ГлавнаяВся прозаМалые формыРассказы → Армейские будни...Переквалификацмя...рассказ двенадцатый

 

Армейские будни...Переквалификацмя...рассказ двенадцатый

22 марта 2014 - Wladimir

Армейские будни... Переквалификация...рассказ двенадцатый

Армейские будни… Переквалификация…рассказ двенадцатый.

 

       Как я уже писал, окончил я ШМАС (школу младших авиационных специалистов) по специальности «аэрофотограф». А в часть прибыл на должность связиста. Однако часть была «списьфисьская». Обслуживала она военный НИИ (аэронавтики). Состояла из БАО (батальон аэродромного обслуживания) роты охраны, роты связи и КП (командный пункт) управления. Командовал частью пожилой генерал Победоносцев, большой любитель роз. ( Специально штат был для девушки-военнослужащей, окончившей с отличием ВУЗ).

       В связи с этим был случай. Ушел солдат в самоволку. А перед этим сорвал несколько роз для своей девушки. Думал, что в таком обилии не заметят. Но генерал утром, придя в штаб, обнаружил пропажу. Всех нас выстроили на плацу, и сапоги стали проверять на наличие почвы клумб. Солдат погорел, дали ему пять суток «губы». Да и командиру досталось. А нам всем увольнительные на ближайшие выходные отменили.

       Носили мы форму ВВС и давали подписку о неразглашении. Лет на тридцать, кажется.

Радар "Кама", только он у нас стационаром был. Под пожарное депо замаскирован.

       Зачислили меня в расчет радара СОН-30. Новейшей, по тем временам, станции. С длиной радиоволны  10 см. (С карандаш).

       Расчет был мирного времени.  Состоял он из командира старшего лейтенанта Осипова; зам. командира, старшего сержанта-сверхсрочника – Сазанова (затем – прапорщик); первого оператора сержанта срочной службы – «деда»; второго оператора, рядового «деда»; меня, «молодого» – оператора электронно-вычислительной машины «Кедр», (я еще отвечал за связь с КП); и дизелиста – рядового Денисова (его потом к нам прикрепили – «салага»). Вот и весь расчет.

       Старлей Осипов принес штук пять книг по радиолокации и сказал, что дает неделю, после чего  - экзамен. При успешной сдаче – третий класс оператора РЛС и знак «Отличник ВВС». Как потом узнал, это нужно было для присвоения радару «Каме» звание «Отличного».  Со всеми вытекающими последствиями.

      Ничего сложного для меня не было. В основном это была теория радиолокации. И дней через десять сдал я экзамены на «отлично».

       Станция располагалась на крыше пожарного депо. Торчала лишь параболическая антенна. Аппаратура располагалась в большом помещении.  В нее входили:  пульт операторов, имитатор действий, ЭВМ «Кедр», стойка с «Кастрюлями, котлами, банками». Это были магнетроны.

В другом небольшом помещении располагался мощный дизель-генератор.

       ПВО объекта состояла из трех станций. Станции дальнего обнаружения (П-35) «Нева» капитана Богдашевского, станции наведения «Вершина»  лейтенанта Гурова Юрия Ивановича, и нашей станции орудийной наводки СОН-30 старшего лейтенанта Осипова Александра Ивановича.

 

       Показали мне мои обязанности, «прокатали» на имитаторе действий, объяснили местонахождение частей и принцип их работы. И на этом обучение закончилось.

       Утром после завтрака отвозили нас на объект. Мы расчехляли антенну, прогревали станцию. Затем Осипов гонял на имитаторе. После этого чехлили антенну и приступали к профилактическим работам. Заключалась она в том, что вынимали все блоки и высасывали пылесосом пыль. Протирали все части от пыли, и меняли блоки на запасные, стараясь перекрыть норматив, отпущенный на замену в экстренных случаях.

       Потом драили дизель и помещение, где он находился.

       Часа в два на машине нас увозили в часть.

       Дежурств на станции не было. Зато дежурили на «Вершине» и «Неве». На «Вершине» один солдат (подменяли метеорологи при посещении столовой), а на «Неве» - двое, так как замены не было.

        Самое сложное было драить помещение дизель-генератора. Цементные полы, серые стены, дырка в крыше, а около нее – копоть.

       Однажды, после такой работы  я, выждав момент, когда рядом никого не было, сказал Осипову

       -Сколько не драй эту дизельную, ощущение грязи не исчезает. Полы цементные, краска стен облупилась, сажа у вытяжной дыры…

       -Да вижу! Но не дают ничего. Ни краски, ни кистей, ни растворителя.

       - А нам и не надо!

       -Что предлагаешь?

       -В столовой ремонт делают. Плитки содрали. Среди них больше половины – целые. Заткнем дырку на моечной площадке (пожарные машины мыли), накидаем, нальем воды, а на следующий день цемент отколупаем.

       -Не успеем до отъезда…

       -Пожертвуем двумя профилактическими днями. И договорись с Дубининым, чтоб нам в столовой расчет оставляли. Здесь и пообедаем. А в часть поедем со сменой.

       -Ну, хорошо. А краску где возьмем?

       -У пожарных срочной службы..

       - А это как? Они-то где возьмут?

       -У строителей украдут. Пачек за пятнадцать, двадцать сигарет. А если и попадутся, мы-то не причем. Я с ними сговорюсь. Рады будут. За банку то краски.

       -Ну, давай рискнем. А с вытяжной дыркой что делать?

       -Сазана подключи. Пусть трубу достанет и пару хомутов. И патрубок сделают в мастерской по моему чертежу.

       Из диалога видно, что вне службы с командиром отношения были свойские. Он был месяца на три моложе меня, был благодарен за переквалификацию и мой такт в отношении его по службе. Никто и не подозревал о наших отношениях. Приказ его был для меня законом, а отношение при солдатах «расчета» – сугубо уставное.

       Так мы и сделали. Все достали, отколупали, почистили. Покрасили потолок. Вывели выхлопную трубу наружу. За бутылку водки взяли у строителей мешок цемента и положили плитку от пола до потолка. И пол плиточный. К тому же, вывели еще одну сливную трубу под дизелем на площадку мойки машин.

       И получилось у нас, как в операционной. И с работой      справлялся один Денисов. Помоет дизель брансбойтом, потом трет его тряпкой до блеска. А заодно и стены. А потом мается от безделья…

       У нас появилось свободное время. Норматив по замене блоков мы перекрыли. Дизель у бывшего тракториста был в идеальном состоянии. По имитатору все, что полагалось, освоили. Поэтому все уходили к пожарным спать, а я оставался охранять помещение. А почему, в дальнейшем будет понятно.

       От нечего делать, стал я учить Дениса на оператора станции. Уж очень он любопытный был.

       Пульт операторов РЛС состоял из пульта первого оператора, второго оператора, и моей машины «Кедр». А между мной и ими стоял шкаф этого имитатора. У первого оператора был индикатор, наподобие осциллографа. При сопровождении цели высвечивался импульс на шкале расстояния до нее. У второго оператора были два стрелочных индикатора. При ручном сопровождении (РС) нужно было, чтобы обе были в вертикальном положении. Управлялись штурвальчиками двумя руками. Между ними был пульт кругового обзора. Все данные (Дальность, азимут, угол места), поступали ко мне, а от меня – на КП.

Нева...

       «Нева» засекала цель на расстоянии 350…400 км и передавала на «Вершину». Та принимала цель на расстоянии 200…250 км., сопровождала и данные передавала нам.

Вершина...

Мы принимали на расстоянии 100..120 км, держали на автоматическом сопровождении (АС) и по команде с КП уничтожали. (Три зенитные батареи или три расчета комплексов ракет «Земля-воздух» по четыре ракеты в каждом).

       Так как у нас был очень узкий луч, называли мы все это  – шилом в задницу…))).

       Вот и стал я учить  Дениса работе всех трех операторов. И как нам в дальнейшем все это пригодилось!...

© Copyright: Wladimir, 2014

Регистрационный номер №0202953

от 22 марта 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0202953 выдан для произведения:

Армейские будни... Переквалификация...рассказ двенадцатый

Армейские будни… Переквалификация…рассказ двенадцатый.

 

       Как я уже писал, окончил я ШМАС (школу младших авиационных специалистов) по специальности «аэрофотограф». А в часть прибыл на должность связиста. Однако часть была «списьфисьская». Обслуживала она военный НИИ (аэронавтики). Состояла из БАО (батальон аэродромного обслуживания) роты охраны, роты связи и КП (командный пункт) управления. Командовал частью пожилой генерал Победоносцев, большой любитель роз. ( Специально штат был для девушки-военнослужащей, окончившей с отличием ВУЗ).

       В связи с этим был случай. Ушел солдат в самоволку. А перед этим сорвал несколько роз для своей девушки. Думал, что в таком обилии не заметят. Но генерал утром, придя в штаб, обнаружил пропажу. Всех нас выстроили на плацу, и сапоги стали проверять на наличие почвы клумб. Солдат погорел, дали ему пять суток «губы». Да и командиру досталось. А нам всем увольнительные на ближайшие выходные отменили.

       Носили мы форму ВВС и давали подписку о неразглашении. Лет на тридцать, кажется.

Радар "Кама", только он у нас стационаром был. Под пожарное депо замаскирован.

       Зачислили меня в расчет радара СОН-30. Новейшей, по тем временам, станции. С длиной радиоволны  10 см. (С карандаш).

       Расчет был мирного времени.  Состоял он из командира старшего лейтенанта Осипова; зам. командира, старшего сержанта-сверхсрочника – Сазанова (затем – прапорщик); первого оператора сержанта срочной службы – «деда»; второго оператора, рядового «деда»; меня, «молодого» – оператора электронно-вычислительной машины «Кедр», (я еще отвечал за связь с КП); и дизелиста – рядового Денисова (его потом к нам прикрепили – «салага»). Вот и весь расчет.

       Старлей Осипов принес штук пять книг по радиолокации и сказал, что дает неделю, после чего  - экзамен. При успешной сдаче – третий класс оператора РЛС и знак «Отличник ВВС». Как потом узнал, это нужно было для присвоения радару «Каме» звание «Отличного».  Со всеми вытекающими последствиями.

      Ничего сложного для меня не было. В основном это была теория радиолокации. И дней через десять сдал я экзамены на «отлично».

       Станция располагалась на крыше пожарного депо. Торчала лишь параболическая антенна. Аппаратура располагалась в большом помещении.  В нее входили:  пульт операторов, имитатор действий, ЭВМ «Кедр», стойка с «Кастрюлями, котлами, банками». Это были магнетроны.

В другом небольшом помещении располагался мощный дизель-генератор.

       ПВО объекта состояла из трех станций. Станции дальнего обнаружения (П-35) «Нева» капитана Богдашевского, станции наведения «Вершина»  лейтенанта Гурова Юрия Ивановича, и нашей станции орудийной наводки СОН-30 старшего лейтенанта Осипова Александра Ивановича.

 

       Показали мне мои обязанности, «прокатали» на имитаторе действий, объяснили местонахождение частей и принцип их работы. И на этом обучение закончилось.

       Утром после завтрака отвозили нас на объект. Мы расчехляли антенну, прогревали станцию. Затем Осипов гонял на имитаторе. После этого чехлили антенну и приступали к профилактическим работам. Заключалась она в том, что вынимали все блоки и высасывали пылесосом пыль. Протирали все части от пыли, и меняли блоки на запасные, стараясь перекрыть норматив, отпущенный на замену в экстренных случаях.

       Потом драили дизель и помещение, где он находился.

       Часа в два на машине нас увозили в часть.

       Дежурств на станции не было. Зато дежурили на «Вершине» и «Неве». На «Вершине» один солдат (подменяли метеорологи при посещении столовой), а на «Неве» - двое, так как замены не было.

        Самое сложное было драить помещение дизель-генератора. Цементные полы, серые стены, дырка в крыше, а около нее – копоть.

       Однажды, после такой работы  я, выждав момент, когда рядом никого не было, сказал Осипову

       -Сколько не драй эту дизельную, ощущение грязи не исчезает. Полы цементные, краска стен облупилась, сажа у вытяжной дыры…

       -Да вижу! Но не дают ничего. Ни краски, ни кистей, ни растворителя.

       - А нам и не надо!

       -Что предлагаешь?

       -В столовой ремонт делают. Плитки содрали. Среди них больше половины – целые. Заткнем дырку на моечной площадке (пожарные машины мыли), накидаем, нальем воды, а на следующий день цемент отколупаем.

       -Не успеем до отъезда…

       -Пожертвуем двумя профилактическими днями. И договорись с Дубининым, чтоб нам в столовой расчет оставляли. Здесь и пообедаем. А в часть поедем со сменой.

       -Ну, хорошо. А краску где возьмем?

       -У пожарных срочной службы..

       - А это как? Они-то где возьмут?

       -У строителей украдут. Пачек за пятнадцать, двадцать сигарет. А если и попадутся, мы-то не причем. Я с ними сговорюсь. Рады будут. За банку то краски.

       -Ну, давай рискнем. А с вытяжной дыркой что делать?

       -Сазана подключи. Пусть трубу достанет и пару хомутов. И патрубок сделают в мастерской по моему чертежу.

       Из диалога видно, что вне службы с командиром отношения были свойские. Он был месяца на три моложе меня, был благодарен за переквалификацию и мой такт в отношении его по службе. Никто и не подозревал о наших отношениях. Приказ его был для меня законом, а отношение при солдатах «расчета» – сугубо уставное.

       Так мы и сделали. Все достали, отколупали, почистили. Покрасили потолок. Вывели выхлопную трубу наружу. За бутылку водки взяли у строителей мешок цемента и положили плитку от пола до потолка. И пол плиточный. К тому же, вывели еще одну сливную трубу под дизелем на площадку мойки машин.

       И получилось у нас, как в операционной. И с работой      справлялся один Денисов. Помоет дизель брансбойтом, потом трет его тряпкой до блеска. А заодно и стены. А потом мается от безделья…

       У нас появилось свободное время. Норматив по замене блоков мы перекрыли. Дизель у бывшего тракториста был в идеальном состоянии. По имитатору все, что полагалось, освоили. Поэтому все уходили к пожарным спать, а я оставался охранять помещение. А почему, в дальнейшем будет понятно.

       От нечего делать, стал я учить Дениса на оператора станции. Уж очень он любопытный был.

       Пульт операторов РЛС состоял из пульта первого оператора, второго оператора, и моей машины «Кедр». А между мной и ими стоял шкаф этого имитатора. У первого оператора был индикатор, наподобие осциллографа. При сопровождении цели высвечивался импульс на шкале расстояния до нее. У второго оператора были два стрелочных индикатора. При ручном сопровождении (РС) нужно было, чтобы обе были в вертикальном положении. Управлялись штурвальчиками двумя руками. Между ними был пульт кругового обзора. Все данные (Дальность, азимут, угол места), поступали ко мне, а от меня – на КП.

Нева...

       «Нева» засекала цель на расстоянии 350…400 км и передавала на «Вершину». Та принимала цель на расстоянии 200…250 км., сопровождала и данные передавала нам.

Вершина...

Мы принимали на расстоянии 100..120 км, держали на автоматическом сопровождении (АС) и по команде с КП уничтожали. (Три зенитные батареи или три расчета комплексов ракет «Земля-воздух» по четыре ракеты в каждом).

       Так как у нас был очень узкий луч, называли мы все это  – шилом в задницу…))).

       Вот и стал я учить  Дениса работе всех трех операторов. И как нам в дальнейшем все это пригодилось!...

Рейтинг: 0 217 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!