ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФэнтези → ИЩУ СОАВТОРА! Последний ящер глава 26

ИЩУ СОАВТОРА! Последний ящер глава 26

18 июня 2012 - Михаил Заскалько
 

ГЛАВА 26(рассказывает Фурсик)

Ночь медленно отходила, уступая пространство утренним сумеркам. Воздух стал прохладным, влажным.

 

 Я так и не смог заставить себя вернуться в избу, лечь досыпать. Голова пухла от мыслей. И было от чего. Таля призналась в любви, такое же признание, но молчаливое, я читал в глазах Истомы. Я был в большой растерянности, не знал, не ведал как себя вести, что делать. Будь они обычными девицами, возможно, я нашёл бы выход, но сейчас… Я слышал, что в некоторых землях, в той же Греции связь с минотаврицами не считается поганой, но у нас она осуждается, как плотские утехи к примеру с коровой.

 

 Скрипнула дверь, приоткрывшись, в щель проскользнул Пракша. Широко зевнул, клацнув зубами, сел, задней лапой почесал за левым ухом. После чего прошёл к дереву, справил малую нужду.

 

- О? - увидел меня. - Чего сумерничаешь?

 

- Думы одолели…

 

- Поделись, - Пракша подошёл, запрыгнув на лавку, сел рядом, внимательно заглянув мне в лицо.

 

 

К своему удивлению, я выложил всё как на духу. Пракша помолчал, затем, вздохнув, сказал:

 

- Да, братец, тебе не позавидуешь. В таком деле не всякий себя пересилит. Уж я-то пробивной сластолюбец, а на такую близость не отважился бы.

 

- Что делать-то?

 

 

 

Пракша не успел ответить: под лавкой, на которой мы сидели, кто-то завозился.

 

- А можно вопрос со всей эллинской простотой? - спросил из-под лавки знакомый голос.

 

Пракша живо скакнул под лавку и, подталкивая носом, выгнал наружу Скима:

 

- Так, тебя, значит, подглядывать послали, а ты подслушиваешь?

 

- Никто меня не посылал, - огрызнулся Ским, виновато отводя глаза. - И не подслушивал я. Разморило меня, залез под лавку и уснул. А тут вы с разговорами на щекотливые темы…

 

- Щекотки боишься? - фыркнул Пракша. - Ну, чего ты там спрашивать собирался?

 

 

 

- Да не у тебя, - Ским пренебрежительно махнул хвостом в его сторону и запрыгнул на лавку рядом со мной. - Ты говоришь, что делать?

 

- Да, - обронил я, невольно вздохнув.

 

- Твой вопрос, уважаемый Горемаг, то есть Фурсик, извини, - Ским изобразил почтительный поклон, - поставлен в корне неверно.

 

- Надо же, - усмехнулся Пракша, приблизившись к нам. - И как же эллины его ставят?

 

- Видишь ли, - продолжал Ским, проигнорировав Пракшу, - у тебя не одна большая трудность, а две маленьких.

 

- А это лучше или хуже? - спросил я, чувствуя, как моя растерянность удваивается.

 

 

 

- Да уж, обрадовал, - вновь встрял Пракша, оскорблённый попыткой выключить его из разговора. - Я всегда считал, что эти греки словоблуды. Ты не ходи вокруг да около, излагай понятнее.

 

- Излагаю, - Ским, хмыкнув, глянул снисходительно на Пракшу, затем вновь повернулся ко мне: - Они обе тебе в любви признались, так? Это и есть первая трудность: их двое. Определись, Гор…Фурсик, кто из них тебе нужен. Если обе, так это совсем не трудность. Я слышал, в ваших славянских землях, если много денег можно иметь несколько жён. Вон и у вашего царя триста…

 

 

 

- Это у вас цари, в Греции, - въедливо перебил Пракша, - а у нас Великий Князь. Слышал он звон, да не знамо где он. Триста - это наложницы, а супружница у Князя одна, Милорада. Лепная…

 

- Еврипид говорил…

 

- Ты своё, своё глаголь, - не унимался Пракша. - Повторять за другими и дурень сможет.

 

- Вот я и глаголю: если ты заинтересован в какой-то одной из них, - и ухом не поведя, продолжал Ским, - то просто выбери, в которой. Вот я бы на твоём месте выбрал Тээль, - лис томно возвёл глаза к светлеющему небу, - она, как сказал этот трепливый пёс, лепная…

 

 

 

-Талю бы он выбрал! - лающим смехом засмеялся Пракша. - Куды намылился? Ты  на себя смотрел? Нахальная лисья морда…

 

- А тебе бы, конечно, больше Истома подошла, - как ни в чём не бывало, добавил Ским. - Она всё-таки человеком раньше была.

 

- Раньше и я…был…- вздохнул Пракша, сникнув.

 

 

 

Я посмотрел на Пракшу и виновато вздохнул:

 

- Да, раньше…

 

- А вот это уже трудность вторая, - объявил Ским. - Ты говоришь, что обе они не люди. Тут опять же придётся выбирать. Либо тебе стать как они - минотавром, к примеру. Либо кому-то из них принять человеческий облик. Заодно и узнаешь, кому ты больше дорог, кто ради тебя согласится обличье поменять. Видишь как всё просто?

 

- Просто, - моя рука без моего ведома озабоченно почесала затылок. - Совсем не просто.  Как  это сделать? Кабы я мог, и Пракша вон уже бы с псовой шкурой расстался, да и ты бы вернулся в грифонье обличье. Правильно ты меня дразнишь Горемагом…Горемаг и есть! Ты-то сам как себя чувствуешь в лисьей шкурке?

 

- Давай не будем об этом пока, - тактично предложил Ским.

 

Пракша красноречиво прокашлялся.

 

 

 

- Не будем, - с грустью повторил я. - Да и не осмелюсь я боле ворожбить. Боюсь опять не то сотворить. Что как вместо козатаврицы выйдет стрекоза? Или живое создание в горстку пепла?

 

- Ну, ты это…заранее не каркай, - Пракша поёжился и поджал хвост.

 

- Это всё поправимо, - Ским утешительно тронул лапой моё поникшее плечо. - Вот дойдём к волшебнице Суворе, она все твои огрехи исправит. И я ещё грифоном полетаю.

 

- Сувора Суворой, - вновь оживился Пракша. - А как же девицы, любовь? Что же, пока не дойдёт до ведуньи, так завяжи и лежи?

 

 

 

- Ну, знаешь! - вспыхнул Ским, оскалившись на Пракшу. - Тут тоже определиться надобно, чего хочется: страсти душевной или плотских забав? Если похоть потешить, то может, и козотаврица сойдёт. А ежели любви возвышенной, то её и подождать можно. Тебе, псина трепливая, как у вас говорят, этого не уразуметь.

 

- А ты не поучай нас, не поучай, блудодей заморский! - отпарировал Пракша. - Не лаптем щи хлебаем.

 

- Ты уж точно не лаптем, - едко усмехнулся Ским. - Языком лакаешь. Да и не с тобой я говорю, - повернувшись к Пракше спиной, лис ближе придвинулся ко мне: - Правда, Фурсик, тебе перво-наперво к Суворе добраться надо. А пока идёшь, до всего сам додумаешься.

 

Договорив, Ским спрыгнул с лавки и скользнул в приоткрытую дверь.

 

- Пойду, досплю чуток, - громко зевнув, сообщил Пракша и последовал за лисом.

Я остался один с прежними раздумьями. Может, прав Ским, и я за деревьями леса не вижу? Сперва надо исполнить то, ради чего мы в путь пустились, а уж потом остальное устроится.

© Copyright: Михаил Заскалько, 2012

Регистрационный номер №0056564

от 18 июня 2012

[Скрыть] Регистрационный номер 0056564 выдан для произведения:

ГЛАВА 26(рассказывает Фурсик)

Ночь медленно отходила, уступая пространство утренним сумеркам. Воздух стал прохладным, влажным.

 

 Я так и не смог заставить себя вернуться в избу, лечь досыпать. Голова пухла от мыслей. И было от чего. Таля призналась в любви, такое же признание, но молчаливое, я читал в глазах Истомы. Я был в большой растерянности, не знал, не ведал как себя вести, что делать. Будь они обычными девицами, возможно, я нашёл бы выход, но сейчас… Я слышал, что в некоторых землях, в той же Греции связь с минотаврицами не считается поганой, но у нас она осуждается, как плотские утехи к примеру с коровой.

 

 Скрипнула дверь, приоткрывшись, в щель проскользнул Пракша. Широко зевнул, клацнув зубами, сел, задней лапой почесал за левым ухом. После чего прошёл к дереву, справил малую нужду.

 

- О? - увидел меня. - Чего сумерничаешь?

 

- Думы одолели…

 

- Поделись, - Пракша подошёл, запрыгнув на лавку, сел рядом, внимательно заглянув мне в лицо.

 

 

К своему удивлению, я выложил всё как на духу. Пракша помолчал, затем, вздохнув, сказал:

 

- Да, братец, тебе не позавидуешь. В таком деле не всякий себя пересилит. Уж я-то пробивной сластолюбец, а на такую близость не отважился бы.

 

- Что делать-то?

 

 

 

Пракша не успел ответить: под лавкой, на которой мы сидели, кто-то завозился.

 

- А можно вопрос со всей эллинской простотой? - спросил из-под лавки знакомый голос.

 

Пракша живо скакнул под лавку и, подталкивая носом, выгнал наружу Скима:

 

- Так, тебя, значит, подглядывать послали, а ты подслушиваешь?

 

- Никто меня не посылал, - огрызнулся Ским, виновато отводя глаза. - И не подслушивал я. Разморило меня, залез под лавку и уснул. А тут вы с разговорами на щекотливые темы…

 

- Щекотки боишься? - фыркнул Пракша. - Ну, чего ты там спрашивать собирался?

 

 

 

- Да не у тебя, - Ским пренебрежительно махнул хвостом в его сторону и запрыгнул на лавку рядом со мной. - Ты говоришь, что делать?

 

- Да, - обронил я, невольно вздохнув.

 

- Твой вопрос, уважаемый Горемаг, то есть Фурсик, извини, - Ским изобразил почтительный поклон, - поставлен в корне неверно.

 

- Надо же, - усмехнулся Пракша, приблизившись к нам. - И как же эллины его ставят?

 

- Видишь ли, - продолжал Ским, проигнорировав Пракшу, - у тебя не одна большая трудность, а две маленьких.

 

- А это лучше или хуже? - спросил я, чувствуя, как моя растерянность удваивается.

 

 

 

- Да уж, обрадовал, - вновь встрял Пракша, оскорблённый попыткой выключить его из разговора. - Я всегда считал, что эти греки словоблуды. Ты не ходи вокруг да около, излагай понятнее.

 

- Излагаю, - Ским, хмыкнув, глянул снисходительно на Пракшу, затем вновь повернулся ко мне: - Они обе тебе в любви признались, так? Это и есть первая трудность: их двое. Определись, Гор…Фурсик, кто из них тебе нужен. Если обе, так это совсем не трудность. Я слышал, в ваших славянских землях, если много денег можно иметь несколько жён. Вон и у вашего царя триста…

 

 

 

- Это у вас цари, в Греции, - въедливо перебил Пракша, - а у нас Великий Князь. Слышал он звон, да не знамо где он. Триста - это наложницы, а супружница у Князя одна, Милорада. Лепная…

 

- Еврипид говорил…

 

- Ты своё, своё глаголь, - не унимался Пракша. - Повторять за другими и дурень сможет.

 

- Вот я и глаголю: если ты заинтересован в какой-то одной из них, - и ухом не поведя, продолжал Ским, - то просто выбери, в которой. Вот я бы на твоём месте выбрал Тээль, - лис томно возвёл глаза к светлеющему небу, - она, как сказал этот трепливый пёс, лепная…

 

 

 

-Талю бы он выбрал! - лающим смехом засмеялся Пракша. - Куды намылился? Ты  на себя смотрел? Нахальная лисья морда…

 

- А тебе бы, конечно, больше Истома подошла, - как ни в чём не бывало, добавил Ским. - Она всё-таки человеком раньше была.

 

- Раньше и я…был…- вздохнул Пракша, сникнув.

 

 

 

Я посмотрел на Пракшу и виновато вздохнул:

 

- Да, раньше…

 

- А вот это уже трудность вторая, - объявил Ским. - Ты говоришь, что обе они не люди. Тут опять же придётся выбирать. Либо тебе стать как они - минотавром, к примеру. Либо кому-то из них принять человеческий облик. Заодно и узнаешь, кому ты больше дорог, кто ради тебя согласится обличье поменять. Видишь как всё просто?

 

- Просто, - моя рука без моего ведома озабоченно почесала затылок. - Совсем не просто.  Как  это сделать? Кабы я мог, и Пракша вон уже бы с псовой шкурой расстался, да и ты бы вернулся в грифонье обличье. Правильно ты меня дразнишь Горемагом…Горемаг и есть! Ты-то сам как себя чувствуешь в лисьей шкурке?

 

- Давай не будем об этом пока, - тактично предложил Ским.

 

Пракша красноречиво прокашлялся.

 

 

 

- Не будем, - с грустью повторил я. - Да и не осмелюсь я боле ворожбить. Боюсь опять не то сотворить. Что как вместо козатаврицы выйдет стрекоза? Или живое создание в горстку пепла?

 

- Ну, ты это…заранее не каркай, - Пракша поёжился и поджал хвост.

 

- Это всё поправимо, - Ским утешительно тронул лапой моё поникшее плечо. - Вот дойдём к волшебнице Суворе, она все твои огрехи исправит. И я ещё грифоном полетаю.

 

- Сувора Суворой, - вновь оживился Пракша. - А как же девицы, любовь? Что же, пока не дойдёт до ведуньи, так завяжи и лежи?

 

 

 

- Ну, знаешь! - вспыхнул Ским, оскалившись на Пракшу. - Тут тоже определиться надобно, чего хочется: страсти душевной или плотских забав? Если похоть потешить, то может, и козотаврица сойдёт. А ежели любви возвышенной, то её и подождать можно. Тебе, псина трепливая, как у вас говорят, этого не уразуметь.

 

- А ты не поучай нас, не поучай, блудодей заморский! - отпарировал Пракша. - Не лаптем щи хлебаем.

 

- Ты уж точно не лаптем, - едко усмехнулся Ским. - Языком лакаешь. Да и не с тобой я говорю, - повернувшись к Пракше спиной, лис ближе придвинулся ко мне: - Правда, Фурсик, тебе перво-наперво к Суворе добраться надо. А пока идёшь, до всего сам додумаешься.

 

Договорив, Ским спрыгнул с лавки и скользнул в приоткрытую дверь.

 

- Пойду, досплю чуток, - громко зевнув, сообщил Пракша и последовал за лисом.

Я остался один с прежними раздумьями. Может, прав Ским, и я за деревьями леса не вижу? Сперва надо исполнить то, ради чего мы в путь пустились, а уж потом остальное устроится.

Рейтинг: +1 293 просмотра
Комментарии (3)
0 # 18 июня 2012 в 11:19 0
Интересно, отважится ли Горемаг на повторную ворожбу?
Михаил Заскалько # 18 июня 2012 в 11:37 +1
Вряд ли. Шансов, что получится желанное-ноль, а потерять может многое. Поэтому разумнее всё же дойти до ведуньи Суворы...
0 # 18 июня 2012 в 12:16 0
Понятно, будем ждать.