ГлавнаяПрозаМалые формыРассказы → Борькин чайник

Борькин чайник

3 июня 2014 - Anatoliy Gurkin
article218577.jpg

У меня в кухне, на висящем над раковиной стенном ящике, где хранится посуда, стоит большой - на три с половиной литра, фарфоровый чайник. Лет двадцать тому назад, когда я работал «продавцом – охранником» в одном из магазинов, расположенных в подземных переходах улицы Новый Арбат, в известном всем городе, я приобрёл этот чайник у Борьки – владельца торговой точки в этом же переходе. Борька, в свою очередь, мимоходом купил этот чайник на одном из рынков столицы, где в переломные 90 - е годы граждане продавали всё, что только можно было продать, поскольку родным правительством тогда было дано разрешение на торговлю на рынках, на улицах, и у метро. С раннего утра можно было видеть людей, принесших продать вещи, которые они хотели обменять на денежные знаки, количество которых не должно было унижать достоинство и  товара, по их словам, очень редкого и чрезвычайно полезного.

За сколько сам Борька купил этот чайник, он мне, конечно, не сказал, но мне он продал его за двадцать пять рублей.

Раньше Борис работал обычным продавцом, как и многие другие люди, работающие в этой фирме. Он, как и все остальные продавцы фирмы, утром  приходил на склад фирмы, получал товар и складной стол, и с утра до вечера стоял на торговой точке  у какого - нибудь метро и продавал свой нехитрый товар - сигареты, жвачку и какие – нибудь «шмотки» из Китая или из Турции.

Потом он взял немного денег в долг и стал работать самостоятельно. В помощники Борька взял четыре или пять своих товарищей, из тех с кем раньше работал, и стал «раскручиваться»… Постепенно дело пошло. В основном, благодаря хорошему качеству водки, которую ребята закупали в родном Дмитрове ящиками, и везли в продавать в столицу. Борька стал «обрастать жирком»: Купил себе старенькую иномарку, завёл любовницу, и стал, в основном, заниматься тем, что поставлял товар. Внешне Борька остался таким же, каким и был раньше - рябоватым, невысоким мужичком в кожаной куртке и спортивной шапке, но теперь он был «закодирован» от употребления спиртного, поскольку дело надо было крепко держать в руках, и «собран», поскольку имел дело с людьми, которыми надо было управлять.

Я, вообще, мало что знал о его жизни, так как наши дела не пересекались - у них своя торговля, у нас своя. Только иногда мы встречались - когда он заходил в наш магазин, или когда я проходил мимо его точки.

 Так и работали два магазина - наш, с зонтами, одеждой и обувью, и их – с водкой и сигаретами, в основном…

Когда я потерял свою работу, всвязи с сокращением, Борька взял меня продавцом в одну из арендуемых им палаток, которая распологалась в подземном переходе, возле станции метро «Краснопресненская». Там мы тоже торговали водкой, сигаретами и газированной водой. В то нелёгкое время 90 – х, с его непредсказуемыми для нас событиями, работа продавца, посредника и охранника были, наверное, самыми распространёнными… Выбирать профессию по душе не приходилось – свесим бы концы с концами!

И , вдруг, Борька погиб…

Совсем недавно его товарищ и напарник по работе приобрёл себе машину «Жигули», «четвёрку», о которой мечтал все свои сорок лет жизни, и на ней они из Дмитрова поехали в Москву - закупить товар. Дело было ранней осенью, и, накануне , ночью, сильно подморозило. Когда возвращались обратно, сидевший за рулём Костя, не справился с управлением, машина, заскользив по льду, вылетела на встречную полосу и столкнулась с другой «легковушкой», двигавшейся  в обратном направлении. Что стало с людьми, в которых «влетела» машина Кости, я не помню, а вот и Костя , и Борька - оба погибли…

Костя умер сразу - ему раздавило рулём грудь, а Борька через несколько часов - в больнице…

Хоронили их, я помню, в сильный мороз, очень неожиданный для сентября, и все, кто приехал  в Дмитров проводить их в последний путь, сильно замёрзли, пока шла церемония.

Потом были поминки, где я познакомился с женой Борьки и двумя их мальчишками – восьми и одиннадцати лет. Помню, что помогал им, приносил стулья, ставил тарелки на стол… Жена Борьки - невысокая, темноволосая, чем - то похожая на самого Борьку, мне понравилась. И такая же простая в общении, как и он… Наверное, чем ближе к Москве, тем народ сложнее… Более отделён от земли, от подсобного хозяйства и друг от друга…

На поминках я сидел за столом недолго. Ребята, у которых были машины, уезжали, и я поехал до дома с ними.

Как память  о Борьке, остался этот чайник, купленный у него за двадцать пять рублей, что было совсем недорого для того времени…

 

Фото - личный архив

Музыка - Интернет

Видео - Интернет

 

 

© Copyright: Anatoliy Gurkin, 2014

Регистрационный номер №0218577

от 3 июня 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0218577 выдан для произведения:

У меня в кухне, на висящем над раковиной стенном ящике, где хранится посуда, стоит большой - на три с половиной литра, фарфоровый чайник. Лет двадцать тому назад, когда я работал «продавцом – охранником» в одном из магазинов, расположенных в подземных переходах улицы Новый Арбат, в известном всем городе, я приобрёл этот чайник у Борьки – владельца торговой точки в этом же переходе. Борька, в свою очередь, мимоходом купил этот чайник на одном из рынков столицы, где в переломные 90 - е годы граждане продавали всё, что только можно было продать, поскольку родным правительством тогда было дано разрешение на торговлю на рынках, на улицах, и у метро. С раннего утра можно было видеть людей, принесших продать вещи, которые они хотели обменять на денежные знаки, количество которых не должно было унижать достоинство и  товара, по их словам, очень редкого и чрезвычайно полезного.

За сколько сам Борька купил этот чайник, он мне, конечно, не сказал, но мне он продал его за двадцать пять рублей.

Раньше Борис работал обычным продавцом, как и многие другие люди, работающие в этой фирме. Он, как и все остальные продавцы фирмы, утром  приходил на склад фирмы, получал товар и складной стол, и с утра до вечера стоял на торговой точке  у какого - нибудь метро и продавал свой нехитрый товар - сигареты, жвачку и какие – нибудь «шмотки» из Китая или из Турции.

Потом он взял немного денег в долг и стал работать самостоятельно. В помощники Борька взял четыре или пять своих товарищей, из тех с кем раньше работал, и стал «раскручиваться»… Постепенно дело пошло. В основном, благодаря хорошему качеству водки, которую ребята закупали в родном Дмитрове ящиками, и везли в продавать в столицу. Борька стал «обрастать жирком»: Купил себе старенькую иномарку, завёл любовницу, и стал, в основном, заниматься тем, что поставлял товар. Внешне Борька остался таким же, каким и был раньше - рябоватым, невысоким мужичком в кожаной куртке и спортивной шапке, но теперь он был «закодирован» от употребления спиртного, поскольку дело надо было крепко держать в руках, и «собран», поскольку имел дело с людьми, которыми надо было управлять.

Я, вообще, мало что знал о его жизни, так как наши дела не пересекались - у них своя торговля, у нас своя. Только иногда мы встречались - когда он заходил в наш магазин, или когда я проходил мимо его точки.

 Так и работали два магазина - наш, с зонтами, одеждой и обувью, и их – с водкой и сигаретами, в основном…

Когда я потерял свою работу, всвязи с сокращением, Борька взял меня продавцом в одну из арендуемых им палаток, которая распологалась в подземном переходе, возле станции метро «Краснопресненская». Там мы тоже торговали водкой, сигаретами и газированной водой. В то нелёгкое время 90 – х, с его непредсказуемыми для нас событиями, работа продавца, посредника и охранника были, наверное, самыми распространёнными… Выбирать профессию по душе не приходилось – свесим бы концы с концами!

И , вдруг, Борька погиб…

Совсем недавно его товарищ и напарник по работе приобрёл себе машину «Жигули», «четвёрку», о которой мечтал все свои сорок лет жизни, и на ней они из Дмитрова поехали в Москву - закупить товар. Дело было ранней осенью, и, накануне , ночью, сильно подморозило. Когда возвращались обратно, сидевший за рулём Костя, не справился с управлением, машина, заскользив по льду, вылетела на встречную полосу и столкнулась с другой «легковушкой», двигавшейся  в обратном направлении. Что стало с людьми, в которых «влетела» машина Кости, я не помню, а вот и Костя , и Борька - оба погибли…

Костя умер сразу - ему раздавило рулём грудь, а Борька через несколько часов - в больнице…

Хоронили их, я помню, в сильный мороз, очень неожиданный для сентября, и все, кто приехал  в Дмитров проводить их в последний путь, сильно замёрзли, пока шла церемония.

Потом были поминки, где я познакомился с женой Борьки и двумя их мальчишками – восьми и одиннадцати лет. Помню, что помогал им, приносил стулья, ставил тарелки на стол… Жена Борьки - невысокая, темноволосая, чем - то похожая на самого Борьку, мне понравилась. И такая же простая в общении, как и он… Наверное, чем ближе к Москве, тем народ сложнее… Более отделён от земли, от подсобного хозяйства и друг от друга…

На поминках я сидел за столом недолго. Ребята, у которых были машины, уезжали, и я поехал до дома с ними.

Как память  о Борьке, остался этот чайник, купленный у него за двадцать пять рублей, что было совсем недорого для того времени…

Рейтинг: +2 259 просмотров
Комментарии (4)
Лариса Чайка # 3 июня 2014 в 23:41 0
Трогательный и интересный рассказ.Грустно и несправедливо,когда вот так...и нет человека.Остались сироты,одинокая женщина.
Берегите память,Анатолий!Спасибо Вам!
Anatoliy Gurkin # 4 июня 2014 в 17:48 0
Это, действительно, очень памятный чайник, и за 25 руб. – считай подарок…. Как и Лёнина картина – Цветок и Роза. Всегда их вспоминаю, глядя на подарки.
И после нас останутся – стихи, песни и рассказы. Как память о нас!
Большое спасибо. Доброго вечера!
040a6efb898eeececd6a4cf582d6dca6
Alexander Ivanov # 4 июня 2014 в 18:23 0
Замечательная работа, Анатолий! А некоторые вещи, нам действительно очень дороги, как память! c0137 supersmile
С уважением, Александр.
Anatoliy Gurkin # 6 июня 2014 в 20:35 0
Спасибо, что читаете, Александр! ДОрого!
С уважением, Анатолий 040a6efb898eeececd6a4cf582d6dca6 c0137
Популярная проза за месяц
154
131
128
104
101
100
99
99
94
91
90
85
83
81
81
81
80
80
79
79
78
78
78
77
77
75
75
74
71
67