ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → Разители Нечистой Силы-4 Потерянные во времени Волюм 3 Часть 1 Глава 3

 

Разители Нечистой Силы-4 Потерянные во времени Волюм 3 Часть 1 Глава 3

8 января 2015 - Даннаис дде Даненн
Глава Третья
«Кровавая» надпись

Ночью, несмотря на то, что долго не могла заснуть, я решила отказаться от прогулок по палубе. Невольно я ощутила страх, какого давно не ощущала. В голове мелькнул вопрос: а не стану ли, я тоже жертвой? Вдруг сначала синьора Аннэлиса, а после стану и я?
Маяться бессонницей мне пришлось долго и всё это время меня не покидало ощущение некой грядущей неминуемой опасности. Тишина же стояла непроницаемая и от этого, тревожное чувство, казалось ещё нестерпимее. Но мало-помалу сон стал одолевать меня. И вот сквозь смутный туман до меня долетел едва различимый вскрик и хлопанье крыльев, затем же всё стихло.
Утром я первым делом отправилась разузнать, каково состояние синьоры Аннэлисы. Светило солнце, но море было подёрнуто лёгкой дымкой.
У венецианки я застала мисс Присли, которая судя по всему, всю ночь опекала раненую. Меня немало подивил тот факт, что этим не занималась служанка синьоры Аннэлисы, которая вообще на редкость странно прислуживала своей госпоже и очень редко покидала каюту, особливо после посещения нами Гибралтара.
Как бы там ни было, синьора Аннэлиса пришла в себя, но была очень слаба. Увидев меня, венецианка сделала неудачную попытку улыбнуться. Но, тем не менее, я ощущала, что молодая дама была рада мне. Когда мисс Присли вышла за тем, чтобы приготовить свой очередной отвар, она рассказала мне по секрету, что, как деликатно разъяснил ей лекарь, причиной того, что она всё ещё пребывает на этом свете, оказался корсет. Сей предмет её гардероба, был новейшим изобретением некоего итальянского кутюрье и был им запатентован под названием «Корсет Екатерина Медичи».
К сожалению, эта вещь пострадала и пострадала значительно больше, чем его владелица и вряд ли подлежала восстановлению. Но зато благодаря: особым способом выделанной телячьей коже и китовому усу, а также лучшему и наипрочнейшему виду шёлка, удар пришёлся не так сильно, как мог бы.
- Вы что-нибудь видели? – спросила я, решив первой опросить потерпевшую и таким образом опередить Дугласа в получении сведений.
Синьора Аннэлиса сокрушённо покачала головой.
- Ничего, моя милая.
- Как вы думаете, - спросила я её, - кто это мог сделать?
- Не знаю. – проговорила она. – Но думаю, что он специально сделал это до того, как я бы поняла, что это он.
Некоторое время мы сидели молча. Я на стуле подле кровати, а синьора Аннэлиса полулежала на подушках, заботливо положенных добрейшей мисс Присли. Я старалась понять, что такое имела в виду моя собеседница.
- Но, - наконец, осмелилась продолжить я расспрос, - вы уверены, что это не граф ди Онори, к примеру, или ещё кто-нибудь из тех, что составляли нам компанию в позапрошлый вечер?
Синьора Аннэлиса покачала головою.
- Вряд ли кто-то из них.
- Вы уверены?
Она кивнула. Тут вернулась мисс Присли и вежливо выставила меня, заявив, что я уже и без того утомила раненную.
Я в полной задумчивости вышла на палубу. Капитан отдавал указания, а Дуглас с озабоченным видом расхаживал невдалеке. Мы поздоровались. Дуглас осведомился по поводу самочувствия больной, я же передала ему, что та не только не видела того, кто это сделал, но даже и не имеет понятия насчёт того, кто это мог быть.
- Что ж, - задумчиво протянул он, - в конце концов, мы в море, и тому, кто это сделал всё равно некуда деваться.
- Может быть, ему и некуда деваться, - заметила я, - но ему ничто не мешает повторить попытку.
- Во избежание подобного, пусть с синьорой Аннэлисой всё время кто-нибудь сидит. Её служанка или мисс Присли. А, когда она поправится, я бы не советовал ей более в одиночестве гулять по палубам в позднее время.
Мы немного помолчали, глядя на море. Дымка заметно усиливалась, окутывая всё вокруг, солнце хоть и продолжало светить, но казалось несколько тусклым и слабым. Небо затягивала сплошная пелена.
- Странная эта дымка, - проговорил Дуглас, - началась вчера на закате, а сегодня становится всё больше. Вероятно, скоро перерастёт в туман. Нужно принять меры.
Затем ещё немного помолчав, Дуглас поведал мне, что собственно до того, как встретился со мною, разыскивал матроса-андалузца по имени Гонзало, дежурившего этой ночью, а также, что никак не мог его найти.
- Для чего он вам понадобился? – полюбопытствовала я.
- Небольшое происшествие. – сказал он. – Так и быть я расскажу вам. Но прошу вас, больше никому не говорите.
- Хорошо. – кивнула я.
- Ранним утром я и капитан обнаружили надпись в дальнем конце одной из палуб. По просьбе капитана туда запретили кому-либо заглядывать.
- Что за надпись? – спросила я со всё нарастающим волнением.
- Красная надпись. Капитан полагает, что это может быть кровь. Если хотите, я покажу её вам. Капитан уже вызвал лекаря, чтобы тот определил, что это. Содержание надписи не из приятных, учитывая всё то, с чем нам пришлось столкнуться на Гибралтаре.
Я, молча, кивнула, всем своим видом показывая, что желаю узреть таинственную надпись. Дуглас привёл меня на нижнюю палубу. Надпись предстала мне во всей красе. Она была сделана на итальянском языке:
«Non un passo, o per Voi saranno guai
Conte N E R O»
Что означало примерно следующее:
«Ни шагу или Вам несдобровать
Чёрный Граф»
Притом перед словом «Conte» был непонятный красный развод, как впрочем, и после определения «N E R O», что наталкивало на мысль о точке, которая не получилась у пишущего из-за того, что тот спешил.
- Каково, а? – сказал Дуглас. – Кто бы он там ни был, он смеет нам угрожать, пользуясь глупыми россказнями о полулегендарной грозе морей – Чёрном Графе!
- Вы не верите в его существование? – спросила я довольно рассеяно. На самом деле меня больше занимал нисколько смысл письма, а скорее сама подпись.
Дуглас пожал плечами.
- Честно говоря, нет. Но если появятся бесспорные доказательства о существовании некого негодяя, пользующегося старыми легендами, придётся поверить.
- Но ведь куда-то исчезали жители Гибралтара, - возразила ему я, - прямо как двести лет назад. А, кроме того, как мог исчезнуть капитан из своей каюты, да ещё напрочь позабыть об этом?
- Бесспорно, это необъяснимо. – признал помощник капитана. – Но нет никаких доказательств, что ко всему этому причастна некая загадочная личность, именующая себя Чёрным Графом.
- Хорошо, это спорный вопрос. – согласилась я, поняв, что Дугласа не переубедить. Он твёрдо стоял на своей позиции опровержения существования Чёрного Графа. Какими побуждениями он при этом главенствовался было не ясно. То ли нарочно морочил голову, как например граф ди Онори, то ли действительно не верил в подобные вещи.
- Вам не кажется странной его подпись? – спросила я.
- Conte Nero – Чёрный Граф. Что тут странного? – не понял меня Дуглас.
- Нет, - покачала я головою, - здесь написано не просто Conte Nero (!), а именно Conte N E R O (!). Почему в определении «Чёрный» после каждой буквы стоит промежуток, и почему все четыре буквы заглавные, когда заглавной в них должна быть лишь одна – первая?
Дуглас бросил на меня взгляд, непередаваемый по своей природе. Его нельзя было назвать ни удивлённым, ни растерянным. Ибо ему, насколько я смогла узнать его, были явно не свойственны ни удивление, ни растерянность. Затем помощник капитана обратился к надписи, силясь вникнуть в её смысл.
- А вообще, - продолжила я, - Чёрный граф всегда подписывался подобным образом?
- Сомневаюсь, что Чёрному Графу хоть когда-нибудь приходилось каким-либо образом подписываться, лишь по той простой причине, что он ничто иное, как вымысел. – раздался позади меня и Дугласа, знакомый немного высокомерный и насмешливый голос. Мы оба мгновенно обернулись. Притом мной руководил страх от внезапного появления, а Дугласом совсем иные, неведомые мне чувства.
К нам медленно приближался граф ди Онори.
- Как вы сюда прошли? – сдержано, но сурово спросил его помощник капитана.
- Я думал: пакетбот является свободным местом, и каждый пассажир может ходить, где ему вздумается. – несколько насмешливо заявил в ответ граф.
- Да, но не сегодня. – сказал Дуглас. – Приказ капитана. В этом месте пассажирам не разгуливать. По-моему: нижняя палуба достаточно просторна, и вам вовсе не обязательно бывать в этом месте.
- Разве капитан имеет право командовать пассажирами? – не сдавался граф ди Онори. – В конце концов, это не военный фрегат, и мы не подчинённые кому бы то ни было матросы!
С этими словами граф приблизился к нам и тут его взгляд упал на надпись. До того та была ему невидима, поскольку мы с Дугласом закрывали её.
- Что это такое?! – пробормотал ди Онори, бледнея. – Это… это…
- Кровь, должно быть. – с удовлетворением подсказала ему я. Мне в этот момент отчего-то было нисколько не жаль графа, и появилось даже острое желание напугать его. Я ясно помнила его брезгливое отношение к крови.
Он не успел никак прореагировать на моё заявление, ибо к нашей компании присоединился лекарь. Поприветствовав нас, он подошёл и склонился над красными буквами. Взял, соскрёб пинцетом несколько раз, затем приблизил к лицу и внимательно оглядел с помощью лупы.
- Интересно, интересно, - пробормотал он. Он раскрыл свой саквояж, извлёк оттуда какой-то пузырёк и капнул из него.
- Это не кровь. – сказал он после непродолжительного изучения. – Это красные чернила.
- Забавная шутка? – переспросил Дуглас, приподняв брови. Однако на лице его не было и следа весёлости. – Вы знаете наверняка?
- Могу поклясться. – убеждённо заявил лекарь. – У меня есть свой собственный метод определения. Я ясно могу определить кровь это или не кровь. И если кровь, то чья она.
- В таком случае, - проговорил граф, уже успокоившись, - нам обязательно дискутировать на подобные темы?
- Я только ответил на вопрос господина Дугласа. – холодно сказал лекарь. – Но не смею более досаждать вам своим присутствием.
- Благодарю вас, господин лекарь. – учтиво склонил голову помощник капитана. – Прошу вас всё же воздержаться от упоминания об этом инциденте.
Лекарь кивнул и вежливо откланявшись, удалился.
- Какая глупая шутка, если это шутка! – возмущённо воскликнул граф ди Онори. – Чёрный Граф! И снова этот Чёрный Граф! И в море нет от него покоя!
- Но ведь он же гроза морей, вы не забыли? – улыбнулась я. – Где ж ему быть, если не в море!
- Действительно. – неожиданно поддержал меня Дуглас. – Однако какой бы ни была шутка, в ней должен был быть зачинщик. А пока следует распорядиться, чтобы палубу вымыли.
И он позвал матросов. Но прежде чем те успели взяться за дело, на палубе появился слуга графа – Антонио. Тому хватило лишь одного взгляда на надпись, чтобы побледнеть.
- Опять? – нервно вопросил он.
- Что опять? – не понял Дуглас. – То, что на палубе посторонний?!
- Опять надпись кровью… - продолжил, как ни в чём не бывало слуга и, обратившись к своему хозяину, спросил:
- Вы ведь помните, господин, кровавую надпись на плитах Одинокого дома?
- Помню. – равнодушно отозвался тот. – Но эта надпись сделана всего лишь красными чернилами.
- В таком случае, - сказал успокоившийся слуга, тем не менее, продолжавший изредка бросать косые взгляды на надпись, - не угодно ли вам отправиться на обед?
С этими словами они оба удалились. Граф, правда, предложил и мне отправиться с ним, но я отказалась, сказав, что не голодна. Некоторое время мы с Дугласом стояли, молча, глядя, как матросы смывают красные буквы.
- Что вы намерены предпринять? – поинтересовалась я.
- Не мешало бы провести расследование. – спокойно проговорил Дуглас. – Хорошо бы было установить: откуда взялись красные чернила. Их редко используют, разве не так?
- Наверное. – отозвалась я. – У меня к примеру имеются синие, зелёные и чёрные.
- А также, - продолжил помощник капитана, - стоило бы всё-таки поговорить с матросом, который дежурил этой ночью.
- С этим, как его, Гонзало, что ли?
- Да с ним. Однако я никак не могу отыскать его.
- Вам помочь? – предложила я ему.
- Нет, конечно, милостивая флайтти. – улыбнулся он. – Но если вам интересно, я потом в виду вас в курс дела относительно того, что узнаю от этого андалузца.
- А я могу разузнать что-нибудь о красных чернилах. – весело сказала я.
- Только если вы очень хотите… что ж я буду вам признателен.
На этом мы расстались.

© Copyright: Даннаис дде Даненн, 2015

Регистрационный номер №0263954

от 8 января 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0263954 выдан для произведения:
Глава Третья
«Кровавая» надпись

Ночью, несмотря на то, что долго не могла заснуть, я решила отказаться от прогулок по палубе. Невольно я ощутила страх, какого давно не ощущала. В голове мелькнул вопрос: а не стану ли, я тоже жертвой? Вдруг сначала синьора Аннэлиса, а после стану и я?
Маяться бессонницей мне пришлось долго и всё это время меня не покидало ощущение некой грядущей неминуемой опасности. Тишина же стояла непроницаемая и от этого, тревожное чувство, казалось ещё нестерпимее. Но мало-помалу сон стал одолевать меня. И вот сквозь смутный туман до меня долетел едва различимый вскрик и хлопанье крыльев, затем же всё стихло.
Утром я первым делом отправилась разузнать, каково состояние синьоры Аннэлисы. Светило солнце, но море было подёрнуто лёгкой дымкой.
У венецианки я застала мисс Присли, которая судя по всему, всю ночь опекала раненую. Меня немало подивил тот факт, что этим не занималась служанка синьоры Аннэлисы, которая вообще на редкость странно прислуживала своей госпоже и очень редко покидала каюту, особливо после посещения нами Гибралтара.
Как бы там ни было, синьора Аннэлиса пришла в себя, но была очень слаба. Увидев меня, венецианка сделала неудачную попытку улыбнуться. Но, тем не менее, я ощущала, что молодая дама была рада мне. Когда мисс Присли вышла за тем, чтобы приготовить свой очередной отвар, она рассказала мне по секрету, что, как деликатно разъяснил ей лекарь, причиной того, что она всё ещё пребывает на этом свете, оказался корсет. Сей предмет её гардероба, был новейшим изобретением некоего итальянского кутюрье и был им запатентован под названием «Корсет Екатерина Медичи».
К сожалению, эта вещь пострадала и пострадала значительно больше, чем его владелица и вряд ли подлежала восстановлению. Но зато благодаря: особым способом выделанной телячьей коже и китовому усу, а также лучшему и наипрочнейшему виду шёлка, удар пришёлся не так сильно, как мог бы.
- Вы что-нибудь видели? – спросила я, решив первой опросить потерпевшую и таким образом опередить Дугласа в получении сведений.
Синьора Аннэлиса сокрушённо покачала головой.
- Ничего, моя милая.
- Как вы думаете, - спросила я её, - кто это мог сделать?
- Не знаю. – проговорила она. – Но думаю, что он специально сделал это до того, как я бы поняла, что это он.
Некоторое время мы сидели молча. Я на стуле подле кровати, а синьора Аннэлиса полулежала на подушках, заботливо положенных добрейшей мисс Присли. Я старалась понять, что такое имела в виду моя собеседница.
- Но, - наконец, осмелилась продолжить я расспрос, - вы уверены, что это не граф ди Онори, к примеру, или ещё кто-нибудь из тех, что составляли нам компанию в позапрошлый вечер?
Синьора Аннэлиса покачала головою.
- Вряд ли кто-то из них.
- Вы уверены?
Она кивнула. Тут вернулась мисс Присли и вежливо выставила меня, заявив, что я уже и без того утомила раненную.
Я в полной задумчивости вышла на палубу. Капитан отдавал указания, а Дуглас с озабоченным видом расхаживал невдалеке. Мы поздоровались. Дуглас осведомился по поводу самочувствия больной, я же передала ему, что та не только не видела того, кто это сделал, но даже и не имеет понятия насчёт того, кто это мог быть.
- Что ж, - задумчиво протянул он, - в конце концов, мы в море, и тому, кто это сделал всё равно некуда деваться.
- Может быть, ему и некуда деваться, - заметила я, - но ему ничто не мешает повторить попытку.
- Во избежание подобного, пусть с синьорой Аннэлисой всё время кто-нибудь сидит. Её служанка или мисс Присли. А, когда она поправится, я бы не советовал ей более в одиночестве гулять по палубам в позднее время.
Мы немного помолчали, глядя на море. Дымка заметно усиливалась, окутывая всё вокруг, солнце хоть и продолжало светить, но казалось несколько тусклым и слабым. Небо затягивала сплошная пелена.
- Странная эта дымка, - проговорил Дуглас, - началась вчера на закате, а сегодня становится всё больше. Вероятно, скоро перерастёт в туман. Нужно принять меры.
Затем ещё немного помолчав, Дуглас поведал мне, что собственно до того, как встретился со мною, разыскивал матроса-андалузца по имени Гонзало, дежурившего этой ночью, а также, что никак не мог его найти.
- Для чего он вам понадобился? – полюбопытствовала я.
- Небольшое происшествие. – сказал он. – Так и быть я расскажу вам. Но прошу вас, больше никому не говорите.
- Хорошо. – кивнула я.
- Ранним утром я и капитан обнаружили надпись в дальнем конце одной из палуб. По просьбе капитана туда запретили кому-либо заглядывать.
- Что за надпись? – спросила я со всё нарастающим волнением.
- Красная надпись. Капитан полагает, что это может быть кровь. Если хотите, я покажу её вам. Капитан уже вызвал лекаря, чтобы тот определил, что это. Содержание надписи не из приятных, учитывая всё то, с чем нам пришлось столкнуться на Гибралтаре.
Я, молча, кивнула, всем своим видом показывая, что желаю узреть таинственную надпись. Дуглас привёл меня на нижнюю палубу. Надпись предстала мне во всей красе. Она была сделана на итальянском языке:
«Non un passo, o per Voi saranno guai
Conte N E R O»
Что означало примерно следующее:
«Ни шагу или Вам несдобровать
Чёрный Граф»
Притом перед словом «Conte» был непонятный красный развод, как впрочем, и после определения «N E R O», что наталкивало на мысль о точке, которая не получилась у пишущего из-за того, что тот спешил.
- Каково, а? – сказал Дуглас. – Кто бы он там ни был, он смеет нам угрожать, пользуясь глупыми россказнями о полулегендарной грозе морей – Чёрном Графе!
- Вы не верите в его существование? – спросила я довольно рассеяно. На самом деле меня больше занимал нисколько смысл письма, а скорее сама подпись.
Дуглас пожал плечами.
- Честно говоря, нет. Но если появятся бесспорные доказательства о существовании некого негодяя, пользующегося старыми легендами, придётся поверить.
- Но ведь куда-то исчезали жители Гибралтара, - возразила ему я, - прямо как двести лет назад. А, кроме того, как мог исчезнуть капитан из своей каюты, да ещё напрочь позабыть об этом?
- Бесспорно, это необъяснимо. – признал помощник капитана. – Но нет никаких доказательств, что ко всему этому причастна некая загадочная личность, именующая себя Чёрным Графом.
- Хорошо, это спорный вопрос. – согласилась я, поняв, что Дугласа не переубедить. Он твёрдо стоял на своей позиции опровержения существования Чёрного Графа. Какими побуждениями он при этом главенствовался было не ясно. То ли нарочно морочил голову, как например граф ди Онори, то ли действительно не верил в подобные вещи.
- Вам не кажется странной его подпись? – спросила я.
- Conte Nero – Чёрный Граф. Что тут странного? – не понял меня Дуглас.
- Нет, - покачала я головою, - здесь написано не просто Conte Nero (!), а именно Conte N E R O (!). Почему в определении «Чёрный» после каждой буквы стоит промежуток, и почему все четыре буквы заглавные, когда заглавной в них должна быть лишь одна – первая?
Дуглас бросил на меня взгляд, непередаваемый по своей природе. Его нельзя было назвать ни удивлённым, ни растерянным. Ибо ему, насколько я смогла узнать его, были явно не свойственны ни удивление, ни растерянность. Затем помощник капитана обратился к надписи, силясь вникнуть в её смысл.
- А вообще, - продолжила я, - Чёрный граф всегда подписывался подобным образом?
- Сомневаюсь, что Чёрному Графу хоть когда-нибудь приходилось каким-либо образом подписываться, лишь по той простой причине, что он ничто иное, как вымысел. – раздался позади меня и Дугласа, знакомый немного высокомерный и насмешливый голос. Мы оба мгновенно обернулись. Притом мной руководил страх от внезапного появления, а Дугласом совсем иные, неведомые мне чувства.
К нам медленно приближался граф ди Онори.
- Как вы сюда прошли? – сдержано, но сурово спросил его помощник капитана.
- Я думал: пакетбот является свободным местом, и каждый пассажир может ходить, где ему вздумается. – несколько насмешливо заявил в ответ граф.
- Да, но не сегодня. – сказал Дуглас. – Приказ капитана. В этом месте пассажирам не разгуливать. По-моему: нижняя палуба достаточно просторна, и вам вовсе не обязательно бывать в этом месте.
- Разве капитан имеет право командовать пассажирами? – не сдавался граф ди Онори. – В конце концов, это не военный фрегат, и мы не подчинённые кому бы то ни было матросы!
С этими словами граф приблизился к нам и тут его взгляд упал на надпись. До того та была ему невидима, поскольку мы с Дугласом закрывали её.
- Что это такое?! – пробормотал ди Онори, бледнея. – Это… это…
- Кровь, должно быть. – с удовлетворением подсказала ему я. Мне в этот момент отчего-то было нисколько не жаль графа, и появилось даже острое желание напугать его. Я ясно помнила его брезгливое отношение к крови.
Он не успел никак прореагировать на моё заявление, ибо к нашей компании присоединился лекарь. Поприветствовав нас, он подошёл и склонился над красными буквами. Взял, соскрёб пинцетом несколько раз, затем приблизил к лицу и внимательно оглядел с помощью лупы.
- Интересно, интересно, - пробормотал он. Он раскрыл свой саквояж, извлёк оттуда какой-то пузырёк и капнул из него.
- Это не кровь. – сказал он после непродолжительного изучения. – Это красные чернила.
- Забавная шутка? – переспросил Дуглас, приподняв брови. Однако на лице его не было и следа весёлости. – Вы знаете наверняка?
- Могу поклясться. – убеждённо заявил лекарь. – У меня есть свой собственный метод определения. Я ясно могу определить кровь это или не кровь. И если кровь, то чья она.
- В таком случае, - проговорил граф, уже успокоившись, - нам обязательно дискутировать на подобные темы?
- Я только ответил на вопрос господина Дугласа. – холодно сказал лекарь. – Но не смею более досаждать вам своим присутствием.
- Благодарю вас, господин лекарь. – учтиво склонил голову помощник капитана. – Прошу вас всё же воздержаться от упоминания об этом инциденте.
Лекарь кивнул и вежливо откланявшись, удалился.
- Какая глупая шутка, если это шутка! – возмущённо воскликнул граф ди Онори. – Чёрный Граф! И снова этот Чёрный Граф! И в море нет от него покоя!
- Но ведь он же гроза морей, вы не забыли? – улыбнулась я. – Где ж ему быть, если не в море!
- Действительно. – неожиданно поддержал меня Дуглас. – Однако какой бы ни была шутка, в ней должен был быть зачинщик. А пока следует распорядиться, чтобы палубу вымыли.
И он позвал матросов. Но прежде чем те успели взяться за дело, на палубе появился слуга графа – Антонио. Тому хватило лишь одного взгляда на надпись, чтобы побледнеть.
- Опять? – нервно вопросил он.
- Что опять? – не понял Дуглас. – То, что на палубе посторонний?!
- Опять надпись кровью… - продолжил, как ни в чём не бывало слуга и, обратившись к своему хозяину, спросил:
- Вы ведь помните, господин, кровавую надпись на плитах Одинокого дома?
- Помню. – равнодушно отозвался тот. – Но эта надпись сделана всего лишь красными чернилами.
- В таком случае, - сказал успокоившийся слуга, тем не менее, продолжавший изредка бросать косые взгляды на надпись, - не угодно ли вам отправиться на обед?
С этими словами они оба удалились. Граф, правда, предложил и мне отправиться с ним, но я отказалась, сказав, что не голодна. Некоторое время мы с Дугласом стояли, молча, глядя, как матросы смывают красные буквы.
- Что вы намерены предпринять? – поинтересовалась я.
- Не мешало бы провести расследование. – спокойно проговорил Дуглас. – Хорошо бы было установить: откуда взялись красные чернила. Их редко используют, разве не так?
- Наверное. – отозвалась я. – У меня к примеру имеются синие, зелёные и чёрные.
- А также, - продолжил помощник капитана, - стоило бы всё-таки поговорить с матросом, который дежурил этой ночью.
- С этим, как его, Гонзало, что ли?
- Да с ним. Однако я никак не могу отыскать его.
- Вам помочь? – предложила я ему.
- Нет, конечно, милостивая флайтти. – улыбнулся он. – Но если вам интересно, я потом в виду вас в курс дела относительно того, что узнаю от этого андалузца.
- А я могу разузнать что-нибудь о красных чернилах. – весело сказала я.
- Только если вы очень хотите… что ж я буду вам признателен.
На этом мы расстались.
Рейтинг: 0 173 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!