ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → БАР ОБРЕЧЁННОГО ДОСТАТКА_2

 

БАР ОБРЕЧЁННОГО ДОСТАТКА_2

17 июня 2012 - Александр Юргель

Прошли сквозь нестройный ряд деревьев. Первым шёл Стас. За ним, буквально в полушаге, – Володя. Со стороны они выглядели братьями и даже больше – близнецами.

 

Друзья поднялись по ступеням. Ковровая дорожка глушила шаги. На крыльце ресторана гудела разноликая толпа. Составлявшие её находились в омерзительном опьянении.

 

Многие курили, когда уж и сил едва хватало держаться на ногах.

 

Иные со смаком прикладывались к горлышкам бутылок.

 

Кто-то копался в карманах и считал измятые рубли.

 

Другие пытались выманить денег у простаков.

 

Третьи сквернословили и плевали на весь мир, но слюна улетала не дальше их груди. Привлекая внимание, оплёванные били себя в грудь, вместо постукивания по голове: на пустозвон народу сбежалось бы куда больше присутствующего.

 

Четвёртые возбуждённо засматривались в зал ресторана через стёкла входной двери. На их лицах проявлялась похотливая улыбочка, и они самодовольно заявляли: “Ночь проведём весело!” – и с дерзким видом вытягивали брючные ремни, мастеря из них арканы.

 

В толпе выделялись и женщины...

 

Одни красовались в моднейших платьях – все в тесёмочках. Дёрни за любую – не прогадаешь!

 

Другие выглядели отталкивающе пьяными. Некоторые подскакивали к мужчинам, мастерящим арканы.

 

Мужчины не подпускали их и били кожаными ремнями по спинам. Кожа на спинах женщин грубела, но на лицах – диво! – распрямлялась, и они выходили красавицами из-под изувечивающих ударов. К новоиспечённым красавицам подскакивали на вид невостребованные мужчины и уверяли в личной востребованности...

 

– Чудные все! – заметил Володя.

– Да, – подтвердил Стас. – Это Опьянение.

 

– Что? – переспросил Володя.

– Опьянение тех, кто сидит в зале. Видишь, оно всех ждёт, никого не пропустит, только выйди за порог ресторана.

 

– Наше тоже здесь?

– Нет.

 

– Почему? – удивился Володя.

– Наше-то Опьянение уже лежит облёванное во-он под тем деревом. – Стас указал рукой на иву.

 

Улыбка счастья прошла по лицу Володи. Он сглотнул и спросил:

– Так нагрузимся?!

 

– Нет, мы уже такие...

– Как же мы тогда ходим?!

 

– Вот в этом и весь вопрос!

 

Толпа не обратила на них особого внимания, но чудом раздалась, пропуская в ресторан.

 

Они вошли.

 

В нос ударил смрад табачного дыма, смешанный с опьяняющим дыханием присутствующих; примешивался лёгкий запах вспотевших бёдер, вертляво суетившихся в танце.

 

На их счастье, у барной стойки оказались свободными в аккурат два места, точно специально для них зарезервированных.

 

Орлиные глаза бармена, из-под толстых стёкол очков, с лёгкостью оценили тяжесть карманов подошедших – и с шустрой руки меню легло перед Стасом и Володей.

 

– С чего продолжим? – поинтересовался Володя.

– Надо бы...

 

– Давай попробуем вина, – ввернул Володя.

 

– Да вы гурман! Вино после водки – оригинально! Хочу заметить, мой друг: градус нужно не понижать, а повышать! Классиков надо читать! За разгул! – Стас вскинул рюмку с водкой.

 

Выпили.

Стас довольно причмокнул и подмигнул Володе:

– Весёлое заведение для слуха, но мрачное для духа!

 

В душе Володи бурлило. Он долго следил за маячившим перед глазами барменом, а когда наскучило любоваться его глупыми ужимками и заигрыванием со смазливыми девицами, склонил голову к уху Стаса:

– Как тебе удаётся пить через край и не пьянеть?

 

– На этот вопрос даже я не могу ответить: загадочна русская душа! К тому же, я – не немец.

 

Володя засмеялся.

Стас стал осматриваться.

 

– Ба-а! Да всё новые лица! Ни одного знакомого. – Он помолчал и ехидно добавил: – Ну-ну...

 

– Знаешь, до встречи с тобой, мной не так воспринимался мир, – сентиментально протянул Володя, чувствуя себя до сладости пьяным.

 

– А как?

– Честно сказать, затрудняюсь. Но мне кажется... что... то... как ты говоришь... как ведёшь себя – делаю и я...

 

– Ты объясняешься мне в любви или пьян?

Володя сконфузился.

 

– Лучше пить: тогда рот занят и не ляпнешь лишнего! А не лишнее – тяпнуть. – Стас, смакуя водку, медленно осушил рюмку.

 

Водка жгла холодом, и Володя пил медленно, небольшими глотками, потому как пил медленно всегда.

 

– Да-а, – протянул Стас, – повеселимся мы сегодня. – Он опять-таки начал присматриваться к присутствующим. – У нас сегодня и музыканты есть. У трубача дудка горяча!.. – напел Стас строчку из песни группы "Леприконсы".

 

Девушек хватало.

– Вот с этой рекомендую не связываться!

– Почему?

 

– Эта – ну прямо пиранья!

– Не понял?! – переспросил Володя.

 

– Что тут понимать! Она уже видит себя старой девой. Вот что толкает неустанно вперёд. Глупое создание только и ждёт, чтобы кого-нибудь одурачить, выдоить всё без остатка. А остаток – это останки жизни, над которыми безмозглый будет горевать да казниться тупым словом за плохое отношение к бывшей супруге.

 

Приглядись к ней повнимательней, к её слегка прищуренным глазам: в них ненависть к миру. Она много не пьёт – за свои, разумеется! – одну-две рюмки для приглушения презрения к себе. Тебе и подмигивать не надо – как она начнёт кружиться рядом. А ты попробуй оставить ей номер своего телефона – не дождёшься звонка! И знаешь почему? Так тебе готовится погибель! Да-да! Она, незаметно для тебя, принижает себя и тем самым возвышает, провоцируя тебя на нелёгкий путь к заполучению женщины. Ведь мужчина всегда добивается женщины, если он мужчина, конечно. Мягкотелый сразу самоудалится! На удаление и рассчитывает дама. Секёшь? У неё – и подобным ей – не тот возраст! Но именно он, грядущий, пугает.

 

Женщина бальзаковского возраста! Этим оборотом им в оборот мужика не взять!.. Бальзаковская женщина... И слышится в крылатом слове курлыканье улетающего клина; есть что-то осеннее, греющее душу: сладость на губах от обладания такой женщиной. Но это не про них. Бальзаковский возраст с морщинами? – к чёрту! Всех сортируют – и к чёрту, вымощая их телами дорогу в преисподнюю. Они спешат, ломятся по головам подобных. Надеются удачно обменять бальзаковский возраст на денежно упакованного мужчину. Они ищут подходящие под их миниатюрные ручки карманы. Заметь, чем красивей и тоньше рука, тем больше и глубже должен быть карман. А карманы из мешковины нынче в цене! Ерунда, что отдаёт деревенщиной и мякиной. Зато у них нет дна – и не окажешься на дне. А, следовательно, в них можно спрятать все желания и извлекать по мере необходимости. Они не верят в свои чувства. Соответственно, они не верят, что и ты можешь любить. Всё меняется на сто восемьдесят градусов, когда подменяются первоначала, заложенным с детства невежеством.

 

– Браво, браво! – захлопал пожилой мужчина, сидевший рядом с Володей. – Меня поразила ваша речь: очень много правды.

 

Стас театрально поклонился. Володе это не понравилось.

 

– Ещё одно пиво, Дима, – сказала девушка лет двадцати.

Стас с удивлением повернулся и посмотрел на соседку.

 

Польщённая тем, как на неё оригинально обратили внимание, девушка без ложной скромности ответила улыбкой.

 

– Вы случайно не из партии любителей пива? – сладко спросил Стас, сложив губы бантиком.

– Нет.

 

"Дивный голосок", – подметил Стас.

– Вы не здешняя?

– Студентка.

 

– Это всё объясняет.

– Что объясняет? – подозрительно переспросила девушка, выдавая генетическую глупость.

 

– Нет-нет, – с чувством произнёс Стас, – не объясняет!.. О, я банановая кожура! – он коснулся лба тыльной стороной ладони и на мгновение вскинул взгляд к закопчённому сигаретным дымом потолку. – Какие у вас большие глаза. Когда вы посмотрели на меня, их свет ослепил меня!

 

"Что за бред он несёт?" – спросил себя Володя.

Но девушке понравились слова, направленные в её адрес.

 

– Извините, мне нужно поговорить с другом, а то он заскучал... – Стас повернулся к Володе. – Как тебе девичий сгусток больного честолюбия? – понизив голос, шепнул Стас. – Просто сливки!

 

Пожилой мужчина, не переставая, хвалил речь Стаса, пытался завести разговор с Володей. Володя исподтишка осмотрел девушку и брезгливо скривил губы.

 

– Мне она тоже не нравится, – согласился Стас. – Но обрати внимание: метр шестьдесят, а тщеславия!.. Между прочим, студентка, будущий юрист. Развелось нынче юристов, что шулеристы в ус не дуют... Кстати, откуда у студентки деньги на бокал пива ценой почти в суточный заработок иного рабочего? Заметь, уже четвёртый. Она у нас капризная. Особенно с папой и с мамой. Она никак не может отделаться от желания пить пиво и не платить. Она флиртует с барменом – надо отдать должное! – думает и о завтрашнем дне. Ты только послушай. Строит из себя влюблённую! Сразу видно, не первый раз в баре. Даже готова родить от него ребёнка – только бы не платить! У неё уже развито желание пожить за чужой счёт. Она глупа, как тот бокал без пива. Глупость её можно было бы простить, отличайся она красотой. Поговори с ней: удовольствие огромнейшее!

 

Стас повернулся к любительнице пива.

 

Напала скука. Володя печально посмотрел в спину приятеля и в задумчивости вытащил сигарету.

 

Вспыхнул огонёк зажигалки. Володя, как ни в чём ни бывало, прикурил и посмотрел на обладательницу прелестной зажигалки.

– Красивая вещица!

 

Дама улыбнулась. Володя с ходу не смог определить её возраст. Собрав последние силы, отметил в ней женщину темпераментную.

 

– Присаживайтесь, пожалуйста, – заплетающимся языком процедил Володя и уступил место.

 

Медленно дама присела на стул, и Володя с вожделением посмотрел на её колени и крепкие бёдра.

 

Дама с прищуром засекла любителя филейной части.

Володя почувствовал себя неловко.

 

Дама улыбнулась и подмигнула, ничего, всё нормально.

Разговор не клеился. Для разбавления жидковатой беседы, Володя заказал водки.

 

Продолжение следует...

© Copyright: Александр Юргель, 2012

Регистрационный номер №0056372

от 17 июня 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0056372 выдан для произведения:

Прошли сквозь нестройный ряд деревьев. Первым шёл Стас. За ним, буквально в полушаге, – Володя. Со стороны они выглядели братьями и даже больше – близнецами.

 

Друзья поднялись по ступеням. Ковровая дорожка глушила шаги. На крыльце ресторана гудела разноликая толпа. Составлявшие её находились в омерзительном опьянении.

 

Многие курили, когда уж и сил едва хватало держаться на ногах.

 

Иные со смаком прикладывались к горлышкам бутылок.

 

Кто-то копался в карманах и считал измятые рубли.

 

Другие пытались выманить денег у простаков.

 

Третьи сквернословили и плевали на весь мир, но слюна улетала не дальше их груди. Привлекая внимание, оплёванные били себя в грудь, вместо постукивания по голове: на пустозвон народу сбежалось бы куда больше присутствующего.

 

Четвёртые возбуждённо засматривались в зал ресторана через стёкла входной двери. На их лицах проявлялась похотливая улыбочка, и они самодовольно заявляли: “Ночь проведём весело!” – и с дерзким видом вытягивали брючные ремни, мастеря из них арканы.

 

В толпе выделялись и женщины...

 

Одни красовались в моднейших платьях – все в тесёмочках. Дёрни за любую – не прогадаешь!

 

Другие выглядели отталкивающе пьяными. Некоторые подскакивали к мужчинам, мастерящим арканы.

 

Мужчины не подпускали их и били кожаными ремнями по спинам. Кожа на спинах женщин грубела, но на лицах – диво! – распрямлялась, и они выходили красавицами из-под изувечивающих ударов. К новоиспечённым красавицам подскакивали на вид невостребованные мужчины и уверяли в личной востребованности...

 

– Чудные все! – заметил Володя.

– Да, – подтвердил Стас. – Это Опьянение.

 

– Что? – переспросил Володя.

– Опьянение тех, кто сидит в зале. Видишь, оно всех ждёт, никого не пропустит, только выйди за порог ресторана.

 

– Наше тоже здесь?

– Нет.

 

– Почему? – удивился Володя.

– Наше-то Опьянение уже лежит облёванное во-он под тем деревом. – Стас указал рукой на иву.

 

Улыбка счастья прошла по лицу Володи. Он сглотнул и спросил:

– Так нагрузимся?!

 

– Нет, мы уже такие...

– Как же мы тогда ходим?!

 

– Вот в этом и весь вопрос!

 

Толпа не обратила на них особого внимания, но чудом раздалась, пропуская в ресторан.

 

Они вошли.

 

В нос ударил смрад табачного дыма, смешанный с опьяняющим дыханием присутствующих; примешивался лёгкий запах вспотевших бёдер, вертляво суетившихся в танце.

 

На их счастье, у барной стойки оказались свободными в аккурат два места, точно специально для них зарезервированных.

 

Орлиные глаза бармена, из-под толстых стёкол очков, с лёгкостью оценили тяжесть карманов подошедших – и с шустрой руки меню легло перед Стасом и Володей.

 

– С чего продолжим? – поинтересовался Володя.

– Надо бы...

 

– Давай попробуем вина, – ввернул Володя.

 

– Да вы гурман! Вино после водки – оригинально! Хочу заметить, мой друг: градус нужно не понижать, а повышать! Классиков надо читать! За разгул! – Стас вскинул рюмку с водкой.

 

Выпили.

Стас довольно причмокнул и подмигнул Володе:

– Весёлое заведение для слуха, но мрачное для духа!

 

В душе Володи бурлило. Он долго следил за маячившим перед глазами барменом, а когда наскучило любоваться его глупыми ужимками и заигрыванием со смазливыми девицами, склонил голову к уху Стаса:

– Как тебе удаётся пить через край и не пьянеть?

 

– На этот вопрос даже я не могу ответить: загадочна русская душа! К тому же, я – не немец.

 

Володя засмеялся.

Стас стал осматриваться.

 

– Ба-а! Да всё новые лица! Ни одного знакомого. – Он помолчал и ехидно добавил: – Ну-ну...

 

– Знаешь, до встречи с тобой, мной не так воспринимался мир, – сентиментально протянул Володя, чувствуя себя до сладости пьяным.

 

– А как?

– Честно сказать, затрудняюсь. Но мне кажется... что... то... как ты говоришь... как ведёшь себя – делаю и я...

 

– Ты объясняешься мне в любви или пьян?

Володя сконфузился.

 

– Лучше пить: тогда рот занят и не ляпнешь лишнего! А не лишнее – тяпнуть. – Стас, смакуя водку, медленно осушил рюмку.

 

Водка жгла холодом, и Володя пил медленно, небольшими глотками, потому как пил медленно всегда.

 

– Да-а, – протянул Стас, – повеселимся мы сегодня. – Он опять-таки начал присматриваться к присутствующим. – У нас сегодня и музыканты есть. У трубача дудка горяча!.. – напел Стас строчку из песни группы "Леприконсы".

 

Девушек хватало.

– Вот с этой рекомендую не связываться!

– Почему?

 

– Эта – ну прямо пиранья!

– Не понял?! – переспросил Володя.

 

– Что тут понимать! Она уже видит себя старой девой. Вот что толкает неустанно вперёд. Глупое создание только и ждёт, чтобы кого-нибудь одурачить, выдоить всё без остатка. А остаток – это останки жизни, над которыми безмозглый будет горевать да казниться тупым словом за плохое отношение к бывшей супруге.

 

Приглядись к ней повнимательней, к её слегка прищуренным глазам: в них ненависть к миру. Она много не пьёт – за свои, разумеется! – одну-две рюмки для приглушения презрения к себе. Тебе и подмигивать не надо – как она начнёт кружиться рядом. А ты попробуй оставить ей номер своего телефона – не дождёшься звонка! И знаешь почему? Так тебе готовится погибель! Да-да! Она, незаметно для тебя, принижает себя и тем самым возвышает, провоцируя тебя на нелёгкий путь к заполучению женщины. Ведь мужчина всегда добивается женщины, если он мужчина, конечно. Мягкотелый сразу самоудалится! На удаление и рассчитывает дама. Секёшь? У неё – и подобным ей – не тот возраст! Но именно он, грядущий, пугает.

 

Женщина бальзаковского возраста! Этим оборотом им в оборот мужика не взять!.. Бальзаковская женщина... И слышится в крылатом слове курлыканье улетающего клина; есть что-то осеннее, греющее душу: сладость на губах от обладания такой женщиной. Но это не про них. Бальзаковский возраст с морщинами? – к чёрту! Всех сортируют – и к чёрту, вымощая их телами дорогу в преисподнюю. Они спешат, ломятся по головам подобных. Надеются удачно обменять бальзаковский возраст на денежно упакованного мужчину. Они ищут подходящие под их миниатюрные ручки карманы. Заметь, чем красивей и тоньше рука, тем больше и глубже должен быть карман. А карманы из мешковины нынче в цене! Ерунда, что отдаёт деревенщиной и мякиной. Зато у них нет дна – и не окажешься на дне. А, следовательно, в них можно спрятать все желания и извлекать по мере необходимости. Они не верят в свои чувства. Соответственно, они не верят, что и ты можешь любить. Всё меняется на сто восемьдесят градусов, когда подменяются первоначала, заложенным с детства невежеством.

 

– Браво, браво! – захлопал пожилой мужчина, сидевший рядом с Володей. – Меня поразила ваша речь: очень много правды.

 

Стас театрально поклонился. Володе это не понравилось.

 

– Ещё одно пиво, Дима, – сказала девушка лет двадцати.

Стас с удивлением повернулся и посмотрел на соседку.

 

Польщённая тем, как на неё оригинально обратили внимание, девушка без ложной скромности ответила улыбкой.

 

– Вы случайно не из партии любителей пива? – сладко спросил Стас, сложив губы бантиком.

– Нет.

 

"Дивный голосок", – подметил Стас.

– Вы не здешняя?

– Студентка.

 

– Это всё объясняет.

– Что объясняет? – подозрительно переспросила девушка, выдавая генетическую глупость.

 

– Нет-нет, – с чувством произнёс Стас, – не объясняет!.. О, я банановая кожура! – он коснулся лба тыльной стороной ладони и на мгновение вскинул взгляд к закопчённому сигаретным дымом потолку. – Какие у вас большие глаза. Когда вы посмотрели на меня, их свет ослепил меня!

 

"Что за бред он несёт?" – спросил себя Володя.

Но девушке понравились слова, направленные в её адрес.

 

– Извините, мне нужно поговорить с другом, а то он заскучал... – Стас повернулся к Володе. – Как тебе девичий сгусток больного честолюбия? – понизив голос, шепнул Стас. – Просто сливки!

 

Пожилой мужчина, не переставая, хвалил речь Стаса, пытался завести разговор с Володей. Володя исподтишка осмотрел девушку и брезгливо скривил губы.

 

– Мне она тоже не нравится, – согласился Стас. – Но обрати внимание: метр шестьдесят, а тщеславия!.. Между прочим, студентка, будущий юрист. Развелось нынче юристов, что шулеристы в ус не дуют... Кстати, откуда у студентки деньги на бокал пива ценой почти в суточный заработок иного рабочего? Заметь, уже четвёртый. Она у нас капризная. Особенно с папой и с мамой. Она никак не может отделаться от желания пить пиво и не платить. Она флиртует с барменом – надо отдать должное! – думает и о завтрашнем дне. Ты только послушай. Строит из себя влюблённую! Сразу видно, не первый раз в баре. Даже готова родить от него ребёнка – только бы не платить! У неё уже развито желание пожить за чужой счёт. Она глупа, как тот бокал без пива. Глупость её можно было бы простить, отличайся она красотой. Поговори с ней: удовольствие огромнейшее!

 

Стас повернулся к любительнице пива.

 

Напала скука. Володя печально посмотрел в спину приятеля и в задумчивости вытащил сигарету.

 

Вспыхнул огонёк зажигалки. Володя, как ни в чём ни бывало, прикурил и посмотрел на обладательницу прелестной зажигалки.

– Красивая вещица!

 

Дама улыбнулась. Володя с ходу не смог определить её возраст. Собрав последние силы, отметил в ней женщину темпераментную.

 

– Присаживайтесь, пожалуйста, – заплетающимся языком процедил Володя и уступил место.

 

Медленно дама присела на стул, и Володя с вожделением посмотрел на её колени и крепкие бёдра.

 

Дама с прищуром засекла любителя филейной части.

Володя почувствовал себя неловко.

 

Дама улыбнулась и подмигнула, ничего, всё нормально.

Разговор не клеился. Для разбавления жидковатой беседы, Володя заказал водки.

 

Продолжение следует...

Рейтинг: +2 485 просмотров
Комментарии (1)
Света Цветкова # 27 ноября 2012 в 11:11 0
1b086965a678b6d427561c2ffa681cb5 rose