ГлавнаяВся прозаМалые формыРепортажи → Гейсир и Строккюр (исландские горячие источники)

 

Гейсир и Строккюр (исландские горячие источники)

23 июля 2014 - Работник Неба
article228213.jpg
В 5 часов пополудни: событие, достойное статьи в центральной исландской "Моргюнбладид" на первой полосе - Гейсир впервые за долгий срок извергся! Фонтан горячей воды, окутанный волокнистым паром с запахом серы, был невысоким, но обширным и продержался в воздухе долго. За ним последовало еще два-три таких же неторопливых и солидных фонтана. Старый заслуженный источник, любимец народа, вышедший на почетную пенсию, извергал свою воду так, словно это держал речь старейшина или прошедший весь фронт ветеран. (К сожалению, иностранные туристы, вставившие себе вместо глаз одноразовые фотоаппараты фирмы "Кодак", не оценили всей значимости этого события). В тот же миг старому ветерану бойко ответил Строккюр - юный и бодрый источник, старательно работающий на американских туристов и добросовестно извергающийся по несколько раз за час. (В воздух взмывает высокая струя - словно хамелеон выбросил язык, и потом облако пара как ядерный гриб. Холеные туристы в кепочках принялись взвизгивать от восторга). В ответ на это старый ветеран выбросил еще один фонтан горячей воды  (вдаль полетел лохматый пар) и успокоился. Строккюр примолк и только через четверть часа вновь принялся извергаться на потеху зевакам.
Мы стали свидетелями диалога, имевшего глубокое символическое значение. Житель торфяной землянки, облаченный в грязные овчины, привыкший измерять время кусками мяса, которые были съедены до середины зимы - хватит ли до ее конца? - привыкший все неисчислимо долгие годы жизни верить снам и речам, а не сообщениям по телефону (к этой технической новинке он так никогда и не смог привыкнуть), - этот старик с упреком обращается к представителю поколения НТР: внуку, или младшему сыну, который из домотканого тряпья переоделся в нейлон и пластик и с младенчества усвоил, что в мире дороже всего ценится раскрашенная бумага, а чтобы сподобиться царствия небесного, надо работать, не жалея нервной системы, лучше всего на американцев, т.к. у них расписной бумаги больше всего. Он знает, как звали прежнего любовника модной нынче поп-звезды, но забыл нечто главное, - то,  что, может, еще осталось в горах, книгах и сновидениях. Об этом главном и пытается напомнить ему старик: неспешно, величественно и сурово. Но языки у двух поколений уже разные, и найти подходящий ключ к сознанию потомка удается не сразу. А у того ответ скор и прям, будто выучен заранее: А как же, мол, иначе в современном мире? Хочешь выжить - уподобься сильным мира сего, учи английский язык, переселись в страну с твердой валютой, держи нос по ветру и не проворонь новых течений в актуальных сегодня областях жизни. Да, говорит он, признаюсь, как на духу, иногда хочется отказаться от денежной системы и заменить холодильник "Samsung" на бочку с кислой сывороткой, - но кто же поддержит эту блажь? Да ведь потом, кушать-то всё равно надо… и т.п. Старик в ответ держит речь, вновь так же величаво и медленно, на своем, теперь уже старомодном языке. Ее суть вкратце сводится к тому, что вместо того, чтоб состязаться, кто лучше усвоит правила поведения в камере (пусть даже теплой, стерильной и компьютеризированной), лучше просто бежать из тюрьмы, - и  очень грустно, что люди будущего думают иначе. Потомок какое-то мгновение пребывает в растерянности: в глубине его сознания шевельнулось сомнение в правильности своего выбора, в непогрешимости своей накатанной колеи, прямого тоннеля со стенами из блестящего пластика… Но кушать всё-таки надо, да и кто поддержит эту блажь; он неспособен изменить стиль жизни, он с детства привык жить именно так, работая на износ под чутким руководством шефа в галстуке, не думая о нерентабельных вещах вроде прошлого, родной культуры, старинного языка… И потомок, немного помолчав в задумчивости, вновь возвращается к своей работе в исландском филиале крупной американской корпорации.
 
Таков диалог поколений. На одной чаше весов овечья кость, на другой - мышь от компьютера.
Надо еще добавить, что Гейсир и Строккюр разделяет широкая каменистая тропинка, по которой взад-вперед ходят заграничные путешественники.
 
 
1 июня 2003 

© Copyright: Работник Неба, 2014

Регистрационный номер №0228213

от 23 июля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0228213 выдан для произведения:

В 5 часов пополудни: событие, достойное статьи в центральной исландской "Моргюнбладид" на первой полосе - Гейсир впервые за долгий срок извергся! Фонтан горячей воды, окутанный волокнистым паром с запахом серы, был невысоким, но обширным и продержался в воздухе долго. За ним последовало еще два-три таких же неторопливых и солидных фонтана. Старый заслуженный источник, любимец народа, вышедший на почетную пенсию, извергал свою воду так, словно это держал речь старейшина или прошедший весь фронт ветеран. (К сожалению, иностранные туристы, вставившие себе вместо глаз одноразовые фотоаппараты фирмы "Кодак", не оценили всей значимости этого события). В тот же миг старому ветерану бойко ответил Строккюр - юный и бодрый источник, старательно работающий на американских туристов и добросовестно извергающийся по несколько раз за час. (В воздух взмывает высокая струя - словно хамелеон выбросил язык, и потом облако пара как ядерный гриб. Холеные туристы в кепочках принялись взвизгивать от восторга). В ответ на это старый ветеран выбросил еще один фонтан горячей воды  (вдаль полетел лохматый пар) и успокоился. Строккюр примолк и только через четверть часа вновь принялся извергаться на потеху зевакам.

Мы стали свидетелями диалога, имевшего глубокое символическое значение. Житель торфяной землянки, облаченный в грязные овчины, привыкший измерять время кусками мяса, которые были съедены до середины зимы - хватит ли до ее конца? - привыкший все неисчислимо долгие годы жизни верить снам и речам, а не сообщениям по телефону (к этой технической новинке он так никогда и не смог привыкнуть), - этот старик с упреком обращается к представителю поколения НТР: внуку, или младшему сыну, который из домотканого тряпья переоделся в нейлон и пластик и с младенчества усвоил, что в мире дороже всего ценится раскрашенная бумага, а чтобы сподобиться царствия небесного, надо работать, не жалея нервной системы, лучше всего на американцев, т.к. у них расписной бумаги больше всего. Он знает, как звали прежнего любовника модной нынче поп-звезды, но забыл нечто главное, - то,  что, может, еще осталось в горах, книгах и сновидениях. Об этом главном и пытается напомнить ему старик: неспешно, величественно и сурово. Но языки у двух поколений уже разные, и найти подходящий ключ к сознанию потомка удается не сразу. А у того ответ скор и прям, будто выучен заранее: А как же, мол, иначе в современном мире? Хочешь выжить - уподобься сильным мира сего, учи английский язык, переселись в страну с твердой валютой, держи нос по ветру и не проворонь новых течений в актуальных сегодня областях жизни. Да, говорит он, признаюсь, как на духу, иногда хочется отказаться от денежной системы и заменить холодильник "Samsung" на бочку с кислой сывороткой, - но кто же поддержит эту блажь? Да ведь потом, кушать-то всё равно надо… и т.п. Старик в ответ держит речь, вновь так же величаво и медленно, на своем, теперь уже старомодном языке. Ее суть вкратце сводится к тому, что вместо того, чтоб состязаться, кто лучше усвоит правила поведения в камере (пусть даже теплой, стерильной и компьютеризированной), лучше просто бежать из тюрьмы, - и  очень грустно, что люди будущего думают иначе. Потомок какое-то мгновение пребывает в растерянности: в глубине его сознания шевельнулось сомнение в правильности своего выбора, в непогрешимости своей накатанной колеи, прямого тоннеля со стенами из блестящего пластика… Но кушать всё-таки надо, да и кто поддержит эту блажь; он неспособен изменить стиль жизни, он с детства привык жить именно так, работая на износ под чутким руководством шефа в галстуке, не думая о нерентабельных вещах вроде прошлого, родной культуры, старинного языка… И потомок, немного помолчав в задумчивости, вновь возвращается к своей работе в исландском филиале крупной американской корпорации.

 

Таков диалог поколений. На одной чаше весов овечья кость, на другой - мышь от компьютера.

Надо еще добавить, что Гейсир и Строккюр разделяет широкая каменистая тропинка, по которой взад-вперед ходят заграничные путешественники.

 

 

1 июня 2003 

Рейтинг: 0 185 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!