ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени Волюм 2 Часть 2 Глава 4

 

Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени Волюм 2 Часть 2 Глава 4

13 ноября 2014 - Даннаис дде Даненн
Глава Четвёртая
Таинственный остров


На воду спустили малую шлюпку, в ней отправились на разведку несколько матросов. После того, как они убедились, что вроде бы никакой опасности нет, на остров постепенно высадилась большая часть экипажа и все мы, его пассажиры.
Так было приятно снова почувствовать под ногами твёрдую почву, что на время я даже ощутила какую-то умиротворяющую радость. Пройдя вдоль берега, мы прошли на пляж. Здесь, опередившие нас матросы, уже затаскивали на берег какие-то бочки. Вероятно, их прибило к берегу, после крушения корабля. Как выяснилось, в них была – пресная вода. После того, как все напились из одной из бочек, её пока оставили на берегу, другую матросы отправили оставшимся на корабле людям.
Теперь, когда жажда была утолена, всех одолел нестерпимый голод. Матросы ловко и быстро наловили рыбы и насобирали моллюсков.
В скором времени голод тоже был утолён, и все устроились на небольшой отдых.
Я, Горацио и Алекс, немного прошлись. Подошли вплотную к лесу, но углубляться в него не посмели. Уж очень мрачно и сыро было там. Мы устроились чуть поодаль, на камнях.
После, несколько матросов отправилось на поиски пресной воды и какого-нибудь провианта. Они прихватили с собою корзины, ружья и арбалеты, и направились вглубь острова. Плотник с помощниками приступил к починке пакетбота. Наша компания взялась наловить рыбы и моллюсков.
Быстро бежало время, и не успели мы оглянуться, как наступил вечер. Многие настояли на том, чтобы разбить лагерь здесь на суше. Капитан нахмурился, было видно, что ему это предложение не совсем по душе. Но он пожалел людей, так долго бывших в плену у моря, и разрешил-таки остаться. Тем более что ночь обещала быть тёплой и бархатной.
С корабля было доставлено всё необходимое, возведён небольшой тент и разведён огромный костёр.
Повар сильно пострадавший от всех треволнений, остался на судне, и Ильма взяла на себя приготовление ужина. Она сварила рыбный суп, приготовила моллюсков и крабов на холодные закуски, и испекла в углях рыбу.
Несмотря на то, что ужин состоял из одних только даров моря, без всякого гарнира, если не считать размякших и не хрустящих сухарей, он всем пришёлся по душе. Восхищение дона Жуана Ильмой после этого возросло во много раз.
Завершили мы, это пиршество, чаем с сахаром. К счастью и того и другого у нас было в достатке.
Разомлевшие от плотного ужина, все мы повеселели. Неожиданно кто-то вспомнил, об ушедших и до сих пор, не вернувшихся матросах. Прошло уже много часов со времени их  ухода и то, что их нет, вызывало некоторую тревогу и удивление. Но поскольку солнце уже село, предпринимать что-либо или отправляться на их поиски, не имело смысла. Было решено дождаться следующего дня и с первыми лучами солнца отправить экспедицию на их поиски. Тем более могло оказаться, что они немного заблудились или слишком углубились в остров, а так как стемнело, решили там же заночевать. Под утро же они сами спокойно вернутся.
Решив, таким образом, дело, капитан на всякий случай выставил часовых, которым надлежало дежурить по три часа, а после сменять друг друга.
Все мы улеглись спать, под естественным пологом ночи. Она же становилась всё темнее и темнее. Облака, плотной пеленою заслонили собою луну и звёзды. Разговоры понемногу стали стихать, а те, кто вели их – засыпать. Костёр постепенно догорел. Лагерь погрузился во тьму и покой.
Я проснулась внезапно и резко от какого-то дурного сна. Облака рассеялись, и взошла луна. Она тускло сияла над моею головою, ущербная и как-то криво насмехающаяся. Так, по крайней мере, почудилось мне. Холодный пот струился по моему лбу, и я явственно ощутила, что больше мне не заснуть. Сон, до того одолевавший меня, таинственным образом исчез. По моим скромным подсчётам, я не могла проспать долго. Даже, наоборот, была твёрдо убеждена, что не проспала и нескольких часов.
Потому я решила немного прогуляться. Пошла в сторону от лагеря, стараясь ступать как можно тише, чтобы не потревожить спящих, и не привлечь внимания часового.
Шла я, не спеша, по берегу, по направлению к проливу, где стоял пакетбот. Было тихо. Даже не просто тихо, а как-то уж очень тихо. Не доносилось ни шелеста листьев или травы, ни шороха, ни всплеска, в общем, вообще ни звука. Шла я уже долго, когда поняла, что иду куда-то не туда. Тогда я остановилась и стала старательно разглядывать окружающую местность, силясь понять, где я. По правую руку от меня тусклый свет луны высвечивал стену деревьев, вероятно, это был лес. По левую, на отдалённом расстоянии, поблескивало море. Прямо громоздились скалы, и между ними шёл узкий проход. Мне стало ясно, что я, дезориентировавшись после сновидений, пошла в противоположную от пролива сторону. Оглянулась назад и поняла, что ушла далеко от лагеря. Тут до моего немного затуманившегося ума дошло, что я здесь одна вдали от своих друзей, часового, капитана и всех остальных. По спине невольно пробежали мурашки. Меня бросило сначала в жар, а после в холод. Тишина давила на мои нервы, луна продолжала криво усмехаться и действовала на воображение. Не успела я опомниться, как окружающие предметы стали казаться мне непростыми и бесхитростными, а притаившимися и следящими за мною.
Я попробовала взять себя в руки и нащупала холодное лезвие своего меча, который к счастью додумалась прихватить с собой с корабля. Сделав глубокий вдох, я решила сказать себе пару ободряющих слов, чтобы, во-первых, снять гнетущее напряжение этой тишины, а во-вторых, убедиться, что я не оглохла.
- Всё хорошо, - медленно и раздельно проговорила я, - милая ночь на очаровательном острове…
Мой собственный голос меня оглушил, и казалось, всколыхнул пространство на много миль в округе. Я повернула назад. Внезапно откуда-то с той стороны, к которой я повернулась спиной, раздались какие-то неприятные хлюпающие звуки. Они буквально парализовали меня. Я застыла и прислушалась. Стояла тишина, нарушаемая лишь биением моего сердца.
Я попыталась сделать шаг вперёд, а вернее назад, в сторону лагеря, но так и застыла, не опустив ногу. Сзади опять послышались эти мерзкие звуки. Однако на этот раз они усилились и к ним ещё прибавились какое-то подобие кваканья или хрюканья, и чавкающие звуки.
Во рту у меня сделалось сухо, и язык прилип к нёбу. Эти звуки не походили ни на что до сих пор слышанное мною. Они не были похожи даже на те звуки, что издавало воинство из нечисти, прислуживавшее Лилит.
Звуки же тем временем то усиливались, то затихали. Казалось, что неведомые твари вылезают из своих нор или щелей и идут куда-то.
Однако так это или нет, выяснять у меня не было ни малейшего желания. Я решительно мотнула головою и кинулась к лагерю. Я бежала, и уже нимало не заботилась о том, что издаю много шума. Бежала я долго, и поначалу мне даже продолжали слышаться эти противные звуки. Мне казалось, что за мною кто-то гонится. Но проверять это я не решалась.
Лишь после нескольких минут моего бегства, я зачем-то обернулась и в тот же миг, споткнулась и налетела на кого-то.
Мы оба: я и жертва моего налёта завопили от ужаса. После оказалось, что это всего на всего один из матросов. От нашего крика вскочил на ноги весь лагерь. Правда выяснилось, что те, кого мы разбудили несказанно этому рады, а другие так и вовсе не спали.
Всех мучили какие-то неподдающиеся описанию сны. Когда каждый начал пересказывать свой кошмар, выяснилось, что основная сюжетная линия у всех одна. И, что эти сны точь в точь подобны тем, что виделись им накануне, когда наш пакетбот несло по водам невесть куда.
Опишу общую картину всех снов, виденных нами.
Чёрная ночь. Тусклая ущербная луна. Остров, затянутый дымкой, которая мерцает в лунном свете. Бесшумно плещущаяся вода. Скальный проход. Горы с остроконечными камнями, похожими на зубья. Слизистая гладь, отвратительной чёрной трясины. Она тянется вдаль намного миль, нескончаемая, беспредельная и необозримая. Где-то вдали этой чёрной пустыни виднеется холм или небольшая гора. С вершины этой горы открывается взору бездонный каньон. На противоположной стороне так же стоит гора, выше этой. И на ней - камень, правильной формы, камень отёсанный, то есть рукотворного происхождения.
На этом, что-либо описуемое или логическое заканчивается, и начинается полная дикость и безумие. Какие-то гротескные, похожие на рыб, и пародию рода человеческого, создания. Они шествуют, пляшут, что-то вопят, обращаясь к монолиту. Небо то переворачивается, исчезает, утопая в чёрной бездне каньона, то меняется местами с этим чёрным пространством…
Обсудив эти странные видения, мы снова разожгли костёр. Ощущая потребность в чём-то умиротворяющем, вскипятили воду и заварили чаю. Как и следовало ожидать, несколько чашек горячего, обжигающего напитка, произвели должное действие. Все успокоились и даже приободрились. Завели негромкую беседу. Матрос, на которого я налетела, тот, что был свидетелем страшной участи несчастного Юджина, Ниалл, сказал, что слышал какие-то странные звуки. Именно они и пустили его в странствие по берегу. Оказалось, что он, в отличие от меня, а потому мы собственно и не столкнулись ранее, был в том же месте, только на берегу. Он слышал какие-то диковинные, ни на что непохожие звуки. Они, то затихали, то становились громче. Однако выяснить их источник, он не осмелился. По его словам, он немного поразмыслил и пришёл к выводу, что это либо плеск воды или рыбы, либо там находится какое-нибудь болотце или канава с лягушками.
Услышав его рассказ, я не проронила ни слова. Не знаю почему, но мне захотелось промолчать. Сейчас при ясном и живом пламени костра, мои недавние переживания и страхи выглядели нелепыми и смешными. Ведь могло статься, что то, что слышала я и Ниалл, было действительно ничем иным, как кваканьем лягушек или ещё каких-нибудь островных и вполне безобидных зверушек. Просто под влиянием пережитых треволнений, длительного голода и жажды, дурных снов и бессонницы, тишина неизвестного острова, могла повлиять на восприятие. По крайней мере, мне всем сердцем хотелось верить, что это именно так.
Я вспомнила об Юджине. Боль от потери с новой силой одолела меня. Ведь получилось, что мы с ним так и расстались в ссоре и обиде друг на друга…
Посидев ещё немного, мы всё-таки отправились спать. Вернее сказать, сделали вторую попытку.

© Copyright: Даннаис дде Даненн, 2014

Регистрационный номер №0252652

от 13 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0252652 выдан для произведения:
Глава Четвёртая
Таинственный остров


На воду спустили малую шлюпку, в ней отправились на разведку несколько матросов. После того, как они убедились, что вроде бы никакой опасности нет, на остров постепенно высадилась большая часть экипажа и все мы, его пассажиры.
Так было приятно снова почувствовать под ногами твёрдую почву, что на время я даже ощутила какую-то умиротворяющую радость. Пройдя вдоль берега, мы прошли на пляж. Здесь, опередившие нас матросы, уже затаскивали на берег какие-то бочки. Вероятно, их прибило к берегу, после крушения корабля. Как выяснилось, в них была – пресная вода. После того, как все напились из одной из бочек, её пока оставили на берегу, другую матросы отправили оставшимся на корабле людям.
Теперь, когда жажда была утолена, всех одолел нестерпимый голод. Матросы ловко и быстро наловили рыбы и насобирали моллюсков.
В скором времени голод тоже был утолён, и все устроились на небольшой отдых.
Я, Горацио и Алекс, немного прошлись. Подошли вплотную к лесу, но углубляться в него не посмели. Уж очень мрачно и сыро было там. Мы устроились чуть поодаль, на камнях.
После, несколько матросов отправилось на поиски пресной воды и какого-нибудь провианта. Они прихватили с собою корзины, ружья и арбалеты, и направились вглубь острова. Плотник с помощниками приступил к починке пакетбота. Наша компания взялась наловить рыбы и моллюсков.
Быстро бежало время, и не успели мы оглянуться, как наступил вечер. Многие настояли на том, чтобы разбить лагерь здесь на суше. Капитан нахмурился, было видно, что ему это предложение не совсем по душе. Но он пожалел людей, так долго бывших в плену у моря, и разрешил-таки остаться. Тем более что ночь обещала быть тёплой и бархатной.
С корабля было доставлено всё необходимое, возведён небольшой тент и разведён огромный костёр.
Повар сильно пострадавший от всех треволнений, остался на судне, и Ильма взяла на себя приготовление ужина. Она сварила рыбный суп, приготовила моллюсков и крабов на холодные закуски, и испекла в углях рыбу.
Несмотря на то, что ужин состоял из одних только даров моря, без всякого гарнира, если не считать размякших и не хрустящих сухарей, он всем пришёлся по душе. Восхищение дона Жуана Ильмой после этого возросло во много раз.
Завершили мы, это пиршество, чаем с сахаром. К счастью и того и другого у нас было в достатке.
Разомлевшие от плотного ужина, все мы повеселели. Неожиданно кто-то вспомнил, об ушедших и до сих пор, не вернувшихся матросах. Прошло уже много часов со времени их  ухода и то, что их нет, вызывало некоторую тревогу и удивление. Но поскольку солнце уже село, предпринимать что-либо или отправляться на их поиски, не имело смысла. Было решено дождаться следующего дня и с первыми лучами солнца отправить экспедицию на их поиски. Тем более могло оказаться, что они немного заблудились или слишком углубились в остров, а так как стемнело, решили там же заночевать. Под утро же они сами спокойно вернутся.
Решив, таким образом, дело, капитан на всякий случай выставил часовых, которым надлежало дежурить по три часа, а после сменять друг друга.
Все мы улеглись спать, под естественным пологом ночи. Она же становилась всё темнее и темнее. Облака, плотной пеленою заслонили собою луну и звёзды. Разговоры понемногу стали стихать, а те, кто вели их – засыпать. Костёр постепенно догорел. Лагерь погрузился во тьму и покой.
Я проснулась внезапно и резко от какого-то дурного сна. Облака рассеялись, и взошла луна. Она тускло сияла над моею головою, ущербная и как-то криво насмехающаяся. Так, по крайней мере, почудилось мне. Холодный пот струился по моему лбу, и я явственно ощутила, что больше мне не заснуть. Сон, до того одолевавший меня, таинственным образом исчез. По моим скромным подсчётам, я не могла проспать долго. Даже, наоборот, была твёрдо убеждена, что не проспала и нескольких часов.
Потому я решила немного прогуляться. Пошла в сторону от лагеря, стараясь ступать как можно тише, чтобы не потревожить спящих, и не привлечь внимания часового.
Шла я, не спеша, по берегу, по направлению к проливу, где стоял пакетбот. Было тихо. Даже не просто тихо, а как-то уж очень тихо. Не доносилось ни шелеста листьев или травы, ни шороха, ни всплеска, в общем, вообще ни звука. Шла я уже долго, когда поняла, что иду куда-то не туда. Тогда я остановилась и стала старательно разглядывать окружающую местность, силясь понять, где я. По правую руку от меня тусклый свет луны высвечивал стену деревьев, вероятно, это был лес. По левую, на отдалённом расстоянии, поблескивало море. Прямо громоздились скалы, и между ними шёл узкий проход. Мне стало ясно, что я, дезориентировавшись после сновидений, пошла в противоположную от пролива сторону. Оглянулась назад и поняла, что ушла далеко от лагеря. Тут до моего немного затуманившегося ума дошло, что я здесь одна вдали от своих друзей, часового, капитана и всех остальных. По спине невольно пробежали мурашки. Меня бросило сначала в жар, а после в холод. Тишина давила на мои нервы, луна продолжала криво усмехаться и действовала на воображение. Не успела я опомниться, как окружающие предметы стали казаться мне непростыми и бесхитростными, а притаившимися и следящими за мною.
Я попробовала взять себя в руки и нащупала холодное лезвие своего меча, который к счастью додумалась прихватить с собой с корабля. Сделав глубокий вдох, я решила сказать себе пару ободряющих слов, чтобы, во-первых, снять гнетущее напряжение этой тишины, а во-вторых, убедиться, что я не оглохла.
- Всё хорошо, - медленно и раздельно проговорила я, - милая ночь на очаровательном острове…
Мой собственный голос меня оглушил, и казалось, всколыхнул пространство на много миль в округе. Я повернула назад. Внезапно откуда-то с той стороны, к которой я повернулась спиной, раздались какие-то неприятные хлюпающие звуки. Они буквально парализовали меня. Я застыла и прислушалась. Стояла тишина, нарушаемая лишь биением моего сердца.
Я попыталась сделать шаг вперёд, а вернее назад, в сторону лагеря, но так и застыла, не опустив ногу. Сзади опять послышались эти мерзкие звуки. Однако на этот раз они усилились и к ним ещё прибавились какое-то подобие кваканья или хрюканья, и чавкающие звуки.
Во рту у меня сделалось сухо, и язык прилип к нёбу. Эти звуки не походили ни на что до сих пор слышанное мною. Они не были похожи даже на те звуки, что издавало воинство из нечисти, прислуживавшее Лилит.
Звуки же тем временем то усиливались, то затихали. Казалось, что неведомые твари вылезают из своих нор или щелей и идут куда-то.
Однако так это или нет, выяснять у меня не было ни малейшего желания. Я решительно мотнула головою и кинулась к лагерю. Я бежала, и уже нимало не заботилась о том, что издаю много шума. Бежала я долго, и поначалу мне даже продолжали слышаться эти противные звуки. Мне казалось, что за мною кто-то гонится. Но проверять это я не решалась.
Лишь после нескольких минут моего бегства, я зачем-то обернулась и в тот же миг, споткнулась и налетела на кого-то.
Мы оба: я и жертва моего налёта завопили от ужаса. После оказалось, что это всего на всего один из матросов. От нашего крика вскочил на ноги весь лагерь. Правда выяснилось, что те, кого мы разбудили несказанно этому рады, а другие так и вовсе не спали.
Всех мучили какие-то неподдающиеся описанию сны. Когда каждый начал пересказывать свой кошмар, выяснилось, что основная сюжетная линия у всех одна. И, что эти сны точь в точь подобны тем, что виделись им накануне, когда наш пакетбот несло по водам невесть куда.
Опишу общую картину всех снов, виденных нами.
Чёрная ночь. Тусклая ущербная луна. Остров, затянутый дымкой, которая мерцает в лунном свете. Бесшумно плещущаяся вода. Скальный проход. Горы с остроконечными камнями, похожими на зубья. Слизистая гладь, отвратительной чёрной трясины. Она тянется вдаль намного миль, нескончаемая, беспредельная и необозримая. Где-то вдали этой чёрной пустыни виднеется холм или небольшая гора. С вершины этой горы открывается взору бездонный каньон. На противоположной стороне так же стоит гора, выше этой. И на ней - камень, правильной формы, камень отёсанный, то есть рукотворного происхождения.
На этом, что-либо описуемое или логическое заканчивается, и начинается полная дикость и безумие. Какие-то гротескные, похожие на рыб, и пародию рода человеческого, создания. Они шествуют, пляшут, что-то вопят, обращаясь к монолиту. Небо то переворачивается, исчезает, утопая в чёрной бездне каньона, то меняется местами с этим чёрным пространством…
Обсудив эти странные видения, мы снова разожгли костёр. Ощущая потребность в чём-то умиротворяющем, вскипятили воду и заварили чаю. Как и следовало ожидать, несколько чашек горячего, обжигающего напитка, произвели должное действие. Все успокоились и даже приободрились. Завели негромкую беседу. Матрос, на которого я налетела, тот, что был свидетелем страшной участи несчастного Юджина, Ниалл, сказал, что слышал какие-то странные звуки. Именно они и пустили его в странствие по берегу. Оказалось, что он, в отличие от меня, а потому мы собственно и не столкнулись ранее, был в том же месте, только на берегу. Он слышал какие-то диковинные, ни на что непохожие звуки. Они, то затихали, то становились громче. Однако выяснить их источник, он не осмелился. По его словам, он немного поразмыслил и пришёл к выводу, что это либо плеск воды или рыбы, либо там находится какое-нибудь болотце или канава с лягушками.
Услышав его рассказ, я не проронила ни слова. Не знаю почему, но мне захотелось промолчать. Сейчас при ясном и живом пламени костра, мои недавние переживания и страхи выглядели нелепыми и смешными. Ведь могло статься, что то, что слышала я и Ниалл, было действительно ничем иным, как кваканьем лягушек или ещё каких-нибудь островных и вполне безобидных зверушек. Просто под влиянием пережитых треволнений, длительного голода и жажды, дурных снов и бессонницы, тишина неизвестного острова, могла повлиять на восприятие. По крайней мере, мне всем сердцем хотелось верить, что это именно так.
Я вспомнила об Юджине. Боль от потери с новой силой одолела меня. Ведь получилось, что мы с ним так и расстались в ссоре и обиде друг на друга…
Посидев ещё немного, мы всё-таки отправились спать. Вернее сказать, сделали вторую попытку.
Рейтинг: 0 156 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!