ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени Волюм 2 Часть 2 Глава 13

 

Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени Волюм 2 Часть 2 Глава 13

22 ноября 2014 - Даннаис дде Даненн
Глава Тринадцатая
Приключения Юджина (Продолжение)

В себя я пришёл от того, что было очень мокро. Оказалось, что я угодил в ручей, который вытекал откуда-то из-под камней и пересекал тропу, на которую я обвалился сверху.
Тропа же здесь стремительно уходила влево и вверх, где на возвышении виднелись очертания кривого дерева. Я поднялся и чтобы окончательно придти в себя, умыл лицо водой из ручья. Затем поколебавшись, всё же напился. Я хотел было уже двинуться дальше, но тут до меня долетели… выстрелы, крики и ещё бог знает что. Минуту спустя на тропинке показалась быстро бегущая фигура. Лунный свет высветил из мрака, лицо, перекошенное от ужаса, с искажёнными до нечеловеческого состояния чертами. Но несмотря, ни на что, это всё же был человек, первый человек, встреченный мною в этом кошмарном месте, и я подался ему на встречу. Встретившись со мною взглядом, неизвестный пробормотал какие-то слова на непонятном, но напевном и красивом языке, после чего побежал дальше. Но неожиданно споткнулся и упал. Он попробовал встать, но не сумел. Обернувшись назад, он дико закричал и закрыл лицо руками. Затем, однако, мотнул головою, и принялся биться об землю ногами и руками, делая такие движения, словно пытался вырваться из чьих-то невидимых рук. После выхватил пистолет и наставил его сначала куда-то в сторону, а когда тот дал осечку, снова закричал и принялся отбиваться от невидимых противников. Наконец, сделал резкое движение и приставил пистолет к своей голове.
Несмотря ни на какие пережитые мною треволнения, я как оказалось, не потерял быстроты и ловкости. В мгновение ока, оказался рядом с незнакомцем, и вырвал пистолет из его рук. Когда же тот, оттолкнув меня в сторону, вытащил кортик и попробовал зарезаться им, я кинулся на него и некоторое время мы беззвучно катались по земле. При этом я ощутил, что мой противник не слишком отстаёт от меня физически, а учитывая всё то, что мне удалось пережить и сколько сил истратить, даже приближается. Моряк, а судя по всему, это был именно моряк, дрался, как безумный. Кончилось всё это тем, что я хорошенько съездил ему по голове, и это на некоторое время вывело его из строя. Пока он прибывал без сознания, я обыскал его и убрал подальше от него кортик и пистолет. Кроме того оглядев его одежду, я пришёл к выводу, что она мне что-то напоминает и уж точно является формою матроса. Очень кстати мне удалось обнаружить у него флягу с водою. Её я тоже положил к себе в карман, при этом впервые отметив про себя странный покрой собственной одежды. Несмотря на застывшую на ней чёрную грязь, даже при свете луны было видно, что одежда моя не бедная и сшита добротно, и вообще каким-то непостижимым образом умудрилась сохранить свой облик, вопреки всем передрягам, в которых побывал её хозяин. Даже туфли на ногах сохранились…
Так кем же я был, пока не попал в это зловещее место? Меч, ныне висевший у меня на поясе, напоминал о чём-то очень важном, но о чём, я никак не мог вспомнить. Само же моё платье, говорило о том, что я не был бродягой или каким-нибудь нищим…
Но кем я был, я не помнил…
Снизу снова долетели выстрелы и крики, и более того, до моего слуха долетело уже знакомое хрюканье и хлюпанье.
Как бы в ответ на это, моя жертва моментально пришла в себя и попробовала броситься прочь. Но я удержал его ещё раз стукнув, на этот раз не так сильно. Затем, чтобы привести в чувство ударил несколько раз по лицу. И тут вдруг это подействовало. Лицо у моряка немного прояснилось, взгляд стал более осмысленным а, задержавшись на мне, просветлел. Он нервно сглотнул и с трудом выдавил из себя:
- ОНИ идут сюда!..
И я понял его, хотя и не разобрал язык, на котором он произнёс эту фразу, так же как не имел понятия в дальнейшем, на каком языке или языках мы общались с ним. Я понял, что он говорит о тех самых хлюпающих тварях с выпуклыми глазами.
Матрос попробовал встать, но не смог. Тогда я пришёл к нему на помощь. Поддерживая его, мы двинулся вниз по тропе, ибо другого пути всё равно не было. Позади, то есть вверху, оставалось то неизвестное чудовище, из тисков, которого мне удалось вырваться с таким трудом. А внизу или впереди, доносились звуки этих омерзительных тварей. Но я надеялся, что пока тропа дойдёт до того места, у меня ещё будет возможность куда-нибудь свернуть с неё. Мой неожиданный попутчик, вначале воспротивился идти обратно, но когда я сказал ему, что не пойду туда, успокоился и потерял сознание.
Мои расчеты оказались верными, вскоре у меня появилась возможность свернуть с тропы. Идти было тяжело, пришлось сначала карабкаться вверх, а после спускаться вниз по отлогому склону, а это ещё учитывая то, что мне пришлось тащить на себе несчастного матроса.
Оказавшись на более-менее пологом месте, я остановился для того, чтобы передохнуть. С той стороны, откуда мы пришли, донеслись пронзительные крики, а затем отвратительные хлюпающие звуки и шлёпанье, такие словно, по камням вверх карабкается целая орава этой самой нечисти. Затем всё стихло. Ночь же, как ни странно не думала кончаться, а тянулась таким манером, словно её кто-то нарочно растянул.
Мой ново обретённый товарищ начал приходить в себя. Он открыл глаза и слабо пробормотал:
- Пить…
Я извлёк из кармана фляжку и поднёс её к губам матроса. Тот сделал несколько жадных глотков. После чего откинул голову и задышал часто-часто. Затем посмотрел на меня и тихо, почти не размыкая губ, спросил:
- Где Донованн, Кеоллак и Ардгалл? Что ОНИ сделали с ними?
При этих словах, он попробовал подняться, повторяя:
- Драться, немедля драться! Сыны Ириэнна к оружию!
Видя, что он всё равно не успокоится, я помог ему подняться. Он встал и отстранил меня, сказав:
- Братишка, я попробую сам.
Он сделал несколько неверных шагов, но не упал и даже не покачнулся. Вскоре мы уже карабкались вверх, возвращаясь к тропе. Выйдя на неё, матрос, огляделся по сторонам и прислушался. Кругом стояла тишина, но он, судя по всему, не верил ей и считал обманом и иллюзией, потому, что приложил палец к губам и сказал мне:
- ОНИ повсюду. Я знаю это. ОНИ таятся. Весь остров полон ИМИ. Но ОНИ не возьмут нас так просто. Мы должны отыскать Донованна, Кеоллака и Ардгалла. Должны, пока ещё не поздно.
С этими словами он закрыл глаза и покачнулся. Но я во время подоспел ему на помощь. Придя в себя, он снова отстранил меня и прошептал:
- Я сам, братишка, я сам…
Медленно и осторожно, мы двинулись по тропе. Через некоторое время вышли на какой-то пологий откос. И начали крутой спуск. Тропа шла вперёд, сильно извиваясь, она, то резко спускалась со скал, то пересекала ложбины: то и дело, совершая неимоверные зигзаги, обходила колоссальные нагромождения породы. Наверное целый час длился этот трудный спуск. Сумерки стали редеть, когда окружающий рельеф сделался отложе. Тропа шла уже по какому-то склону, петляя между скал и серых валунов. В тоже время делалась шире и ровнее, опускаясь всё ниже и ниже.
В конце концов, мы оказались в зарослях не то кустов, не то карликовых деревьев. Внезапно мой спутник остановился и, сняв что-то с крайнего куста, принялся рассматривать этот предмет. Я подошёл к нему и он показал мне кусок ткани. Она была того же цвета что и одежда моего товарища.
- Один из них был здесь. Но кто? – пробормотал он и я понял, что он говорит об одном из своих потерянных друзей.
- Пойдём этим же путём, братишка. – сказал он и мы пошли.
- Как твоё имя, брат? – спросил его я. – И как ты оказался на этом острове?
Он наморщил лоб, старательно припоминая, наконец, переспросил:
- Моё имя? Что-то память плохо служит мне!
- Странное дело, - усмехнулся я, - ты помнишь имена своих товарищей, но не помнишь своего?!
- Выходит, что так. – грустно отозвался матрос. – В моей памяти всё время всплывает два имени: Лиам и Ниалл.
- Предположим, что ты – Лиам. – махнул я рукой. – Как ты и твои товарищи попали сюда?
- Я не помню, совсем ничего не помню… - проговорил он, внезапно впадая в какое-то отчаяние и хватаясь за голову. – Я помню лишь ночь и этих тварей. Хотя нет. Я припоминаю ещё что-то. – он на мгновение остановился и прикрыл глаза. – Донованн и я отправились набрать воды из ручья… Но это вроде бы было на закате… хотя я не помню… Нет, нет, мы брали воду вчетвером… было жарко, до невозможности хотелось пить… а вода в ручье была такая прозрачная… мы напились её, а дальше я не помню… хотя нет, помню… кошмар…
Помолчав и совладав с собою, он продолжил:
- Свет померк. Я потерял сознание, когда очнулся кругом, были ОНИ. ОНИ были повсюду. ОНИ лезли и лезли со всех сторон. ОНИ пытались захватить меня, но я бежал. ОНИ преследовали меня, а дальше, я ничего не помню…
Пока мы шли совсем рассвело. Путь вывел на небольшую тропу, которая привела нас в небольшое ущелье. И тут… нашим взорам предстала печальная картина. Двое матросов с измождёнными и осунувшимися лицами, на которых застыло почти, что одинаковое выражение ужаса и муки, в такой же форме, как и Лиам, лежали друг напротив друга. Одежда обоих была изодранной и выпачканной кровью. Тела и руки их были испещрены ранами и отметинами от когтей и зубов. В руках же их были зажаты кортики. Сомнения не оставалось, они закололи друг друга.
- Покровители морей, сжальтесь над нами! – вскричал мой спутник и кинулся к неподвижным и распростёртым телам. – Кеоллак! Ардгалл!..
У него закружилась голова и подкосились ноги. Как ни странно, у меня вдруг тоже. Когда приступы внезапной немочи прошли, матрос и я сказали почти одновременно:
- Твари! Это были ОНИ!..
И мы оба поёжились, оглядываясь по сторонам. Нам почудилось на мгновение, что мы не одни, и что за нами следит, и следил все это время чей-то неусыпный и бдительный взгляд.
Я вытащил пистолет и наставил его в ту сторону, откуда как мне померещилось, исходила чья-то недобрая воля. Но там были лишь камни.
- Мы должны спрятать их тела, мы не должны оставлять их на поругание этим мерзким тварям! – вскричал Лиам, с какой-то внезапной горячностью, которая передалась и мне. Мы принялись за работу. Из чудом подвернувшихся тут же деревьев, я своим мечом нарубил прутьев. Лиам снял с себя бушлат, и мы вместе соорудили подобие носилок. Положили на них несчастных и пустились в обратный путь. Всюду росли кривые и колючие кусты, переплетённые между собой. Некоторое время нам пришлось продираться сквозь них. Идти так пришлось долго, к тому времени, солнце уже давным-давно встало и поднялось в небе. Неожиданно мы вышли на тропинку, хотя скорее не тропинку, а тонкую и узкую полосу глины, шедшую меж двух склонов. Тут до нас стали долетать какие-то звуки. Лиам начал встревожено озираться по сторонам, и в глазах его появился панический страх. Недолго думая, мы пустились по этой самой тропе. Мы шли уже некоторое время, когда позади послышались звуки, походившие на шум приближающихся шагов. Это заставило нас прибавить ходу. Постепенно звуки делались всё тише и тише, пока совсем не стихли. Мы оторвались от своих преследователей, кем бы они ни были. Оба мы оказались на краю ущелья. Чуть поодаль Лиам заприметил небольшой чёрный проход. Поскольку до нас снова стали долетать те же непонятные и от того зловещие звуки, мы не стали особенно колебаться и в мгновение ока, скрылись в пещере. Двинулись тёмным коридором, ведшим в черноту. Некоторое время шли в полном мраке. Однако недолго. В скором времени впереди забрезжил свет и коридор привёл нас на довольно ровную скальную площадку.
- Оставим их здесь, - сказал Лиам, - сюда ОНИ не посмеют приидти.
Я посмотрел на него удивлённо:
- Почему ты так думаешь?
- Знак, я нарисую знак… и ОНИ не посмеют…
Мы опустили носилки, и для чего-то, я до сих пор не могу понять, для чего, положили обоих, таким образом, каким обнаружили.
Затем Лиам опустился на колена подле прохода и начертил какой-то знак, сопроводив его надписью таинственными письменами, то ли рунами, то ли ещё чем-то.
Тут до нас долетело эхо. Мы оба вздрогнули и впились глазами в черноту, царившую в коридоре, что привёл нас сюда. Я передал Лиаму пистолет, а сам выставил вперёд меч. Прошла минута, другая. Всё было тихо. Мы прождали ещё некоторое время. После чего тронулись в обратный путь.
Дальнейшее я запомнил плохо, расплывчатыми смутными образами. Я помнил как внезапно опустилась ночь, а с нею пришли кошмары. Как я и Лиам были на пороге безумия и самоубийства.
Но, как, ни странно, вместе нам удалось пережить всё это…
Утром мы взялись за постройку плота. Я рассудил, что раз уж мы, по словам Лиама, находимся на острове, то, следовательно, с него можно выбраться по воде, а точнее по морю. Последнего, правда, мне до той поры так и не удалось обнаружить, но опять же, со слов Лиама, оно должно было быть где-то поблизости.
Мы отправились в близлежащую рощу, которая как оказалось выходила к самому морю, и там я принялся орудовать мечом, который, как выяснилось, мой спутник не видел, но тем не менее отчего-то этому совсем не удивлялся, как до того не удивился встрече со мной. Он видно отнёс всё это к какому-то чуду, которое было ниспослано ему Покровителями Морей.
Я нарубил брёвен и лиан, и матрос тщательно обработал их своим кортиком, который я вернул ему.
Ближе к вечеру плот был готов и мы, не желая более оставаться на этом кошмарном острове, спустили его на воду.
Дальнейшее плохо сохранилось в моей памяти. Смутно проступали внезапно разразившаяся буря, волны, бушующая беспощадная стихия и молитвы Лиама…

© Copyright: Даннаис дде Даненн, 2014

Регистрационный номер №0254550

от 22 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0254550 выдан для произведения:
Глава Тринадцатая
Приключения Юджина (Продолжение)

В себя я пришёл от того, что было очень мокро. Оказалось, что я угодил в ручей, который вытекал откуда-то из-под камней и пересекал тропу, на которую я обвалился сверху.
Тропа же здесь стремительно уходила влево и вверх, где на возвышении виднелись очертания кривого дерева. Я поднялся и чтобы окончательно придти в себя, умыл лицо водой из ручья. Затем поколебавшись, всё же напился. Я хотел было уже двинуться дальше, но тут до меня долетели… выстрелы, крики и ещё бог знает что. Минуту спустя на тропинке показалась быстро бегущая фигура. Лунный свет высветил из мрака, лицо, перекошенное от ужаса, с искажёнными до нечеловеческого состояния чертами. Но несмотря, ни на что, это всё же был человек, первый человек, встреченный мною в этом кошмарном месте, и я подался ему на встречу. Встретившись со мною взглядом, неизвестный пробормотал какие-то слова на непонятном, но напевном и красивом языке, после чего побежал дальше. Но неожиданно споткнулся и упал. Он попробовал встать, но не сумел. Обернувшись назад, он дико закричал и закрыл лицо руками. Затем, однако, мотнул головою, и принялся биться об землю ногами и руками, делая такие движения, словно пытался вырваться из чьих-то невидимых рук. После выхватил пистолет и наставил его сначала куда-то в сторону, а когда тот дал осечку, снова закричал и принялся отбиваться от невидимых противников. Наконец, сделал резкое движение и приставил пистолет к своей голове.
Несмотря ни на какие пережитые мною треволнения, я как оказалось, не потерял быстроты и ловкости. В мгновение ока, оказался рядом с незнакомцем, и вырвал пистолет из его рук. Когда же тот, оттолкнув меня в сторону, вытащил кортик и попробовал зарезаться им, я кинулся на него и некоторое время мы беззвучно катались по земле. При этом я ощутил, что мой противник не слишком отстаёт от меня физически, а учитывая всё то, что мне удалось пережить и сколько сил истратить, даже приближается. Моряк, а судя по всему, это был именно моряк, дрался, как безумный. Кончилось всё это тем, что я хорошенько съездил ему по голове, и это на некоторое время вывело его из строя. Пока он прибывал без сознания, я обыскал его и убрал подальше от него кортик и пистолет. Кроме того оглядев его одежду, я пришёл к выводу, что она мне что-то напоминает и уж точно является формою матроса. Очень кстати мне удалось обнаружить у него флягу с водою. Её я тоже положил к себе в карман, при этом впервые отметив про себя странный покрой собственной одежды. Несмотря на застывшую на ней чёрную грязь, даже при свете луны было видно, что одежда моя не бедная и сшита добротно, и вообще каким-то непостижимым образом умудрилась сохранить свой облик, вопреки всем передрягам, в которых побывал её хозяин. Даже туфли на ногах сохранились…
Так кем же я был, пока не попал в это зловещее место? Меч, ныне висевший у меня на поясе, напоминал о чём-то очень важном, но о чём, я никак не мог вспомнить. Само же моё платье, говорило о том, что я не был бродягой или каким-нибудь нищим…
Но кем я был, я не помнил…
Снизу снова долетели выстрелы и крики, и более того, до моего слуха долетело уже знакомое хрюканье и хлюпанье.
Как бы в ответ на это, моя жертва моментально пришла в себя и попробовала броситься прочь. Но я удержал его ещё раз стукнув, на этот раз не так сильно. Затем, чтобы привести в чувство ударил несколько раз по лицу. И тут вдруг это подействовало. Лицо у моряка немного прояснилось, взгляд стал более осмысленным а, задержавшись на мне, просветлел. Он нервно сглотнул и с трудом выдавил из себя:
- ОНИ идут сюда!..
И я понял его, хотя и не разобрал язык, на котором он произнёс эту фразу, так же как не имел понятия в дальнейшем, на каком языке или языках мы общались с ним. Я понял, что он говорит о тех самых хлюпающих тварях с выпуклыми глазами.
Матрос попробовал встать, но не смог. Тогда я пришёл к нему на помощь. Поддерживая его, мы двинулся вниз по тропе, ибо другого пути всё равно не было. Позади, то есть вверху, оставалось то неизвестное чудовище, из тисков, которого мне удалось вырваться с таким трудом. А внизу или впереди, доносились звуки этих омерзительных тварей. Но я надеялся, что пока тропа дойдёт до того места, у меня ещё будет возможность куда-нибудь свернуть с неё. Мой неожиданный попутчик, вначале воспротивился идти обратно, но когда я сказал ему, что не пойду туда, успокоился и потерял сознание.
Мои расчеты оказались верными, вскоре у меня появилась возможность свернуть с тропы. Идти было тяжело, пришлось сначала карабкаться вверх, а после спускаться вниз по отлогому склону, а это ещё учитывая то, что мне пришлось тащить на себе несчастного матроса.
Оказавшись на более-менее пологом месте, я остановился для того, чтобы передохнуть. С той стороны, откуда мы пришли, донеслись пронзительные крики, а затем отвратительные хлюпающие звуки и шлёпанье, такие словно, по камням вверх карабкается целая орава этой самой нечисти. Затем всё стихло. Ночь же, как ни странно не думала кончаться, а тянулась таким манером, словно её кто-то нарочно растянул.
Мой ново обретённый товарищ начал приходить в себя. Он открыл глаза и слабо пробормотал:
- Пить…
Я извлёк из кармана фляжку и поднёс её к губам матроса. Тот сделал несколько жадных глотков. После чего откинул голову и задышал часто-часто. Затем посмотрел на меня и тихо, почти не размыкая губ, спросил:
- Где Донованн, Кеоллак и Ардгалл? Что ОНИ сделали с ними?
При этих словах, он попробовал подняться, повторяя:
- Драться, немедля драться! Сыны Ириэнна к оружию!
Видя, что он всё равно не успокоится, я помог ему подняться. Он встал и отстранил меня, сказав:
- Братишка, я попробую сам.
Он сделал несколько неверных шагов, но не упал и даже не покачнулся. Вскоре мы уже карабкались вверх, возвращаясь к тропе. Выйдя на неё, матрос, огляделся по сторонам и прислушался. Кругом стояла тишина, но он, судя по всему, не верил ей и считал обманом и иллюзией, потому, что приложил палец к губам и сказал мне:
- ОНИ повсюду. Я знаю это. ОНИ таятся. Весь остров полон ИМИ. Но ОНИ не возьмут нас так просто. Мы должны отыскать Донованна, Кеоллака и Ардгалла. Должны, пока ещё не поздно.
С этими словами он закрыл глаза и покачнулся. Но я во время подоспел ему на помощь. Придя в себя, он снова отстранил меня и прошептал:
- Я сам, братишка, я сам…
Медленно и осторожно, мы двинулись по тропе. Через некоторое время вышли на какой-то пологий откос. И начали крутой спуск. Тропа шла вперёд, сильно извиваясь, она, то резко спускалась со скал, то пересекала ложбины: то и дело, совершая неимоверные зигзаги, обходила колоссальные нагромождения породы. Наверное целый час длился этот трудный спуск. Сумерки стали редеть, когда окружающий рельеф сделался отложе. Тропа шла уже по какому-то склону, петляя между скал и серых валунов. В тоже время делалась шире и ровнее, опускаясь всё ниже и ниже.
В конце концов, мы оказались в зарослях не то кустов, не то карликовых деревьев. Внезапно мой спутник остановился и, сняв что-то с крайнего куста, принялся рассматривать этот предмет. Я подошёл к нему и он показал мне кусок ткани. Она была того же цвета что и одежда моего товарища.
- Один из них был здесь. Но кто? – пробормотал он и я понял, что он говорит об одном из своих потерянных друзей.
- Пойдём этим же путём, братишка. – сказал он и мы пошли.
- Как твоё имя, брат? – спросил его я. – И как ты оказался на этом острове?
Он наморщил лоб, старательно припоминая, наконец, переспросил:
- Моё имя? Что-то память плохо служит мне!
- Странное дело, - усмехнулся я, - ты помнишь имена своих товарищей, но не помнишь своего?!
- Выходит, что так. – грустно отозвался матрос. – В моей памяти всё время всплывает два имени: Лиам и Ниалл.
- Предположим, что ты – Лиам. – махнул я рукой. – Как ты и твои товарищи попали сюда?
- Я не помню, совсем ничего не помню… - проговорил он, внезапно впадая в какое-то отчаяние и хватаясь за голову. – Я помню лишь ночь и этих тварей. Хотя нет. Я припоминаю ещё что-то. – он на мгновение остановился и прикрыл глаза. – Донованн и я отправились набрать воды из ручья… Но это вроде бы было на закате… хотя я не помню… Нет, нет, мы брали воду вчетвером… было жарко, до невозможности хотелось пить… а вода в ручье была такая прозрачная… мы напились её, а дальше я не помню… хотя нет, помню… кошмар…
Помолчав и совладав с собою, он продолжил:
- Свет померк. Я потерял сознание, когда очнулся кругом, были ОНИ. ОНИ были повсюду. ОНИ лезли и лезли со всех сторон. ОНИ пытались захватить меня, но я бежал. ОНИ преследовали меня, а дальше, я ничего не помню…
Пока мы шли совсем рассвело. Путь вывел на небольшую тропу, которая привела нас в небольшое ущелье. И тут… нашим взорам предстала печальная картина. Двое матросов с измождёнными и осунувшимися лицами, на которых застыло почти, что одинаковое выражение ужаса и муки, в такой же форме, как и Лиам, лежали друг напротив друга. Одежда обоих была изодранной и выпачканной кровью. Тела и руки их были испещрены ранами и отметинами от когтей и зубов. В руках же их были зажаты кортики. Сомнения не оставалось, они закололи друг друга.
- Покровители морей, сжальтесь над нами! – вскричал мой спутник и кинулся к неподвижным и распростёртым телам. – Кеоллак! Ардгалл!..
У него закружилась голова и подкосились ноги. Как ни странно, у меня вдруг тоже. Когда приступы внезапной немочи прошли, матрос и я сказали почти одновременно:
- Твари! Это были ОНИ!..
И мы оба поёжились, оглядываясь по сторонам. Нам почудилось на мгновение, что мы не одни, и что за нами следит, и следил все это время чей-то неусыпный и бдительный взгляд.
Я вытащил пистолет и наставил его в ту сторону, откуда как мне померещилось, исходила чья-то недобрая воля. Но там были лишь камни.
- Мы должны спрятать их тела, мы не должны оставлять их на поругание этим мерзким тварям! – вскричал Лиам, с какой-то внезапной горячностью, которая передалась и мне. Мы принялись за работу. Из чудом подвернувшихся тут же деревьев, я своим мечом нарубил прутьев. Лиам снял с себя бушлат, и мы вместе соорудили подобие носилок. Положили на них несчастных и пустились в обратный путь. Всюду росли кривые и колючие кусты, переплетённые между собой. Некоторое время нам пришлось продираться сквозь них. Идти так пришлось долго, к тому времени, солнце уже давным-давно встало и поднялось в небе. Неожиданно мы вышли на тропинку, хотя скорее не тропинку, а тонкую и узкую полосу глины, шедшую меж двух склонов. Тут до нас стали долетать какие-то звуки. Лиам начал встревожено озираться по сторонам, и в глазах его появился панический страх. Недолго думая, мы пустились по этой самой тропе. Мы шли уже некоторое время, когда позади послышались звуки, походившие на шум приближающихся шагов. Это заставило нас прибавить ходу. Постепенно звуки делались всё тише и тише, пока совсем не стихли. Мы оторвались от своих преследователей, кем бы они ни были. Оба мы оказались на краю ущелья. Чуть поодаль Лиам заприметил небольшой чёрный проход. Поскольку до нас снова стали долетать те же непонятные и от того зловещие звуки, мы не стали особенно колебаться и в мгновение ока, скрылись в пещере. Двинулись тёмным коридором, ведшим в черноту. Некоторое время шли в полном мраке. Однако недолго. В скором времени впереди забрезжил свет и коридор привёл нас на довольно ровную скальную площадку.
- Оставим их здесь, - сказал Лиам, - сюда ОНИ не посмеют приидти.
Я посмотрел на него удивлённо:
- Почему ты так думаешь?
- Знак, я нарисую знак… и ОНИ не посмеют…
Мы опустили носилки, и для чего-то, я до сих пор не могу понять, для чего, положили обоих, таким образом, каким обнаружили.
Затем Лиам опустился на колена подле прохода и начертил какой-то знак, сопроводив его надписью таинственными письменами, то ли рунами, то ли ещё чем-то.
Тут до нас долетело эхо. Мы оба вздрогнули и впились глазами в черноту, царившую в коридоре, что привёл нас сюда. Я передал Лиаму пистолет, а сам выставил вперёд меч. Прошла минута, другая. Всё было тихо. Мы прождали ещё некоторое время. После чего тронулись в обратный путь.
Дальнейшее я запомнил плохо, расплывчатыми смутными образами. Я помнил как внезапно опустилась ночь, а с нею пришли кошмары. Как я и Лиам были на пороге безумия и самоубийства.
Но, как, ни странно, вместе нам удалось пережить всё это…
Утром мы взялись за постройку плота. Я рассудил, что раз уж мы, по словам Лиама, находимся на острове, то, следовательно, с него можно выбраться по воде, а точнее по морю. Последнего, правда, мне до той поры так и не удалось обнаружить, но опять же, со слов Лиама, оно должно было быть где-то поблизости.
Мы отправились в близлежащую рощу, которая как оказалось выходила к самому морю, и там я принялся орудовать мечом, который, как выяснилось, мой спутник не видел, но тем не менее отчего-то этому совсем не удивлялся, как до того не удивился встрече со мной. Он видно отнёс всё это к какому-то чуду, которое было ниспослано ему Покровителями Морей.
Я нарубил брёвен и лиан, и матрос тщательно обработал их своим кортиком, который я вернул ему.
Ближе к вечеру плот был готов и мы, не желая более оставаться на этом кошмарном острове, спустили его на воду.
Дальнейшее плохо сохранилось в моей памяти. Смутно проступали внезапно разразившаяся буря, волны, бушующая беспощадная стихия и молитвы Лиама…
Рейтинг: 0 169 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!