ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени Волюм 2 Часть 2 Глава 11

 

Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени Волюм 2 Часть 2 Глава 11

20 ноября 2014 - Даннаис дде Даненн
Глава Одиннадцатая
Голос

Капитан, пассажиры и несколько матросов, находились на палубе. Взоры всех были устремлены на остров, окутанный никогда не проходящей дымкой, озаряемой тусклым светом умирающей луны.
Все как зачарованные глядели на расплывчатые очертания скал и берегов, не в силах отвести глаз. Словно остров посылал какие-то незримые и неподдающиеся описанию импульсы, которые влекли и манили к нему, вопреки внутреннему чувству и здравому смыслу. Он же звал, он нашёптывал слова на странном наречии, состоящем из одних труднопроизносимых звуков.
Голос шептал и сопровождал свою речь видениями: огромные циклопические города, сложенные из титанических блоков, то и дело меняющие свои формы и размеры, вставали из глубин самой бездны. Громадные монолиты взметали свои остроконечные зубчатые вершины в небо, переливающееся бешеным набором непередаваемых красок и испещрённое чёрными сверкающими звёздами. Ни на что не похожие письмена, которыми были сплошь покрыты гигантские стены, непросто таили в себе смысл, а истончали его, смысл, который один способен сокрушить всё на своём пути. И всюду звучал голос, исходящий отовсюду и в тоже время ниоткуда, голос, во истину таковым не являющийся, а являющийся каким-то непередаваемым хаотическим ощущением, которое лишь силой воображения было возможно преобразовать в звук. Лишь два слова звучали в нём членораздельно и ясно, а именно «Ктулху» и «Рлайх». Было это так, словно эти два слова были вкраплением чьего-то иного языка, ненавистного и проклинаемого, теми, что не могли пока произнести эти слова на собственном наречии.
Тут откуда-то подул ветер, и словно бы разрушил злые чары, наложенные островом. Люди будто пробудились ото сна, они зашевелились и стали хвататься за головы, издавая сдавленные стоны и шепча бессвязные слова.
Через какое-то время некоторые из них, в том числе и капитан, бросили взгляд на остров.
На какое-то мгновение их глаза остановились на залитых лунным светом водах, заполнявших пространство между пакетботом и берегом. Тут они с ужасом обнаружили, что их поверхность больше не была мирно покачивающейся и пустынной. Нет, она вдруг оказалась заполненной каким-то кишащим множеством едва различимых теней, которые двигались в тусклом свете, плывя по направлению к судну. Они были ещё далеко, но расстояние быстро сокращалось и невообразимый гул, из хлюпающих, квакающих и булькающих звуков нарастал, становясь всё ближе и громче.
Капитан не растерялся и отдал приказ канонирам приготовить пушки, и велел матросам заняться парусами.
Канониры в мгновение ока, приготовили орудия к бою, и капитан отдал приказ стрелять, из всех восьми пушек разом, стрелять по этой клокочущей и приближающейся массе.
Мощные залпы нарушили извечно царивший и столь мнимый покой склепа и заглушили собою звуки плывущих тварей. Но лишь на миг. Ибо после последовали ужасные, рвущие барабанные перепонки и останавливающие сердце вопли. В них не было ничего общего с чем-либо человеческим или принадлежащим хоть каким-нибудь земным созданиям.
Вода стала мутной и вязкой, словно обратилась в трясину. Те твари,  которых не настигли снаряды, вопили всё громче и громче. Вот уже стало понятно, что это не просто вопли, а какие-то своего рода ритуальные взывания. Голоса же великого множества этих тварей, продолжали повышаться, переходя в какой-то ультразвук и достигая апогея своего звучания.
Капитан уже успел отдать приказ. Паруса были налажены, пакетбот развёрнут и подгоняемый сильным попутным ветром, устремился прочь от всей этой какофонии. «Загадочная незнакомка» успела уйти на порядочное расстояние, когда взорам и слуху предстало нечто ещё более ужасающее и впечатляющее.
В воде на много миль вокруг образовалась вращающаяся воронка огромной величины. Корабль стремительно затягивало в неё. Завязалась упорная битва. Моряки пытались удержать и вывести злосчастное судно. Но попытки их были тщетны. И тут всё само закончилось. Воронка исчезла или замерла. Зато из того места, где она только, что была, стала вылезать чудовищных размеров фигура. Это был исполин с антропоморфными, но ярко выраженными чертами рыбы и амфибии. Он издал клокочущий рык или вопль и восстал из глубин.
Капитан велел подготовить все шестнадцать пушек и пустить пакетбот полным ходом. Как и можно было ожидать, чудовище ринулось следом. Оно стремительно приближалось и когда оно не то плыло, не то шагало по водам, те начинали бешено колыхаться. Огромные волны стали подниматься и стремительно низвергаться в пучину, то поднимая корабль, то немилосердно швыряя его вниз.
Ветер подул яростнее и принялся нещадно рвать паруса. Приближался шторм. Но именно он и ничто иное, спас пакетбот от чудовища.

***

Два дня корабль носило по бушующей стихии. Два дня он держался твёрдо и непреклонно. Страшные порывы ветра несли его неизвестно куда. Ни день, ни ночь не смолкала буря. Все времена суток перемешались, ибо в окутанном туманом, чёрным сумраком и грозовой пеленой, небе не было различимо ни звёзд, ни луны, ни солнца.
На третий день шторм внезапно стих. Сонное утро рассыпало свои багряные краски по белым барашкам едва колышущихся волн.
Сильно потрёпанная «Загадочная незнакомка» снова нуждалась в ремонте и на этот раз более основательном и серьёзном.
Капитан сделал новую попытку рассчитать курс и у него это получилось. По его расчетам пакетбот находился в том самом месте, где его впервые настиг шторм. До берегов Испании оставались какие-то сутки пути.
Всё повторялось, но только в каком-то обратном порядке.
Дела обстояли не слишком хорошо, но и не слишком плохо. Сутки наше судно могло выдержать.
Кроме того произошло чудо: бедолага, которого мы выловили в море, и который всё это время находился на пороге смерти, пошёл на поправку.
Как нам передала мисс Присли, он впал в странное состояние в ту ночь, когда мы покидали страшный остров и когда подверглись преследованию неведомых тварей и морского чудовища, которого те вызвали. После же во время скитания пакетбота по бушующим волнам, он нежданно стал приходить в себя. Вот француз, наоборот. В ту ночь он бился в страшной агонии, которая не отпускала его на протяжении всех этих нескольких дней и, в конце концов, мисс Присли, оставившая его на несколько минут, нашла его мёртвым. Поскольку предать его тело огню не было возможности, да и он собственно не был ирландцем, его предали воде.
После того, как было законченно погребение, капитан созвал нас всех, включая многих матросов, на совещание.
- Господа, - начал он, - вы сами понимаете, что всё то, что случилось с нами, не поддаётся никакому здравому объяснению. Но, тем не менее, оно случилось, и мы должны это признать и смириться со случившимся. Мы потеряли двоих человек во время сражения с пиратским бригом, ещё двоих матросов плюс одного пассажира во время шторма.
При упоминании об Юджине, я потупила глаза.
Капитан же продолжил:
- Шестерых потеряли мы на острове. Ещё один умер совсем недавно и уже здесь, на корабле. Всего двенадцать человек погибло за время нашего пути. Как я смогу объяснить всё это семьям погибших и своему начальству? Что я могу сказать ему? Кто вообще в здравом уме поверит во всё то, что произошло с нами?
Положение было не из лёгких. Капитан был прав. Объяснить гибель двенадцати человек было невозможно, но ведь как-то всё-таки надо было её объяснить. Все долго молчали, сидя понурив и опустив головы. Наконец, Дуглас сказал:
- Господин капитан, думаю, единственным объяснением будет то, что на нас напали пираты и в битве с ними мы потеряли всех этих людей.
Все согласились, одобряя предложение помощника капитана.
- А как доказательство сего – наш спасённый. – добавил Ниалл.
- Что ж, - проговорил, поднимаясь, капитан, - да будет так.
- Знаете, - внезапно сказал Ниалл, - если бы не эта вторая буря, то нам бы худо пришлось. Это нечто… то есть я хотел сказать пираты, настигли бы нас.
- Именно. – кивнул Дуглас.
Я промолчала, хотя могла бы кое-что сказать. Но кто бы поверил? Я и сама не слишком верила, в то, что видела уже неоднократно.
Перед тем как разыгрался шторм, близ себя я заметила снова того, неизвестного. Он улыбнулся мне, ободряюще и ласково. Поднял руки и направил их в сторону чудовища. Сильный поток яркого и прекрасного света ударил по тому, и оно ушло обратно в свою пучину. Вот после этого-то и разбушевалась непогода. А неизвестный скрылся, словно его не было. Никто кроме меня, как и раньше, его не видел. А я продолжала ломать голову, был ли он на самом деле, или был лишь частью моего воображения. Ибо если был, то кто он и отчего помогал?
Но на этом потрясения и загадки не закончились. Капитан и мы, многие из пассажиров, стояли на палубе. С тоскою, и какой-то безотрадностью и подозрением глядели на спокойный, и ласковый простор моря. С каким трудом теперь верилось в счастье. Как тяжело было избавиться от пережитых впечатлений, забыть видения, посещавшие нас. В таком состоянии пребывали мы все. Несмотря на своё спасение, не находили радости. Многим из нас казалось, что погибнуть в пучине, было бы лучшем спасением для души, навеки лишённой отныне покоя и веры в лучшее мира. Какого же было удивление и одновременно ужас нас и капитана, когда вдали замаячил какой-то предмет.
Он плыл по направлению к нашему судну. Сначала все мы со страхом взирали на него. Первым позывом было кинуться прочь от него и так и остаться в неведении насчёт того, что это может быть. Очень уж много узналось нами такого, чего бы мы предпочли никогда не знать.
Но вот он приблизился и тогда, все увидели, что это грубо сколоченный плот с двумя пассажирами на борту. То, что пассажиры, по всей видимости, оказались людьми, а не какими-нибудь неведомыми и ужасными тварями или чудовищами, успокоило и утешило всех.
По приказанию капитана на воду спустили шлюпку. Матросы выловили неизвестных и погрузили в неё. Оба они были без сознания, но были живы. Каково же было изумление, когда мы узнали тех, кого выловили. Ими оказались Юджин и Лиам.

© Copyright: Даннаис дде Даненн, 2014

Регистрационный номер №0254141

от 20 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0254141 выдан для произведения:
Глава Одиннадцатая
Голос

Капитан, пассажиры и несколько матросов, находились на палубе. Взоры всех были устремлены на остров, окутанный никогда не проходящей дымкой, озаряемой тусклым светом умирающей луны.
Все как зачарованные глядели на расплывчатые очертания скал и берегов, не в силах отвести глаз. Словно остров посылал какие-то незримые и неподдающиеся описанию импульсы, которые влекли и манили к нему, вопреки внутреннему чувству и здравому смыслу. Он же звал, он нашёптывал слова на странном наречии, состоящем из одних труднопроизносимых звуков.
Голос шептал и сопровождал свою речь видениями: огромные циклопические города, сложенные из титанических блоков, то и дело меняющие свои формы и размеры, вставали из глубин самой бездны. Громадные монолиты взметали свои остроконечные зубчатые вершины в небо, переливающееся бешеным набором непередаваемых красок и испещрённое чёрными сверкающими звёздами. Ни на что не похожие письмена, которыми были сплошь покрыты гигантские стены, непросто таили в себе смысл, а истончали его, смысл, который один способен сокрушить всё на своём пути. И всюду звучал голос, исходящий отовсюду и в тоже время ниоткуда, голос, во истину таковым не являющийся, а являющийся каким-то непередаваемым хаотическим ощущением, которое лишь силой воображения было возможно преобразовать в звук. Лишь два слова звучали в нём членораздельно и ясно, а именно «Ктулху» и «Рлайх». Было это так, словно эти два слова были вкраплением чьего-то иного языка, ненавистного и проклинаемого, теми, что не могли пока произнести эти слова на собственном наречии.
Тут откуда-то подул ветер, и словно бы разрушил злые чары, наложенные островом. Люди будто пробудились ото сна, они зашевелились и стали хвататься за головы, издавая сдавленные стоны и шепча бессвязные слова.
Через какое-то время некоторые из них, в том числе и капитан, бросили взгляд на остров.
На какое-то мгновение их глаза остановились на залитых лунным светом водах, заполнявших пространство между пакетботом и берегом. Тут они с ужасом обнаружили, что их поверхность больше не была мирно покачивающейся и пустынной. Нет, она вдруг оказалась заполненной каким-то кишащим множеством едва различимых теней, которые двигались в тусклом свете, плывя по направлению к судну. Они были ещё далеко, но расстояние быстро сокращалось и невообразимый гул, из хлюпающих, квакающих и булькающих звуков нарастал, становясь всё ближе и громче.
Капитан не растерялся и отдал приказ канонирам приготовить пушки, и велел матросам заняться парусами.
Канониры в мгновение ока, приготовили орудия к бою, и капитан отдал приказ стрелять, из всех восьми пушек разом, стрелять по этой клокочущей и приближающейся массе.
Мощные залпы нарушили извечно царивший и столь мнимый покой склепа и заглушили собою звуки плывущих тварей. Но лишь на миг. Ибо после последовали ужасные, рвущие барабанные перепонки и останавливающие сердце вопли. В них не было ничего общего с чем-либо человеческим или принадлежащим хоть каким-нибудь земным созданиям.
Вода стала мутной и вязкой, словно обратилась в трясину. Те твари,  которых не настигли снаряды, вопили всё громче и громче. Вот уже стало понятно, что это не просто вопли, а какие-то своего рода ритуальные взывания. Голоса же великого множества этих тварей, продолжали повышаться, переходя в какой-то ультразвук и достигая апогея своего звучания.
Капитан уже успел отдать приказ. Паруса были налажены, пакетбот развёрнут и подгоняемый сильным попутным ветром, устремился прочь от всей этой какофонии. «Загадочная незнакомка» успела уйти на порядочное расстояние, когда взорам и слуху предстало нечто ещё более ужасающее и впечатляющее.
В воде на много миль вокруг образовалась вращающаяся воронка огромной величины. Корабль стремительно затягивало в неё. Завязалась упорная битва. Моряки пытались удержать и вывести злосчастное судно. Но попытки их были тщетны. И тут всё само закончилось. Воронка исчезла или замерла. Зато из того места, где она только, что была, стала вылезать чудовищных размеров фигура. Это был исполин с антропоморфными, но ярко выраженными чертами рыбы и амфибии. Он издал клокочущий рык или вопль и восстал из глубин.
Капитан велел подготовить все шестнадцать пушек и пустить пакетбот полным ходом. Как и можно было ожидать, чудовище ринулось следом. Оно стремительно приближалось и когда оно не то плыло, не то шагало по водам, те начинали бешено колыхаться. Огромные волны стали подниматься и стремительно низвергаться в пучину, то поднимая корабль, то немилосердно швыряя его вниз.
Ветер подул яростнее и принялся нещадно рвать паруса. Приближался шторм. Но именно он и ничто иное, спас пакетбот от чудовища.

***

Два дня корабль носило по бушующей стихии. Два дня он держался твёрдо и непреклонно. Страшные порывы ветра несли его неизвестно куда. Ни день, ни ночь не смолкала буря. Все времена суток перемешались, ибо в окутанном туманом, чёрным сумраком и грозовой пеленой, небе не было различимо ни звёзд, ни луны, ни солнца.
На третий день шторм внезапно стих. Сонное утро рассыпало свои багряные краски по белым барашкам едва колышущихся волн.
Сильно потрёпанная «Загадочная незнакомка» снова нуждалась в ремонте и на этот раз более основательном и серьёзном.
Капитан сделал новую попытку рассчитать курс и у него это получилось. По его расчетам пакетбот находился в том самом месте, где его впервые настиг шторм. До берегов Испании оставались какие-то сутки пути.
Всё повторялось, но только в каком-то обратном порядке.
Дела обстояли не слишком хорошо, но и не слишком плохо. Сутки наше судно могло выдержать.
Кроме того произошло чудо: бедолага, которого мы выловили в море, и который всё это время находился на пороге смерти, пошёл на поправку.
Как нам передала мисс Присли, он впал в странное состояние в ту ночь, когда мы покидали страшный остров и когда подверглись преследованию неведомых тварей и морского чудовища, которого те вызвали. После же во время скитания пакетбота по бушующим волнам, он нежданно стал приходить в себя. Вот француз, наоборот. В ту ночь он бился в страшной агонии, которая не отпускала его на протяжении всех этих нескольких дней и, в конце концов, мисс Присли, оставившая его на несколько минут, нашла его мёртвым. Поскольку предать его тело огню не было возможности, да и он собственно не был ирландцем, его предали воде.
После того, как было законченно погребение, капитан созвал нас всех, включая многих матросов, на совещание.
- Господа, - начал он, - вы сами понимаете, что всё то, что случилось с нами, не поддаётся никакому здравому объяснению. Но, тем не менее, оно случилось, и мы должны это признать и смириться со случившимся. Мы потеряли двоих человек во время сражения с пиратским бригом, ещё двоих матросов плюс одного пассажира во время шторма.
При упоминании об Юджине, я потупила глаза.
Капитан же продолжил:
- Шестерых потеряли мы на острове. Ещё один умер совсем недавно и уже здесь, на корабле. Всего двенадцать человек погибло за время нашего пути. Как я смогу объяснить всё это семьям погибших и своему начальству? Что я могу сказать ему? Кто вообще в здравом уме поверит во всё то, что произошло с нами?
Положение было не из лёгких. Капитан был прав. Объяснить гибель двенадцати человек было невозможно, но ведь как-то всё-таки надо было её объяснить. Все долго молчали, сидя понурив и опустив головы. Наконец, Дуглас сказал:
- Господин капитан, думаю, единственным объяснением будет то, что на нас напали пираты и в битве с ними мы потеряли всех этих людей.
Все согласились, одобряя предложение помощника капитана.
- А как доказательство сего – наш спасённый. – добавил Ниалл.
- Что ж, - проговорил, поднимаясь, капитан, - да будет так.
- Знаете, - внезапно сказал Ниалл, - если бы не эта вторая буря, то нам бы худо пришлось. Это нечто… то есть я хотел сказать пираты, настигли бы нас.
- Именно. – кивнул Дуглас.
Я промолчала, хотя могла бы кое-что сказать. Но кто бы поверил? Я и сама не слишком верила, в то, что видела уже неоднократно.
Перед тем как разыгрался шторм, близ себя я заметила снова того, неизвестного. Он улыбнулся мне, ободряюще и ласково. Поднял руки и направил их в сторону чудовища. Сильный поток яркого и прекрасного света ударил по тому, и оно ушло обратно в свою пучину. Вот после этого-то и разбушевалась непогода. А неизвестный скрылся, словно его не было. Никто кроме меня, как и раньше, его не видел. А я продолжала ломать голову, был ли он на самом деле, или был лишь частью моего воображения. Ибо если был, то кто он и отчего помогал?
Но на этом потрясения и загадки не закончились. Капитан и мы, многие из пассажиров, стояли на палубе. С тоскою, и какой-то безотрадностью и подозрением глядели на спокойный, и ласковый простор моря. С каким трудом теперь верилось в счастье. Как тяжело было избавиться от пережитых впечатлений, забыть видения, посещавшие нас. В таком состоянии пребывали мы все. Несмотря на своё спасение, не находили радости. Многим из нас казалось, что погибнуть в пучине, было бы лучшем спасением для души, навеки лишённой отныне покоя и веры в лучшее мира. Какого же было удивление и одновременно ужас нас и капитана, когда вдали замаячил какой-то предмет.
Он плыл по направлению к нашему судну. Сначала все мы со страхом взирали на него. Первым позывом было кинуться прочь от него и так и остаться в неведении насчёт того, что это может быть. Очень уж много узналось нами такого, чего бы мы предпочли никогда не знать.
Но вот он приблизился и тогда, все увидели, что это грубо сколоченный плот с двумя пассажирами на борту. То, что пассажиры, по всей видимости, оказались людьми, а не какими-нибудь неведомыми и ужасными тварями или чудовищами, успокоило и утешило всех.
По приказанию капитана на воду спустили шлюпку. Матросы выловили неизвестных и погрузили в неё. Оба они были без сознания, но были живы. Каково же было изумление, когда мы узнали тех, кого выловили. Ими оказались Юджин и Лиам.
Рейтинг: 0 166 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!