ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени Волюм 3 Часть 2 Глава 4

 

Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени Волюм 3 Часть 2 Глава 4

23 января 2015 - Даннаис дде Даненн
Глава Четвёртая
Туман постепенно рассеивается, но на его место заступает полный мрак

Когда я открыла глаза, то поняла, что лежу на своей постели, в нашей с Ильмою каюте. Она сама сидела подле меня и, увидев, что я пришла в себя, куда-то вышла и вскоре вернулась. Но не одна, а вместе с лекарем.
- Ну-с, юная барышня, - проговорил он ласково, - как вы себя чувствуете?
- Я? Хорошо… - неуверенно пробормотала я, всё ещё не понимая, что происходит. Словно читая мои мысли, а может, видя в глазах застывший немой вопрос, лекарь сказал:
- Вы, милая барышня, пробыли без сознания больше суток. А что до ваших, так сказать, соучастников, так те до сих пор ещё в себя не пришли. Да и кроме того, в отличие от вас, пребывают в бреду.
- В бреду? – переспросила я. – Да в чём дело, наконец?! Что случилось?
- А что вы помните последнее? – спросил лекарь.
Я задумалась, мысли и воспоминания возвращались ко мне с трудом, заполняя вакуум всё ещё царивший в голове.
- Я и Алекс, - наконец вспомнила я, - затем граф. Его кафтан был весь в пыли… мешок с каким-то порошком… граф ругался, что его кто-то ему подложил…
- Вот-вот, - подхватил лекарь, - в том-то порошке всё и дело. Это было сильнейшее одурманивающее и порождающее видения, вещество. И вы все трое изрядно надышались им.
- Но это не самое главное, господин лекарь! – вставила Ильма. – Ведь вы теперь знаете, в чём дело!
- Вы правы, - проговорил лекарь не без удовлетворения, потирая руки, - легенда стала былью. Но, тем не менее, теперь я знаю, что попало в кровь, нашим несчастным больным – Ниаллу, Лоренцо и Антонио. И уже приготовил противоядие с магнезией и кое-какими другими веществами. Так, что всё будет в порядке…
Сказав это, лекарь осмотрел меня, и хотя видно удовлетворившись моим состоянием, велел всё-таки ещё некоторое время побыть в постели. Сам же ушёл по своим делам. Ильма же поведала мне о том, что случилось.
Нас всех троих лежащих на полу: меня без сознания, Алекса и графа в полном бреду, нашли Дуглас и Бальдассаре. При этом у меня возник вопрос, но я не стала высказывать его вслух. Но, тем не менее, вопрос возник. Что делал Бальдассаре в компании Дугласа, да ещё в кормовой части твиндека? Ладно, во время тумана, когда нас принесло к этому ужасному острову. Его компания находила оправдание. Но теперь! Что могло связывать офицера Ирландского Королевства с каким-то подозрительным проходимцем?
Ильма же тем временем рассказывала, о том, какой переполох сразу произошёл на всём пакетботе. Как лекарь, почти сразу смекнувший, в чём дело, велел никому ничего не трогать и вообще покинуть это место, до тех пор, пока он не разъяснит в чём дело. Сам же он, надев на лицо защитную маску из льняной материи, и такие же перчатки, приступил к осмотру. Поняв, что всё дело в неизвестном, рассыпанном повсюду, порошке, и то, что у Алекса и графа бред именно от него, он сделал им успокаивающие уколы. Затем выдав нескольким матросам такие же маски и перчатки, они вместе перенесли пострадавших в отдельные каюты. Пространство перед каютами вычистили, мешок с сероватым порошком завязали и убрали в особенный, плотно закрытый, ящик. Труднее дело обстояло с одеждой, но тут на помощь доктору пришла мисс Присли. Поскольку испачканной в порошке оказалась только верхняя одежда, она забрала её и подвергла тщательнейшей, только ей известной обработке.
Лекарь сразу же принялся за изучение неизвестного порошка и вскоре выяснил, что это именно то вещество, что было обнаружено в крови несчастных жертв. Далее он откуда-то раскопал старинную книгу и, найдя в ней то, что искал, впал в какое-то возбуждённое состояние. Он постоянно твердил себе под нос:
«Не может быть! Это всего лишь легенды!»
Но когда провёл несколько экспериментов, которые судя по всему, лишили его последних иллюзий, стал повторять уже другое:
«Невероятно! Легенда стала былью!»

***

Мне так и не позволили покинуть постели до утра следующего дня.
Тогда же, как ни странно, пришли в себя граф с кузеном, и я пошла их проведать.
Затем, помня рассказ Ильмы и последнюю навязчивую фразу лекаря, я отправилась к тому.
Тот колдовал вокруг Ниалла. Матрос уже вышел из коматозного состояния, но от того, что был ещё, очень слаб, спал.
- А, молодая барышня уже хорошо чувствует себя? – осведомился лекарь. На время, отрываясь от своих занятий. – А у нас как видите, всё обстоит как нельзя лучше. Лоренцо и Антонио выздоравливают и даже Ниалл скоро поправится. Легенда стала былью!..
Услышав эту таинственную фразу уже в который раз, я, наконец, не выдержала, а правильнее сказать, решила не ходить вокруг да около, а узнать прямо.
- Господин лекарь, - обратилась я к нему, - отчего вы всё время твердите, что «легенда стала былью»! Что вы хотите этим сказать?
- О! – махнул рукою он. – Это очень длинная история. Но если вам так интересно, то можете взять у меня книгу и прочесть сами.
И достав с полки толстый ин-фолио, он протянул его мне. Я раскрыла книгу и, увидев на первой странице надпись на латыни, испугалась, что та вся написана на этом языке. А ведь его изучить мне всё был недосуг, и потому я знала из него лишь самую ничтожную малость.
- Она на латыни? – испуганно спросила я.
- Что вы, - махнул рукою лекарь, - лишь несколько страниц. Книги на латыни перестали писать ещё в конце пятнадцатого века. А эта книга была издана ровно через сто лет. Вы же надеюсь, знакомы с языками Римской Империи?
Таким образом, полчаса спустя, я погрузилась в изучение прелюбопытнейший истории, которая как, оказывается, будоражила многие учёные умы на протяжении многих столетий.
Чтобы мне никто не мешал, я заперлась в запретной каюте, поскольку это место перестало у меня вызывать какие-либо чувства. Да и в нём самом ярко и приветливо светило полуденное солнце, а от таинственного пятна на стене не осталось и следа.
Книга, данная мне лекарем, была первым изданием так называемой «Истории покорения Нового Света», написанной в 1589-1591 годах историком, миссионером и естествоиспытателем Римской Империи Хосе де Акоста. Я без труда нашла нужное место, ибо лекарь, заложил его кожаной закладкой. Именно там, как о туманном явлении на ясном небосводе истории Римской Империи, говорилось, о неком – Letarius, что было не что иное, как сероватое порошкообразное вещество, добываемое из коры редкодоступного дерева Mortifer niger, часто именуемого, как Чёрная Смерть. Дерево это было родственно Antiaris или Анчару, из семейства Тутовых, и произрастало в труднопроходимых горных районах Острова Кубао или Коабана, находящегося в северной части Карибского моря.
С этим островом, как и с этим деревом, было связанно множество легенд. Одна из них, так или иначе, повествовала о воинственном пришлом племени неких Гуанахатабеев.
Как известно, в десятом веке Северная часть Америки была покорена викингами, и таким образом оба континента были названы так в честь конунга Эммерика, возглавившего этот поход и первым ступившего на чужую землю. Потому к концу пятнадцатого века, на территории Северной Америки уже существовало крупное государство, принадлежавшее Английской короне, в то время как в соседней с ней Канаде было расположено государство, принадлежащее Франции. Но Южная часть Америки так и оставалась непокорённой и не освоенной. Тогда Римская Империя в 1486 году направила на покорение этой части света экспедицию во главе с аделантадо Диего Веласкесом Консуэло де Куэльяром.
Завоевание новых земель прошло успешно. Все же беды начались тогда, когда корабль Диего Веласкеса в 1492 году прибыл к берегам неизвестного острова, и аделантадо пожелал высадиться на нём. Там римские конкистадоры были встречены не вельми гостеприимно настроенным племенем Гуанахатабеев.
Далее же шло то, что сумел записать о племени том хронист Алонсо де Охеда со слов старейшин, покорённого и почти полностью уничтоженного Гуанахатабеями, племени.
«…Племя сие именующее себя Гуанахатабеи, или Таино, как прозвали их иные коренные племена, было пришлым на острове сём, названном ими Кубао или Коабана. Много лет назад, прибыли они из иного места, что под звёздами и светилами иными и привёл их с собою ужасный, в чёрных одеяниях облачённый, и от того прозванный островитянами Чёрным Чужаком. Они говорили, что человеком этот Чёрный не был, но те пришлые свято чтили его как бога и зато даровал он им милость свою. Говорили те Гуанахатабеи на наречии ином и неведомом и своего вождя называли они Кха`нирру. Они были воинственны и вскоре покорили всё миролюбивое население и каждый год то, обязано было им жертвы человеческие посылать. Жертвы же те посылали к дереву, что посадили Гуанахатабеи по велению вождя своего, высоко в горах и что взросло менее, чем за день и стало подобно древнему. Дерево то было ужасно, ибо одним присутствием своим отравляло воздух и все части его были ядовиты, но полны ядом, дурманящим и сразу смерть не дарующим. Сами же Гуанахатабеи и вождь их употребляли дерево это даже в пищу и с его помощью уходили и видели места иные и беседы вели с демонами. От того прозвано древо это было меж местными Чёрною Смертью. Но особливо известен был сероватый порошок, что добывали Гуанахатабеи по велению вождя своего из коры древа того. Порошок тот, при вдыхании вызывал сильные, но обычно проходящие видения. При количестве великом мог привести к безумию и самоубиению. При употреблении частом, но небольшом внутрь, мог вызывать податливое состояние. При попадании через рану в кровь, вызывал сильнейшее отравление, иногда сну или смерти подобное состояние, но всегда угасание постепенное и смерть. Но самим Гуанахатабеям было известно противоядие, что исцеление было способно даровать даже перед самым концом.
Как бы там ни было, древа того, мы не узрели, ибо никто из туземцев отвести нас к нему не посмел из-за страха и ужаса, что внушало оно им. Те же из нашего отряда, что ушли, дабы найти то дерево, назад не вернулись. Кроме того на самом острове, пропало бесследно несколько человек и те, что хоть что-то слышали, рассказывали о некой кошмарной крылатой тени, что спустилась с небес и забрала их.
Когда же аделантадо наш, усмотрев в том деяния Гуанахатабеев, пожелал учинить над ними расправу, то не нашед их. Те исчезли столь же бесследно и неожиданно, как когда-то появились на острове. У самого же аделантадо и у всех людей наших, в том числе и у меня, были видения и многие из нас сошли с ума и убили себя. Тогда предводитель наш принял решение покинуть ужасный остров, дабы прекратилось всё это. Перед отплытием к нему явился человек в чёрном плаще, что назвался римлянином, странным и непостижимым образом, попавшим на этот остров. Выглядел он благородно и столь учтиво разговаривал с аделантадо, что тот взял его к себе на корабль. В тот же день корабль наш отплыл от этого острова и взял курс к родным берегам. Но удивительные и ужасные вещи не закончились. Они продолжались всё время пути и многие умерли, исчезли и сошли с ума во время плаванья…»
Далее хронист обрывал своё повествование, ибо его постигла та же участь, что и многих. Но перед своим загадочным исчезновением, он успел передать свою рукопись и ту успели переписать. Но оригинал загадочным образом исчез, как вскоре исчез и тот, что успели переписать. Каждого же нового переписчика постигала участь Алонсо де Охеда. Но, так или иначе, сведения каким-то образом дошли и были опубликованы в сём труде.
Сам же его автор рассказывал эту историю, как легенду и мало доверял ей. Он ставил под сомнение существование некого дерева, названного им Mortifer niger или Чёрная Смерть, хотя и не поленился классифицировать его, так как помимо любви к истории, был ещё и страстным естествоиспытателем. По его словам если бы дерево это и существовало, то его бы надлежало отправить в род Antiaris или Анчаров, в семейство Тутовых. Вещество же добываемое из его коры, он именовал как Letarius. Однако поскольку все кто прибыли на корабле с Диего Веласкесом погибли при самых таинственных обстоятельствах, как впрочем, и сам Диего, то Хосе де Акоста предположил, что возможно и вправду те попали под влияние некого одурманивающего яда. Относительно же незнакомца, взятого на том острове, нигде ничего не говорилось.
Сам же остров Кубао был освоен только в 1531 году, когда на его территории не было найдено ни одного туземца…
Кроме того в книге мне удалось обнаружить ещё несколько интересных фактов. То были сведения относительно самых первых деяний свирепого главаря пиратов, называвшего себя Чёрным Графом, а также некого некроманта именующего себя графом Калиостро. Из того текста следовало, что оба они внезапно появились на территории Римской Империи и близ её морей, как ни странно, именно в конце пятнадцатого века.
Мне вспомнился авантюрист и шарлатан, который скрывался под именем графа Калиостро в той реальности, откуда пришли я и мои друзья, в восемнадцатом веке. А также тот, что упоминался в рассказе Офелии, переданном мне синьорой Аннэлисой. Кроме того, я вспомнила то, что говорил Викензо – первая жертва, в Одиноком доме на Гибралтаре. Он рассказывал о чудаковатом предке графа ди Онори, в доме, которого вдруг появился незнакомец в чёрном плаще. И тот незнакомец, по словам, Викензо, был чёрным колдуном и, следовательно, некромантом. И ещё отчего-то всплыл в уме разговор тех двоих, подслушанный в первую ночь в Одиноком доме. Теперь-то я уже не сомневалась в том, что говорившие были никто иные, как мой старый знакомый – Чёрный Граф и его слуга:
«…- Ты исправно выполнял свои обязанности?
- Не мне судить о том, а вам, о, владыка! Я являлся тогда, когда было нужно. Они не о чём не догадывались. Думали, что это вы…»
Также упоминания самого Чёрного Графа в разговоре со мною о том, что ему посвящены другими многие эпитеты и названия, а также много тех, что используются им самим. Кроме того «многие народы во все времена и миры поклонялись» ему и ему же «многие культы были посвящены».
Всё это явно было связано между собою. Чёрный Граф и некромант граф Калиостро; Канти`Нирту, он же Чёрный Посредник и Пришелец Тьмы, Один из После Созданных; загадочный вождь Гуанахатабеев – Кха`нирру или Чёрный Чужак, таинственным образом исчезнувших туземцев острова Кубао; а также взятый на этом острове Диего Веласкесом – незнакомец – были по всей видимости одним и тем же лицом. Всё сходилось: и Крылатая тварь, и исчезновения, и даже всё те же пресловутые чёрные плащи, да и появления обоих графьёв, в тот же период времени, что и первое плавание на остров Кубао и возвращение оттуда.
Пока же Чёрного Графа не было, его роль исполнял слуга, ещё более таинственная и непонятная личность. Ибо кем был его господин, было более, или менее понятно. Но кем был этот самый слуга, оставалось лишь гадать. Был ли он тоже каким-то там потусторонним, просто более низким по касте порождением или самым заурядным человеком, всего лишь возвеличенным тому, кому служил?
Также было не ясно, почему наличие слуги Чёрный Граф скрывал, можно сказать всеми силами?
Но было непонятным также и то, был ли граф Калиостро в нашей реальности, хотя бы слугою Чёрного Графа, или действительно был всего лишь шарлатаном?! И если верным было второе, а мне оно казалось таковым, то откуда он мог узнать о существовании в других мирах настоящего графа Калиостро? Хотя если вспомнить, то этот шарлатан, говорил что-то о каком-то учителе. Таинственный незнакомец и тоже должно быть закутанный в чёрный плащ, явился к нему и надоумил воображать из себя колдуна!
Незнакомцем вполне мог быть слуга Чёрного Графа, который специально заставил некого Джузеппе Бальзамо изображать из себя загадочную личность, которая при ближайшем рассмотрении, оказалась самой заурядной и смертной. Кроме того этот самый, якобы обретший секрет бессмертья, некромант, был арестован и судим, и более того был приговорен к публичному сожжению, и лишь по счастливому стечению обстоятельств ему удалось избежать казни. По непонятным причинам, бывший тогда папа, вскоре заменил смертную казнь пожизненным заключением. Этот самый якобы Калиостро, а на самом же деле, Бальзамо, был подвергнут торжественному ритуалу покаяния, в то время как все его псевдомагические книги и псевдоволшебный инвентарь были сожжены на площади. Затем самозваный маг был препровожден в замок Сан-Лео в горах Эмилии-Романьи, где с целью, дабы предотвратить его возможный побег, он был помещен в камеру, где дверью служило жалкое отверстие в потолке. Там, в сырых и мрачных стенах он провёл четыре года, где, несмотря на все свои познания и всё тот же пресловутый секрет бессмертья, скончалась в сравнительно молодом возрасте, всего в какие-то пятьдесят два года!
Теперь перебрав в голове все эти знания относительно Джузеппе Бальзомо, я окончательно убедилась в том, что он был всего лишь шарлатаном, а правильнее сказать, орудием в чужих руках.
Тогда, когда я нашла ответ на этот вопрос, в голове всплыло новое воспоминание, всё из того же подслушанного мною разговора, относительно того, почему Чёрный Граф отсутствовал две сотни лет и почему вернулся обратно. По его словам ко мне и слуге, он пребывал за некими Последними Вратами, изгнанный и обессиленный и эти самые Врата можно было открыть лишь с внешней стороны! И то, как он сказал своему слуге, «благодаря одному из почитателей и ключу, что он хранил».
Но, что это был за верный почитатель, который выходит, был повинен в возвращении Чёрного Графа, и что это был за ключ, который он хранил, оставалось тайной, как говорится покрытой мраком. А кроме того оставалось тайной, если ещё не большей, то, что готовил он со своим слугою. Какой-то Великий Обряд, какой-то великий отец, что заждался его, сестра – мать «ничтожного» Нинурту, какое-то непрерывно растущее число почитателей непонятно чего или кого, а кроме того какие-то печати, что держатся уже еле-еле…
Так я промаялась до самого вечера и не до чего путного не дошла. Единственное чего я достигла, это головной боли, из-за чего была вынуждена принять снадобье мисс Присли и рано отправиться спать.

© Copyright: Даннаис дде Даненн, 2015

Регистрационный номер №0266818

от 23 января 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0266818 выдан для произведения:
Глава Четвёртая
Туман постепенно рассеивается, но на его место заступает полный мрак

Когда я открыла глаза, то поняла, что лежу на своей постели, в нашей с Ильмою каюте. Она сама сидела подле меня и, увидев, что я пришла в себя, куда-то вышла и вскоре вернулась. Но не одна, а вместе с лекарем.
- Ну-с, юная барышня, - проговорил он ласково, - как вы себя чувствуете?
- Я? Хорошо… - неуверенно пробормотала я, всё ещё не понимая, что происходит. Словно читая мои мысли, а может, видя в глазах застывший немой вопрос, лекарь сказал:
- Вы, милая барышня, пробыли без сознания больше суток. А что до ваших, так сказать, соучастников, так те до сих пор ещё в себя не пришли. Да и кроме того, в отличие от вас, пребывают в бреду.
- В бреду? – переспросила я. – Да в чём дело, наконец?! Что случилось?
- А что вы помните последнее? – спросил лекарь.
Я задумалась, мысли и воспоминания возвращались ко мне с трудом, заполняя вакуум всё ещё царивший в голове.
- Я и Алекс, - наконец вспомнила я, - затем граф. Его кафтан был весь в пыли… мешок с каким-то порошком… граф ругался, что его кто-то ему подложил…
- Вот-вот, - подхватил лекарь, - в том-то порошке всё и дело. Это было сильнейшее одурманивающее и порождающее видения, вещество. И вы все трое изрядно надышались им.
- Но это не самое главное, господин лекарь! – вставила Ильма. – Ведь вы теперь знаете, в чём дело!
- Вы правы, - проговорил лекарь не без удовлетворения, потирая руки, - легенда стала былью. Но, тем не менее, теперь я знаю, что попало в кровь, нашим несчастным больным – Ниаллу, Лоренцо и Антонио. И уже приготовил противоядие с магнезией и кое-какими другими веществами. Так, что всё будет в порядке…
Сказав это, лекарь осмотрел меня, и хотя видно удовлетворившись моим состоянием, велел всё-таки ещё некоторое время побыть в постели. Сам же ушёл по своим делам. Ильма же поведала мне о том, что случилось.
Нас всех троих лежащих на полу: меня без сознания, Алекса и графа в полном бреду, нашли Дуглас и Бальдассаре. При этом у меня возник вопрос, но я не стала высказывать его вслух. Но, тем не менее, вопрос возник. Что делал Бальдассаре в компании Дугласа, да ещё в кормовой части твиндека? Ладно, во время тумана, когда нас принесло к этому ужасному острову. Его компания находила оправдание. Но теперь! Что могло связывать офицера Ирландского Королевства с каким-то подозрительным проходимцем?
Ильма же тем временем рассказывала, о том, какой переполох сразу произошёл на всём пакетботе. Как лекарь, почти сразу смекнувший, в чём дело, велел никому ничего не трогать и вообще покинуть это место, до тех пор, пока он не разъяснит в чём дело. Сам же он, надев на лицо защитную маску из льняной материи, и такие же перчатки, приступил к осмотру. Поняв, что всё дело в неизвестном, рассыпанном повсюду, порошке, и то, что у Алекса и графа бред именно от него, он сделал им успокаивающие уколы. Затем выдав нескольким матросам такие же маски и перчатки, они вместе перенесли пострадавших в отдельные каюты. Пространство перед каютами вычистили, мешок с сероватым порошком завязали и убрали в особенный, плотно закрытый, ящик. Труднее дело обстояло с одеждой, но тут на помощь доктору пришла мисс Присли. Поскольку испачканной в порошке оказалась только верхняя одежда, она забрала её и подвергла тщательнейшей, только ей известной обработке.
Лекарь сразу же принялся за изучение неизвестного порошка и вскоре выяснил, что это именно то вещество, что было обнаружено в крови несчастных жертв. Далее он откуда-то раскопал старинную книгу и, найдя в ней то, что искал, впал в какое-то возбуждённое состояние. Он постоянно твердил себе под нос:
«Не может быть! Это всего лишь легенды!»
Но когда провёл несколько экспериментов, которые судя по всему, лишили его последних иллюзий, стал повторять уже другое:
«Невероятно! Легенда стала былью!»

***

Мне так и не позволили покинуть постели до утра следующего дня.
Тогда же, как ни странно, пришли в себя граф с кузеном, и я пошла их проведать.
Затем, помня рассказ Ильмы и последнюю навязчивую фразу лекаря, я отправилась к тому.
Тот колдовал вокруг Ниалла. Матрос уже вышел из коматозного состояния, но от того, что был ещё, очень слаб, спал.
- А, молодая барышня уже хорошо чувствует себя? – осведомился лекарь. На время, отрываясь от своих занятий. – А у нас как видите, всё обстоит как нельзя лучше. Лоренцо и Антонио выздоравливают и даже Ниалл скоро поправится. Легенда стала былью!..
Услышав эту таинственную фразу уже в который раз, я, наконец, не выдержала, а правильнее сказать, решила не ходить вокруг да около, а узнать прямо.
- Господин лекарь, - обратилась я к нему, - отчего вы всё время твердите, что «легенда стала былью»! Что вы хотите этим сказать?
- О! – махнул рукою он. – Это очень длинная история. Но если вам так интересно, то можете взять у меня книгу и прочесть сами.
И достав с полки толстый ин-фолио, он протянул его мне. Я раскрыла книгу и, увидев на первой странице надпись на латыни, испугалась, что та вся написана на этом языке. А ведь его изучить мне всё был недосуг, и потому я знала из него лишь самую ничтожную малость.
- Она на латыни? – испуганно спросила я.
- Что вы, - махнул рукою лекарь, - лишь несколько страниц. Книги на латыни перестали писать ещё в конце пятнадцатого века. А эта книга была издана ровно через сто лет. Вы же надеюсь, знакомы с языками Римской Империи?
Таким образом, полчаса спустя, я погрузилась в изучение прелюбопытнейший истории, которая как, оказывается, будоражила многие учёные умы на протяжении многих столетий.
Чтобы мне никто не мешал, я заперлась в запретной каюте, поскольку это место перестало у меня вызывать какие-либо чувства. Да и в нём самом ярко и приветливо светило полуденное солнце, а от таинственного пятна на стене не осталось и следа.
Книга, данная мне лекарем, была первым изданием так называемой «Истории покорения Нового Света», написанной в 1589-1591 годах историком, миссионером и естествоиспытателем Римской Империи Хосе де Акоста. Я без труда нашла нужное место, ибо лекарь, заложил его кожаной закладкой. Именно там, как о туманном явлении на ясном небосводе истории Римской Империи, говорилось, о неком – Letarius, что было не что иное, как сероватое порошкообразное вещество, добываемое из коры редкодоступного дерева Mortifer niger, часто именуемого, как Чёрная Смерть. Дерево это было родственно Antiaris или Анчару, из семейства Тутовых, и произрастало в труднопроходимых горных районах Острова Кубао или Коабана, находящегося в северной части Карибского моря.
С этим островом, как и с этим деревом, было связанно множество легенд. Одна из них, так или иначе, повествовала о воинственном пришлом племени неких Гуанахатабеев.
Как известно, в десятом веке Северная часть Америки была покорена викингами, и таким образом оба континента были названы так в честь конунга Эммерика, возглавившего этот поход и первым ступившего на чужую землю. Потому к концу пятнадцатого века, на территории Северной Америки уже существовало крупное государство, принадлежавшее Английской короне, в то время как в соседней с ней Канаде было расположено государство, принадлежащее Франции. Но Южная часть Америки так и оставалась непокорённой и не освоенной. Тогда Римская Империя в 1486 году направила на покорение этой части света экспедицию во главе с аделантадо Диего Веласкесом Консуэло де Куэльяром.
Завоевание новых земель прошло успешно. Все же беды начались тогда, когда корабль Диего Веласкеса в 1492 году прибыл к берегам неизвестного острова, и аделантадо пожелал высадиться на нём. Там римские конкистадоры были встречены не вельми гостеприимно настроенным племенем Гуанахатабеев.
Далее же шло то, что сумел записать о племени том хронист Алонсо де Охеда со слов старейшин, покорённого и почти полностью уничтоженного Гуанахатабеями, племени.
«…Племя сие именующее себя Гуанахатабеи, или Таино, как прозвали их иные коренные племена, было пришлым на острове сём, названном ими Кубао или Коабана. Много лет назад, прибыли они из иного места, что под звёздами и светилами иными и привёл их с собою ужасный, в чёрных одеяниях облачённый, и от того прозванный островитянами Чёрным Чужаком. Они говорили, что человеком этот Чёрный не был, но те пришлые свято чтили его как бога и зато даровал он им милость свою. Говорили те Гуанахатабеи на наречии ином и неведомом и своего вождя называли они Кха`нирру. Они были воинственны и вскоре покорили всё миролюбивое население и каждый год то, обязано было им жертвы человеческие посылать. Жертвы же те посылали к дереву, что посадили Гуанахатабеи по велению вождя своего, высоко в горах и что взросло менее, чем за день и стало подобно древнему. Дерево то было ужасно, ибо одним присутствием своим отравляло воздух и все части его были ядовиты, но полны ядом, дурманящим и сразу смерть не дарующим. Сами же Гуанахатабеи и вождь их употребляли дерево это даже в пищу и с его помощью уходили и видели места иные и беседы вели с демонами. От того прозвано древо это было меж местными Чёрною Смертью. Но особливо известен был сероватый порошок, что добывали Гуанахатабеи по велению вождя своего из коры древа того. Порошок тот, при вдыхании вызывал сильные, но обычно проходящие видения. При количестве великом мог привести к безумию и самоубиению. При употреблении частом, но небольшом внутрь, мог вызывать податливое состояние. При попадании через рану в кровь, вызывал сильнейшее отравление, иногда сну или смерти подобное состояние, но всегда угасание постепенное и смерть. Но самим Гуанахатабеям было известно противоядие, что исцеление было способно даровать даже перед самым концом.
Как бы там ни было, древа того, мы не узрели, ибо никто из туземцев отвести нас к нему не посмел из-за страха и ужаса, что внушало оно им. Те же из нашего отряда, что ушли, дабы найти то дерево, назад не вернулись. Кроме того на самом острове, пропало бесследно несколько человек и те, что хоть что-то слышали, рассказывали о некой кошмарной крылатой тени, что спустилась с небес и забрала их.
Когда же аделантадо наш, усмотрев в том деяния Гуанахатабеев, пожелал учинить над ними расправу, то не нашед их. Те исчезли столь же бесследно и неожиданно, как когда-то появились на острове. У самого же аделантадо и у всех людей наших, в том числе и у меня, были видения и многие из нас сошли с ума и убили себя. Тогда предводитель наш принял решение покинуть ужасный остров, дабы прекратилось всё это. Перед отплытием к нему явился человек в чёрном плаще, что назвался римлянином, странным и непостижимым образом, попавшим на этот остров. Выглядел он благородно и столь учтиво разговаривал с аделантадо, что тот взял его к себе на корабль. В тот же день корабль наш отплыл от этого острова и взял курс к родным берегам. Но удивительные и ужасные вещи не закончились. Они продолжались всё время пути и многие умерли, исчезли и сошли с ума во время плаванья…»
Далее хронист обрывал своё повествование, ибо его постигла та же участь, что и многих. Но перед своим загадочным исчезновением, он успел передать свою рукопись и ту успели переписать. Но оригинал загадочным образом исчез, как вскоре исчез и тот, что успели переписать. Каждого же нового переписчика постигала участь Алонсо де Охеда. Но, так или иначе, сведения каким-то образом дошли и были опубликованы в сём труде.
Сам же его автор рассказывал эту историю, как легенду и мало доверял ей. Он ставил под сомнение существование некого дерева, названного им Mortifer niger или Чёрная Смерть, хотя и не поленился классифицировать его, так как помимо любви к истории, был ещё и страстным естествоиспытателем. По его словам если бы дерево это и существовало, то его бы надлежало отправить в род Antiaris или Анчаров, в семейство Тутовых. Вещество же добываемое из его коры, он именовал как Letarius. Однако поскольку все кто прибыли на корабле с Диего Веласкесом погибли при самых таинственных обстоятельствах, как впрочем, и сам Диего, то Хосе де Акоста предположил, что возможно и вправду те попали под влияние некого одурманивающего яда. Относительно же незнакомца, взятого на том острове, нигде ничего не говорилось.
Сам же остров Кубао был освоен только в 1531 году, когда на его территории не было найдено ни одного туземца…
Кроме того в книге мне удалось обнаружить ещё несколько интересных фактов. То были сведения относительно самых первых деяний свирепого главаря пиратов, называвшего себя Чёрным Графом, а также некого некроманта именующего себя графом Калиостро. Из того текста следовало, что оба они внезапно появились на территории Римской Империи и близ её морей, как ни странно, именно в конце пятнадцатого века.
Мне вспомнился авантюрист и шарлатан, который скрывался под именем графа Калиостро в той реальности, откуда пришли я и мои друзья, в восемнадцатом веке. А также тот, что упоминался в рассказе Офелии, переданном мне синьорой Аннэлисой. Кроме того, я вспомнила то, что говорил Викензо – первая жертва, в Одиноком доме на Гибралтаре. Он рассказывал о чудаковатом предке графа ди Онори, в доме, которого вдруг появился незнакомец в чёрном плаще. И тот незнакомец, по словам, Викензо, был чёрным колдуном и, следовательно, некромантом. И ещё отчего-то всплыл в уме разговор тех двоих, подслушанный в первую ночь в Одиноком доме. Теперь-то я уже не сомневалась в том, что говорившие были никто иные, как мой старый знакомый – Чёрный Граф и его слуга:
«…- Ты исправно выполнял свои обязанности?
- Не мне судить о том, а вам, о, владыка! Я являлся тогда, когда было нужно. Они не о чём не догадывались. Думали, что это вы…»
Также упоминания самого Чёрного Графа в разговоре со мною о том, что ему посвящены другими многие эпитеты и названия, а также много тех, что используются им самим. Кроме того «многие народы во все времена и миры поклонялись» ему и ему же «многие культы были посвящены».
Всё это явно было связано между собою. Чёрный Граф и некромант граф Калиостро; Канти`Нирту, он же Чёрный Посредник и Пришелец Тьмы, Один из После Созданных; загадочный вождь Гуанахатабеев – Кха`нирру или Чёрный Чужак, таинственным образом исчезнувших туземцев острова Кубао; а также взятый на этом острове Диего Веласкесом – незнакомец – были по всей видимости одним и тем же лицом. Всё сходилось: и Крылатая тварь, и исчезновения, и даже всё те же пресловутые чёрные плащи, да и появления обоих графьёв, в тот же период времени, что и первое плавание на остров Кубао и возвращение оттуда.
Пока же Чёрного Графа не было, его роль исполнял слуга, ещё более таинственная и непонятная личность. Ибо кем был его господин, было более, или менее понятно. Но кем был этот самый слуга, оставалось лишь гадать. Был ли он тоже каким-то там потусторонним, просто более низким по касте порождением или самым заурядным человеком, всего лишь возвеличенным тому, кому служил?
Также было не ясно, почему наличие слуги Чёрный Граф скрывал, можно сказать всеми силами?
Но было непонятным также и то, был ли граф Калиостро в нашей реальности, хотя бы слугою Чёрного Графа, или действительно был всего лишь шарлатаном?! И если верным было второе, а мне оно казалось таковым, то откуда он мог узнать о существовании в других мирах настоящего графа Калиостро? Хотя если вспомнить, то этот шарлатан, говорил что-то о каком-то учителе. Таинственный незнакомец и тоже должно быть закутанный в чёрный плащ, явился к нему и надоумил воображать из себя колдуна!
Незнакомцем вполне мог быть слуга Чёрного Графа, который специально заставил некого Джузеппе Бальзамо изображать из себя загадочную личность, которая при ближайшем рассмотрении, оказалась самой заурядной и смертной. Кроме того этот самый, якобы обретший секрет бессмертья, некромант, был арестован и судим, и более того был приговорен к публичному сожжению, и лишь по счастливому стечению обстоятельств ему удалось избежать казни. По непонятным причинам, бывший тогда папа, вскоре заменил смертную казнь пожизненным заключением. Этот самый якобы Калиостро, а на самом же деле, Бальзамо, был подвергнут торжественному ритуалу покаяния, в то время как все его псевдомагические книги и псевдоволшебный инвентарь были сожжены на площади. Затем самозваный маг был препровожден в замок Сан-Лео в горах Эмилии-Романьи, где с целью, дабы предотвратить его возможный побег, он был помещен в камеру, где дверью служило жалкое отверстие в потолке. Там, в сырых и мрачных стенах он провёл четыре года, где, несмотря на все свои познания и всё тот же пресловутый секрет бессмертья, скончалась в сравнительно молодом возрасте, всего в какие-то пятьдесят два года!
Теперь перебрав в голове все эти знания относительно Джузеппе Бальзомо, я окончательно убедилась в том, что он был всего лишь шарлатаном, а правильнее сказать, орудием в чужих руках.
Тогда, когда я нашла ответ на этот вопрос, в голове всплыло новое воспоминание, всё из того же подслушанного мною разговора, относительно того, почему Чёрный Граф отсутствовал две сотни лет и почему вернулся обратно. По его словам ко мне и слуге, он пребывал за некими Последними Вратами, изгнанный и обессиленный и эти самые Врата можно было открыть лишь с внешней стороны! И то, как он сказал своему слуге, «благодаря одному из почитателей и ключу, что он хранил».
Но, что это был за верный почитатель, который выходит, был повинен в возвращении Чёрного Графа, и что это был за ключ, который он хранил, оставалось тайной, как говорится покрытой мраком. А кроме того оставалось тайной, если ещё не большей, то, что готовил он со своим слугою. Какой-то Великий Обряд, какой-то великий отец, что заждался его, сестра – мать «ничтожного» Нинурту, какое-то непрерывно растущее число почитателей непонятно чего или кого, а кроме того какие-то печати, что держатся уже еле-еле…
Так я промаялась до самого вечера и не до чего путного не дошла. Единственное чего я достигла, это головной боли, из-за чего была вынуждена принять снадобье мисс Присли и рано отправиться спать.
Рейтинг: 0 146 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!