ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияФэнтези → Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени. Волюм 1 Часть 2 Глава 22

 

Разители Нечистой Силы-4: Потерянные во времени. Волюм 1 Часть 2 Глава 22

11 апреля 2014 - Даннаис дде Даненн
Глава Двадцать Вторая
Замурованные в склепе

На этот раз Алекс первый полез в проход. Мы с профессором подождали немного. Вскоре появившаяся голова Алекса возвестила нас о том, что всё чисто и спокойно. Профессор пропустил меня вперёд.
Спустя несколько минут, мы уже стояли, отряхиваясь от грязи по ту сторону нашей тюрьмы. Царила всё та же тишина. Было слышно лишь, как где-то капает вода.
- Что теперь? - почему-то шёпотом спросил мой кузен. Тишина и капание воды произвели на него, да и не только на него, какое-то странное действие. Появился благоговейный страх и не желание нарушать это царство многовекового покоя и тишины.
- Не знаю, - тоже шёпотом ответила я. – Эти коридоры, повороты и спуски, нам ни за что не осилить их. Думаю, всё это специально так задумано. Даже если тебе удастся проникнуть сюда, чтобы кого-то освободить или самому отсюда сбежать, тебе не удастся достичь цели.
- Была бы у нас карта этих подземелий. – тоскливо проговорил Алекс. – Эх, была, не была, пойдём!
И он уже хотел было двинуться во тьму, но профессор остановил его. Он сказал:
- Прежде, чем мы уйдём от этой двери, нашего единственного ориентира, мы должны постараться вспомнить, как нас вели сюда.
- Хотя бы от того места, где были тюремщики. – добавила я, профессор одобрительно кивнул.
Каждый задумался, для наглядности закрыв глаза. Я старалась припомнить, как нас с Алексом вели сюда. Сначала я попыталась сделать это в обратную, то есть нужную нам сторону. В конце коридора железная дверь. Понятно, значит можно пойти по этому коридору. Потом поворот. Вроде левый, там было их два. Я подумала о факелах, что они горели весь путь, когда мы шли. Но тут вспомнила, что они кончились после того места, где нас встретили двое угрюмых тюремщиков. Настроение у меня упало. Наверное, эту часть подземелья не знал даже этот прилизанный хозяин замка. Недаром нас вёл тюремщик. Значит не на что рассчитывать кроме, как на собственную память и интуицию. Я снова вернулась к тому месту, где кончался коридор. Хорошо пусть будет левый поворот. Немного пройти. Затем спуск. Точно там был спуск. Значит для нас подъём. Опять поворот. Вроде бы правый, хотя может и левый. Там должен быть снова коридор. И тут начинается полный кошмар. Я точно запомнила это место. Переплетение коридоров, и как назло помню, что мы свернули в крайний. Но крайний к чему? Потом должна быть какая-то очередная длинная лестница. Вот там как раз, если подняться и были тюремщики, и начиналась не такая глухая часть подземелий. Вот только добраться бы до туда. А там, можно, в конце концов, пригрозить одному из тюремщиков и заставить нас вывести на свет божий. Только вот чем им угрожать? Невидимыми им мечами? Тут я вспомнила о клинке в чулке. Хорошо, можно им.
Я поделилась тем, что вспомнила со своими спутниками, они же со мной. Картина вырисовалась не самая хорошая. Если с Алексом у нас возникла дискуссия насчёт того, что оба поворота должны быть левыми. То относительно переплетения коридоров мы все трое бессильно опустили руки. Профессор вообще проходил здесь три месяца назад. После его отсюда не выводили. Несколько раз пригоняли к нему парикмахера, в какой-то камере давали вымыться и приносили чистую одежду. И то это было лишь перед визитом хозяина или еще, каких важных персон. Так что, вспомнить было невозможно, очень давно было, а после ничего кроме этих стен и полумрака он не видел.
- Ладно, - сказала я, - пойдём пока по коридору. Может быть, на месте решим. Вдруг, что осенит.
Мои спутники меня поддержали. Мы двинулись в путь. Коридор скоро кончился, и мы вышли к первому перепутью. Здесь было три пути. Тот, из которого мы вышли, тот, что шёл от нас вправо и тот, что вёл влево.
- Жаль, что нет мела. – вздохнул профессор. – Неплохо было бы помечать стрелочками то, откуда мы вышли и то, куда пошли.
- Мела нет. – вздохнула я. – Чернила не подойдут. Есть идеи?
- Есть. – сказал Алекс. – У тебя я видел, есть бумага. Можно рвать её на кусочки и кидать.
- Неплохая идея. – заметил профессор.
Порылась в сумочке и выудила из неё папку с листами чистой бумаги. Протянула её Алексу.
- Жалко компас так и не забрала у Ильмы. – вздохнула я.
- Ладно всё равно мы не знаем, куда нам надо идти. – махнул рукой Алекс.
Он порвал бумагу и бросил кусочек в том месте, откуда мы пришли. Затем мы выбрали левый путь, и Алекс отметил это. Снова двинулись в путь. Шли и шли, шли и шли. Что за чертовщина? Я ясно помнила, что здесь надо идти, не так долго, когда начинается спуск, то есть для нас подъём. Но, ни какого подъёма не было и в помине. Зато прямо по курсу возникла стена.
- Тупик. – констатировал Алекс и для чего-то потрогал стену. – Ведь мы все пришли к выводу, что нам нужен левый поворот!
- Значит, все трое ошиблись. – вздохнула я. – Не могли же они на обратном пути воздвигнуть стену!
- Не знаю. – с сомненьем в голосе произнес Алекс и подумал:
- Они на всё способны.
- Ладно возвращаемся. – сказал профессор.
Мы повернули обратно. Снова шли и шли, шли и шли. И опять стена. Глухая и каменная.
- Господи! – воскликнула я. – Мы же отсюда пришли! Её тут не было!
- Подземелья очень опасные места. – заметил профессор. – В них много ловушек для тех, кто в них чужой. Вероятно, сработала одна из них.
- И что теперь нам делать? – спросил Алекс.
- Идите обратно. Только медленно.
Мы с Алексом пошли обратно. Профессор вскрикнул. Мы обернулись: стены не было. Мы сделали попытку вернуться к профессору, стена преградила нам путь. Но стоило отойти, как она пропадала..
- И что нам теперь тут оставаться? – спросил Алекс.
- Нет, конечно. – сказал профессор, сосредоточенно размышляя. – Значит, с той стеной всё может обстоять точно так же. Очень может быть, что мы выбрали именно тот путь, какой нам требовался. Механизм срабатывает, когда наступают на определённое место. Надо выявить его.
Пол был выложен из каменных плит разного размера. Одни были побольше, другие поменьше. Мы с Алексом, начав от места, где примерно начинает срабатывать механизм, стали наступать на каждую плиту. Стена опять появилась. Вот я прошла по средним плитам, и она снова отъехала. Я вернулась, наступив на следующий ряд, она приехала. Теперь я двинулась ближе к стене. Миновала две плиты и ничего не произошло. Вернулась, наступила на одну из них, стена отъехала. Прошла по краю. Ничего. Стена не приехала. Алекс пометил обе плиты клочками бумаги. После этого мы спокойно вышли из этого коридора и оказались в том месте, где начали свой путь.
- Ну, что проверим правый путь, или проверим левый, путём наступания на плиты? – спросил Алекс.
- Думаю, стоит проверить левый. – сказал профессор. – Мы ведь считали, что это он.
Мы вернулись, осторожно обошли плиты-ловушки. Пошли дальше. Снова шли очень долго. Хотя должны были идти совсем ничего. Поэтому мы прервали свой путь и остановились в нерешительности.
- Придётся возвращаться. – вздохнул профессор. – Либо, где-то мы опять наступили на эти плиты, либо всё же надо было идти правым путём. Вообще, тот коридор, который нам нужен был прямым?
Мы задумались. Я закрыла глаза и попробовала себе представить.
- Да. – сказала я.
- А этот нет. – добавил Алекс.
- Надо найти место, где он искривляется. – сказал профессор.
Мы пошли обратно. Вернулись к помеченным плитам. Проход был открыт. Увидев это, разом вздохнули с облегчением.
Опять пошли вперёд, на этот раз медленно.
- Вот! – воскликнул профессор. – Здесь, вместо того, чтобы идти прямо он искривляется. И кстати это не так уж и далеко от входа. Думаю, что эта стена приехала, а другая наоборот отъехала, заманив нас в тупиковый проход. Поищем плиты.
Профессор остался возле глухой стены, встав подальше от ложного прохода. Я стала по очереди наступать на каждую плиту. Долгое время ничего не происходило, но вот стоило мне наступить на какую-то, ни чем не примечательную плиту, как возглас профессора возвестил, что это именно она. Алекс пометил её кусочком бумаги. Мы по стене вернулись к профессору. Ложного прохода, как не бывало. Стена, казавшаяся глухой исчезла, и мы прошли в нужный нам проход. За ним шёл подъём.
Мы поднялись и, пройдя немного, вышли к очередному перекрёстку. Снова было три пути, точно так же как и в прошлый раз. У меня даже мелькнула мысль, а вдруг мы вернулись туда же. Но то, что нигде не было клочков бумаги, разуверило меня в этом. Да и мы поднимались, значит, находимся выше.
- Куда теперь? – спросил Алекс. – Помнится, у нас была дискуссия на этот счёт. Ты говоришь – надо идти влево, я вправо.
- А, что думает профессор? – спросила я.
Профессор задумчиво поглядел на меня.
- Может быть, влево? – неуверенно предложил он. – Пойдём влево.
Алекс сдался. Мы пошли левым проходом, не забыв отметить путь, выбранный нами и тот, откуда пришли.
Шли очень долго, а конца пути всё не было видно. Хотя вроде тогда мы тоже шли довольно долго. Поэтому не спешили впадать в панику. Паника началась тогда, когда коридор внезапно закончился, и мы попали в какое-то огромное помещение с низким сводом. Но это ещё оказалось полбеды, ибо едва мы переступили порог этого подобия зала, как стена преградила нам путь к отступлению. Мы были заперты в этом таинственном месте. Попробовали прощупать стену, а вдруг в ней сокрыты какие-нибудь открывающие устройства. Ничего. Стена, как была, так и осталась. Я снова стала наступать на плиты близ появившейся стены. Тоже ничего.
- Что будем делать? – спросила я.
- Осмотримся. Может, удастся обнаружить другой проход. – сказал профессор.
- Но этот проход заведёт нас невесть куда! – возразил Алекс.
- У нас нет выбора. – вздохнул профессор. – Наверное, всё-таки надо было идти вправо.
- Как я и говорил. – заметил мой кузен.
Мы разбрелись по залу. Пелену мрака с трудом прорезали тусклые лучи керосиновой лампы и серебристое свечение остриев наших мечей. Выяснилось, что зал в длину ещё более необъятных размеров, чем показался нам в начале. В обеих боковых стенах его, мы ничего не нашли кроме воткнутых, чудом сохранившихся факелов. Я подожгла спичками, те крайние, что были по левую сторону. Благо, что мне оставили спички. Затем я зажгла крайние факелы на правой стороне. Стало немного светлее. Я столкнулась с профессором.
- Ничего нет. – вздохнул он. – Хорошо бы немного отдохнуть.
- Только, когда мы выберемся отсюда. – сказал, неожиданно материализовавшийся с затемнённой стороны, Алекс. В его голосе я уловила ноты страха.
- В чём дело? – спросила я.
- Там. – сказал он и указал рукой во тьму. – Гроб.
- Гроб? – изумилась я. – Здесь?
- Вполне возможно. – сказал профессор. – Вероятно, мы попали в своего рода усыпальницу. Древнее захоронение какого-нибудь рыцаря или короля.
- В том то и дело. – загробным шёпотом проговорил Алекс. – Она должна быть древней. Но она какая-то странная. Крышка валяется на полу, расколотая. А там лежит фигура в доспехах и с мечом.
- Не может быть. – сказала я. – Но я думаю, нам всё равно надо идти дальше. Может быть, в конце зала есть выход отсюда.
Профессор кивнул, я же сняла со стены два факела. Один оставила себе, другой протянула Алексу. Мы двинулись сквозь древний мрак, прорезая его слабыми огоньками. Алекс нехотя пошёл следом.
Вот вдали, обрисовались контуры постамента, на котором лежал гроб трапециевидной формы. Рядом с ним, наверное, в ногах гроба, была плита. Неподалёку от постамента лежала расколотая пополам остроконечная крышка.
Я и профессор, как завороженные, шли к этому гробу, не сводя с него глаз. В то же время я ощущала растущее напряжение, какое-то скопление чужеродной и негативной энергии. Она исходила из гроба. Наши шаги гулким эхом отдавались в царившей здесь тишине, но от этого она словно бы густела и становилась какой-то осязаемой.
Профессор медленно подошёл к плите, я за ним. На плите был выбит текст, как мне показалась, на латыни.
Профессор прочёл его сначала про себя, после зачитал мне, переведя его на английский язык:
«Здесь лежит он, проклятье этих земель, да сдержит камень его гробницы его безумный и неистовый дух, дотоль пока силы зла не восстанут.»
Замолкли слова профессора, и снова воцарилась тишина. Мы же стояли и неотрывно глядели на гроб. Не было ни сил, ни желания отвести взгляда.
Голова стала какой-то тяжёлой, мысли стали путаться, тело налилось свинцом…
Тишина и сумрак давили, в ушах стало звенеть или шелестеть. Меня охватило странное чувство апатии…
Тьма, безмолвие и камень окружали пришельцев, вторгнувшихся в их вековую обитель. Они наблюдали за ними и взирали на них исподлобья. Они высасывали жизнь, и обращали её в прах…
Звон усиливался. Хотя, нет, это всё-таки был шелест. Шелест становился всё сильнее. Шелест паутины тысячелетий. Нет, не шелест. Оказалось, что это шёпот. Едва различимый шёпот. Вот он усилился…
Неожиданный порыв ледяного могильного ветра затушил и лампу и факелы. Тьма обступила нас, но и как будто отрезвила. Мы сбились в кучу, я и Алекс выставили вперёд мечи. В их серебристом, но каком-то померкшем сиянии, были различимы смутные очертания гроба. Царила тишина. Всё та же тишина. Я подумала, что мне почудился весь этот шёпот. Но откуда взялся порыв ветра, затушивший все огни?
Я переложила меч в руку с факелом и порылась в карманах. Извлекла спички и попробовала снова зажечь факел. Чиркнула спичка, на кончике её заиграл крохотный огонёк, но сразу, же погас. Отбросила её и опять сделала ту же попытку. Снова замерцал слабый огонёк и тут же погас. Ничего не получалось и я убрала спички обратно. Посмотрела на своих спутников. Их лица казались мертвенно-бледными в слабом свечении мечей. Я различила на них выражение ужаса. Глаза профессора и моего кузена были устремлены в одну и ту же точку. Проследила за их взглядами и обмерла.
Медленно, не издавая ни малейшего звука, фигура в доспехах поднималась со своего ложа. Она тускло и мертвенно светилась. Вот она совсем поднялась, вот она встала. Теперь она стояла высокая и зловеще молчаливая.
Я попятилась назад и толкнула профессора. Он очнулся. Вместе мы медленно стали подталкивать в сторону Алекса. Тот всё ещё был в каком-то гипнотическом трансе. Его глаза, не мигая, были устремлены на призрак, губы беззвучно шевелились. Я попробовала заглянуть в его мысли и чуть не сошла с ума. В его голове мелькали какие-то чёрные всполохи. Мы с профессором подхватили его под руки и потащили.
Всё ещё не было слышно ни звука, лишь едва различимый звук наших шагов. Мы с профессором старались издавать как можно меньше шума. Медленно пятились и пятились, пока не оставили гроб на приличном расстоянии. Лишь тогда бросились бежать. Алекс, как раз пришёл в себя. На некрепких ногах, он освободился от нас, и ринулся вперёд. Мы за ним. Внезапно чудовищный грохот потряс все стены. За ним последовал вопль. В этом вопле звучала злоба, непередаваемая и неописуемая. Звон и скрежет металла сопровождали её. Мы на мгновение замерли, глядя назад в темноту. В воцарившейся тишине раздавался звук шагов.
«Бам, бам.»
Что-то быстро приближалось к нам.
«Бам, бам.»
Но мы не пожелали ждать свидания с этим чем-то. Мы припустили вперёд ещё быстрее. Мы бежали и бежали, но конца залу не было видно. Он всё простирался вперёд зияющей и непроглядной тьмой, которая могла таить в себе всё, что угодно.
Внезапно Алекс споткнулся об какой-то камень, мы налетели на него и упали на пол. Камень сдвинулся с места, и какой-то скрежет раздался впереди нас.
«Бам, бам.» – звучало позади. Всё ближе и ближе к нам.
Профессор поднялся и помог подняться и мне, Алекс встал, потирая ушибленную руку. Нас окружала чернота. Я подняла меч и осветила им пространство перед собой. Его слабый свет высветил то, что отнюдь не порадовало нас. Прямо перед нами была стена. Каменная стена. Прохода не было.
За нами всё ближе и ближе звучало зловещее: «Бам, бам.»
Мы бросились к стене и стали колотить и стучать по ней, чем придётся. Двинулись вдоль неё, обошли её всю, но выхода отсюда не было.
Алекс впал в такую отчаянную ярость, что не щадя рук и ног стал колотиться обо что попало. Он снова налетел на всё тот же камень, и его чертыханья переминаясь со скрежетом, огласили зал. Стена, возле, которой я стояла, отодвинулась в сторону и открыла проход. Я хотела было крикнуть профессору и Алексу, но тут увидела горящий мертвенным светом призрак. Фигура восставшего из гроба, в доспехах и с мечом, сжатым в руке. Он своим мерцанием высветил пытавшегося подняться на ноги и так и не вставшего Алекса. Меч его, выскользнувший из руки при падении, лежал далеко в стороне. Чудовищный призрак стоял над ним, и заносил меч над головой моего кузена. С громким воплем Алекс, в самую последнюю секунду успел увернуться от меча, который со скрежетом вонзился в камень. Призрак злобно взвыл и, вытащив свой меч, стал яростно молотить им, пронзая плиты пола. Алекс каждый раз, вовремя уворачивался, перекатываясь по полу. Наконец, его рука дотянулась до меча, и в ту же секунду его меч со звоном встретился с мечом врага. Алекс ловко отбиваясь от ударов, поднялся на ноги. Я хотела броситься на помощь своему кузену, но профессор оттолкнул меня в сторону, выхватил из моей руки меч и устремился к призраку. Они с Алексом дружно наносили удар за ударом, но чудищу всё было, нипочём. Битва уводила моих друзей снова вглубь зала. Я устремилась за ними, на всякий случай, вытащив из чулка серебряный кинжал. Противники уже дрались близ постамента с гробом. Вот раздался грохот, это призрак снёс сначала плиту, а после и гроб. Они упали на пол. Тут началось что-то невообразимое. Потолок и пол стали рушиться. Везде начали падать камни. Чудом Алекс увернулся от падавшего огромного куска свода. Он на время отрезал профессора и Алекса от их визави. Воспользовавшись этим, они бросились бежать. По дороге схватили меня и поволокли за собой. Позади раздался рёв. Призрак выбрался и теперь устремился в погоню. В рекордно короткие сроки, под градом осыпавшегося камня, мы достигли прохода. В самый последний момент успели юркнуть в него, когда стена намертво, и я надеюсь, навеки запечатала вход в этот зал.
Мы не стали здесь останавливаться, а бросились бежать по коридору, в котором оказались. Он же шёл и шёл вперёд, уводя нас в неизвестность. Мы сбавили шаг, но останавливаться не стали. Неожиданно коридор пошёл вниз. Нам же ничего не оставалось, как идти по нему, куда бы он нас не привёл, ибо путь к отступлению был отрезан. Внезапно спуск стал крутым и отлогим. Тут мы куда-то провалились и летели долго, пока не приземлились в каком-то подобии трубы или канала и, заскользив по нему, поехали как на горке. Спуск, а вернее, съезд, был долгий, но, в конце концов, мы скатились вниз прямо на жёсткие камни в каком-то небольшом квадратном помещении. Охая, с трудом встали на ноги. Я зажгла, чудом уцелевшую, керосиновую лампу и осветила помещение. Неподалёку от нас чернел проход. До него было каких-то десять шагов. Я и профессор на не устойчивых ногах направились к нему. Алекс немного задержался. На полу, я лишь краем глаза обратила на неё внимание, и обошла стороной, была плита с каким-то знаком. Мы с профессором уже прошли и стояли в другом помещении, меньше первого. Алекс же, покачиваясь и с трудом передвигая заплетающиеся ноги, наступил на ту самую плиту. Раздался скрежет. На месте прохода выросла стена. По ту сторону послышался звук льющейся воды.
Алекс забарабанил по стене и завопил истошным голосом:
- Выпустите меня отсюда! Вода, вода!
- Господи! – закричала я. – Что там происходит! Откуда вода?
- Очередная ловушка! – воскликнул профессор, ощупывая стену. – Там на полу была плита с каким-то символом. Наверное, Алекс наступил на неё и привёл в действие механизм. Закрылась дверь и стала литься вода. Надо поскорее найти способ вытащить его оттуда.
Мы стали простукивать и прощупывать стену. Алекс же замолчал, а звук льющейся воды становился всё сильнее. В нём едва различались всплески. Судя по всему, вода стремительно прибывала, и Алекс уже стал плавать в ней. Сколько он продержится? Потолок там довольно низкий, вода быстро зальёт его. Наши же изыскания не дали никаких результатов. Я заметалась по небольшому помещению, в каком-то припадке колотя во все стены.
- Алекс! Нет! – вопила я при этом. – Сначала Баргестр, теперь он!
Прошло ещё некоторое время. Профессор поймал меня и попытался привести в чувство. Он взял меня за руки и, посмотрев прямо в глаза, сказал:
- Элизабет, мы ничего не можем сделать. Стену нам не сдвинуть. И поверь мне, Алекса там уже нет.
Я воззрилась на него в изумлении.
- Да, его там нет, - продолжил он, - но он жив. Я это знаю точно и могу в этом поклясться. Мы должны идти.
Я всё ещё глядела на него, не в силах выговорить ни слова.
- Мы должны бросить его? – наконец, выговорила я.
- Нет, - вскричал он, - его там нет. Он выбрался. Поверь мне. Я знаю.
И такая уверенность звучала в его голосе, и такая искренность была в глазах, что я поверила ему. Но все, же бросила отчаянный и жалобный взгляд на стену. Профессор взял меня под руку. Мы направились в ту сторону, где чернел очередной проход. До него было рукой подать. Не успели мы, однако, сделать и нескольких шагов, как раздался, ничего хорошего не предвещающий, скрежет. Какой-то камень отъехал в сторону, и в образовавшееся отверстие, стала поступать вода. Столь близкий от нас проход стал закрываться. Профессор протолкнул меня в него и чудом успел нырнуть в него сам. Вот для лампы, наконец, всё окончилось весьма плачевно. Её раздавило вдребезги стеной. Мы оказались в полной темноте. Тусклый свет единственного меча, мало что мог сделать. За стеной слышался гул прибывающей воды. Профессор поднял меч, и он выхватил из мрака очертания очередного прохода, далеко от нас.
- Скорее! – воскликнул он, хватая меня за руку. – Когда вода заполнит то помещение, она станет прибывать и здесь. Я так, по крайней мере, думаю.
Таща меня за собою, он быстро направился к выходу. Я же попробовала взять себя в руки, но из этого мало, что вышло. Силы были на исходе. Мне нужно было хоть немного отдохнуть и выпить хоть каплю воды. Странно могло это прозвучать, у нас за спиною оставались два залитых водою помещения, а меня мучила жажда. Ирония судьбы, не иначе.
Как бы там ни было, профессор старался, как можно скорее преодолеть расстояние до прохода, раньше, чем стремительный поток воды успеет затопить, то совсем крохотное помещение. При этом он тащил меня. Мы наткнулись на какую-то преграду из камней. И стали обходить её. На мгновение мой спутник отпустил мне руку. Тут я ощутила, что мои ноги соскальзывают куда-то вниз. Это был какой-то колодец или ещё что-то, уходящий ещё глубже, если такое было возможно. Ведь мы и так уже находились, наверное, ниже, чем темницы. Не иначе, как эта дыра уже точно вела в преисподнюю. В самый последний момент своего падения, я из последних сил ухватилась за край. Он был холодный и скользкий. Руки стали скользить. У меня вырвался испуганный вопль. Мне уже грозило низвергнуться в этот колодец, когда профессор пришёл мне на помощь. Он схватил меня за руки, когда край уже выскользнул из них. Снова раздался скрежет. Это означало, что предыдущее помещение уже затоплено и теперь вода начинает низвергаться и сюда. А проход в эту минуту закрывается, замуровывая нас.
Профессору удалось меня вытянуть. Он подхватил меня под руки и бросился к проходу. Но поздно. Тот захлопнулся буквально перед носом. Профессор принялся осматривать стены и потолок.
- Есть! – пронзительно воскликнул он. Я увидела то место, на которое он показывал. Это была круглая дыра в потолке. К счастью потолок здесь был не таким уж высоким, хотя мог бы быть и пониже. Оставив меня, мой спутник устремился к камням, освещая путь мечом. Я снова попробовала взять себя в руки. Получилось. Поэтому я бросилась помогать профессору. Мы перетащили несколько камней и водрузили их друг на друга. Вода же разливаясь по немалому пространству, уже понемногу начала заливать нам туфли. Профессор первым влез по нашей импровизированной лестнице. Дыра оказалась каким-то подобием колодца без дна или трубы, с вбитыми по стенам металлическими скобами. Вбитые равномерно, они вели вверх, сколько хватало света от меча. Куда бы они ни вели, это был наш единственный выход отсюда. Немного вскарабкавшись по этим скобам, профессор помог мне влезть. Только я влезла, как вода уже добралась до нашей лестницы. Мы же всё карабкались вверх. Двигались почти наугад. Лишь изредка, профессор останавливался, чтобы проверить на месте ли скобы. Несколько раз мои мокрые туфли на каблуке, оскальзывались на металле, и я чуть не падала вниз. Но каждый раз профессор умудрялся вовремя подхватывать меня. Вода шла за нами по пятам. Расстояние, которое отделяло нас, всё уменьшалось. Конца же этому колодцу было не видно. Впереди зияла чернота, позади, зияла чернота, полная всплесков воды. Мы продрогли. Промокшие ноги закоченели. От настигающего нас потока веяло ледяным холодом. Руки, цепляющиеся за столь же ледяные скобы, немели. Сколько ещё можно было так продержаться?

© Copyright: Даннаис дде Даненн, 2014

Регистрационный номер №0208273

от 11 апреля 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0208273 выдан для произведения:
Глава Двадцать Вторая
Замурованные в склепе

На этот раз Алекс первый полез в проход. Мы с профессором подождали немного. Вскоре появившаяся голова Алекса возвестила нас о том, что всё чисто и спокойно. Профессор пропустил меня вперёд.
Спустя несколько минут, мы уже стояли, отряхиваясь от грязи по ту сторону нашей тюрьмы. Царила всё та же тишина. Было слышно лишь, как где-то капает вода.
- Что теперь? - почему-то шёпотом спросил мой кузен. Тишина и капание воды произвели на него, да и не только на него, какое-то странное действие. Появился благоговейный страх и не желание нарушать это царство многовекового покоя и тишины.
- Не знаю, - тоже шёпотом ответила я. – Эти коридоры, повороты и спуски, нам ни за что не осилить их. Думаю, всё это специально так задумано. Даже если тебе удастся проникнуть сюда, чтобы кого-то освободить или самому отсюда сбежать, тебе не удастся достичь цели.
- Была бы у нас карта этих подземелий. – тоскливо проговорил Алекс. – Эх, была, не была, пойдём!
И он уже хотел было двинуться во тьму, но профессор остановил его. Он сказал:
- Прежде, чем мы уйдём от этой двери, нашего единственного ориентира, мы должны постараться вспомнить, как нас вели сюда.
- Хотя бы от того места, где были тюремщики. – добавила я, профессор одобрительно кивнул.
Каждый задумался, для наглядности закрыв глаза. Я старалась припомнить, как нас с Алексом вели сюда. Сначала я попыталась сделать это в обратную, то есть нужную нам сторону. В конце коридора железная дверь. Понятно, значит можно пойти по этому коридору. Потом поворот. Вроде левый, там было их два. Я подумала о факелах, что они горели весь путь, когда мы шли. Но тут вспомнила, что они кончились после того места, где нас встретили двое угрюмых тюремщиков. Настроение у меня упало. Наверное, эту часть подземелья не знал даже этот прилизанный хозяин замка. Недаром нас вёл тюремщик. Значит не на что рассчитывать кроме, как на собственную память и интуицию. Я снова вернулась к тому месту, где кончался коридор. Хорошо пусть будет левый поворот. Немного пройти. Затем спуск. Точно там был спуск. Значит для нас подъём. Опять поворот. Вроде бы правый, хотя может и левый. Там должен быть снова коридор. И тут начинается полный кошмар. Я точно запомнила это место. Переплетение коридоров, и как назло помню, что мы свернули в крайний. Но крайний к чему? Потом должна быть какая-то очередная длинная лестница. Вот там как раз, если подняться и были тюремщики, и начиналась не такая глухая часть подземелий. Вот только добраться бы до туда. А там, можно, в конце концов, пригрозить одному из тюремщиков и заставить нас вывести на свет божий. Только вот чем им угрожать? Невидимыми им мечами? Тут я вспомнила о клинке в чулке. Хорошо, можно им.
Я поделилась тем, что вспомнила со своими спутниками, они же со мной. Картина вырисовалась не самая хорошая. Если с Алексом у нас возникла дискуссия насчёт того, что оба поворота должны быть левыми. То относительно переплетения коридоров мы все трое бессильно опустили руки. Профессор вообще проходил здесь три месяца назад. После его отсюда не выводили. Несколько раз пригоняли к нему парикмахера, в какой-то камере давали вымыться и приносили чистую одежду. И то это было лишь перед визитом хозяина или еще, каких важных персон. Так что, вспомнить было невозможно, очень давно было, а после ничего кроме этих стен и полумрака он не видел.
- Ладно, - сказала я, - пойдём пока по коридору. Может быть, на месте решим. Вдруг, что осенит.
Мои спутники меня поддержали. Мы двинулись в путь. Коридор скоро кончился, и мы вышли к первому перепутью. Здесь было три пути. Тот, из которого мы вышли, тот, что шёл от нас вправо и тот, что вёл влево.
- Жаль, что нет мела. – вздохнул профессор. – Неплохо было бы помечать стрелочками то, откуда мы вышли и то, куда пошли.
- Мела нет. – вздохнула я. – Чернила не подойдут. Есть идеи?
- Есть. – сказал Алекс. – У тебя я видел, есть бумага. Можно рвать её на кусочки и кидать.
- Неплохая идея. – заметил профессор.
Порылась в сумочке и выудила из неё папку с листами чистой бумаги. Протянула её Алексу.
- Жалко компас так и не забрала у Ильмы. – вздохнула я.
- Ладно всё равно мы не знаем, куда нам надо идти. – махнул рукой Алекс.
Он порвал бумагу и бросил кусочек в том месте, откуда мы пришли. Затем мы выбрали левый путь, и Алекс отметил это. Снова двинулись в путь. Шли и шли, шли и шли. Что за чертовщина? Я ясно помнила, что здесь надо идти, не так долго, когда начинается спуск, то есть для нас подъём. Но, ни какого подъёма не было и в помине. Зато прямо по курсу возникла стена.
- Тупик. – констатировал Алекс и для чего-то потрогал стену. – Ведь мы все пришли к выводу, что нам нужен левый поворот!
- Значит, все трое ошиблись. – вздохнула я. – Не могли же они на обратном пути воздвигнуть стену!
- Не знаю. – с сомненьем в голосе произнес Алекс и подумал:
- Они на всё способны.
- Ладно возвращаемся. – сказал профессор.
Мы повернули обратно. Снова шли и шли, шли и шли. И опять стена. Глухая и каменная.
- Господи! – воскликнула я. – Мы же отсюда пришли! Её тут не было!
- Подземелья очень опасные места. – заметил профессор. – В них много ловушек для тех, кто в них чужой. Вероятно, сработала одна из них.
- И что теперь нам делать? – спросил Алекс.
- Идите обратно. Только медленно.
Мы с Алексом пошли обратно. Профессор вскрикнул. Мы обернулись: стены не было. Мы сделали попытку вернуться к профессору, стена преградила нам путь. Но стоило отойти, как она пропадала..
- И что нам теперь тут оставаться? – спросил Алекс.
- Нет, конечно. – сказал профессор, сосредоточенно размышляя. – Значит, с той стеной всё может обстоять точно так же. Очень может быть, что мы выбрали именно тот путь, какой нам требовался. Механизм срабатывает, когда наступают на определённое место. Надо выявить его.
Пол был выложен из каменных плит разного размера. Одни были побольше, другие поменьше. Мы с Алексом, начав от места, где примерно начинает срабатывать механизм, стали наступать на каждую плиту. Стена опять появилась. Вот я прошла по средним плитам, и она снова отъехала. Я вернулась, наступив на следующий ряд, она приехала. Теперь я двинулась ближе к стене. Миновала две плиты и ничего не произошло. Вернулась, наступила на одну из них, стена отъехала. Прошла по краю. Ничего. Стена не приехала. Алекс пометил обе плиты клочками бумаги. После этого мы спокойно вышли из этого коридора и оказались в том месте, где начали свой путь.
- Ну, что проверим правый путь, или проверим левый, путём наступания на плиты? – спросил Алекс.
- Думаю, стоит проверить левый. – сказал профессор. – Мы ведь считали, что это он.
Мы вернулись, осторожно обошли плиты-ловушки. Пошли дальше. Снова шли очень долго. Хотя должны были идти совсем ничего. Поэтому мы прервали свой путь и остановились в нерешительности.
- Придётся возвращаться. – вздохнул профессор. – Либо, где-то мы опять наступили на эти плиты, либо всё же надо было идти правым путём. Вообще, тот коридор, который нам нужен был прямым?
Мы задумались. Я закрыла глаза и попробовала себе представить.
- Да. – сказала я.
- А этот нет. – добавил Алекс.
- Надо найти место, где он искривляется. – сказал профессор.
Мы пошли обратно. Вернулись к помеченным плитам. Проход был открыт. Увидев это, разом вздохнули с облегчением.
Опять пошли вперёд, на этот раз медленно.
- Вот! – воскликнул профессор. – Здесь, вместо того, чтобы идти прямо он искривляется. И кстати это не так уж и далеко от входа. Думаю, что эта стена приехала, а другая наоборот отъехала, заманив нас в тупиковый проход. Поищем плиты.
Профессор остался возле глухой стены, встав подальше от ложного прохода. Я стала по очереди наступать на каждую плиту. Долгое время ничего не происходило, но вот стоило мне наступить на какую-то, ни чем не примечательную плиту, как возглас профессора возвестил, что это именно она. Алекс пометил её кусочком бумаги. Мы по стене вернулись к профессору. Ложного прохода, как не бывало. Стена, казавшаяся глухой исчезла, и мы прошли в нужный нам проход. За ним шёл подъём.
Мы поднялись и, пройдя немного, вышли к очередному перекрёстку. Снова было три пути, точно так же как и в прошлый раз. У меня даже мелькнула мысль, а вдруг мы вернулись туда же. Но то, что нигде не было клочков бумаги, разуверило меня в этом. Да и мы поднимались, значит, находимся выше.
- Куда теперь? – спросил Алекс. – Помнится, у нас была дискуссия на этот счёт. Ты говоришь – надо идти влево, я вправо.
- А, что думает профессор? – спросила я.
Профессор задумчиво поглядел на меня.
- Может быть, влево? – неуверенно предложил он. – Пойдём влево.
Алекс сдался. Мы пошли левым проходом, не забыв отметить путь, выбранный нами и тот, откуда пришли.
Шли очень долго, а конца пути всё не было видно. Хотя вроде тогда мы тоже шли довольно долго. Поэтому не спешили впадать в панику. Паника началась тогда, когда коридор внезапно закончился, и мы попали в какое-то огромное помещение с низким сводом. Но это ещё оказалось полбеды, ибо едва мы переступили порог этого подобия зала, как стена преградила нам путь к отступлению. Мы были заперты в этом таинственном месте. Попробовали прощупать стену, а вдруг в ней сокрыты какие-нибудь открывающие устройства. Ничего. Стена, как была, так и осталась. Я снова стала наступать на плиты близ появившейся стены. Тоже ничего.
- Что будем делать? – спросила я.
- Осмотримся. Может, удастся обнаружить другой проход. – сказал профессор.
- Но этот проход заведёт нас невесть куда! – возразил Алекс.
- У нас нет выбора. – вздохнул профессор. – Наверное, всё-таки надо было идти вправо.
- Как я и говорил. – заметил мой кузен.
Мы разбрелись по залу. Пелену мрака с трудом прорезали тусклые лучи керосиновой лампы и серебристое свечение остриев наших мечей. Выяснилось, что зал в длину ещё более необъятных размеров, чем показался нам в начале. В обеих боковых стенах его, мы ничего не нашли кроме воткнутых, чудом сохранившихся факелов. Я подожгла спичками, те крайние, что были по левую сторону. Благо, что мне оставили спички. Затем я зажгла крайние факелы на правой стороне. Стало немного светлее. Я столкнулась с профессором.
- Ничего нет. – вздохнул он. – Хорошо бы немного отдохнуть.
- Только, когда мы выберемся отсюда. – сказал, неожиданно материализовавшийся с затемнённой стороны, Алекс. В его голосе я уловила ноты страха.
- В чём дело? – спросила я.
- Там. – сказал он и указал рукой во тьму. – Гроб.
- Гроб? – изумилась я. – Здесь?
- Вполне возможно. – сказал профессор. – Вероятно, мы попали в своего рода усыпальницу. Древнее захоронение какого-нибудь рыцаря или короля.
- В том то и дело. – загробным шёпотом проговорил Алекс. – Она должна быть древней. Но она какая-то странная. Крышка валяется на полу, расколотая. А там лежит фигура в доспехах и с мечом.
- Не может быть. – сказала я. – Но я думаю, нам всё равно надо идти дальше. Может быть, в конце зала есть выход отсюда.
Профессор кивнул, я же сняла со стены два факела. Один оставила себе, другой протянула Алексу. Мы двинулись сквозь древний мрак, прорезая его слабыми огоньками. Алекс нехотя пошёл следом.
Вот вдали, обрисовались контуры постамента, на котором лежал гроб трапециевидной формы. Рядом с ним, наверное, в ногах гроба, была плита. Неподалёку от постамента лежала расколотая пополам остроконечная крышка.
Я и профессор, как завороженные, шли к этому гробу, не сводя с него глаз. В то же время я ощущала растущее напряжение, какое-то скопление чужеродной и негативной энергии. Она исходила из гроба. Наши шаги гулким эхом отдавались в царившей здесь тишине, но от этого она словно бы густела и становилась какой-то осязаемой.
Профессор медленно подошёл к плите, я за ним. На плите был выбит текст, как мне показалась, на латыни.
Профессор прочёл его сначала про себя, после зачитал мне, переведя его на английский язык:
«Здесь лежит он, проклятье этих земель, да сдержит камень его гробницы его безумный и неистовый дух, дотоль пока силы зла не восстанут.»
Замолкли слова профессора, и снова воцарилась тишина. Мы же стояли и неотрывно глядели на гроб. Не было ни сил, ни желания отвести взгляда.
Голова стала какой-то тяжёлой, мысли стали путаться, тело налилось свинцом…
Тишина и сумрак давили, в ушах стало звенеть или шелестеть. Меня охватило странное чувство апатии…
Тьма, безмолвие и камень окружали пришельцев, вторгнувшихся в их вековую обитель. Они наблюдали за ними и взирали на них исподлобья. Они высасывали жизнь, и обращали её в прах…
Звон усиливался. Хотя, нет, это всё-таки был шелест. Шелест становился всё сильнее. Шелест паутины тысячелетий. Нет, не шелест. Оказалось, что это шёпот. Едва различимый шёпот. Вот он усилился…
Неожиданный порыв ледяного могильного ветра затушил и лампу и факелы. Тьма обступила нас, но и как будто отрезвила. Мы сбились в кучу, я и Алекс выставили вперёд мечи. В их серебристом, но каком-то померкшем сиянии, были различимы смутные очертания гроба. Царила тишина. Всё та же тишина. Я подумала, что мне почудился весь этот шёпот. Но откуда взялся порыв ветра, затушивший все огни?
Я переложила меч в руку с факелом и порылась в карманах. Извлекла спички и попробовала снова зажечь факел. Чиркнула спичка, на кончике её заиграл крохотный огонёк, но сразу, же погас. Отбросила её и опять сделала ту же попытку. Снова замерцал слабый огонёк и тут же погас. Ничего не получалось и я убрала спички обратно. Посмотрела на своих спутников. Их лица казались мертвенно-бледными в слабом свечении мечей. Я различила на них выражение ужаса. Глаза профессора и моего кузена были устремлены в одну и ту же точку. Проследила за их взглядами и обмерла.
Медленно, не издавая ни малейшего звука, фигура в доспехах поднималась со своего ложа. Она тускло и мертвенно светилась. Вот она совсем поднялась, вот она встала. Теперь она стояла высокая и зловеще молчаливая.
Я попятилась назад и толкнула профессора. Он очнулся. Вместе мы медленно стали подталкивать в сторону Алекса. Тот всё ещё был в каком-то гипнотическом трансе. Его глаза, не мигая, были устремлены на призрак, губы беззвучно шевелились. Я попробовала заглянуть в его мысли и чуть не сошла с ума. В его голове мелькали какие-то чёрные всполохи. Мы с профессором подхватили его под руки и потащили.
Всё ещё не было слышно ни звука, лишь едва различимый звук наших шагов. Мы с профессором старались издавать как можно меньше шума. Медленно пятились и пятились, пока не оставили гроб на приличном расстоянии. Лишь тогда бросились бежать. Алекс, как раз пришёл в себя. На некрепких ногах, он освободился от нас, и ринулся вперёд. Мы за ним. Внезапно чудовищный грохот потряс все стены. За ним последовал вопль. В этом вопле звучала злоба, непередаваемая и неописуемая. Звон и скрежет металла сопровождали её. Мы на мгновение замерли, глядя назад в темноту. В воцарившейся тишине раздавался звук шагов.
«Бам, бам.»
Что-то быстро приближалось к нам.
«Бам, бам.»
Но мы не пожелали ждать свидания с этим чем-то. Мы припустили вперёд ещё быстрее. Мы бежали и бежали, но конца залу не было видно. Он всё простирался вперёд зияющей и непроглядной тьмой, которая могла таить в себе всё, что угодно.
Внезапно Алекс споткнулся об какой-то камень, мы налетели на него и упали на пол. Камень сдвинулся с места, и какой-то скрежет раздался впереди нас.
«Бам, бам.» – звучало позади. Всё ближе и ближе к нам.
Профессор поднялся и помог подняться и мне, Алекс встал, потирая ушибленную руку. Нас окружала чернота. Я подняла меч и осветила им пространство перед собой. Его слабый свет высветил то, что отнюдь не порадовало нас. Прямо перед нами была стена. Каменная стена. Прохода не было.
За нами всё ближе и ближе звучало зловещее: «Бам, бам.»
Мы бросились к стене и стали колотить и стучать по ней, чем придётся. Двинулись вдоль неё, обошли её всю, но выхода отсюда не было.
Алекс впал в такую отчаянную ярость, что не щадя рук и ног стал колотиться обо что попало. Он снова налетел на всё тот же камень, и его чертыханья переминаясь со скрежетом, огласили зал. Стена, возле, которой я стояла, отодвинулась в сторону и открыла проход. Я хотела было крикнуть профессору и Алексу, но тут увидела горящий мертвенным светом призрак. Фигура восставшего из гроба, в доспехах и с мечом, сжатым в руке. Он своим мерцанием высветил пытавшегося подняться на ноги и так и не вставшего Алекса. Меч его, выскользнувший из руки при падении, лежал далеко в стороне. Чудовищный призрак стоял над ним, и заносил меч над головой моего кузена. С громким воплем Алекс, в самую последнюю секунду успел увернуться от меча, который со скрежетом вонзился в камень. Призрак злобно взвыл и, вытащив свой меч, стал яростно молотить им, пронзая плиты пола. Алекс каждый раз, вовремя уворачивался, перекатываясь по полу. Наконец, его рука дотянулась до меча, и в ту же секунду его меч со звоном встретился с мечом врага. Алекс ловко отбиваясь от ударов, поднялся на ноги. Я хотела броситься на помощь своему кузену, но профессор оттолкнул меня в сторону, выхватил из моей руки меч и устремился к призраку. Они с Алексом дружно наносили удар за ударом, но чудищу всё было, нипочём. Битва уводила моих друзей снова вглубь зала. Я устремилась за ними, на всякий случай, вытащив из чулка серебряный кинжал. Противники уже дрались близ постамента с гробом. Вот раздался грохот, это призрак снёс сначала плиту, а после и гроб. Они упали на пол. Тут началось что-то невообразимое. Потолок и пол стали рушиться. Везде начали падать камни. Чудом Алекс увернулся от падавшего огромного куска свода. Он на время отрезал профессора и Алекса от их визави. Воспользовавшись этим, они бросились бежать. По дороге схватили меня и поволокли за собой. Позади раздался рёв. Призрак выбрался и теперь устремился в погоню. В рекордно короткие сроки, под градом осыпавшегося камня, мы достигли прохода. В самый последний момент успели юркнуть в него, когда стена намертво, и я надеюсь, навеки запечатала вход в этот зал.
Мы не стали здесь останавливаться, а бросились бежать по коридору, в котором оказались. Он же шёл и шёл вперёд, уводя нас в неизвестность. Мы сбавили шаг, но останавливаться не стали. Неожиданно коридор пошёл вниз. Нам же ничего не оставалось, как идти по нему, куда бы он нас не привёл, ибо путь к отступлению был отрезан. Внезапно спуск стал крутым и отлогим. Тут мы куда-то провалились и летели долго, пока не приземлились в каком-то подобии трубы или канала и, заскользив по нему, поехали как на горке. Спуск, а вернее, съезд, был долгий, но, в конце концов, мы скатились вниз прямо на жёсткие камни в каком-то небольшом квадратном помещении. Охая, с трудом встали на ноги. Я зажгла, чудом уцелевшую, керосиновую лампу и осветила помещение. Неподалёку от нас чернел проход. До него было каких-то десять шагов. Я и профессор на не устойчивых ногах направились к нему. Алекс немного задержался. На полу, я лишь краем глаза обратила на неё внимание, и обошла стороной, была плита с каким-то знаком. Мы с профессором уже прошли и стояли в другом помещении, меньше первого. Алекс же, покачиваясь и с трудом передвигая заплетающиеся ноги, наступил на ту самую плиту. Раздался скрежет. На месте прохода выросла стена. По ту сторону послышался звук льющейся воды.
Алекс забарабанил по стене и завопил истошным голосом:
- Выпустите меня отсюда! Вода, вода!
- Господи! – закричала я. – Что там происходит! Откуда вода?
- Очередная ловушка! – воскликнул профессор, ощупывая стену. – Там на полу была плита с каким-то символом. Наверное, Алекс наступил на неё и привёл в действие механизм. Закрылась дверь и стала литься вода. Надо поскорее найти способ вытащить его оттуда.
Мы стали простукивать и прощупывать стену. Алекс же замолчал, а звук льющейся воды становился всё сильнее. В нём едва различались всплески. Судя по всему, вода стремительно прибывала, и Алекс уже стал плавать в ней. Сколько он продержится? Потолок там довольно низкий, вода быстро зальёт его. Наши же изыскания не дали никаких результатов. Я заметалась по небольшому помещению, в каком-то припадке колотя во все стены.
- Алекс! Нет! – вопила я при этом. – Сначала Баргестр, теперь он!
Прошло ещё некоторое время. Профессор поймал меня и попытался привести в чувство. Он взял меня за руки и, посмотрев прямо в глаза, сказал:
- Элизабет, мы ничего не можем сделать. Стену нам не сдвинуть. И поверь мне, Алекса там уже нет.
Я воззрилась на него в изумлении.
- Да, его там нет, - продолжил он, - но он жив. Я это знаю точно и могу в этом поклясться. Мы должны идти.
Я всё ещё глядела на него, не в силах выговорить ни слова.
- Мы должны бросить его? – наконец, выговорила я.
- Нет, - вскричал он, - его там нет. Он выбрался. Поверь мне. Я знаю.
И такая уверенность звучала в его голосе, и такая искренность была в глазах, что я поверила ему. Но все, же бросила отчаянный и жалобный взгляд на стену. Профессор взял меня под руку. Мы направились в ту сторону, где чернел очередной проход. До него было рукой подать. Не успели мы, однако, сделать и нескольких шагов, как раздался, ничего хорошего не предвещающий, скрежет. Какой-то камень отъехал в сторону, и в образовавшееся отверстие, стала поступать вода. Столь близкий от нас проход стал закрываться. Профессор протолкнул меня в него и чудом успел нырнуть в него сам. Вот для лампы, наконец, всё окончилось весьма плачевно. Её раздавило вдребезги стеной. Мы оказались в полной темноте. Тусклый свет единственного меча, мало что мог сделать. За стеной слышался гул прибывающей воды. Профессор поднял меч, и он выхватил из мрака очертания очередного прохода, далеко от нас.
- Скорее! – воскликнул он, хватая меня за руку. – Когда вода заполнит то помещение, она станет прибывать и здесь. Я так, по крайней мере, думаю.
Таща меня за собою, он быстро направился к выходу. Я же попробовала взять себя в руки, но из этого мало, что вышло. Силы были на исходе. Мне нужно было хоть немного отдохнуть и выпить хоть каплю воды. Странно могло это прозвучать, у нас за спиною оставались два залитых водою помещения, а меня мучила жажда. Ирония судьбы, не иначе.
Как бы там ни было, профессор старался, как можно скорее преодолеть расстояние до прохода, раньше, чем стремительный поток воды успеет затопить, то совсем крохотное помещение. При этом он тащил меня. Мы наткнулись на какую-то преграду из камней. И стали обходить её. На мгновение мой спутник отпустил мне руку. Тут я ощутила, что мои ноги соскальзывают куда-то вниз. Это был какой-то колодец или ещё что-то, уходящий ещё глубже, если такое было возможно. Ведь мы и так уже находились, наверное, ниже, чем темницы. Не иначе, как эта дыра уже точно вела в преисподнюю. В самый последний момент своего падения, я из последних сил ухватилась за край. Он был холодный и скользкий. Руки стали скользить. У меня вырвался испуганный вопль. Мне уже грозило низвергнуться в этот колодец, когда профессор пришёл мне на помощь. Он схватил меня за руки, когда край уже выскользнул из них. Снова раздался скрежет. Это означало, что предыдущее помещение уже затоплено и теперь вода начинает низвергаться и сюда. А проход в эту минуту закрывается, замуровывая нас.
Профессору удалось меня вытянуть. Он подхватил меня под руки и бросился к проходу. Но поздно. Тот захлопнулся буквально перед носом. Профессор принялся осматривать стены и потолок.
- Есть! – пронзительно воскликнул он. Я увидела то место, на которое он показывал. Это была круглая дыра в потолке. К счастью потолок здесь был не таким уж высоким, хотя мог бы быть и пониже. Оставив меня, мой спутник устремился к камням, освещая путь мечом. Я снова попробовала взять себя в руки. Получилось. Поэтому я бросилась помогать профессору. Мы перетащили несколько камней и водрузили их друг на друга. Вода же разливаясь по немалому пространству, уже понемногу начала заливать нам туфли. Профессор первым влез по нашей импровизированной лестнице. Дыра оказалась каким-то подобием колодца без дна или трубы, с вбитыми по стенам металлическими скобами. Вбитые равномерно, они вели вверх, сколько хватало света от меча. Куда бы они ни вели, это был наш единственный выход отсюда. Немного вскарабкавшись по этим скобам, профессор помог мне влезть. Только я влезла, как вода уже добралась до нашей лестницы. Мы же всё карабкались вверх. Двигались почти наугад. Лишь изредка, профессор останавливался, чтобы проверить на месте ли скобы. Несколько раз мои мокрые туфли на каблуке, оскальзывались на металле, и я чуть не падала вниз. Но каждый раз профессор умудрялся вовремя подхватывать меня. Вода шла за нами по пятам. Расстояние, которое отделяло нас, всё уменьшалось. Конца же этому колодцу было не видно. Впереди зияла чернота, позади, зияла чернота, полная всплесков воды. Мы продрогли. Промокшие ноги закоченели. От настигающего нас потока веяло ледяным холодом. Руки, цепляющиеся за столь же ледяные скобы, немели. Сколько ещё можно было так продержаться?
Рейтинг: 0 169 просмотров
Комментарии (2)
Серов Владимир # 11 апреля 2014 в 16:57 0
Это ж надо! hihi cry
Даннаис дде Даненн # 30 апреля 2014 в 13:38 0
625530bdc4096c98467b2e0537a7c9cd voenpulem