ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияФэнтези → Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени Волюм 2 Часть 3 Глава 20

Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени Волюм 2 Часть 3 Глава 20

26 декабря 2014 - Даннаис дде Даненн
Глава Двадцатая
Незнакомец

Несколько бесконечно долгих часов я брела по сумрачному проходу, в котором оказалась. Для освещения использовала один из кристаллов, взятых мною в пещере. Света от него было больше, чем от меча и кроме того он был радужный, а не серебристый и это хоть как-то скрашивало безотрадность этого места.
Что сталось с графом? Ведь даже если обвал в пещере произошёл неполный, и он успел увернуться от падающих камней, мог ли он на что-либо рассчитывать? Проход этот, судя по всему, был единственный и значит, граф оказался замурован в пещере, как сам того и хотел, говоря что это «недурное место, чтобы окончить свою жизнь».
Эх, граф ди Онори, граф ди Онори! Странный, пугающий и в тоже время притягательный своей таинственностью, субъект. Кем он всё-таки был, что скрывал, чего боялся, и кого пытался изображать собою?! Был ли он Чёрным Графом, как его считали местные или нет? И суждено ли было мне это узнать хоть когда-нибудь?!
Кроме того было ли его признание искренним? А самое главное, каково было моё отношение к нему? Нравился ли он мне, а может быть даже я была влюблена в него?!
Хотя нет, мне не верилось в последние. В первое да. Это было возможным. Да и ведь нравиться могут многие, а вот любить или хотя бы влюбиться можно лишь в кого-то одного. Я всерьёз задумалась о своих чувствах к Юджину. Была ли я хоть когда-то влюблена в него? В последние время мне стало казаться, что нет. Он мне лишь нравился. Он был мне преданным и отзывчивым другом и отличием от всего того, что меня окружало.
Что вообще значит любить или быть влюблённым в кого-то? Влюблённость переходит в любовь. Но что значит любить? Любить значит верить и прощать…
Потому я никогда не любила Юджина. Стоит вспомнить тот пустяк, из-за которого мы с ним в первый раз поссорились. А всё из-за моих волос. Казалось бы, глупость, но тогда она переросла в целый скандал. Я с великой радостью остригла свои косы и сделала причёску, о которой грезила столько лет. Сделала химическую завивку и предвкушала, какое восхищение вызовет моя причёска. Вместо этого, Юджин вернувшись из плаванья, и увидев мои волосы, буквально чуть не умер. Он раскритиковал мой облик и заявил, что я утратила ту особую индивидуальность, и стала мало, чем отличаться от девушек с модных картинок. Хотя я собственно к последнему и стремилась…
Это сильно задело меня и боюсь обида со временем не прошла. И следовательно, если я не сумела простить Юджина, я его никогда не любила.
Но любила ли я и люблю ли хоть кого-нибудь?!
С той поры, как мы пустились странствовать по мирам и временам, я увидела, что способна производить огромное впечатление на многих. Уже, можно сказать, жертвой моего обаяния пали, и враги (стоит вспомнить прилизанного Паркера, да и Джастина тоже, а также Купера), а уж остальные! Мне вспомнился восхищённый взгляд российско-польского агента фон Брюллоффа, среднего Лефроя, нежные взгляды юного Горацио, обходительность и галантность Дугласа, столь странное признание графа ди Онори…
Белый эдельвейс и лилия, неизвестно кем подаренные…
Наконец, таинственный незнакомец…
А если бы я согласилась отправиться с агентом фон Брюллофф в Российско-Польскую Империю, и была бы представлена самому Государю! Может быть, уже какой-нибудь цесаревич на коленях просил бы моей руки…
Я улыбнулась своим собственным мыслям. До чего же я легкомысленна! Оказалась неизвестно где, и не знаю суждено ли мне выбраться или умереть здесь, а я думаю о таких вещах!
Но ведь так приятно осознавать себя прекрасной дамой или даже Королевой Сердец, что способна покорять сердца и лишать покоя, одним лишь взглядом!
Но всё это между тем, не отвечало на волнующий меня вопрос: люблю ли я кого-нибудь! А ведь это очень важно и столь же трудно понять…
Внезапно я испугалась. А вдруг я не способна никого любить! Вдруг я лишь коварная разбивательница чужих сердец!..
Это показалось мне столь ужасным и пугающим, что я даже остановилась.
Вообще всегда моим идеалом был своего рода рыцарь на белом коне. Благородный, но окутанный тайной. Может быть даже тот, кого с одной стороны можно считать злодеем, а с другой жертвой, кого сумеет спасти, защитить и искупить любовь ко мне…
- Любовь искупает злодеяние…
Я отвлеклась от своих мыслей, ибо эти слова неожиданно прозвучали ясно и чётко в моей голове. Я подняла голову и поняла, что не одна. В нескольких шагах от меня стояла закутанная в плащ высокая фигура. Я заметила изображение спирали. Это был Таинственный Незнакомец.
- Это вы? – вырвалось у меня. – Кто вы такой?
Он склонил голову в капюшоне и я ощутила улыбку на его лице. Я не видела его в обычном смысле этого слова, но мысленно ощущала и видела всё.
- Впервые я позволяю себе дерзость, заговорить с вами, хотя мне это запрещено. – медленно проговорил он, и я была уверена, что уст он при этом не размыкал, слова сами собой появлялись у меня в голове. – Но я не могу назвать себя и прошу прощения за это.
- А кем запрещено вам говорить со мною и почему? – поинтересовалась я. – И что может случиться с вами, коли вы нарушили запрет?
Он вздохнул, опять же мысленно, и мне передались его грусть и боль.
- Созданием Того, что создал или считает себя создавшим Всё; а потому, что вы Их заклятый враг. – наконец, проговорил он. – То же, что может случиться со мною не так уж и страшно, ибо уже случалось не раз.
- Уж не за то ли, что вы приходили мне на помощь? – спросила я.
Он согласно кивнул, хотя это было бы правильнее назвать – послал согласную мысль.
- Тогда зачем вы это делаете?
- Я делаю это по собственной воле и счастлив делать это и впредь. – ответствовал он. – Вы мне дали познать очень многое.
- Хорошо, - сказала я, ощущая, что больше он ничего мне не скажет, - вы не могли бы тогда мне открыть, кто такой Чёрный Граф, и который из нас он?
Он не дрогнул при этом роковом и зловещем прозвище, как это делали все дотоль встречаемые мной, но всё же что-то я ощутила, неясное по своей природе, но сильное и надёжно скрываемое чувство.
- Я не могу сказать. – был ответ, после непродолжительной паузы.
- Не можете или не хотите?! – воскликнула я. Его ответ рассердил меня.
- Именно не могу, – спокойно сказал он, - несмотря на то, что хочу это сделать. На многие знания, которыми я обладаю, наложена Печать Непроизношения. Малое подобие Тринадцати Печатей Богов, что состоит не только в том, чтобы Неименуемые не выбрались из Тар-Тару, но и в том, что пока Печати целы, никто не сможет произнести Их подлинные имена и будет произносить лишь те, что Им дали Боги. Также и со мною, я не могу произнести имя и то, под какой личиной скрывается Чёрный Граф или Его слуга, с той лишь разницей, что если попробую произнести, не произнесу, а испытаю боль.
- Извините. – сказала я, мне стало совестно за то что так среагировала на его отказ говорить. Он ощутил моё раскаяние и ласково улыбнулся, хотя и до того не сердился на меня и не держал обиды.
Помолчав немного, он продолжил:
- Кроме того, я бы хотел сказать, но не могу…
Тут я ощутила, как невыносимой боли подверглось всё его существо. Превозмогая её, он с трудом передал мне такие слова:
- Среди вас не тот, кто вы думаете… среди тех, кто близок вам, кому вы доверяете не тот…он ненавидит…
Боль его стала неимоверно сильной, и он замолчал. Я подошла к нему и взяла его за руку. Когда боль стихла, он удивлённо посмотрел на меня, то есть вернее я ощутила его удивление, благодарность и тёплое отношение ко мне.
- Я оказалась здесь совсем одна, - сказала я ему, - помогите мне выбраться отсюда.
Он согласился, и мы двинулись по тёмному коридору вместе, взявшись за руки. Некоторое время молчали. Мысли, которые проносились в голове моего таинственного спутника, были странные, непонятные мне. В них было что-то сложное, что верно под силу знать лишь тем, кто видел Рождение и Гибель Миров, видел Начало и увидит Конец, кто владеет Знаниями Сокровенных Тайн Бытия, и наконец, тем, кто подобен Богам и Пятерым, Тем, что создали нас по образу и подобию Своему, но мы получились не такими, как Они.
- Всё так странно вышло. – медленно проговорила я. – Все эти обвалы. Особенно последний…
- Он был не случайным. – заметил мой спутник.
- Как так? – удивлённо приподняла я брови. – Кто-то обрушил камни, но как?
- Необычным способом. – сказал Незнакомец. – Это сделала злая воля, притом объединившаяся злая воля. Вернее их было три. Ненависть способна на многое.
- Ненависть к кому?
- К вам. Это сделали те, что готовы объединиться из-за ненависти к вам.
При этих словах боль снова поразила его, но не такая сильная, как до того. Мне стало жаль его. Он страдал из-за того, что желал помочь мне, предупредить меня.
- Не надо. – сказала я твёрдо. – Не пытайтесь больше ничего говорить мне. Того, что вы сказали достаточно. Я попробую сама во всём разобраться.
- Будьте более рассудительной при этом, - сказал он, - порой внешность обманчива, и дело не только в красоте или привлекательности, или обратных этим понятиям вещах, но и в роли, которую можно играть, в облике, который можно принимать.
Он замолчал. Длинный проход, наконец, закончился, и мы вышли в неизвестную мне пещеру, затем куда-то свернули. Куда-то поднялись, снова свернули, снова поднялись и опять свернули.
- И ещё, - проговорил он, после продолжительной паузы, - не доверяйте никому, кроме самой себя, даже самым близким, ибо они могут обмануть и ввести в заблуждение. Пусть не намеренно, пусть они сами будут обмануты, но главное то, что они могут обмануть и вас. Верьте только своему внутреннему голосу и старайтесь прислушаться к нему, не заглушайте его ложными сомнениями и предрассудками разума.
- Это так сложно, - сказала я, - не доверять никому. Как же мне быть! Для чего тогда нужны друзья, если им нельзя доверять?
- Так будет не всегда. Нужно выждать.
Он снова замолчал и задумался. Ненароком часть его мыслей передалась мне. Смутные обрывки образов, чувств и ощущений, непонятных и незнакомых пронеслись перед моим взором. Огромная книга, седая и безмолвная, как гранит, на миг задержалась в моём сознании. Книга иная, чем те, что мы привыкли называть книгами, но всё же сомнения быть не могло, это была именно книга. Она была закрыта семью печатями и неведомая сила окружала её. Смутный едва различимый шёпот доносился из её глубин, словно что-то живое было заключено в ней. Древние таинственные письмена, обрамлённые загадочными узорами и символами, тускло поблескивали на тёмном переплёте, сделанном не то из кожи, не то из камня, не то из дерева, не то из чего-то ещё, притом неземного.
- Что это? – спросила я, и мой спутник оказался вырванным из своих мыслей.
- Один из Пяти Нэккру’номмэ`коннов. – сказал он. – Книг Именующих Мёртвых.
Но я не успела ничего сказать или спросить, мы вышли в очередную пещеру, и в тот же миг мой спутник вернул меня обратно в проход.
- В чём дело? – спросила я его.
- Здесь кто-то есть. – был ответ.
Я прислушалась и вправду, из пещеры доносились голоса. Разговаривали двое, но беседа их не была дружеской. Голоса звучали резко, то переходя в гневный крик, то становясь ядовитым и шипящим шёпотом. Оттого что они отдавались эхом в высоких сводах пещеры, слов было не разобрать. Я напрягла весь свой слух, но это мало, чем помогло, ибо, как мне показалось, говорили на неизвестном языке. Но немного подумав, я поняла что это – латынь.
Мне представилось это странным. Почему кому-то взбрело в голову ночью в пещерах, прозванных проклятыми, устраивать ссору на латыни? Ведь язык этот, был мёртвым даже в данной реальности.
Я озадаченно поглядела на своего спутника и поняла, что тот неотрывно следит за происходящим. Я постаралась как можно тише подойти к тому месту, где было бы лучше видно, но при этом стараясь чтобы самой не быть замеченной.
Освещённые каким-то призрачным мерцанием, моему взору предстали двое противников. Однако с такого расстояния лиц было не разглядеть.
Внезапно послышался звон извлекаемого оружия, и металл ударил о металл.
- Adpropinquavit finis tuus… – прошипел один из сражающихся и тут же зачем-то перешёл на итальянский язык:
- Не надо было тебе приходить. Мы сильны как никогда, а скоро станем ещё сильнее…
Что на это сказал его противник, мне разобрать не удалось. Но, несмотря на моё незнание латыни, я поняла, что ему пророчат конец.
Поединок был ни на жизнь, а на смерть. Свирепым и беспощадным. В самом его разгаре, неизвестно откуда к тому, что пророчил конец своему врагу, подоспел помощник. Произошло это тогда, когда удача вроде бы начала улыбаться первому. Но когда в бой против него вступил ещё один, я поняла, что он обречён. Неизвестно почему, это привело меня в отчаяние. Я не знала, кто он и почему его меч сошёлся в поединке с теми другими, но мне стало жаль его.
- Сделайте что-нибудь, – обратилась я к Незнакомцу, что наблюдал за сражением, безмолвствующей тенью, - ведь они убьют его!
- Я не могу вмешиваться. – сказал тот. – Мне запрещено.
- Ну, хорошо, - твёрдо заявила я, - тогда я пойду и присоединюсь к нему.
И уже сделала шаг, но мой спутник схватил меня за руку и попридержал.
- Нет, – твёрже, чем я, сказал он, - вы не должны. Это не ваша битва.
Однако ощутив моё упрямство, он тяжело вздохнул или сделал нечто подобное этому, и поднял руки. В тот же миг своды пещеры обрушились, погребя под собою тех двоих, но тот одинокий воин успел спастись и это меня утешило.
- Теперь идёмте отсюда. – сказал мой спутник, и мы пустились в обратный путь.
Немного пройдя по тому коридору, что вывел нас к пещере, мы свернули в некий, ранее мною незамеченный, проход, и в скором времени вышли в небольшую пещерку.
- Вот, мы и пришли. – сказал Незнакомец. – Если вы пройдёте дальше, то выйдите в верхние пещеры.
- А оттуда? – спросила я. – Мне ведь нужно ещё отыскать своих спутников!
- Идите туда и встретите тех, кто поможет вам выбраться из пещер. – загадочно проговорил он.
- Хорошо, - кивнула я, и уже сделала шаг по направлению к единственному выходу из пещеры, но остановилась и спросила:
- А вы?
- Мне пора. – произнёс он с грустью. И тут сделал, что-то невообразимо странное. Если передать это простым языком, то было это подобно, как если бы он поцеловал мне руку и в тоже время прикоснулся на прощание своею душой к моей. Но сделал он это, то ли мысленно, то ли какими-то иными способами неизвестными простым смертным.
Так или иначе, но он простился со мною и скрылся, словно бы растаяв в воздухе, а вернее сказать в камне.

© Copyright: Даннаис дде Даненн, 2014

Регистрационный номер №0261573

от 26 декабря 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0261573 выдан для произведения:
Глава Двадцатая
Незнакомец

Несколько бесконечно долгих часов я брела по сумрачному проходу, в котором оказалась. Для освещения использовала один из кристаллов, взятых мною в пещере. Света от него было больше, чем от меча и кроме того он был радужный, а не серебристый и это хоть как-то скрашивало безотрадность этого места.
Что сталось с графом? Ведь даже если обвал в пещере произошёл неполный, и он успел увернуться от падающих камней, мог ли он на что-либо рассчитывать? Проход этот, судя по всему, был единственный и значит, граф оказался замурован в пещере, как сам того и хотел, говоря что это «недурное место, чтобы окончить свою жизнь».
Эх, граф ди Онори, граф ди Онори! Странный, пугающий и в тоже время притягательный своей таинственностью, субъект. Кем он всё-таки был, что скрывал, чего боялся, и кого пытался изображать собою?! Был ли он Чёрным Графом, как его считали местные или нет? И суждено ли было мне это узнать хоть когда-нибудь?!
Кроме того было ли его признание искренним? А самое главное, каково было моё отношение к нему? Нравился ли он мне, а может быть даже я была влюблена в него?!
Хотя нет, мне не верилось в последние. В первое да. Это было возможным. Да и ведь нравиться могут многие, а вот любить или хотя бы влюбиться можно лишь в кого-то одного. Я всерьёз задумалась о своих чувствах к Юджину. Была ли я хоть когда-то влюблена в него? В последние время мне стало казаться, что нет. Он мне лишь нравился. Он был мне преданным и отзывчивым другом и отличием от всего того, что меня окружало.
Что вообще значит любить или быть влюблённым в кого-то? Влюблённость переходит в любовь. Но что значит любить? Любить значит верить и прощать…
Потому я никогда не любила Юджина. Стоит вспомнить тот пустяк, из-за которого мы с ним в первый раз поссорились. А всё из-за моих волос. Казалось бы, глупость, но тогда она переросла в целый скандал. Я с великой радостью остригла свои косы и сделала причёску, о которой грезила столько лет. Сделала химическую завивку и предвкушала, какое восхищение вызовет моя причёска. Вместо этого, Юджин вернувшись из плаванья, и увидев мои волосы, буквально чуть не умер. Он раскритиковал мой облик и заявил, что я утратила ту особую индивидуальность, и стала мало, чем отличаться от девушек с модных картинок. Хотя я собственно к последнему и стремилась…
Это сильно задело меня и боюсь обида со временем не прошла. И следовательно, если я не сумела простить Юджина, я его никогда не любила.
Но любила ли я и люблю ли хоть кого-нибудь?!
С той поры, как мы пустились странствовать по мирам и временам, я увидела, что способна производить огромное впечатление на многих. Уже, можно сказать, жертвой моего обаяния пали, и враги (стоит вспомнить прилизанного Паркера, да и Джастина тоже, а также Купера), а уж остальные! Мне вспомнился восхищённый взгляд российско-польского агента фон Брюллоффа, среднего Лефроя, нежные взгляды юного Горацио, обходительность и галантность Дугласа, столь странное признание графа ди Онори…
Белый эдельвейс и лилия, неизвестно кем подаренные…
Наконец, таинственный незнакомец…
А если бы я согласилась отправиться с агентом фон Брюллофф в Российско-Польскую Империю, и была бы представлена самому Государю! Может быть, уже какой-нибудь цесаревич на коленях просил бы моей руки…
Я улыбнулась своим собственным мыслям. До чего же я легкомысленна! Оказалась неизвестно где, и не знаю суждено ли мне выбраться или умереть здесь, а я думаю о таких вещах!
Но ведь так приятно осознавать себя прекрасной дамой или даже Королевой Сердец, что способна покорять сердца и лишать покоя, одним лишь взглядом!
Но всё это между тем, не отвечало на волнующий меня вопрос: люблю ли я кого-нибудь! А ведь это очень важно и столь же трудно понять…
Внезапно я испугалась. А вдруг я не способна никого любить! Вдруг я лишь коварная разбивательница чужих сердец!..
Это показалось мне столь ужасным и пугающим, что я даже остановилась.
Вообще всегда моим идеалом был своего рода рыцарь на белом коне. Благородный, но окутанный тайной. Может быть даже тот, кого с одной стороны можно считать злодеем, а с другой жертвой, кого сумеет спасти, защитить и искупить любовь ко мне…
- Любовь искупает злодеяние…
Я отвлеклась от своих мыслей, ибо эти слова неожиданно прозвучали ясно и чётко в моей голове. Я подняла голову и поняла, что не одна. В нескольких шагах от меня стояла закутанная в плащ высокая фигура. Я заметила изображение спирали. Это был Таинственный Незнакомец.
- Это вы? – вырвалось у меня. – Кто вы такой?
Он склонил голову в капюшоне и я ощутила улыбку на его лице. Я не видела его в обычном смысле этого слова, но мысленно ощущала и видела всё.
- Впервые я позволяю себе дерзость, заговорить с вами, хотя мне это запрещено. – медленно проговорил он, и я была уверена, что уст он при этом не размыкал, слова сами собой появлялись у меня в голове. – Но я не могу назвать себя и прошу прощения за это.
- А кем запрещено вам говорить со мною и почему? – поинтересовалась я. – И что может случиться с вами, коли вы нарушили запрет?
Он вздохнул, опять же мысленно, и мне передались его грусть и боль.
- Созданием Того, что создал или считает себя создавшим Всё; а потому, что вы Их заклятый враг. – наконец, проговорил он. – То же, что может случиться со мною не так уж и страшно, ибо уже случалось не раз.
- Уж не за то ли, что вы приходили мне на помощь? – спросила я.
Он согласно кивнул, хотя это было бы правильнее назвать – послал согласную мысль.
- Тогда зачем вы это делаете?
- Я делаю это по собственной воле и счастлив делать это и впредь. – ответствовал он. – Вы мне дали познать очень многое.
- Хорошо, - сказала я, ощущая, что больше он ничего мне не скажет, - вы не могли бы тогда мне открыть, кто такой Чёрный Граф, и который из нас он?
Он не дрогнул при этом роковом и зловещем прозвище, как это делали все дотоль встречаемые мной, но всё же что-то я ощутила, неясное по своей природе, но сильное и надёжно скрываемое чувство.
- Я не могу сказать. – был ответ, после непродолжительной паузы.
- Не можете или не хотите?! – воскликнула я. Его ответ рассердил меня.
- Именно не могу, – спокойно сказал он, - несмотря на то, что хочу это сделать. На многие знания, которыми я обладаю, наложена Печать Непроизношения. Малое подобие Тринадцати Печатей Богов, что состоит не только в том, чтобы Неименуемые не выбрались из Тар-Тару, но и в том, что пока Печати целы, никто не сможет произнести Их подлинные имена и будет произносить лишь те, что Им дали Боги. Также и со мною, я не могу произнести имя и то, под какой личиной скрывается Чёрный Граф или Его слуга, с той лишь разницей, что если попробую произнести, не произнесу, а испытаю боль.
- Извините. – сказала я, мне стало совестно за то что так среагировала на его отказ говорить. Он ощутил моё раскаяние и ласково улыбнулся, хотя и до того не сердился на меня и не держал обиды.
Помолчав немного, он продолжил:
- Кроме того, я бы хотел сказать, но не могу…
Тут я ощутила, как невыносимой боли подверглось всё его существо. Превозмогая её, он с трудом передал мне такие слова:
- Среди вас не тот, кто вы думаете… среди тех, кто близок вам, кому вы доверяете не тот…он ненавидит…
Боль его стала неимоверно сильной, и он замолчал. Я подошла к нему и взяла его за руку. Когда боль стихла, он удивлённо посмотрел на меня, то есть вернее я ощутила его удивление, благодарность и тёплое отношение ко мне.
- Я оказалась здесь совсем одна, - сказала я ему, - помогите мне выбраться отсюда.
Он согласился, и мы двинулись по тёмному коридору вместе, взявшись за руки. Некоторое время молчали. Мысли, которые проносились в голове моего таинственного спутника, были странные, непонятные мне. В них было что-то сложное, что верно под силу знать лишь тем, кто видел Рождение и Гибель Миров, видел Начало и увидит Конец, кто владеет Знаниями Сокровенных Тайн Бытия, и наконец, тем, кто подобен Богам и Пятерым, Тем, что создали нас по образу и подобию Своему, но мы получились не такими, как Они.
- Всё так странно вышло. – медленно проговорила я. – Все эти обвалы. Особенно последний…
- Он был не случайным. – заметил мой спутник.
- Как так? – удивлённо приподняла я брови. – Кто-то обрушил камни, но как?
- Необычным способом. – сказал Незнакомец. – Это сделала злая воля, притом объединившаяся злая воля. Вернее их было три. Ненависть способна на многое.
- Ненависть к кому?
- К вам. Это сделали те, что готовы объединиться из-за ненависти к вам.
При этих словах боль снова поразила его, но не такая сильная, как до того. Мне стало жаль его. Он страдал из-за того, что желал помочь мне, предупредить меня.
- Не надо. – сказала я твёрдо. – Не пытайтесь больше ничего говорить мне. Того, что вы сказали достаточно. Я попробую сама во всём разобраться.
- Будьте более рассудительной при этом, - сказал он, - порой внешность обманчива, и дело не только в красоте или привлекательности, или обратных этим понятиям вещах, но и в роли, которую можно играть, в облике, который можно принимать.
Он замолчал. Длинный проход, наконец, закончился, и мы вышли в неизвестную мне пещеру, затем куда-то свернули. Куда-то поднялись, снова свернули, снова поднялись и опять свернули.
- И ещё, - проговорил он, после продолжительной паузы, - не доверяйте никому, кроме самой себя, даже самым близким, ибо они могут обмануть и ввести в заблуждение. Пусть не намеренно, пусть они сами будут обмануты, но главное то, что они могут обмануть и вас. Верьте только своему внутреннему голосу и старайтесь прислушаться к нему, не заглушайте его ложными сомнениями и предрассудками разума.
- Это так сложно, - сказала я, - не доверять никому. Как же мне быть! Для чего тогда нужны друзья, если им нельзя доверять?
- Так будет не всегда. Нужно выждать.
Он снова замолчал и задумался. Ненароком часть его мыслей передалась мне. Смутные обрывки образов, чувств и ощущений, непонятных и незнакомых пронеслись перед моим взором. Огромная книга, седая и безмолвная, как гранит, на миг задержалась в моём сознании. Книга иная, чем те, что мы привыкли называть книгами, но всё же сомнения быть не могло, это была именно книга. Она была закрыта семью печатями и неведомая сила окружала её. Смутный едва различимый шёпот доносился из её глубин, словно что-то живое было заключено в ней. Древние таинственные письмена, обрамлённые загадочными узорами и символами, тускло поблескивали на тёмном переплёте, сделанном не то из кожи, не то из камня, не то из дерева, не то из чего-то ещё, притом неземного.
- Что это? – спросила я, и мой спутник оказался вырванным из своих мыслей.
- Один из Пяти Нэккру’номмэ`коннов. – сказал он. – Книг Именующих Мёртвых.
Но я не успела ничего сказать или спросить, мы вышли в очередную пещеру, и в тот же миг мой спутник вернул меня обратно в проход.
- В чём дело? – спросила я его.
- Здесь кто-то есть. – был ответ.
Я прислушалась и вправду, из пещеры доносились голоса. Разговаривали двое, но беседа их не была дружеской. Голоса звучали резко, то переходя в гневный крик, то становясь ядовитым и шипящим шёпотом. Оттого что они отдавались эхом в высоких сводах пещеры, слов было не разобрать. Я напрягла весь свой слух, но это мало, чем помогло, ибо, как мне показалось, говорили на неизвестном языке. Но немного подумав, я поняла что это – латынь.
Мне представилось это странным. Почему кому-то взбрело в голову ночью в пещерах, прозванных проклятыми, устраивать ссору на латыни? Ведь язык этот, был мёртвым даже в данной реальности.
Я озадаченно поглядела на своего спутника и поняла, что тот неотрывно следит за происходящим. Я постаралась как можно тише подойти к тому месту, где было бы лучше видно, но при этом стараясь чтобы самой не быть замеченной.
Освещённые каким-то призрачным мерцанием, моему взору предстали двое противников. Однако с такого расстояния лиц было не разглядеть.
Внезапно послышался звон извлекаемого оружия, и металл ударил о металл.
- Adpropinquavit finis tuus… – прошипел один из сражающихся и тут же зачем-то перешёл на итальянский язык:
- Не надо было тебе приходить. Мы сильны как никогда, а скоро станем ещё сильнее…
Что на это сказал его противник, мне разобрать не удалось. Но, несмотря на моё незнание латыни, я поняла, что ему пророчат конец.
Поединок был ни на жизнь, а на смерть. Свирепым и беспощадным. В самом его разгаре, неизвестно откуда к тому, что пророчил конец своему врагу, подоспел помощник. Произошло это тогда, когда удача вроде бы начала улыбаться первому. Но когда в бой против него вступил ещё один, я поняла, что он обречён. Неизвестно почему, это привело меня в отчаяние. Я не знала, кто он и почему его меч сошёлся в поединке с теми другими, но мне стало жаль его.
- Сделайте что-нибудь, – обратилась я к Незнакомцу, что наблюдал за сражением, безмолвствующей тенью, - ведь они убьют его!
- Я не могу вмешиваться. – сказал тот. – Мне запрещено.
- Ну, хорошо, - твёрдо заявила я, - тогда я пойду и присоединюсь к нему.
И уже сделала шаг, но мой спутник схватил меня за руку и попридержал.
- Нет, – твёрже, чем я, сказал он, - вы не должны. Это не ваша битва.
Однако ощутив моё упрямство, он тяжело вздохнул или сделал нечто подобное этому, и поднял руки. В тот же миг своды пещеры обрушились, погребя под собою тех двоих, но тот одинокий воин успел спастись и это меня утешило.
- Теперь идёмте отсюда. – сказал мой спутник, и мы пустились в обратный путь.
Немного пройдя по тому коридору, что вывел нас к пещере, мы свернули в некий, ранее мною незамеченный, проход, и в скором времени вышли в небольшую пещерку.
- Вот, мы и пришли. – сказал Незнакомец. – Если вы пройдёте дальше, то выйдите в верхние пещеры.
- А оттуда? – спросила я. – Мне ведь нужно ещё отыскать своих спутников!
- Идите туда и встретите тех, кто поможет вам выбраться из пещер. – загадочно проговорил он.
- Хорошо, - кивнула я, и уже сделала шаг по направлению к единственному выходу из пещеры, но остановилась и спросила:
- А вы?
- Мне пора. – произнёс он с грустью. И тут сделал, что-то невообразимо странное. Если передать это простым языком, то было это подобно, как если бы он поцеловал мне руку и в тоже время прикоснулся на прощание своею душой к моей. Но сделал он это, то ли мысленно, то ли какими-то иными способами неизвестными простым смертным.
Так или иначе, но он простился со мною и скрылся, словно бы растаяв в воздухе, а вернее сказать в камне.
Рейтинг: 0 215 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
113
105
105
90
84
83
81
78
77
76
75
74
73
68
66
65
Кукла колдуна 9 июля 2017 (Demen Keaper)
60
59
58
58
57
57
55
53
51
51
51
49
44
43