономического эффекта, где доказал, что дешевле добыть этот металл из руды, чем извлекать его из этих полиамидных роликов, и именно методом, указанном в задании. И особого труда это мне не доставило.

      Завлабораторией не стал даже и смотреть, и потребовал проектировать так, как указано в задании.

      Проектировать эту хрень мне было страшно неохота. Я знал, что работать такая схема не будет. А лаборатория постарается сделать козлом отпущения конструктора. И поэтому сделал еще одну попытку. Попросил токаря в стальной болванке проточить отверстие диаметром с стальной стержень ролика (с заходной фаской), а потом даванул на ролик сорокатонным универсальным прессом. И выскочил стержень «голенький», но с полиамидным пятаком на заходном торце.

       Взял я болванку, несколько голых стержней и снова пошел в лабораторию. Там посмотрели и заявили, что требуется прессовщик и слесарь, снимать с торцов пятаки.

        Я опять ушел, и через день пришел со схемой пресс-автомата с бункером питания. А вместо слесаря, для удаления полиамида с торца, применил галтовочный барабан.

      Завлаб, ознакомившись со схемой, сказал мне следующее:

-Слушайте, Пукова, я вижу, вы совсем не желаете выполнять порученную вам работу. И занимаетесь саботажем. (Пуковой он назвал потому, что в подписи жены на чертежах присутствовали буквы «Т» и «Л», которые при слиянии могли читаться как «П»). Идите и делайте так, как указано в ТЗ!

      Пошел я жаловаться своему Главному инженеру. А он мне сказал, что лаборатория для нас является заказчиком. А, посему, мы обязаны выполнить их требования. А на мои возражения, что из нас же сделают козлов отпущения, заявил, что как-нибудь отобьемся.

      "Как-нибудь" меня не устраивало. Не до такой же степени я был наивен, чтобы не понимать, что главным козлом должен стать именно я.

      И тогда я поступил следующим образом. На этапе «Технического предложения» проработал и представил два варианта. Где вторым предложением был вариант ЦОКТБ с механическим удалением полиамидной оболочки со стержня. А к «Пояснительной записке» приложил фотографии, подтверждающие работоспособность данного варианта и все ранее выполненные расчеты.

      На  Техническом совете научные деятели подвоха не почуяли, и подписали все протоколы, где четко было указано выполнять вариант, предложенный лабораторией.

      Конструкция данного изделия представляла собой мантышницу, но большого размера. Видно, идея у великого ученого родилась именно тогда, когда его жена мантышницу заряжала. Вот уж не скажешь, что высосал из пальца!

      По заданию, внутренний диаметр должен был быть миллиметров в четыреста. Тогда наружный диаметр,  с учетом отверстий под нагревательные элементы – в шестьсот. Круга такого в номенклатуре стальных кругов не было. Пришлось делать из листовой стали толщиной в сто пятьдесят миллиметров, собирая диски в пакеты, и сваривая между собой.

      И газорезчик, и токарь проклинали меня последними словами, изготовляя эти детали.

      В отверстия в стенках должны были вставляться нагревательные элементы по окружности. Вся эта конструкция облекалась в кожух с теплоизоляцией внутри. И вышло это все по размеру диаметром с металлическую бочку.

      И, самое важное. Прежде, чем приступить к разработке рабочей документации, я взял несколько роликов, сложил в консервную банку и попытался сплавить с них полиамид. После чего пинцетом вытащил эти ролики, охладил и сложил в стеклянную банку, окрашенную изнутри. Банку закатал крышкой.

      Пришел к Главному инженеру, взял полоску бумаги, расписался, поставил дату, наклеил одним концом на крышку, другим – на стекло и предложил Гойхману оставить у себя в сейфе, заявив, что это – результат испытаний будущего изделия. И другого быть не может.       

      Наступил день испытаний. Сложили они ролики, плавили полдня, открыли крышку, а там такая хрень! Представьте, что вы раскаленный стержень окунули в блинную заправку.

      Главный инженер взял штук пять, принес в свой кабинет и вызвал меня. Захожу, а там сидит завлаб. Гойхман открывает сейф, достает банку, показывает приклеенную полоску (но уже с тремя подписями, моей, его и завлаба) и снимает крышку.

И вытаскивает из банки точно такие же ролики, как и у него на столе….

Оказывается, он с этим завлабом поспорил на десять бутылок дорогого коньяка, предполагая такой же результат….

Продолжение следует...

© Copyright: Wladimir, 2014

Регистрационный номер №0234878

от 24 августа 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0234878 выдан для произведения:

Я – конструктор

 

Печка

 

      И не простой, а конструктор-проектировщик. То есть, результатом моей деятельности будет являться проект разрабатываемого объекта.

      Проектирование - это выбор некоторого способа 

действия, в частном случае - это создание систем логической основы действия, способной решать при  определенных условиях и ограничениях поставленную  задачу. Затем проект анализируется, обсуждается, корректируется и принимается как основа для дальнейшей разработки.

      Заумно, вроде. Поэтому постараюсь пояснить понятней. Насколько смогу.

      А, в начале, расскажу, как так получилось, что меня, технолога высшей квалификации сразу назначают на должность конструктора завсектором. Выше – только Главный (Генеральный) Конструктор. И его Замы. (Начальники Отделов и замы – не в счет).

      Однажды (20 января 1983 года) шефа нашего технологического отдела Охмана Семена Петровича и моего друга ПЮГа (Пархоменко) вызвал Главный инженер ЦОКТБ Гойхман Аркадий Матвеевич. И сказал, что, в связи с реорганизацией в институте, нужно сократить штат технолога на одну единицу. И, что после долгих раздумий, они решили перевести во второй конструкторский отдел именно Пархоменко.

      Григорич страшно расстроился. Было ему за сорок, и в конструкторских делах он был не силен. А это значит, что переведут его с понижением в должности.

      А я до этого года четыре работал конструктором первой категории в конструкторском отделе Олифиренко Лидии Сергеевной (ученице моего отца) по трудовой книжке жены, которая сидела дома с больным сыном.

      Дело в том, что сын с рождения болел кишечным  сепсисом, и то, что я там у нее зарабатывал, уходило на антистафиллококовый гаммаглобулин (120 рублей за три ампулы в месяц).

      Правда, условия были рабские. Мне давали техническое задание (ТЗ) и я сам тянул всю тему. Вплоть до калькирования и печатания на писчей машинке. Просто деваться было некуда…

      Вот по такой схеме это было

      Зато я прошел всю школу от чертежника, калькировщика, деталировщика, разработчика узлов (сборочных единиц) до проектировщика. И все – за четыре года.

      Так вот… Пошел я к Гойхману и предложил свою кандидатуру. Гойхман знал, что я работал по трудовой книжке жены. Но так, как я был номенклатурный (Председатель НК), меня нельзя было наказывать, или перемещать без моего согласия.

      Гойхман очень обрадовался такому решению, так как понимал, что Пархоменко уйдет из института. И не хотел терять сильного технолога.

      От избытка чувств, он достал и подарил свою готовальню. И еще, в придачу, заявил, что меня переведут на должность завсектора.  И при этом, год с меня не будут план спрашивать.

      На том и порешили.

      Так я стал конструктором (уже официально).

     А теперь – для знакомства с работой конструктора.

 

      Вот такой чертеж детали обязан был разработать конструктор второй категории. А есть еще – первой категории. И ведущий конструктор. А проектировщиком является завсектором и все они у него в подчинении. А мне вот – везло. Я любил один работать, хоть самому многое приходилось делать (зато и ошибок почти не было, а если и были, то пенять было не на кого ).

      Как приходилось работать конструктору в то время, опишу на одном примере…

      Работая по трудовой книжке жены, получил я ТЗ (техническое задание) от лаборатории по ремонту сельхозтехники хлопковой модификации на проектирование печи для выплавки полиамида с полиамидных роликов. Вот что они из себя представляли

 

      На машине их было сотни две. Ученые мужи все подсчитали и решили, что можно много «сиканомить», выплавив полиамид и применив эти стержни повторно.

      Надо сказать, что как конструктор, в то время, я был прямолинеен, как столб. Взял я это ТЗ и пошел к разработчику доказывать, что легче заказать запчасть на заводе-изготовителе, где их делают на станках-автоматах сотнями тысяч штук, и стоят они – копейки.

      Этот научный деятель вытащил из стола цитатник материалов последнего съезда КПСС, где приводилась цитата – «Экономика должна быть экономной», и ткнул пальцем в нужное место.

      Я ушел в отдел, сделал свой расчет экономического эффекта, где доказал, что дешевле добыть этот металл из руды, чем извлекать его из этих полиамидных роликов, и именно методом, указанном в задании. И особого труда это мне не доставило.

      Завлабораторией не стал даже и смотреть, и потребовал проектировать так, как указано в задании.

      Проектировать эту хрень мне было страшно неохота. Я знал, что работать такая схема не будет. А лаборатория постарается сделать козлом отпущения конструктора. И поэтому сделал еще одну попытку. Попросил токаря в стальной болванке проточить отверстие диаметром с стальной стержень ролика (с заходной фаской), а потом даванул на ролик сорокатонным универсальным прессом. И выскочил стержень «голенький», но с полиамидным пятаком на заходном торце.

       Взял я болванку, несколько голых стержней и снова пошел в лабораторию. Там посмотрели и заявили, что требуется прессовщик и слесарь, снимать с торцов пятаки.

        Я опять ушел, и через день пришел со схемой пресс-автомата с бункером питания. А вместо слесаря, для удаления полиамида с торца, применил галтовочный барабан.

      Завлаб, ознакомившись со схемой, сказал мне следующее:

-Слушайте, Пукова, я вижу, вы совсем не желаете выполнять порученную вам работу. И занимаетесь саботажем. (Пуковой он назвал потому, что в подписи жены на чертежах присутствовали буквы «Т» и «Л», которые при слиянии могли читаться как «П»). Идите и делайте так, как указано в ТЗ!

      Пошел я жаловаться своему Главному инженеру. А он мне сказал, что лаборатория для нас является заказчиком. А, посему, мы обязаны выполнить их требования. А на мои возражения, что из нас же сделают козлов отпущения, заявил, что как-нибудь отобьемся.

      "Как-нибудь" меня не устраивало. Не до такой же степени я был наивен, чтобы не понимать, что главным козлом должен стать именно я.

      И тогда я поступил следующим образом. На этапе «Технического предложения» проработал и представил два варианта. Где вторым предложением был вариант ЦОКТБ с механическим удалением полиамидной оболочки со стержня. А к «Пояснительной записке» приложил фотографии, подтверждающие работоспособность данного варианта и все ранее выполненные расчеты.

      На  Техническом совете научные деятели подвоха не почуяли, и подписали все протоколы, где четко было указано выполнять вариант, предложенный лабораторией.

      Конструкция данного изделия представляла собой мантышницу, но большого размера. Видно, идея у великого ученого родилась именно тогда, когда его жена мантышницу заряжала. Вот уж не скажешь, что высосал из пальца!

      По заданию, внутренний диаметр должен был быть миллиметров в четыреста. Тогда наружный диаметр,  с учетом отверстий под нагревательные элементы – в шестьсот. Круга такого в номенклатуре стальных кругов не было. Пришлось делать из листовой стали толщиной в сто пятьдесят миллиметров, собирая диски в пакеты, и сваривая между собой.

      И газорезчик, и токарь проклинали меня последними словами, изготовляя эти детали.

      В отверстия в стенках должны были вставляться нагревательные элементы по окружности. Вся эта конструкция облекалась в кожух с теплоизоляцией внутри. И вышло это все по размеру диаметром с металлическую бочку.

      И, самое важное. Прежде, чем приступить к разработке рабочей документации, я взял несколько роликов, сложил в консервную банку и попытался сплавить с них полиамид. После чего пинцетом вытащил эти ролики, охладил и сложил в стеклянную банку, окрашенную изнутри. Банку закатал крышкой.

      Пришел к Главному инженеру, взял полоску бумаги, расписался, поставил дату, наклеил одним концом на крышку, другим – на стекло и предложил Гойхману оставить у себя в сейфе, заявив, что это – результат испытаний будущего изделия. И другого быть не может.       

      Наступил день испытаний. Сложили они ролики, плавили полдня, открыли крышку, а там такая хрень! Представьте, что вы раскаленный стержень окунули в блинную заправку.

      Главный инженер взял штук пять, принес в свой кабинет и вызвал меня. Захожу, а там сидит завлаб. Гойхман открывает сейф, достает банку, показывает приклеенную полоску (но уже с тремя подписями, моей, его и завлаба) и снимает крышку.

И вытаскивает из банки точно такие же ролики, как и у него на столе….

Оказывается, он с этим завлабом поспорил на десять бутылок дорогого коньяка, предполагая такой же результат….

Продолжение следует...

Рейтинг: 0 574 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

 

 

Популярная проза за месяц
130
122
94
86
76
76
76
74
​Я И ТЫ 7 декабря 2017 (Эльвира Ищенко)
71
68
64
64
63
63
62
Перчатка 19 ноября 2017 (Виктор Лидин)
60
58
58
55
54
53
53
53
52
51
51
47
46
43
Синички 20 ноября 2017 (Тая Кузмина)
40