ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Хотели как лучше...

 

Хотели как лучше...

21 октября 2013 - Зяма Политов
В сырую погоду меня мучает ревматизм...
Говоря по совести, на этой фразе моё повествование можно было бы и закончить. Нет, не только потому, что совершенно не представляю, о чем рассказывать сегодняшним вечером. И не потому, что лучше этой фразы я уже вряд ли чего придумаю. Согласитесь, веет от неё этакой патриархальностью и спокойствием. Сосредоточена в ней этакая... ну, словом, вся сермяжная соль мировой классики, не находите? Одна она, эта фраза, уже целая поэма. Со всеми своими страстями, переживаниями и вот такенной кульминацией. Не знаю как кто - я лично сразу живо представляю себя в скрипучем бабушкином кресле-качалке с томиком Тургенева в одной руке и с трубочкою душистого самосада в другой. И на ногах, за неимением пледа, старая бабушкина же ангорская шаль, а на столе оплывшая салом свечка - обязательно!
Весь секрет в моей лени. В кои-то веки хочется просто посидеть мирно на лавочке и спокойно попить пивка. Вот я и ляпнул первое, что пришло в голову, в робкой надежде, что все вокруг вот этак, на мой манер - с трубкой, свечкой и шалью - улетят грёзами к небесам и оставят меня, наконец, в покое. К тому же всё это полнейшая чушь. Не было у меня никогда никакого ревматизма. И в любую погоду, особенно под пиво, я себя изумительно чувствую. Даже не надейтесь!
Но уговор дороже денег. Это даже молодёжи известно. А уговор у меня с молодёжью на сегодня такой. Она, молодёжь, чистит рыбу и бегает за пивом, а я, стало быть, рассказываю ей, молодёжи, о сексе...
- И чо? - обрывает вдруг мой мысленный полёт молодёжь.
А и правда: пиво давно пенится в стаканах, свежая вобла радует глаз жёлтой лоснящейся наготой, а я... А я блуждаю запутанными лабиринтами памяти, пытаясь найти на её пыльных стеллажах подобающий случаю рассказ. Чёрт меня дёрнул!
Секс... Чтобы понять моё отношение к данному вопросу, надо слышать, как я это слово произношу. Никаких тебе сэксов с западным прононсом. Фу, гадость! Презрительно, как моя бабушка, через всё объясняющую простую русскую букву „е" - секс. Да и какой вообще секс?! Не было его! В те времена даже ещё не трахались. Мы - е… э-э-э... любили! Или как ещё назвать? Гммм… Сказать вам честно, так мы вообще не знали, как называть и обсуждать самое приятное на свете занятие. Сухие медицинские термины застревали в глотке, а по матушке изъясняться принято было только в самом узком кругу. Собственно, сейчас мало что изменилось. Как кому не знаю, а меня лично коробит от предложения заняться любовью или, тем паче, сексом. Гораздо ведь лучше по старинке, а? Едва дыша, одними губами, на ушко: девочка моя, я безумно тебя хочу...
Впрочем, я придумал. Бу-у-удет, будет вам секс. Причём без всяких соплей и ностальгии. По-современному. Молодёжь особенно настаивала, чтоб хотя бы сегодня я удержался от ненужных подробностей эпохи застоя и сосредоточился на главном. Ну что же, так тому и быть. Будем считать, что действие происходит в наши дни. Вы замечали, едва только речь заходит о сексе, исторический антураж летит к дьяволу в небытие, а действие странным образом обретает актуальность и так и пышет современным колоритом? Нет? А я, признаться, грешен. Когда повествование раскрашивается пикантными картинками, каюсь, пропускаю иной раз ненужные подробности мимо ушей. Но - на всякий случай - если вдруг что-то покажется вам странным и необычным, давайте спишем это всё на больную фантазию рассказчика, договорились?
Мда... Место, в котором мы познакомились, настолько знаменито, что некоторые чувствительные особы с красными обветренными щеками произносят его название с придыханием и бесконечным благоговением. Кавголово. Чувствуете, я тоже чуть не поддался всеобщему трепету? Фигня! Это зимой оно то самое Кавголово, где лыжечеловеки всех мастей бегают, прыгают, съезжают со склонов на время и точность, да достигают всяких иных достижений, коих до них никто в мире достичь не достигал. А я… Я... Я, когда вспоминаю зимнее Кавголово, не могу сдержать слёз. Ей-богу! Я бы тоже, может, так... вот... И да... да! Вот сидел бы сейчас перед вами, поблёскивая золотом олимпийского рекорда. А что? Вполне... может... почему нет? Но... Всё прахом... Всё… Трое местных амбалов отобрали у меня лыжи и светлое будущее. Не сейчас - давно… Взрослые дяди и тёти, улыбаясь, скользили по лыжне мимо, думали, наверное, что это игры у нас такие, у пацанов. А моя глупая гордость не позволяла позвать на помощь. Я отбивался молча... Дома я много плакал и размышлял о несправедливости этого мира. Потом понял, что лыжи, видимо, не моё призвание и навсегда позабыл о зимнем Кавголове. Просто. Выбросил из головы. И вы тоже, ладно? Забудьте.
Летом это обычный пляж подле парочки лесных озёр. Да, без всяких придыханий, всего лишь одно из мест. Из тех, где истомлённые знойной, с привкусом асфальта и автобусного перегара духотой горожане восстанавливают силы перед очередным заточением в раскалённый каменный мешок на долгие пять трудовых будней. На деле всё частенько оборачивается жуткой давкой, солнечными ожогами, кишечной палочкой, алкогольными отравлениями и водолазами, ощупывающими прибрежные камыши в поисках очередного невезунчика, но горожане - так уж повелось - привыкли называть это отдыхом.
Много надежд утонуло в тех озёрах. Лично моих - штук пятнадцать, не меньше. Пятнадцать девушек меня обломали, изрядно поколебав мою и без того небезупречную юношескую самооценку. Проклятое Кавголово! Надо же так: везде хоть разок да уходишь с пляжа с уловом, а здесь - ну прям будто епитимья на меня наложена. Свят-свят-свят!
Давно же известно, что летом, в жару, с девушками знакомиться лучше не в баре, кафе или на дискотеке, а именно на пляже. Нормальных девушек в баре в такую пору не застать, а если и забредёт какая, то наверняка такой крокодил, какому при ярком солнечном свете на мужское внимание рассчитывать нет никакой надежды. Сами понимаете, остаётся лишь на пьяный маскирующий полумрак заведения уповать. Иной раз - не поверите! - меня так и подмывало бросить заговорённое кавголовское побережье и мчать стремглав туда - в сумрачное прокуренное кафе, к крокодилу. Напиться в хлам горечью да волочь эту рептилию домой, в койку. Во как припирало от отчаяния и буйства едва-едва забродившего тестостерона! А что?! В воскресенье вернутся с дачи родители - всё, пропали выходные! Жди следующего раза. Разве ж это дело? Кто никогда не был безусым юношей, тому не понять, насколько важен каждый миг восемнадцатого лета твоей жизни. Лишь теперь, вкусив изрядно прелестей бытия и пресытившись девичьей лаской, я не тот. И, провожая взглядом очередную восхитительную попу приглянувшейся мне красотки, презрительно кривящей пухлые губки в ответ на мою призывную улыбку, философски цежу себе в усы: Ничего, ничего... Куды ты, строптивица, от меня денешься! Резвись себе пока. Через полгодика выскочишь замуж, ещё через год разведёшься. И всё - ты моя. Сама прибежишь. Мне даже задницу от стула отрывать не придётся.
Разве мог я в восемнадцать без страха думать о „полгодика"? Два дня - пожизненное, а неделя - вечность! Вот! А вы говорите! Но дни идут. А девушки ни в какую! Будто им не восемнадцать, и впереди тысячи тысяч миллиардов лет. Суки! А мы сами? Да тоже хороши! Далось нам это Кавголово! Говорю вам - проклятое место!
Не верьте болтунам, что приписывают всё страшному чудищу, живущему в глубинах кавголовских озёр. Поговаривают, будто бы сама Несси приплывала сюда из Шотландии по туристической визе, прижила ребятёночка от местного алкоголика, а потом бросила на произвол судьбы. Чушь! Брехня! Кто его видел? Да и глубин тут никаких особых нет. Две лужи. Как есть, две лужи и всё тут!
Сам-то я поначалу склонялся к другой версии, более правдоподобной. По всему выходило, что военные конструкторы готовят операцию по крушению надежд мировой империалистической гидры одолеть нашу великую родину и, как обычно, сперва испытывают секретное оружие на собственной территории. Так оно дешевле, да и протесты в ООН наши люди по всяким пустякам не пишут.
Но однажды, когда на глазах удивлённой публики огромная щука едва не утянула на дно двух здоровенных мужиков вместе с резиновой лодкой и канистрой спирта, я догадался, в чём дело. А? Нет, канистру спасти не удалось, но щуку мужики одолели и выволокли на берег. Вся троица настолько умаялась, что минут пять лежала бездыханно на берегу. И народ, прикинь, так припух от неожиданности - первое время не решались никому искусственное дыхание делать. Стоят столбом. Рты разинули. Во, вот так вот, как ты, точно. Кого спасать - а бес его знает! Те ж все на вид близнецы-братья, одной комплекции и роста, и в тине все, что твоё дитё в пелёнках. Кто там из них рыба - хрен разберёшь.
В общем, я так понимаю, щука та и пожирала, зараза, все наши надежды и чаяния. Да нифига я не гоню - ещё как бывает! Отчего тогда на следующий же раз нам так свезло, и мы тех зачётных тёлочек подклеили, а? Вот, то-то же. Не иначе, говорю тебе, щука во всём виновата.
В ту солнечную июньскую субботу мы с Валеркой сменили тактику...
Вы спросите, почему мы с Валеркой вообще оказались в Кавголове в солнечную июньскую субботу? У всех студентов сессия, а вы, мол, что, особенные? Да, спросить вы, конечно, спросите, да только я не смогу вам ответить. Как у меня на всё времени хватало - это необъяснимо. И это при всём при том, что я страшенный лентяй, люблю - чего греха таить - поваляться на диване. Чаще с книжкой, а иногда и просто харю давлю внаглую. Но, взвешивая на весах истории запоминающиеся события моей жизни, я с удивлением и ужасом замечаю, что чаша с двумя первыми годами студенчества легко перетягивает все остальные вехи жизненного пути, вместе взятые. Как, помню, сказал на это, почесав в затылке, старик Эйнштейн - тайна сия велика есть - и что-то украдкой поправил в теории относительности...
Для чего два парня садятся в лодку? Не знаете? Я вам скажу. Либо они неисправимые романтики и готовятся к походу на острова, либо у них есть какой-то план. А мы с Валеркой были, во-первых, неисправимыми романтиками, а во-вторых у нас был план. Как романтики мы готовились к высадке на необитаемый остров в огромном архипелаге Вуоксы, и потому набирались опыта в навигации и гребле, а заодно загрубляли кожу ладоней и качали бицепсы. Кто не в курсе - в дальних странствиях это очень вам пригодится, так и запишите. Впрочем - уже как весьма практичные молодые люди - мы не забывали и про наш план. Для тех, кто до сих пор ещё не усвоил, каким бывает план, когда ты здоров, полон сил и нерастраченной любви и тебе восемнадцать лет, объясняю в последний раз. Знакомство с девушками. Вот первый и единственный план. Зимой, летом, в сессию, в дождь, в ураган, на необитаемом острове, в горящем доме, в космосе - всегда! Поэтому мы с Валеркой не расслабляемся. Мышцу качаем, но и головой направо-налево не забываем крутить. Смотрим. Мы наверняка знаем: у девушек, берущих на часок лодку в пункте проката, тем более есть план.
Не сомневайтесь, всё точно рассчитано. Зимой такая барышня идёт прямиком в бильярдный клуб, арендует на полчасика - или на часик, если не шибко красивая - столик-американку. Заказывает мартини... Ха! О чём это я! Совсем заврался. Ей едва хватило на бильярд - откуда у неё на мартини! Заказывает пиво. И с ленивой грацией в позе бескрайнего одиночества гоняет полосатый - почему-то всегда именно полосатый! - шар из угла в угол. Не стоит расстраиваться, будто она так увлечена, что не замечает тебя в упор. Подойди, не бойся. Если ты высок и недурён собой, а взгляд и улыбка выражают желание оплатить её хорошее настроение и вожделенный мартини, тебе будет высочайше дозволено немедленно обучить её премудростям обращения с шарами и кием. Если же на пальце у тебя - совершенно случайно, по рассеянности - болтается ключ от Порше Кайена, то вообще нет смысла заморачиваться ни о росте, ни о внешности. Ты проходишь вне конкурса, даже если ни разу не играл на бильярде.
Летом - нет. Летом очаровательные юнги в лёгких платьицах идут к подходящему водоёму и берут напрокат лодку. Нет, что вы! Девушке совсем не надо знать основы мореплавания и стратегического планирования. Она вообще, может, никогда слов таких не слышала. Стратегия... Тактика... Навигация… Что за чушь?! У неё, небось, едва-едва троечка в аттестате. Пустое! За девушку решает инстинкт. Именно он подсказывает девушке: Не важно, как далеко ты уплывёшь. Тебя заметят везде, не сомневайся. Главное, чтобы твой стиль гребли вызывал жгучее желание прийти к тебе на помощь. Побольше брызг, визга, и бездонной милой растерянности - эта приманка действует безотказно, почище твоих хвалёных феромонов. Вон, гляди-ка... Похоже, Синдбад-мореход спешит на выручку. А там, подальше, не Джек ли Воробей, а? А это? Это кто? Ох ты, мамочки мои! Неужто сам капитан Грей?! Пора. Пора уже - точно! - ронять за борт весло. Чтоб уж наверняка...
Мы с Валеркой - нет, на морских волков едва ли тянем. Из книжек знаем, конечно, что к волне поворачиваются носом, а форштевень совсем не то, что бейдевинд. Нам ни к чему. Мы, как аргонавты, берём хитростью и напором. Но, конечно же, у нас, не в пример юным прелестницам, невероятнейшие познания в области стратегии и тактики. Во что бы то ни стало захватить в плен девушек - это стратегия. Что вам сказать про тактику? Хмм... О тактике мы пока не задумываемся. Тоже ни к чему пока. Настоящий полководец всегда действует по обстановке. Помните, Александр Македонский? Пришёл, увидел... А Кутузов? Тоже хорош гусь. Помните, что он там французам отчебучил? Мда… Но эти, правда, на суше. Впрочем, не сомневаюсь, что в море подобным же образом решал проблемы и великий Нельсон. Прежде всего - увидеть, а там уж само пойдёт. А нам что, нам ещё проще. У нас, в отличие от некоторых, четыре глаза на двоих…
Я первый их заметил. Валерка едва не выпал с кормы, когда я, сам не ожидая от себя этакой прыти, совершил оверштаг вдвое быстрее, чем того требуют классические каноны.
Ох… - выпалил Валерка в мою сторону, схватившись за борт. Это было не восклицание, а, скорее, вопрос, причём из разряда риторических, окончания которого, в воспитательных целях, я сейчас повторить не решусь.
- Сам ты... - говорю. - Ты глаза-то разуй! Глянь, какие фифы.
- Ох... - наконец, после секундной оторопи подобрал Валерка подходящее слово, крайне похожее на первое, но, правда, наоборот, уже с восклицательной интонацией.
Ну? Что я говорил? Решение о тактике пришло само собой, стоило лишь поглядеть, как эти лохушки неумело гребут. По сторонам не смотрят. Хи-хи, ха-ха... Никакого представления о безопасности каботажного плавания. Спроси таких, какими бортами суда расходятся при встрече - разве ответят? Тьфу!
- На абордаж! - шёпотом скомандовал я Валерке и приналёг на вёсла.
Валерка вперился взглядом в дальний берег. Так задумано. На жертву смотреть нельзя…
Вот скажите мне на милость, что на самом деле отличает пылких юношей от зрелых благородных рыцарей? Нипочём не знаете, я уверен. Зрелый мужчина, он ведь как? Зрелый мужчина всегда терпеливо ждёт, когда его дама сердца сама попадёт в беду. Сама, понимаете? Тогда уж он протягивает ей свою благородную рыцарскую руку и геройски спасает. Потом, соответственно, жаркие объятия, благодарные поцелуи, то да сё… Отдаётся, в общем, дама своему геройскому спасителю.
Пылким юношам ждать недосуг. Просто нет времени. Пылкие юноши сами формируют обстоятельства.
Главное - умело подставить лодку. Остальное - на волю всевышнего.
- Ну куда же ты гребёшь, дурёха?! - говорил я девушке спустя полминуты, хватая за шкирку и стараясь выудить её из воды.
«Красивая. Эта - моя». - моментально отметил я про себя.
Надо вам сказать, что выуживание девушек из воды довольно муторное занятие. Но, с другой стороны, неизгладимо приятное. Объясню. Муторное, во-первых, потому что надо соблюдать баланс. Иначе лодка перевернется, и в воде окажутся уже сами спасатели. Во-вторых, девушка тяжелеет с каждым сантиметром вытянутого из воды тела. Кто не верит - пожалуйте на консультацию к дедушке Архимеду. В любую библиотеку, часы приёма - на двери. Если ты не штангист-разрядник, чёрта с два ты выдернешь девушку в лодку, аки морковку с грядки. Правда, именно это второе обстоятельство и делает процесс неизгладимо приятным. Что посмеешь, то и пожмёшь - помните такую русскую пословицу? Вот. Пока ты её, значит, родимую в лодку по частям переваливаешь, посметь можно многое. Главное, побороть в себе природную деликатность. Она иногда бывает излишней, поверьте. И я, представьте, поборол. И посмел. А что? Кто может меня упрекнуть? Разве вы, когда спасаете человека от неминуемой гибели, думаете о таких мелочах, как светский этикет? Вот и у меня прокатило. Не знаю уж, последствия шока сказались, я ли приглянулся, аль ещё какая причина, но по морде я не получил. «Отлично. Надо развивать успех», - подумал я и ляпнул первое, что пришло в голову:
- Девчонки, а не хлопнуть ли нам по рюмашке?
„Моя", растекаясь ручейками с каждого шва лёгкого ситцевого сарафана, возмущённо захлопала глазами.
«Лишнее сболтнул», - испугался я, - «Поспешил!..»
- С ума сошёл?! - наконец, нашлась „моя", - Водку в такую жару? Мы вот сухеньким баловались. - показала спасённая на две пустые бутылки на дне своей лодки.
«Уфф... Спасибо, господи!»
- Ну-у? За спасение... Да и за знакомство. Сам бог велел. - почувствовав слабину, нахально напирал я.
Откуда прыть взялась?! Обычно такой скромняга.
- Это, кстати, Валера. - не забыв представиться сам, показал я на друга, который всё это время молча сидел на борту, соблюдая тот самый баланс и придерживая другую лодку с притихшей от неожиданности подружкой. Ей, в отличие от „моей", повезло остаться сухой.
Валерка классный парень. Других недостатков у него, пожалуй, нет. Ну разве что малеха неуклюж…
Как какой же это недостаток?! Вы что! Когда классный парень с тобой на пару клеит тёлок - это очень даже недостаток. Поди знай, кого предпочтёт самая красивая.
Я критически осмотрел подружку. Тоже ничего. Валерке повезло, но моя лучше. Я удовлетворённо хмыкнул. И в этот самый миг Валерка возьми да и брякни:
- А у меня сегодня день рождения, кстати...
Ну не сволочь, а? Теперь всё внимание, конечно, к нему. Главное, хата свободная у меня, водка моя, а днюха - у него! Сволочь! Но что я теперь могу? Всё, момент упущен. Разоблачить обманщика, чтоб вообще всё испортить? Проглатываю молча. Ну, не совсем, конечно, молча. Молча я только ему кулак показываю. Незаметно так. А вслух изображаю неподдельное изумление: Ёлки-палки! Точно! Друган! Как же я мог забыть!..
Вот ведь Валерка... Вечно он меня с днями рождения подкузьмит. Это ведь именно он тогда, на моей настоящей днюхе, предложил всё попробовать. Я не рассказывал разве? Ну, послушайте. Тем более, что, пока „моя" сохла, расчёсывала волосы и с пристрастием разглядывала премилую мордашку в подружкино зеркальце, я веселил этой историей всю нашу вновь образованную команду. Заодно и Валерке малость по носу щёлкнул. А что, положение спасать как-то надо, уж слишком большую фору он себе назначил. Надо, надо было этому выскочке нос утереть…
Всё тогда складывалось как нельзя лучше. Мамуля, золотое сердце, порубив салатики и состряпав ещё кой-какую немудрящую закусь, со словами - ты ведь интеллигентный мальчик, не будешь пить как сапожник, сынок, обещаешь? - укатила на дачу, волоча за руку упирающегося, не вполне доверяющего моим кристально чистым глазам папу. Едва дверь захлопнулась, я подпрыгнул до потолка, вскричал - свобода! - и... решил всех удивить. Нет, при чём тут мама с папой?! Гостей удивить. Полдня накануне часа икс мы с Валеркой и Костей бегали по магазинам, покупали напитки. Ещё полдня смешивали всё в кастрюльках.
Задумал я офигенно. Не подавать на стол банальную водку, а сделать вкусные коктейли, как в настоящем баре. Рецептов, само собой, никто не знал, лили на глазок и, чтобы не полагаться на авось, Валерка предложил наши шедевры пробовать. А то, говорит, вдруг херню какую намешаем - опозоримся. Сказано - сделано. Начали по граммулечке дегустировать. Сами понимаете, к моменту, когда мы нашли правильные пропорции, ни в кастрюльках, ни в бутылках ничего не осталось. Осталась головная боль, да и то уже наутро. Силы, время и деньги улетучились тоже, поэтому к приходу гостей на столах стояло что? Ай, умница! Правильно - проверенный и надёжный русский напиток. Исконная, настоящая, родная запотевшая сорокоградусная. Не было бы и её, если бы я не знал потайное место с родительской заначкой к праздникам. О последствиях, со свойственной молодости бесшабашностью, я старался не думать. Не беда - не из таких передряг выпутывались! Пробьёмся. Со стипендии куплю, мысленно ободрял я себя, авось не заметят подмены…
Я вошёл в раж. Потешно жестикулируя, в лицах изображал все сценки. Девочки смеялись. Моя, знамо дело, веселей. И глазками так кокетливо в мою сторону - зырк, зырк... «Победа!» - ликовало внутри меня, - «Теперь никуда не денутся».
- Ну чё, сдаём лодки? - решил я немного подхлестнуть события.
Раз такая удача, справедливо полагал я, нельзя опускать девичий градус.
- Солнце, - говорю, - Уже высоко, а мы ещё ни в одном глазу.
К пляжу шли, уже держась за ручки. Я не мог поверить счастью.
Кто из присутствующих пил водку? Все? На пляже, в жару? Тоже не удивил? Ну и молодёжь пошла! А из бумажного стаканчика? Эх вы, темнота!..
Ну да, первый „косяк" случился на пляже. Прикиньте, этот мудила забыл стаканы. Я, конечно, тоже хорош - не проверил, но не могу же я сам про себя говорить „мудила"!
Девочки переглянулись и заметили хором, что они, дескать, не на помойке себя нашли. В смысле, никаких „из горлА" . Переглянулись и мы. Что тут поделать! Валерке бежать - его же косяк. Прибегает. Весь в мыле, что тот мустанг в прерии.
- Какие, - орёт, - пластиковые?! Ты дурак или как? Одноразовые пластиковые только через несколько лет выпускать начнут!
Чистая правда, кстати. Вы заметили, мы ещё ни разу не воспользовались мобильным телефоном, что, согласитесь, несколько странно для юнцов наших лет? Не было их. Так вот, как раз когда на Западе изобрели первый мобильник, в российских ларьках и появились первые пластиковые стаканчики.
- Вон зато, гля, что достал. - гордо выпячивает грудь Валерка и протягивает три бумажных стаканчика.
- Почему три?
- Идиот, говорю же - последние! С витрины сняли…
Слава богу, растолковывать про бумажные стаканчики никому не надо. В иных местах и по сей день подают в них кофе. Но! Никогда! Никогда, заклинаю, слышите?! Никогда не пейте из них водку. Попомните мои слова. Даже не пытайтесь! Тем более, когда вы рассчитываете на романтическое продолжение вечера и подготавливаете к этому таинству девушку, по мере возможности смягчая её будущее решительное „нет" с помощью веселящих жидкостей. Если никакой иной посуды не нашлось - лучше из горлышка, право слово, как ни противно. Уговаривайте её любыми путями, но не наливайте крепкие напитки в бумажный стакан. Всё пойдёт прахом.
Сначала всё будет нормально. Первые пять секунд. Вот, глядите.
Мы, исходя из количества стаканов - чтоб никому не обидно - решаем пить попарно. Логично? Логично. И наполняем стаканы первой паре. Тоже вроде ничего. Но погодите… Тост нужен? Обязательно! Мы же не алкаши! Мы же с девушками, за знакомство... И вот, посреди тоста, аккурат - как сейчас помню - на слове „прекрасные" два стакана одновременно „взрываются" и начинают нещадно течь, будто мы налили водку в решето.
Секрет, как выяснилось, в пищевом лаке, которым пропитана бумага. Воду он держит прекрасно, а вот перед спиртом, увы, пасует. Как только лак растворяется, стенки стакана безжалостно протекают, словно сделанные из туалетной бумаги. Такой вот конфуз.
Как дальше жить? Не знаю. Водка ведь пропадает почём зря! Утекает - буквально! - в песок. А ещё представьте всех девушек с их извечной дебильной манерой питья. Ёш твою двадцать! Как в холодную прорубь головой! Пять раз вдохнут-выдохнут, перекрестятся, охнут, самые боязливые ещё глоток запивки „паровозиком" наперёд в рот запустят - и то-о-огда-а-а уже. А что уже? Что уже, я спрашиваю! Утекло всё. В песке, блин, драгоценный нектар, итить их мать!
Наши хоть, надо отдать им должное, никаких таких „паровозов" не допускали. Сначала мы думали, это оттого, что просто не было у нас никакой запивки. Ан нет. Позже выяснилось - девахи тёртые, правильные, без всяких там телячьих нежностей. Короче, составили мы все три стакана в один, чтоб преграда, значит, потолще. Пили по очереди - без романтики, без речей, без настроения, подставляя под тёплые капли ладони, да поспешая, как бегун на стометровке. Удовольствия, словом, ноль.
Однако ж не зря люди говорят, что худа без добра не бывает. Да! Точно! И не мы это вовсе! Не мы, заметьте, это предложили. Мы вообще с Валеркой не виноваты. Им самим мало показалось. Что за фигня, говорят. Ни в голове, говорят, ни в жопе. А мы что? Мы ничего. Мы с Валеркой снова переглянулись...
В электричке, помню, близко-близко уже стояли. Нет, что вы, я - нет. Я - воплощение скромности. Как можно! Это толпа её ко мне прижимала. А я её лишь прикрывал от натиска. Обеими руками. Одна на талии, другая чуть выше... Или ниже? Не помню. Помню, не дышал. Толпа, что тут скажешь... Мне кажется, она всё правильно поняла.
Мы, пока с Валеркой переглядывались, без слов уже всё решили. Ни к чему слова, когда и так всё понятно. Расчёт прост, как две копейки. Нас двое, их двое. Комнат у меня тоже две. Значит и бутылок надо брать две. Логично? Чтоб всё получилось без сучка, без задоринки. Взяли флаконы побольше, по ноль семь. В народе - „сабонисы", за их высокий рост. Баскетболист был такой, чего тут непонятного! Эх, ты, деревенщина!
Казалось бы, многовато на четверых, двое из которых, тем более, хрупкие барышни. Да, признаться, мы тоже было решили, что этим пигалицам и пробки понюхать хватит. Они ведь, в отличие от нас с Валеркой, с утреца разминаются. Шутка ли, по „сухарю" на рыло раздавили, да ещё нашей водкой догонялись. Но тут, я вам доложу, совсем не лишним будет напомнить про второе отличие пылкого безусого юноши от зрелого уверенного в себе мужчины. Мужчине, подливающему девушке в бокал ради грядущей лёгкости бытия, вовсе не обязательно напиваться самому. Ну, разве что, для некоего романтического флёра. Не больше. Ему не нужно преодолевать никакого психологического барьера. Он на пять с плюсом знает, что и как делается на ложе любви. Безусому же, но пылкому юноше просто позарез необходимо самому ужраться до потери рассудка. Тогда, он думает, всё пойдёт само собой, как по маслу. Для пылкого безусого юноши ведь и десятый, и двадцатый раз - как первый. Именно поэтому у нас с Валеркой не возникло даже тени сомнения: „сабонисы", по ноль семь. И точка!
Дома уже всё по-другому. Романтика, музычка, туда-сюда... Рюмочки правильные, запивочки намешали. Красота! С закуской не ахти, правда, но и не то чтобы совсем ничего. Мама же сына не оставит голодным. Пошерстили в холодильнике, а как же…
Тосты красивые говорим, беседу светскую ведём. Всё как надо, по-взрослому. До танцев, правда, ещё не дошло, но всё к тому…
Вот вы мне скажите... Я-то, признаться, думал, что это только в заведениях увеселительных девчонки всей толпой в туалет срываются. Ну ладно, там ещё понятно. Туалет далеко, поодиночке страшно - вдруг чего! Но вот никак дотумкать я не могу, а зачем им в квартире такой коллективизм. А дома? У себя дома, интересно, они как? Неужели им без помощи не справиться? Кого пописать с собой зовут: маму, бабушку? Или подруге звонят?
Впрочем тогда мы, по честнаку, не очень этим вопросом заморачивались. Мы этому радовались. Мы с Валеркой это обстоятельство себе на пользу оборачивали. Хитрили так. А ты как думал?! Четыре раза наши красавицы в туалет отлучались. Обе, две, вместе! И четыре же полновесных разочка мы с Валеркой меняли в своих рюмках водку на чистейшую, свежайшую, студёную... воду из-под крана. Дураки, спросите вы? Нифига, ответим мы с Валеркой. Вот ты поди ж! Полдня пьём, а девочки наши всё никак до кондиции не дойдут. Нам уже ой как в кайф, а они словно и не пили совсем! Мы-то уже думаем, как бы уже - опа!.. - и вот… Ан нет!.. Что, спрашивается, за хреновина?!
До танцев, помню, дело всё ж дошло. Как слегка стемнело... Поцелуй в щёчку... Знаете, как приятно? М-м-м...
А утром, прикиньте, просыпаюсь…

- Эй, эй-эй! Эй-эй-эй!!! - грозно напоминает о себе молодёжь, выразительно хмурит брови и немедленно прекращает пивные инвестиции в мою бездонную глотку. - Ты давай, не перескакивай! Самое интересное начинается, наконец-то. Давай, давай - танцы, шманцы, обниманцы... и-и-и? Дальше что было?
Мне бы, дураку, сообразить что к чему, да извернуться как-нибудь ловко, так нет же! Я свою линию гнуть продолжаю. Исторически правдивую. Вы же знаете, мне без правды никак. Мне же мальцам урок преподать надо. Чтоб думали наперёд!..

- Ну так я же и говорю, - говорю, - Утром просыпаюсь...
Один, говорю. Где кто - а бес их ведает! Во рту кака. Голова - у-у-у-у-у... Ничего не помню. Сижу, тупо осматриваюсь, вспоминаю. Слышу, в соседней комнате заворочались. Суки, думаю, неужели всё прошло без меня?! Валерка, сволочь, как он посмел! C двумя! Сразу! Убью!
Бегу туда.
Не поверите, желание убивать вмиг улетучилось. Он, сука, так потешно головой мотает. Вот, сову в „Что? Где? Когда?" видели? Вот. Точно так же. Только как если бы ей оба глаза подбить и перья выщипать. Точь в точь! Голый, падла, сидит и тупо башкой вертит. Тоже один…
- Где девки? - спрашиваю.
- Так... за водкой же пошли! - еле губами ворочает.
- За какой водкой?
- За водкой... Ты пошёл в комнату новую музыку искать... мы тебя звали, звали... Эти шмары, прикинь, вчера допили всё, разорались... Мол, что за херня - пить больше нечего, что ли?! Все ящики перерыли… И убежали... Щас, говорят, принесём…
- Ну? И где они?
- Не знаю... Я думал, ты им открывал... Меня чего-то сморило... Ты разве звонок не слышал? Или мне приснилось? Хер знает…
- Твою мать! - осенило вдруг меня. Я бросился к шкафу, где родители хранили деньги…

Ох-хо-хо... Видать, всё же лучше бы мне было сослаться на ревматизм... Дурень старый…
Нет, молодёжь меня не сильно побила. Видите, я уже передвигаюсь самостоятельно, а со вчерашнего дня могу принимать твёрдую пищу.
Вот только никак в толк не могу взять, на что молодёжь осерчала? Неужто догадались, что я всё-таки не удержался и слегка приврал. Так это ж только для драматизма, для остроты, так сказать, ситуации. Благие же цели! Да и откуда они вообще могли знать, что ни за что не пришло бы мне тогда в голову бежать проверять деньги?!
Не те времена были. Воровать, конечно, воровали. Но мало и, в основном, у государства. И, тем более, мы об этом ничегошеньки не знали. Если только из телеспектакля „Следствие ведут знатоки". Ну, так это же просто кино, сказка! Так что нет, нет, исключено, даже мысли бы такой не возникло.
Но молодёжь! Ей откуда это знать?! Она же дура совсем зелёная!
Или, может, им пива жалко?
Не из-за секса же, в самом деле. Что там какой-то секс - тьфу! Я ж лучше всякого секса - я их уму-разуму научил!
Нет, не пойму...



© Copyright: Зяма Политов, 2013

Регистрационный номер №0165370

от 21 октября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0165370 выдан для произведения: В сырую погоду меня мучает ревматизм...
Говоря по совести, на этой фразе моё повествование можно было бы и закончить. Нет, не только потому, что совершенно не представляю, о чем рассказывать сегодняшним вечером. И не потому, что лучше этой фразы я уже вряд ли чего придумаю. Согласитесь, веет от неё этакой патриархальностью и спокойствием. Сосредоточена в ней этакая... ну, словом, вся сермяжная соль мировой классики, не находите? Одна она, эта фраза, уже целая поэма. Со всеми своими страстями, переживаниями и вот такенной кульминацией. Не знаю как кто - я лично сразу живо представляю себя в скрипучем бабушкином кресле-качалке с томиком Тургенева в одной руке и с трубочкою душистого самосада в другой. И на ногах, за неимением пледа, старая бабушкина же ангорская шаль, а на столе оплывшая салом свечка - обязательно!
Весь секрет в моей лени. В кои-то веки хочется просто посидеть мирно на лавочке и спокойно попить пивка. Вот я и ляпнул первое, что пришло в голову, в робкой надежде, что все вокруг вот этак, на мой манер - с трубкой, свечкой и шалью - улетят грёзами к небесам и оставят меня, наконец, в покое. К тому же всё это полнейшая чушь. Не было у меня никогда никакого ревматизма. И в любую погоду, особенно под пиво, я себя изумительно чувствую. Даже не надейтесь!
Но уговор дороже денег. Это даже молодёжи известно. А уговор у меня с молодёжью на сегодня такой. Она, молодёжь, чистит рыбу и бегает за пивом, а я, стало быть, рассказываю ей, молодёжи, о сексе...
- И чо? - обрывает вдруг мой мысленный полёт молодёжь.
А и правда: пиво давно пенится в стаканах, свежая вобла радует глаз жёлтой лоснящейся наготой, а я... А я блуждаю запутанными лабиринтами памяти, пытаясь найти на её пыльных стеллажах подобающий случаю рассказ. Чёрт меня дёрнул!
Секс... Чтобы понять моё отношение к данному вопросу, надо слышать, как я это слово произношу. Никаких тебе сэксов с западным прононсом. Фу, гадость! Презрительно, как моя бабушка, через всё объясняющую простую русскую букву „е" - секс. Да и какой вообще секс?! Не было его! В те времена даже ещё не трахались. Мы - е… э-э-э... любили! Или как ещё назвать? Гммм… Сказать вам честно, так мы вообще не знали, как называть и обсуждать самое приятное на свете занятие. Сухие медицинские термины застревали в глотке, а по матушке изъясняться принято было только в самом узком кругу. Собственно, сейчас мало что изменилось. Как кому не знаю, а меня лично коробит от предложения заняться любовью или, тем паче, сексом. Гораздо ведь лучше по старинке, а? Едва дыша, одними губами, на ушко: девочка моя, я безумно тебя хочу...
Впрочем, я придумал. Бу-у-удет, будет вам секс. Причём без всяких соплей и ностальгии. По-современному. Молодёжь особенно настаивала, чтоб хотя бы сегодня я удержался от ненужных подробностей эпохи застоя и сосредоточился на главном. Ну что же, так тому и быть. Будем считать, что действие происходит в наши дни. Вы замечали, едва только речь заходит о сексе, исторический антураж летит к дьяволу в небытие, а действие странным образом обретает актуальность и так и пышет современным колоритом? Нет? А я, признаться, грешен. Когда повествование раскрашивается пикантными картинками, каюсь, пропускаю иной раз ненужные подробности мимо ушей. Но - на всякий случай - если вдруг что-то покажется вам странным и необычным, давайте спишем это всё на больную фантазию рассказчика, договорились?
Мда... Место, в котором мы познакомились, настолько знаменито, что некоторые чувствительные особы с красными обветренными щеками произносят его название с придыханием и бесконечным благоговением. Кавголово. Чувствуете, я тоже чуть не поддался всеобщему трепету? Фигня! Это зимой оно то самое Кавголово, где лыжечеловеки всех мастей бегают, прыгают, съезжают со склонов на время и точность, да достигают всяких иных достижений, коих до них никто в мире достичь не достигал. А я… Я... Я, когда вспоминаю зимнее Кавголово, не могу сдержать слёз. Ей-богу! Я бы тоже, может, так... вот... И да... да! Вот сидел бы сейчас перед вами, поблёскивая золотом олимпийского рекорда. А что? Вполне... может... почему нет? Но... Всё прахом... Всё… Трое местных амбалов отобрали у меня лыжи и светлое будущее. Не сейчас - давно… Взрослые дяди и тёти, улыбаясь, скользили по лыжне мимо, думали, наверное, что это игры у нас такие, у пацанов. А моя глупая гордость не позволяла позвать на помощь. Я отбивался молча... Дома я много плакал и размышлял о несправедливости этого мира. Потом понял, что лыжи, видимо, не моё призвание и навсегда позабыл о зимнем Кавголове. Просто. Выбросил из головы. И вы тоже, ладно? Забудьте.
Летом это обычный пляж подле парочки лесных озёр. Да, без всяких придыханий, всего лишь одно из мест. Из тех, где истомлённые знойной, с привкусом асфальта и автобусного перегара духотой горожане восстанавливают силы перед очередным заточением в раскалённый каменный мешок на долгие пять трудовых будней. На деле всё частенько оборачивается жуткой давкой, солнечными ожогами, кишечной палочкой, алкогольными отравлениями и водолазами, ощупывающими прибрежные камыши в поисках очередного невезунчика, но горожане - так уж повелось - привыкли называть это отдыхом.
Много надежд утонуло в тех озёрах. Лично моих - штук пятнадцать, не меньше. Пятнадцать девушек меня обломали, изрядно поколебав мою и без того небезупречную юношескую самооценку. Проклятое Кавголово! Надо же так: везде хоть разок да уходишь с пляжа с уловом, а здесь - ну прям будто епитимья на меня наложена. Свят-свят-свят!
Давно же известно, что летом, в жару, с девушками знакомиться лучше не в баре, кафе или на дискотеке, а именно на пляже. Нормальных девушек в баре в такую пору не застать, а если и забредёт какая, то наверняка такой крокодил, какому при ярком солнечном свете на мужское внимание рассчитывать нет никакой надежды. Сами понимаете, остаётся лишь на пьяный маскирующий полумрак заведения уповать. Иной раз - не поверите! - меня так и подмывало бросить заговорённое кавголовское побережье и мчать стремглав туда - в сумрачное прокуренное кафе, к крокодилу. Напиться в хлам горечью да волочь эту рептилию домой, в койку. Во как припирало от отчаяния и буйства едва-едва забродившего тестостерона! А что?! В воскресенье вернутся с дачи родители - всё, пропали выходные! Жди следующего раза. Разве ж это дело? Кто никогда не был безусым юношей, тому не понять, насколько важен каждый миг восемнадцатого лета твоей жизни. Лишь теперь, вкусив изрядно прелестей бытия и пресытившись девичьей лаской, я не тот. И, провожая взглядом очередную восхитительную попу приглянувшейся мне красотки, презрительно кривящей пухлые губки в ответ на мою призывную улыбку, философски цежу себе в усы: Ничего, ничего... Куды ты, строптивица, от меня денешься! Резвись себе пока. Через полгодика выскочишь замуж, ещё через год разведёшься. И всё - ты моя. Сама прибежишь. Мне даже задницу от стула отрывать не придётся.
Разве мог я в восемнадцать без страха думать о „полгодика"? Два дня - пожизненное, а неделя - вечность! Вот! А вы говорите! Но дни идут. А девушки ни в какую! Будто им не восемнадцать, и впереди тысячи тысяч миллиардов лет. Суки! А мы сами? Да тоже хороши! Далось нам это Кавголово! Говорю вам - проклятое место!
Не верьте болтунам, что приписывают всё страшному чудищу, живущему в глубинах кавголовских озёр. Поговаривают, будто бы сама Несси приплывала сюда из Шотландии по туристической визе, прижила ребятёночка от местного алкоголика, а потом бросила на произвол судьбы. Чушь! Брехня! Кто его видел? Да и глубин тут никаких особых нет. Две лужи. Как есть, две лужи и всё тут!
Сам-то я поначалу склонялся к другой версии, более правдоподобной. По всему выходило, что военные конструкторы готовят операцию по крушению надежд мировой империалистической гидры одолеть нашу великую родину и, как обычно, сперва испытывают секретное оружие на собственной территории. Так оно дешевле, да и протесты в ООН наши люди по всяким пустякам не пишут.
Но однажды, когда на глазах удивлённой публики огромная щука едва не утянула на дно двух здоровенных мужиков вместе с резиновой лодкой и канистрой спирта, я догадался, в чём дело. А? Нет, канистру спасти не удалось, но щуку мужики одолели и выволокли на берег. Вся троица настолько умаялась, что минут пять лежала бездыханно на берегу. И народ, прикинь, так припух от неожиданности - первое время не решались никому искусственное дыхание делать. Стоят столбом. Рты разинули. Во, вот так вот, как ты, точно. Кого спасать - а бес его знает! Те ж все на вид близнецы-братья, одной комплекции и роста, и в тине все, что твоё дитё в пелёнках. Кто там из них рыба - хрен разберёшь.
В общем, я так понимаю, щука та и пожирала, зараза, все наши надежды и чаяния. Да нифига я не гоню - ещё как бывает! Отчего тогда на следующий же раз нам так свезло, и мы тех зачётных тёлочек подклеили, а? Вот, то-то же. Не иначе, говорю тебе, щука во всём виновата.
В ту солнечную июньскую субботу мы с Валеркой сменили тактику...
Вы спросите, почему мы с Валеркой вообще оказались в Кавголове в солнечную июньскую субботу? У всех студентов сессия, а вы, мол, что, особенные? Да, спросить вы, конечно, спросите, да только я не смогу вам ответить. Как у меня на всё времени хватало - это необъяснимо. И это при всём при том, что я страшенный лентяй, люблю - чего греха таить - поваляться на диване. Чаще с книжкой, а иногда и просто харю давлю внаглую. Но, взвешивая на весах истории запоминающиеся события моей жизни, я с удивлением и ужасом замечаю, что чаша с двумя первыми годами студенчества легко перетягивает все остальные вехи жизненного пути, вместе взятые. Как, помню, сказал на это, почесав в затылке, старик Эйнштейн - тайна сия велика есть - и что-то украдкой поправил в теории относительности...
Для чего два парня садятся в лодку? Не знаете? Я вам скажу. Либо они неисправимые романтики и готовятся к походу на острова, либо у них есть какой-то план. А мы с Валеркой были, во-первых, неисправимыми романтиками, а во-вторых у нас был план. Как романтики мы готовились к высадке на необитаемый остров в огромном архипелаге Вуоксы, и потому набирались опыта в навигации и гребле, а заодно загрубляли кожу ладоней и качали бицепсы. Кто не в курсе - в дальних странствиях это очень вам пригодится, так и запишите. Впрочем - уже как весьма практичные молодые люди - мы не забывали и про наш план. Для тех, кто до сих пор ещё не усвоил, каким бывает план, когда ты здоров, полон сил и нерастраченной любви и тебе восемнадцать лет, объясняю в последний раз. Знакомство с девушками. Вот первый и единственный план. Зимой, летом, в сессию, в дождь, в ураган, на необитаемом острове, в горящем доме, в космосе - всегда! Поэтому мы с Валеркой не расслабляемся. Мышцу качаем, но и головой направо-налево не забываем крутить. Смотрим. Мы наверняка знаем: у девушек, берущих на часок лодку в пункте проката, тем более есть план.
Не сомневайтесь, всё точно рассчитано. Зимой такая барышня идёт прямиком в бильярдный клуб, арендует на полчасика - или на часик, если не шибко красивая - столик-американку. Заказывает мартини... Ха! О чём это я! Совсем заврался. Ей едва хватило на бильярд - откуда у неё на мартини! Заказывает пиво. И с ленивой грацией в позе бескрайнего одиночества гоняет полосатый - почему-то всегда именно полосатый! - шар из угла в угол. Не стоит расстраиваться, будто она так увлечена, что не замечает тебя в упор. Подойди, не бойся. Если ты высок и недурён собой, а взгляд и улыбка выражают желание оплатить её хорошее настроение и вожделенный мартини, тебе будет высочайше дозволено немедленно обучить её премудростям обращения с шарами и кием. Если же на пальце у тебя - совершенно случайно, по рассеянности - болтается ключ от Порше Кайена, то вообще нет смысла заморачиваться ни о росте, ни о внешности. Ты проходишь вне конкурса, даже если ни разу не играл на бильярде.
Летом - нет. Летом очаровательные юнги в лёгких платьицах идут к подходящему водоёму и берут напрокат лодку. Нет, что вы! Девушке совсем не надо знать основы мореплавания и стратегического планирования. Она вообще, может, никогда слов таких не слышала. Стратегия... Тактика... Навигация… Что за чушь?! У неё, небось, едва-едва троечка в аттестате. Пустое! За девушку решает инстинкт. Именно он подсказывает девушке: Не важно, как далеко ты уплывёшь. Тебя заметят везде, не сомневайся. Главное, чтобы твой стиль гребли вызывал жгучее желание прийти к тебе на помощь. Побольше брызг, визга, и бездонной милой растерянности - эта приманка действует безотказно, почище твоих хвалёных феромонов. Вон, гляди-ка... Похоже, Синдбад-мореход спешит на выручку. А там, подальше, не Джек ли Воробей, а? А это? Это кто? Ох ты, мамочки мои! Неужто сам капитан Грей?! Пора. Пора уже - точно! - ронять за борт весло. Чтоб уж наверняка...
Мы с Валеркой - нет, на морских волков едва ли тянем. Из книжек знаем, конечно, что к волне поворачиваются носом, а форштевень совсем не то, что бейдевинд. Нам ни к чему. Мы, как аргонавты, берём хитростью и напором. Но, конечно же, у нас, не в пример юным прелестницам, невероятнейшие познания в области стратегии и тактики. Во что бы то ни стало захватить в плен девушек - это стратегия. Что вам сказать про тактику? Хмм... О тактике мы пока не задумываемся. Тоже ни к чему пока. Настоящий полководец всегда действует по обстановке. Помните, Александр Македонский? Пришёл, увидел... А Кутузов? Тоже хорош гусь. Помните, что он там французам отчебучил? Мда… Но эти, правда, на суше. Впрочем, не сомневаюсь, что в море подобным же образом решал проблемы и великий Нельсон. Прежде всего - увидеть, а там уж само пойдёт. А нам что, нам ещё проще. У нас, в отличие от некоторых, четыре глаза на двоих…
Я первый их заметил. Валерка едва не выпал с кормы, когда я, сам не ожидая от себя этакой прыти, совершил оверштаг вдвое быстрее, чем того требуют классические каноны.
Ох… - выпалил Валерка в мою сторону, схватившись за борт. Это было не восклицание, а, скорее, вопрос, причём из разряда риторических, окончания которого, в воспитательных целях, я сейчас повторить не решусь.
- Сам ты... - говорю. - Ты глаза-то разуй! Глянь, какие фифы.
- Ох... - наконец, после секундной оторопи подобрал Валерка подходящее слово, крайне похожее на первое, но, правда, наоборот, уже с восклицательной интонацией.
Ну? Что я говорил? Решение о тактике пришло само собой, стоило лишь поглядеть, как эти лохушки неумело гребут. По сторонам не смотрят. Хи-хи, ха-ха... Никакого представления о безопасности каботажного плавания. Спроси таких, какими бортами суда расходятся при встрече - разве ответят? Тьфу!
- На абордаж! - шёпотом скомандовал я Валерке и приналёг на вёсла.
Валерка вперился взглядом в дальний берег. Так задумано. На жертву смотреть нельзя…
Вот скажите мне на милость, что на самом деле отличает пылких юношей от зрелых благородных рыцарей? Нипочём не знаете, я уверен. Зрелый мужчина, он ведь как? Зрелый мужчина всегда терпеливо ждёт, когда его дама сердца сама попадёт в беду. Сама, понимаете? Тогда уж он протягивает ей свою благородную рыцарскую руку и геройски спасает. Потом, соответственно, жаркие объятия, благодарные поцелуи, то да сё… Отдаётся, в общем, дама своему геройскому спасителю.
Пылким юношам ждать недосуг. Просто нет времени. Пылкие юноши сами формируют обстоятельства.
Главное - умело подставить лодку. Остальное - на волю всевышнего.
- Ну куда же ты гребёшь, дурёха?! - говорил я девушке спустя полминуты, хватая за шкирку и стараясь выудить её из воды.
«Красивая. Эта - моя». - моментально отметил я про себя.
Надо вам сказать, что выуживание девушек из воды довольно муторное занятие. Но, с другой стороны, неизгладимо приятное. Объясню. Муторное, во-первых, потому что надо соблюдать баланс. Иначе лодка перевернется, и в воде окажутся уже сами спасатели. Во-вторых, девушка тяжелеет с каждым сантиметром вытянутого из воды тела. Кто не верит - пожалуйте на консультацию к дедушке Архимеду. В любую библиотеку, часы приёма - на двери. Если ты не штангист-разрядник, чёрта с два ты выдернешь девушку в лодку, аки морковку с грядки. Правда, именно это второе обстоятельство и делает процесс неизгладимо приятным. Что посмеешь, то и пожмёшь - помните такую русскую пословицу? Вот. Пока ты её, значит, родимую в лодку по частям переваливаешь, посметь можно многое. Главное, побороть в себе природную деликатность. Она иногда бывает излишней, поверьте. И я, представьте, поборол. И посмел. А что? Кто может меня упрекнуть? Разве вы, когда спасаете человека от неминуемой гибели, думаете о таких мелочах, как светский этикет? Вот и у меня прокатило. Не знаю уж, последствия шока сказались, я ли приглянулся, аль ещё какая причина, но по морде я не получил. «Отлично. Надо развивать успех», - подумал я и ляпнул первое, что пришло в голову:
- Девчонки, а не хлопнуть ли нам по рюмашке?
„Моя", растекаясь ручейками с каждого шва лёгкого ситцевого сарафана, возмущённо захлопала глазами.
«Лишнее сболтнул», - испугался я, - «Поспешил!..»
- С ума сошёл?! - наконец, нашлась „моя", - Водку в такую жару? Мы вот сухеньким баловались. - показала спасённая на две пустые бутылки на дне своей лодки.
«Уфф... Спасибо, господи!»
- Ну-у? За спасение... Да и за знакомство. Сам бог велел. - почувствовав слабину, нахально напирал я.
Откуда прыть взялась?! Обычно такой скромняга.
- Это, кстати, Валера. - не забыв представиться сам, показал я на друга, который всё это время молча сидел на борту, соблюдая тот самый баланс и придерживая другую лодку с притихшей от неожиданности подружкой. Ей, в отличие от „моей", повезло остаться сухой.
Валерка классный парень. Других недостатков у него, пожалуй, нет. Ну разве что малеха неуклюж…
Как какой же это недостаток?! Вы что! Когда классный парень с тобой на пару клеит тёлок - это очень даже недостаток. Поди знай, кого предпочтёт самая красивая.
Я критически осмотрел подружку. Тоже ничего. Валерке повезло, но моя лучше. Я удовлетворённо хмыкнул. И в этот самый миг Валерка возьми да и брякни:
- А у меня сегодня день рождения, кстати...
Ну не сволочь, а? Теперь всё внимание, конечно, к нему. Главное, хата свободная у меня, водка моя, а днюха - у него! Сволочь! Но что я теперь могу? Всё, момент упущен. Разоблачить обманщика, чтоб вообще всё испортить? Проглатываю молча. Ну, не совсем, конечно, молча. Молча я только ему кулак показываю. Незаметно так. А вслух изображаю неподдельное изумление: Ёлки-палки! Точно! Друган! Как же я мог забыть!..
Вот ведь Валерка... Вечно он меня с днями рождения подкузьмит. Это ведь именно он тогда, на моей настоящей днюхе, предложил всё попробовать. Я не рассказывал разве? Ну, послушайте. Тем более, что, пока „моя" сохла, расчёсывала волосы и с пристрастием разглядывала премилую мордашку в подружкино зеркальце, я веселил этой историей всю нашу вновь образованную команду. Заодно и Валерке малость по носу щёлкнул. А что, положение спасать как-то надо, уж слишком большую фору он себе назначил. Надо, надо было этому выскочке нос утереть…
Всё тогда складывалось как нельзя лучше. Мамуля, золотое сердце, порубив салатики и состряпав ещё кой-какую немудрящую закусь, со словами - ты ведь интеллигентный мальчик, не будешь пить как сапожник, сынок, обещаешь? - укатила на дачу, волоча за руку упирающегося, не вполне доверяющего моим кристально чистым глазам папу. Едва дверь захлопнулась, я подпрыгнул до потолка, вскричал - свобода! - и... решил всех удивить. Нет, при чём тут мама с папой?! Гостей удивить. Полдня накануне часа икс мы с Валеркой и Костей бегали по магазинам, покупали напитки. Ещё полдня смешивали всё в кастрюльках.
Задумал я офигенно. Не подавать на стол банальную водку, а сделать вкусные коктейли, как в настоящем баре. Рецептов, само собой, никто не знал, лили на глазок и, чтобы не полагаться на авось, Валерка предложил наши шедевры пробовать. А то, говорит, вдруг херню какую намешаем - опозоримся. Сказано - сделано. Начали по граммулечке дегустировать. Сами понимаете, к моменту, когда мы нашли правильные пропорции, ни в кастрюльках, ни в бутылках ничего не осталось. Осталась головная боль, да и то уже наутро. Силы, время и деньги улетучились тоже, поэтому к приходу гостей на столах стояло что? Ай, умница! Правильно - проверенный и надёжный русский напиток. Исконная, настоящая, родная запотевшая сорокоградусная. Не было бы и её, если бы я не знал потайное место с родительской заначкой к праздникам. О последствиях, со свойственной молодости бесшабашностью, я старался не думать. Не беда - не из таких передряг выпутывались! Пробьёмся. Со стипендии куплю, мысленно ободрял я себя, авось не заметят подмены…
Я вошёл в раж. Потешно жестикулируя, в лицах изображал все сценки. Девочки смеялись. Моя, знамо дело, веселей. И глазками так кокетливо в мою сторону - зырк, зырк... «Победа!» - ликовало внутри меня, - «Теперь никуда не денутся».
- Ну чё, сдаём лодки? - решил я немного подхлестнуть события.
Раз такая удача, справедливо полагал я, нельзя опускать девичий градус.
- Солнце, - говорю, - Уже высоко, а мы ещё ни в одном глазу.
К пляжу шли, уже держась за ручки. Я не мог поверить счастью.
Кто из присутствующих пил водку? Все? На пляже, в жару? Тоже не удивил? Ну и молодёжь пошла! А из бумажного стаканчика? Эх вы, темнота!..
Ну да, первый „косяк" случился на пляже. Прикиньте, этот мудила забыл стаканы. Я, конечно, тоже хорош - не проверил, но не могу же я сам про себя говорить „мудила"!
Девочки переглянулись и заметили хором, что они, дескать, не на помойке себя нашли. В смысле, никаких „из горлА" . Переглянулись и мы. Что тут поделать! Валерке бежать - его же косяк. Прибегает. Весь в мыле, что тот мустанг в прерии.
- Какие, - орёт, - пластиковые?! Ты дурак или как? Одноразовые пластиковые только через несколько лет выпускать начнут!
Чистая правда, кстати. Вы заметили, мы ещё ни разу не воспользовались мобильным телефоном, что, согласитесь, несколько странно для юнцов наших лет? Не было их. Так вот, как раз когда на Западе изобрели первый мобильник, в российских ларьках и появились первые пластиковые стаканчики.
- Вон зато, гля, что достал. - гордо выпячивает грудь Валерка и протягивает три бумажных стаканчика.
- Почему три?
- Идиот, говорю же - последние! С витрины сняли…
Слава богу, растолковывать про бумажные стаканчики никому не надо. В иных местах и по сей день подают в них кофе. Но! Никогда! Никогда, заклинаю, слышите?! Никогда не пейте из них водку. Попомните мои слова. Даже не пытайтесь! Тем более, когда вы рассчитываете на романтическое продолжение вечера и подготавливаете к этому таинству девушку, по мере возможности смягчая её будущее решительное „нет" с помощью веселящих жидкостей. Если никакой иной посуды не нашлось - лучше из горлышка, право слово, как ни противно. Уговаривайте её любыми путями, но не наливайте крепкие напитки в бумажный стакан. Всё пойдёт прахом.
Сначала всё будет нормально. Первые пять секунд. Вот, глядите.
Мы, исходя из количества стаканов - чтоб никому не обидно - решаем пить попарно. Логично? Логично. И наполняем стаканы первой паре. Тоже вроде ничего. Но погодите… Тост нужен? Обязательно! Мы же не алкаши! Мы же с девушками, за знакомство... И вот, посреди тоста, аккурат - как сейчас помню - на слове „прекрасные" два стакана одновременно „взрываются" и начинают нещадно течь, будто мы налили водку в решето.
Секрет, как выяснилось, в пищевом лаке, которым пропитана бумага. Воду он держит прекрасно, а вот перед спиртом, увы, пасует. Как только лак растворяется, стенки стакана безжалостно протекают, словно сделанные из туалетной бумаги. Такой вот конфуз.
Как дальше жить? Не знаю. Водка ведь пропадает почём зря! Утекает - буквально! - в песок. А ещё представьте всех девушек с их извечной дебильной манерой питья. Ёш твою двадцать! Как в холодную прорубь головой! Пять раз вдохнут-выдохнут, перекрестятся, охнут, самые боязливые ещё глоток запивки „паровозиком" наперёд в рот запустят - и то-о-огда-а-а уже. А что уже? Что уже, я спрашиваю! Утекло всё. В песке, блин, драгоценный нектар, итить их мать!
Наши хоть, надо отдать им должное, никаких таких „паровозов" не допускали. Сначала мы думали, это оттого, что просто не было у нас никакой запивки. Ан нет. Позже выяснилось - девахи тёртые, правильные, без всяких там телячьих нежностей. Короче, составили мы все три стакана в один, чтоб преграда, значит, потолще. Пили по очереди - без романтики, без речей, без настроения, подставляя под тёплые капли ладони, да поспешая, как бегун на стометровке. Удовольствия, словом, ноль.
Однако ж не зря люди говорят, что худа без добра не бывает. Да! Точно! И не мы это вовсе! Не мы, заметьте, это предложили. Мы вообще с Валеркой не виноваты. Им самим мало показалось. Что за фигня, говорят. Ни в голове, говорят, ни в жопе. А мы что? Мы ничего. Мы с Валеркой снова переглянулись...
В электричке, помню, близко-близко уже стояли. Нет, что вы, я - нет. Я - воплощение скромности. Как можно! Это толпа её ко мне прижимала. А я её лишь прикрывал от натиска. Обеими руками. Одна на талии, другая чуть выше... Или ниже? Не помню. Помню, не дышал. Толпа, что тут скажешь... Мне кажется, она всё правильно поняла.
Мы, пока с Валеркой переглядывались, без слов уже всё решили. Ни к чему слова, когда и так всё понятно. Расчёт прост, как две копейки. Нас двое, их двое. Комнат у меня тоже две. Значит и бутылок надо брать две. Логично? Чтоб всё получилось без сучка, без задоринки. Взяли флаконы побольше, по ноль семь. В народе - „сабонисы", за их высокий рост. Баскетболист был такой, чего тут непонятного! Эх, ты, деревенщина!
Казалось бы, многовато на четверых, двое из которых, тем более, хрупкие барышни. Да, признаться, мы тоже было решили, что этим пигалицам и пробки понюхать хватит. Они ведь, в отличие от нас с Валеркой, с утреца разминаются. Шутка ли, по „сухарю" на рыло раздавили, да ещё нашей водкой догонялись. Но тут, я вам доложу, совсем не лишним будет напомнить про второе отличие пылкого безусого юноши от зрелого уверенного в себе мужчины. Мужчине, подливающему девушке в бокал ради грядущей лёгкости бытия, вовсе не обязательно напиваться самому. Ну, разве что, для некоего романтического флёра. Не больше. Ему не нужно преодолевать никакого психологического барьера. Он на пять с плюсом знает, что и как делается на ложе любви. Безусому же, но пылкому юноше просто позарез необходимо самому ужраться до потери рассудка. Тогда, он думает, всё пойдёт само собой, как по маслу. Для пылкого безусого юноши ведь и десятый, и двадцатый раз - как первый. Именно поэтому у нас с Валеркой не возникло даже тени сомнения: „сабонисы", по ноль семь. И точка!
Дома уже всё по-другому. Романтика, музычка, туда-сюда... Рюмочки правильные, запивочки намешали. Красота! С закуской не ахти, правда, но и не то чтобы совсем ничего. Мама же сына не оставит голодным. Пошерстили в холодильнике, а как же…
Тосты красивые говорим, беседу светскую ведём. Всё как надо, по-взрослому. До танцев, правда, ещё не дошло, но всё к тому…
Вот вы мне скажите... Я-то, признаться, думал, что это только в заведениях увеселительных девчонки всей толпой в туалет срываются. Ну ладно, там ещё понятно. Туалет далеко, поодиночке страшно - вдруг чего! Но вот никак дотумкать я не могу, а зачем им в квартире такой коллективизм. А дома? У себя дома, интересно, они как? Неужели им без помощи не справиться? Кого пописать с собой зовут: маму, бабушку? Или подруге звонят?
Впрочем тогда мы, по честнаку, не очень этим вопросом заморачивались. Мы этому радовались. Мы с Валеркой это обстоятельство себе на пользу оборачивали. Хитрили так. А ты как думал?! Четыре раза наши красавицы в туалет отлучались. Обе, две, вместе! И четыре же полновесных разочка мы с Валеркой меняли в своих рюмках водку на чистейшую, свежайшую, студёную... воду из-под крана. Дураки, спросите вы? Нифига, ответим мы с Валеркой. Вот ты поди ж! Полдня пьём, а девочки наши всё никак до кондиции не дойдут. Нам уже ой как в кайф, а они словно и не пили совсем! Мы-то уже думаем, как бы уже - опа!.. - и вот… Ан нет!.. Что, спрашивается, за хреновина?!
До танцев, помню, дело всё ж дошло. Как слегка стемнело... Поцелуй в щёчку... Знаете, как приятно? М-м-м...
А утром, прикиньте, просыпаюсь…

- Эй, эй-эй! Эй-эй-эй!!! - грозно напоминает о себе молодёжь, выразительно хмурит брови и немедленно прекращает пивные инвестиции в мою бездонную глотку. - Ты давай, не перескакивай! Самое интересное начинается, наконец-то. Давай, давай - танцы, шманцы, обниманцы... и-и-и? Дальше что было?
Мне бы, дураку, сообразить что к чему, да извернуться как-нибудь ловко, так нет же! Я свою линию гнуть продолжаю. Исторически правдивую. Вы же знаете, мне без правды никак. Мне же мальцам урок преподать надо. Чтоб думали наперёд!..

- Ну так я же и говорю, - говорю, - Утром просыпаюсь...
Один, говорю. Где кто - а бес их ведает! Во рту кака. Голова - у-у-у-у-у... Ничего не помню. Сижу, тупо осматриваюсь, вспоминаю. Слышу, в соседней комнате заворочались. Суки, думаю, неужели всё прошло без меня?! Валерка, сволочь, как он посмел! C двумя! Сразу! Убью!
Бегу туда.
Не поверите, желание убивать вмиг улетучилось. Он, сука, так потешно головой мотает. Вот, сову в „Что? Где? Когда?" видели? Вот. Точно так же. Только как если бы ей оба глаза подбить и перья выщипать. Точь в точь! Голый, падла, сидит и тупо башкой вертит. Тоже один…
- Где девки? - спрашиваю.
- Так... за водкой же пошли! - еле губами ворочает.
- За какой водкой?
- За водкой... Ты пошёл в комнату новую музыку искать... мы тебя звали, звали... Эти шмары, прикинь, вчера допили всё, разорались... Мол, что за херня - пить больше нечего, что ли?! Все ящики перерыли… И убежали... Щас, говорят, принесём…
- Ну? И где они?
- Не знаю... Я думал, ты им открывал... Меня чего-то сморило... Ты разве звонок не слышал? Или мне приснилось? Хер знает…
- Твою мать! - осенило вдруг меня. Я бросился к шкафу, где родители хранили деньги…

Ох-хо-хо... Видать, всё же лучше бы мне было сослаться на ревматизм... Дурень старый…
Нет, молодёжь меня не сильно побила. Видите, я уже передвигаюсь самостоятельно, а со вчерашнего дня могу принимать твёрдую пищу.
Вот только никак в толк не могу взять, на что молодёжь осерчала? Неужто догадались, что я всё-таки не удержался и слегка приврал. Так это ж только для драматизма, для остроты, так сказать, ситуации. Благие же цели! Да и откуда они вообще могли знать, что ни за что не пришло бы мне тогда в голову бежать проверять деньги?!
Не те времена были. Воровать, конечно, воровали. Но мало и, в основном, у государства. И, тем более, мы об этом ничегошеньки не знали. Если только из телеспектакля „Следствие ведут знатоки". Ну, так это же просто кино, сказка! Так что нет, нет, исключено, даже мысли бы такой не возникло.
Но молодёжь! Ей откуда это знать?! Она же дура совсем зелёная!
Или, может, им пива жалко?
Не из-за секса же, в самом деле. Что там какой-то секс - тьфу! Я ж лучше всякого секса - я их уму-разуму научил!
Нет, не пойму...



Рейтинг: 0 142 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!