ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Дождь. Миссис Биксби

 

Дождь. Миссис Биксби

21 октября 2012 - Амадеуш Вуйцик

       «Я не знаю, как тебе сказать, чтобы ты не опечалилась и не заплакала. Я умираю. Я сделал то, что и должен был – защищал свою Родину. Прости меня за то, что иногда грубо вёл себя с тобой, не слушался и пререкался. Я люблю тебя, мама. Прости, что так редко это говорил. Прошу тебя не плачь. Мы скоро все встретимся – я, братья, папа и ты. И будем навсегда вместе. Доживай счастливо и о плохом не думай.

                                                 С любовью, твой сын Кристофер».

 

       Рядовой Кристофер Биксби дописал письмо матери и передал его лейтенанту. Тот взял клочок бумаги в руки и поспешил передать его в срочную отправку через штаб в Массачусетсе.

       Рядовой лежал на койке с полуоткрытыми глазами. Его короткие тёмные волосы испачкались в крови, так же как часть лица и вся рубашка. У него было огнестрельное ранение в ключицу, которое замотали бинтами.

       Рядом с рядовым сидел парень лет шестнадцати по фамилии Джонсон – он  служил помощником одного из врачей временного госпиталя (госпиталем, конечно, это трудно назвать, это шатёр, где имелось множество лекарств и коек для раненых солдат отряда).

       – Можешь меня послушать? – с печалью в глазах Кристофер обратился к парню.

       – Конечно, – спокойно ответил юноша.

       – Я тебе расскажу историю моей жизни. Я просто хочу её тебе рассказать…

       Джонсон насторожился и приготовился внимательно слушать. Рядовой вынул руку из-под головы, положил её на грудь, вторую руку скрестил с первой и начал рассказывать:

       – Я родился в Бостоне в 1842 году. Я ничего не помню о себе до двенадцати лет, но я прекрасно помню дождь. Мама говорила мне, что в дожде Бог. Она говорила, что две самые важные вещи в мире – небо и море. И поясняла это так: "Именно небо и море функционируют между собой наиболее плодотворно, они дают нам воду – это самое главное, благодаря чему мы живём. Если идёт дождь – это Бог льёт на тебя свои слёзы, либо счастья, либо горя. Тебе не надо от него прятаться, надо у него учиться: стоит лишь подумать, какие конкретно слёзы льёт Бог и решить, что тебе надо делать". Моя мама – хорошая женщина. Она научила меня самому главному в жизни – быть искренним… Мы жили без отца, он умер от инсульта, который получил после ранения в голову во время Англо-Американской войны. Мама говорила, что в последний раз я видел отца, когда мне было три года, но я этого не помню… У меня было четыре брата. Старшего звали Ричард. Он был самым сильным и мужественным из всех. Второй – Маркус – отличный юморист, он частенько рассказывал нам невероятно смешные истории. Никто не знал, откуда он их только берёт?! Третьего звали Уилфред – он был самым умным. Уилфред говорил, что познал смысл всего мироздания, а ещё – писал удивительные стихи. Мой четвёртый брат – Вильям – был чуть старше меня, мама называла его "вечный смех". И действительно, он всегда заливался детским красочным смехом, особенно, когда Маркус рассказывал очередную смешную историю… Мы все были очень дружными. Мои братья научили меня быть мужественным, весёлым, умным и жизнерадостным… Я помню апрель 1861 года, когда Союз Соединённых Штатов вступил в войну с Конфедерацией. Меня, так же как и всех моих братьев призвали в Армию. Обиднее всего то, что нас отправили в разные места: Ричарда, Маркуса и Вильяма раскидали по Канзасу и Миссури, а Уилфреда отправили в настоящее пекло – в Нью-Мексико. Я оказался тут, в Кентукки – будь это место трижды проклято! Я пробыл здесь больше двух лет… Ещё три года назад мы жили спокойной жизнью, пасли овец, доили коров и разводили свиней. Мы смотрели на бескрайние светло-зелёные и золотисто-пшеничные поля, окружавшие наш дом. Мы радовались, мы были вместе, мы жили! Но потом эти монстры пришли и отняли у нас всё. Я помню, как слова начали резко менять свой смысл, такие слова как "Республика", "рабство", "кровь" стали просто опасными и вселяли в душу страх. Эти работорговцы-конфедераты – сумасшедшие люди! Из газет мы узнавали, что в Армию призываются все юноши, достигшие 18-ти лет, мне и моим четырём братьям было больше восемнадцати. Мы знали, что однажды придут и за нами в нашу глушь. И пришли. Это произошло апрельской ночью 1862 года. Той ночью у нашей матери отняли всё, она осталась одна…

       Рядовой Биксби сильно закашлял, ему стало тяжело дышать и говорить, изо рта его потекла кровь. Джонсон достал из тумбы чистую тряпку и протянул её рядовому.

       – Не надо. Лучше дай-ка закурить.

       Шестнадцатилетний юноша вынул из кармана пачку сигарет и дал одну рядовому.

       – Благодарю, – сказал Кристофер, закурив и еле улыбнулся. – Я увидел тебя сегодня впервые, но ты уже всё знаешь обо мне. Спасибо что выслушал.

       – Ты ведь не закончил свой рассказ?

       – Да… Мои три брата погибли примерно несколько месяцев назад, а самый старший умер вчера. Они уже все вместе, скоро к ним приду я, а потом и мама. Мы будем там все снова вместе, всемером и навсегда.

       Последние несколько слов Кристофер сказал через силу, он задыхался. Его сердце перестало биться в одно мгновенье, глаза устремились вверх, куда он в последний раз посмотрел. Глаза были теперь неподвижны, как и всё тело…

       – Накрывай, – сказал врач своему помощнику.

       Джонсон накрыл солдата клеёнкой и вышел. О чём же мог сейчас думать этот юноша? Быть может о том, что война – страшная вещь?! Война уносит множество жизней в небытие подобно тому, как ветер уносит листья. За всё время человеческой истории война не принесла людям ничего кроме смерти.

       Начался сильный ливень…

       Через несколько дней генерал-майор Макклелан сообщил президенту Америки, что пятеро братьев по фамилии Биксби погибли, сражаясь в бою. В этот же день 21 ноября 1864 года президент Авраам Линкольн написал письмо Миссис Биксби – матери пяти погибших сыновей. Письмо звучало так:

 

       «Уважаемая Миссис Биксби!

Мне показали сегодня в нашем штабе сводку командующего нашей Армии в Массачусетсе. Вы – мать пятерых сыновей, погибших на поле боя. Я понимаю, насколько холодны и бесполезны мои слова при попытке облегчить Ваше горе после столь невосполнимой потери. Однако не могу обойти вниманием тот факт, что Республика благодарна этим героям, которую они спасли ценой жизни. Я молюсь, чтобы Господь облегчил Ваши страдания и оставил Вам светлую память о любимых и потерянных. Вы можете гордиться сыновьями, положившими всё своё ценное на алтарь свободы.

                 Искренне Ваш и с уважением Авраам Линкольн».

 

       Спустя несколько дней Миссис Биксби получила это письмо, а так же письмо от младшего сына – ей их доставили солдаты Армии США. Сев на диван женщина начала читать. К концу прочтения на двух бумажках, что она держала в руках, было порядка двадцати капель слёз, которые образовались в чернильные пятна. Она положила письма в сундучок, где хранила все письма своих сыновей с фронта.

       На следующий день состоялась церемония погребения пятерых братьев. Шёл дождь. Миссис Биксби была в чёрном и горько плакала.

       Через год умерла и она…

© Copyright: Амадеуш Вуйцик, 2012

Регистрационный номер №0086188

от 21 октября 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0086188 выдан для произведения:

       «Я не знаю, как тебе сказать, чтобы ты не опечалилась и не заплакала. Я умираю. Я сделал то, что и должен был – защищал свою Родину. Прости меня за то, что иногда грубо вёл себя с тобой, не слушался и пререкался. Я люблю тебя, мама. Прости, что так редко это говорил. Прошу тебя не плачь. Мы скоро все встретимся – я, братья, папа и ты. И будем навсегда вместе. Доживай счастливо и о плохом не думай.

                                                 С любовью, твой сын Кристофер».

 

       Рядовой Кристофер Биксби дописал письмо матери и передал его лейтенанту. Тот взял клочок бумаги в руки и поспешил передать его в срочную отправку через штаб в Массачусетсе.

       Рядовой лежал на койке с полуоткрытыми глазами. Его короткие тёмные волосы испачкались в крови, так же как часть лица и вся рубашка. У него было огнестрельное ранение в ключицу, которое замотали бинтами.

       Рядом с рядовым сидел парень лет шестнадцати по фамилии Джонсон – он  служил помощником одного из врачей временного госпиталя (госпиталем, конечно, это трудно назвать, это шатёр, где имелось множество лекарств и коек для раненых солдат отряда).

       – Можешь меня послушать? – с печалью в глазах Кристофер обратился к парню.

       – Конечно, – спокойно ответил юноша.

       – Я тебе расскажу историю моей жизни. Я просто хочу её тебе рассказать…

       Джонсон насторожился и приготовился внимательно слушать. Рядовой вынул руку из-под головы, положил её на грудь, вторую руку скрестил с первой и начал рассказывать:

       – Я родился в Бостоне в 1842 году. Я ничего не помню о себе до двенадцати лет, но я прекрасно помню дождь. Мама говорила мне, что в дожде Бог. Она говорила, что две самые важные вещи в мире – небо и море. И поясняла это так: "Именно небо и море функционируют между собой наиболее плодотворно, они дают нам воду – это самое главное, благодаря чему мы живём. Если идёт дождь – это Бог льёт на тебя свои слёзы, либо счастья, либо горя. Тебе не надо от него прятаться, надо у него учиться: стоит лишь подумать, какие конкретно слёзы льёт Бог и решить, что тебе надо делать". Моя мама – хорошая женщина. Она научила меня самому главному в жизни – быть искренним… Мы жили без отца, он умер от инсульта, который получил после ранения в голову во время Англо-Американской войны. Мама говорила, что в последний раз я видел отца, когда мне было три года, но я этого не помню… У меня было четыре брата. Старшего звали Ричард. Он был самым сильным и мужественным из всех. Второй – Маркус – отличный юморист, он частенько рассказывал нам невероятно смешные истории. Никто не знал, откуда он их только берёт?! Третьего звали Уилфред – он был самым умным. Уилфред говорил, что познал смысл всего мироздания, а ещё – писал удивительные стихи. Мой четвёртый брат – Вильям – был чуть старше меня, мама называла его "вечный смех". И действительно, он всегда заливался детским красочным смехом, особенно, когда Маркус рассказывал очередную смешную историю… Мы все были очень дружными. Мои братья научили меня быть мужественным, весёлым, умным и жизнерадостным… Я помню апрель 1861 года, когда Союз Соединённых Штатов вступил в войну с Конфедерацией. Меня, так же как и всех моих братьев призвали в Армию. Обиднее всего то, что нас отправили в разные места: Ричарда, Маркуса и Вильяма раскидали по Канзасу и Миссури, а Уилфреда отправили в настоящее пекло – в Нью-Мексико. Я оказался тут, в Кентукки – будь это место трижды проклято! Я пробыл здесь больше двух лет… Ещё три года назад мы жили спокойной жизнью, пасли овец, доили коров и разводили свиней. Мы смотрели на бескрайние светло-зелёные и золотисто-пшеничные поля, окружавшие наш дом. Мы радовались, мы были вместе, мы жили! Но потом эти монстры пришли и отняли у нас всё. Я помню, как слова начали резко менять свой смысл, такие слова как "Республика", "рабство", "кровь" стали просто опасными и вселяли в душу страх. Эти работорговцы-конфедераты – сумасшедшие люди! Из газет мы узнавали, что в Армию призываются все юноши, достигшие 18-ти лет, мне и моим четырём братьям было больше восемнадцати. Мы знали, что однажды придут и за нами в нашу глушь. И пришли. Это произошло апрельской ночью 1862 года. Той ночью у нашей матери отняли всё, она осталась одна…

       Рядовой Биксби сильно закашлял, ему стало тяжело дышать и говорить, изо рта его потекла кровь. Джонсон достал из тумбы чистую тряпку и протянул её рядовому.

       – Не надо. Лучше дай-ка закурить.

       Шестнадцатилетний юноша вынул из кармана пачку сигарет и дал одну рядовому.

       – Благодарю, – сказал Кристофер, закурив и еле улыбнулся. – Я увидел тебя сегодня впервые, но ты уже всё знаешь обо мне. Спасибо что выслушал.

       – Ты ведь не закончил свой рассказ?

       – Да… Мои три брата погибли примерно несколько месяцев назад, а самый старший умер вчера. Они уже все вместе, скоро к ним приду я, а потом и мама. Мы будем там все снова вместе, всемером и навсегда.

       Последние несколько слов Кристофер сказал через силу, он задыхался. Его сердце перестало биться в одно мгновенье, глаза устремились вверх, куда он в последний раз посмотрел. Глаза были теперь неподвижны, как и всё тело…

       – Накрывай, – сказал врач своему помощнику.

       Джонсон накрыл солдата клеёнкой и вышел. О чём же мог сейчас думать этот юноша? Быть может о том, что война – страшная вещь?! Война уносит множество жизней в небытие подобно тому, как ветер уносит листья. За всё время человеческой истории война не принесла людям ничего кроме смерти.

       Начался сильный ливень…

       Через несколько дней генерал-майор Макклелан сообщил президенту Америки, что пятеро братьев по фамилии Биксби погибли, сражаясь в бою. В этот же день 21 ноября 1864 года президент Авраам Линкольн написал письмо Миссис Биксби – матери пяти погибших сыновей. Письмо звучало так:

 

       «Уважаемая Миссис Биксби!

Мне показали сегодня в нашем штабе сводку командующего нашей Армии в Массачусетсе. Вы – мать пятерых сыновей, погибших на поле боя. Я понимаю, насколько холодны и бесполезны мои слова при попытке облегчить Ваше горе после столь невосполнимой потери. Однако не могу обойти вниманием тот факт, что Республика благодарна этим героям, которую они спасли ценой жизни. Я молюсь, чтобы Господь облегчил Ваши страдания и оставил Вам светлую память о любимых и потерянных. Вы можете гордиться сыновьями, положившими всё своё ценное на алтарь свободы.

                 Искренне Ваш и с уважением Авраам Линкольн».

 

       Спустя несколько дней Миссис Биксби получила это письмо, а так же письмо от младшего сына – ей их доставили солдаты Армии США. Сев на диван женщина начала читать. К концу прочтения на двух бумажках, что она держала в руках, было порядка двадцати капель слёз, которые образовались в чернильные пятна. Она положила письма в сундучок, где хранила все письма своих сыновей с фронта.

       На следующий день состоялась церемония погребения пятерых братьев. Шёл дождь. Миссис Биксби была в чёрном и горько плакала.

       Через год умерла и она…

Рейтинг: 0 233 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!