Упаковщик № 7

30 января 2014 - Зяма Политов
Думаю, не ошибусь, предположив, что с незапамятных времён, ну, или по крайней мере, совсем немного позже - мал-помалу проникшись опытами средневековых алхимиков, человечество заподозрило, что время совсем не эфемерная субстанция, оно гораздо материальнее, чем привыкли о нём думать. Однако, когда девяностолетний потомок самураев, заслуженный профессор Кагамуки-сан, однажды вечером выйдя из собственной лаборатории, вдруг заявил, что время можно резать как ливерную колбасу, окружающие лишь снисходительно пожали плечами и украдкой крутанули пальцем у виска.
- Сдаёт старик. Возраст... Возраст берёт своё, - качали головами коллеги, - Время не щадит даже таких крепышей.
А стоило профессору, умыкнув  семейные сбережения, тайком от всех оформить патент на своё открытие, родственники решили, что старик окончательно сбрендил и, с молчаливого согласия властей, упрятали заслуженного беднягу в психушку. Каково же было всеобщее удивление, когда вскоре после смерти уважаемого Кагамуки патент выкупил неизвестный бизнесмен из России - сам, не торгуясь, предложив наследникам баснословные деньги.
Не прошло и трёх лет, как акционерное общество „Время почтой", совершив головокружительный взлёт из подвальной интернет-лавчонки до огромного трансконтинентального концерна, дало увесистый пинок под зад загнивающей мировой экономике, чудесным образом выдёргивая её из глубокой выгребной ямы. Переполненные биржи труда мгновенно опустели, все, кто безнадёжно долгие годы мечтал о работе, таковую получили, а вмиг воспрянувшие духом разнокалиберные бизнесмены принялись изобретать хитрые уловки по привлечению к работе многомиллионной толпы бездельников по убеждению, никогда ни о какой работе и не мечтавших. Хотя, с приходом на рынок нашей компании, число „профессиональных"  безработных, по понятным причинам, лишь множилось день ото дня.
Нашей? Я сказал нашей? Ну да, немного нескромно, но я, поверьте, безмерно счастлив, что мне одному из первых довелось получить место в фирме, принёсшей человечеству процветание. Должность моя хоть и невелика по-прежнему, но, как ни крути, я также причастен к нынешнему мировому благополучию.
Я упаковщик. Упаковщик времени. Вернее, как… Не просто. Если следовать сухим строкам трудового договора, я - ни много, ни мало - оператор производственной линии упаковочного цеха. Оператор - поняли? Это звучит, я знаю - звучит! Я готовлю к продаже самый ходовой товар последнего десятилетия - время, и - о, да! - мне есть чем гордиться.
Казалось бы, чем могу я вас удивить? Для всех наша продукция давно привычна, словно кофе по утрам. Олигархи и политические деятели скупают время огромными коробками, студенты неизменно к сессии балуют себя пачкой-другой, влюблённые, охотники, туристы... Э-эхх, да что там говорить - и остальной честной люд хоть раз, хоть к празднику, но вызывал к себе курьера нашей фирмы. Стоит лишь вскрыть обёртку, и тебе покоряется ранее недосягаемое, то, на что до этого по каким-то причинам тебе не хватало когда недели, когда часа... А когда и полсекунды отделяло тебя от успеха. Или от трагедии. Именно потому я советую всем, от мала до велика, кто б ты ни был - на всякий случай - иметь в аптечке пару часов про запас. Не дай, конечно, кому бог! Но „скорая помощь", бывает, не всегда приезжает вовремя…
Привычное - не всегда понятное. А задумывался ли кто-нибудь, откуда оно берётся, лишнее время? Как попадает в яркие коробочки? Какой ценой? Ведь нет же, согласитесь, что нет?
В первую очередь мы обязаны временем многочисленным донорам, тем самым безработным, бродягам и прожигателям жизни, что выстроились в очередь к просторным донорским пунктам. Говорят, когда времени перестанет хватать на Земле, за ним отправят экспедиции к другим планетам. В необитаемых мирах не нужно спрашивать разрешения хозяина. Бери сколько сможешь унести. Правда, если учесть затраты на доставку, поневоле прослезишься… Но пока беспокоиться не о чем.  Бездомные, нищие и прочие праздношатающиеся обеспечивают нас сырьём на годы вперёд. Те же студенты в период безденежья заходят к нам, с тайным умыслом выкупить свой „залог" в первый же подходящий момент. Не скажу, что донорам платят много, однако, будьте покойны, на водку и незатейливые развлечения им хватает с лихвой.
Капля за каплей донорское время течёт в накопители. Прежде всего его отделяют от примесей. Клиента интересует чистое время, не так ли? Никто не хочет платить за постороннее барахло. Время отстаивается в глубоких чанах, крутится в центрифуге, проходит грубую и тонкую фильтрацию. Магнитные ловушки, экстракция, обратный осмос, ректификационные колонны - не буду посвящать вас в тонкости технологии. Да и я, признаться честно, сам не силён в науках.
Широкой рекой обновлённое время льётся в огромные автоклавы, где набирает вес, уплотняется, упариваясь до тягучей и вязкой недвижности покоя. Можно сказать, оно почти замирает. Проворные экструдеры выдавливают загустевшую массу под челюсти мощных прессов, что ужимают время до сверхкомпактных крупинок. Челюсти поменьше формуют из них особые гранулы. Согласитесь, удобнее положить время в нагрудный карман в виде маленькой таблетки, чем носить в чемодане. Ведь стандартные полчаса, не прошедшие предварительной обработки, занимают как раз объём дорожного чемодана средних размеров.
И вот, в конце концов, спрессованное время попадает в мой цех. Там - да, как раз там - оно останавливается окончательно. До тех пор, пока вы не разорвёте вакуумную упаковку, скрытое в ней резервное время не возобновит свой ход…
Надо признать, что действие нашей продукции изучено далеко не полностью. Как обычно бывает, дабы обезопасить себя от возможных претензий, Министерство здравоохранения ограничилось лишь расплывчатыми рекомендациями гражданам пользоваться временем крайне осторожно и, желательно, под наблюдением специалистов. И только после загадочного исчезновения двух депутатов Госдумы, по слухам, скупавших запасное время якобы для партийных нужд двадцатифутовыми контейнерами, правительство ограничило отпуск в частные руки одной упаковкой в неделю. Исключительно армия, военно-промышленный комплекс и государственная космическая корпорация имеют безлимитные квоты на время. За армию не поручусь, но, опять же по слухам, на секретном „космическом" совещании у президента было решено не тратить средства на создание гиперсветовых межзвёздных кораблей, а снабдить имеющиеся „тихоходы" запасом времени, достаточным, чтобы экипаж  успел долететь до центра галактики и вернуться обратно в течение жизни космонавтов и, по возможности, до превращения основного состава экспедиции в дряхлых стариков. Сами понимаете, наш босс сидел на этом совещании гоголем, на почётном месте по правую руку от президента. Могу себе представить позеленевшее в злобе лицо премьера!
Но это к слову. На самом деле все эти тайны мадридского двора давно уже никого не волнуют. Когда народу есть что есть и есть чем безнаказанно заняться - народ не вспоминает о властях.
Важно лишь то, что время оказалось не такой уж и дружелюбной штукой, как мнилось вначале, в эйфории победы над вечностью.
Cжатое время - страшная сила. Мы на собственной шкуре испытали теоретические выкладки Эйнштейна о связи времени и энергии. Однажды ночью... Ах… Вспомню - леденеет сердце... Той ночью грохнуло так, что разбудило весь город. Да вы, наверное, и сами смотрели выпуски новостей. Зимой, в двадцатиградусный мороз во всей округе повыбивало стекла. По чистой случайности обошлось без пострадавших. Смотрите: казалось бы, малость - несколько литров сжиженного времени сдетонировали, вырвавшись из неисправного трубопровода. Всего лишь полуфабрикат ничтожной концентрации, но полцеха как не было! Корова языком, как говорят. Даже страшно представить, если ЧП случится на складе готовой продукции!
Да что литры - даже одна случайно упавшая на пол капля чистого времени разлетается новогодним фейерверком. Яркие брызги рассыпаются вокруг и оседают токсичной пылью. А числа их не счесть.
Что да, то да - потери у нас обычное дело. И если за товаром на складе бдительно следит чётко налаженная служба охраны, - воровство почти исключено, - то в технологической цепочке утечки, увы, неизбежны.
Полагаю, в основном по этой причине медицинский персонал фирмы трудится, не покладая рук. Профессиональные болезни - изнанка любой высокооплачиваемой работы. Если ты горняк - готовься к силикозу и вибрационной болезни. Водитель - к геморрою. Проблемы же заготовщиков времени совершенно иного рода. Наши профзаболевания вызваны повышенной концентрацией времени и отходами его производства. Так нередко бывает. Змеиный яд может нести здоровье, а может - смерть. Всё зависит от дозы.
Мы бессильны перед всепроникающим временем. Бесконтрольное время накапливается в организме и творит с нами злые шутки. Ха, да что вы! Опоздания на работу - ерунда. Подобные мелочи давно никого не раздражают. К тому же c недавних пор за соблюдением графика стала следить служба безопасности. Работника, по неосторожности хватившего лишку вредных паров  или вдохнувшего пыли сверх меры и нечаянно потерявшего ориентацию в суточном ритме, разбудят и доставят на работу к нужной минуте.
Наши доктора - а это в основном психологи и психиатры - решают проблемы куда как более серьёзные. Я стараюсь не тревожить их по пустякам.
Бывает, я оказываюсь ночью совершенно один в запертом супермаркете. Я не нервничаю, не ломлюсь в закрытые двери. Я устал объяснять прибывающей по тревоге полиции, что входил сюда днём, как все, купить молока для кошки, и... И просто - так получилось. Когда я объясняю, где я работаю, меня отпускают. Но в том то и дело - я устал объяснять. Я просто прячусь за стеллажами и терпеливо жду рассвета, чтобы потихоньку смешаться с толпой первых покупателей.
С месяц примерно назад, да, чуть больше - точно, шестого числа, в пятницу - я встретил в метро... самого себя. Я не верил глазам. Я поднимался себе навстречу по соседнему эскалатору. Двойник? Андроид? Клон? Не может быть! Изумлённый, я провожал себя глазами, не в силах вымолвить хоть слово. 
C того дня мимолётные свидания со вторым мной стали регулярными. Однажды я разглядел дату на газете в руке у встречного меня, и меня осенило: никакой он не двойник! Не клон. Я! Всё верно, это я. Я сам. Только завтрашний.
- Постой, - крикнул я себе, - Подожди меня наверху...
Я просто хотел поговорить. Узнать, чем закончится день, придёт ли на свидание моя новая знакомая, телефон которой я вчера наконец с таким трудом выклянчил. Да мало ли чего. Просто поболтать о том, о сём. Не каждому и не каждый день предоставляется такой шанс.
Когда я поднялся за ним через минуту, в вестибюле никого не было. Неужели он не захотел со мной общаться? Он же услышал меня, он заметил меня - я видел его удивлённые глаза. Чудак, какой же он чудак! Ушёл. Сбежал. Ну что ему стоило?!
Спускаясь обратно под землю, я всё оглядывался и оглядывался. Не знаю, на что я надеялся... Что он передумает и бросится вслед? Обернувшись в последний раз перед выходом на перрон, я вздрогнул. Он мчался за мной, перепрыгивая через три ступеньки. Было в нём что-то неуловимое не то... Не то, не то... Точно! Это бежал вчерашний я - я узнал по одежде. Он что-то кричал, я не слышал что. Я испугался. Я вскочил в подошедший вагон и лишь помахал ему рукой через закрывшуюся створку. Не знаю, что меня испугало, но на этот раз я сам не хотел разговаривать с собой вчерашним…
Месяц. Мы бегаем друг за другом уже целый месяц, а я все не решаюсь пойти к врачу. Я с детства боюсь докторов, я всегда справлялся с болезнями сам. Сам. Сам. Сам... или с помощью мамы. Но месяц! Страшно подумать - месяц. Целый месяц навязчивой гонки.
Я уговариваю себя: миленький, ну может, а? И отвечаю: потерпи. Ещё денёк - всё кончится, пройдёт само. Дурак, с чего бы?!
Сегодня маленькая девочка убедила меня. Маленькая, совершенно незнакомая мне девочка в розовом платье. Она подошла, протянула тонкие ручонки, растерянно улыбнулась беззубым ртом и сказала:
- Папочка, пожалуйста!..
И заплакала…
И вот я здесь. Стучусь в кабинет. Приветливый доктор усаживает в удобное кресло.
- Сеанс гипноза - и всё пройдёт, не беспокойтесь...
Зачем-то закатать рукав... Зачем-то шприц... Зачем…
Последнее, что я вижу перед провалом в чёрную пропасть: в кабинет входят трое. Я вчерашний. Я завтрашний. Они тащат за руки девочку в розовом платье. Девочка строит мне умильные рожицы и показывает язык... Всё. Лечу в темноту. И только время вдогонку - кап, кап…
 
Возможно, я бы не рассказал вам эту историю. Забыл. Не вспомнил. Возможно - если бы не давняя привычка носить с собой миниатюрный диктофон. Он постоянно включён. Я наговариваю идеи, впечатления, стараюсь передать эмоции. Шепчу. Кричу. Переношу на бумагу. Словом, воображаю себя великим блоггером.
Сеанс доктора подтёр многое в моей памяти. Мне не обидно, напротив. Я благодарен. Я очень благодарен. Ничто отныне не беспокоит меня. Я сплю, работаю, встречаюсь с той самой девушкой, мы радуемся жизни.
Слов нет, доктор оказался настоящим профи.
Мне стало интересно. Нет, скажу даже больше. Никогда в жизни любопытство не одолевало меня с такой силой. Я несколько раз прослушал диктофон, я вслушивался в каждый шорох, старался уловить каждый вздох, но так и не разгадал секрета его гипнотического метода. Ведь если верить записи, доктор произнёс всего две короткие фразы.
«Господи, за что мне это!» - различил я сквозь неясный шум вначале. И... «Как же достали эти долбаные идиоты!» - сигналом к пробуждению прозвучало в конце.
Или он сказал обдолбанные? Было плохо слышно…
Я по-прежнему тружусь упаковщиком на фармацевтическом гиганте. По-прежнему маркирую яркие обёртки печатью „№ 7" . Но, клянусь всеми святыми, с тех пор у меня больше ни разу не возникло ни малейшего желания сунуть в рот зелёную таблетку, случайно упавшую с конвейерной ленты...

© Copyright: Зяма Политов, 2014

Регистрационный номер №0184649

от 30 января 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0184649 выдан для произведения: Думаю, не ошибусь, предположив, что с незапамятных времён, ну, или по крайней мере, совсем немного позже - мал-помалу проникшись опытами средневековых алхимиков, человечество заподозрило, что время совсем не эфемерная субстанция, оно гораздо материальнее, чем привыкли о нём думать. Однако, когда девяностолетний потомок самураев, заслуженный профессор Кагамуки-сан, однажды вечером выйдя из собственной лаборатории, вдруг заявил, что время можно резать как ливерную колбасу, окружающие лишь снисходительно пожали плечами и украдкой крутанули пальцем у виска.
- Сдаёт старик. Возраст... Возраст берёт своё, - качали головами коллеги, - Время не щадит даже таких крепышей.
А стоило профессору, умыкнув  семейные сбережения, тайком от всех оформить патент на своё открытие, родственники решили, что старик окончательно сбрендил и, с молчаливого согласия властей, упрятали заслуженного беднягу в психушку. Каково же было всеобщее удивление, когда вскоре после смерти уважаемого Кагамуки патент выкупил неизвестный бизнесмен из России - сам, не торгуясь, предложив наследникам баснословные деньги.
Не прошло и трёх лет, как акционерное общество „Время почтой", совершив головокружительный взлёт из подвальной интернет-лавчонки до огромного трансконтинентального концерна, дало увесистый пинок под зад загнивающей мировой экономике, чудесным образом выдёргивая её из глубокой выгребной ямы. Переполненные биржи труда мгновенно опустели, все, кто безнадёжно долгие годы мечтал о работе, таковую получили, а вмиг воспрянувшие духом разнокалиберные бизнесмены принялись изобретать хитрые уловки по привлечению к работе многомиллионной толпы бездельников по убеждению, никогда ни о какой работе и не мечтавших. Хотя, с приходом на рынок нашей компании, число „профессиональных"  безработных, по понятным причинам, лишь множилось день ото дня.
Нашей? Я сказал нашей? Ну да, немного нескромно, но я, поверьте, безмерно счастлив, что мне одному из первых довелось получить место в фирме, принёсшей человечеству процветание. Должность моя хоть и невелика по-прежнему, но, как ни крути, я также причастен к нынешнему мировому благополучию.
Я упаковщик. Упаковщик времени. Вернее, как… Не просто. Если следовать сухим строкам трудового договора, я - ни много, ни мало - оператор производственной линии упаковочного цеха. Оператор - поняли? Это звучит, я знаю - звучит! Я готовлю к продаже самый ходовой товар последнего десятилетия - время, и - о, да! - мне есть чем гордиться.
Казалось бы, чем могу я вас удивить? Для всех наша продукция давно привычна, словно кофе по утрам. Олигархи и политические деятели скупают время огромными коробками, студенты неизменно к сессии балуют себя пачкой-другой, влюблённые, охотники, туристы... Э-эхх, да что там говорить - и остальной честной люд хоть раз, хоть к празднику, но вызывал к себе курьера нашей фирмы. Стоит лишь вскрыть обёртку, и тебе покоряется ранее недосягаемое, то, на что до этого по каким-то причинам тебе не хватало когда недели, когда часа... А когда и полсекунды отделяло тебя от успеха. Или от трагедии. Именно потому я советую всем, от мала до велика, кто б ты ни был - на всякий случай - иметь в аптечке пару часов про запас. Не дай, конечно, кому бог! Но „скорая помощь", бывает, не всегда приезжает вовремя…
Привычное - не всегда понятное. А задумывался ли кто-нибудь, откуда оно берётся, лишнее время? Как попадает в яркие коробочки? Какой ценой? Ведь нет же, согласитесь, что нет?
В первую очередь мы обязаны временем многочисленным донорам, тем самым безработным, бродягам и прожигателям жизни, что выстроились в очередь к просторным донорским пунктам. Говорят, когда времени перестанет хватать на Земле, за ним отправят экспедиции к другим планетам. В необитаемых мирах не нужно спрашивать разрешения хозяина. Бери сколько сможешь унести. Правда, если учесть затраты на доставку, поневоле прослезишься… Но пока беспокоиться не о чем.  Бездомные, нищие и прочие праздношатающиеся обеспечивают нас сырьём на годы вперёд. Те же студенты в период безденежья заходят к нам, с тайным умыслом выкупить свой „залог" в первый же подходящий момент. Не скажу, что донорам платят много, однако, будьте покойны, на водку и незатейливые развлечения им хватает с лихвой.
Капля за каплей донорское время течёт в накопители. Прежде всего его отделяют от примесей. Клиента интересует чистое время, не так ли? Никто не хочет платить за постороннее барахло. Время отстаивается в глубоких чанах, крутится в центрифуге, проходит грубую и тонкую фильтрацию. Магнитные ловушки, экстракция, обратный осмос, ректификационные колонны - не буду посвящать вас в тонкости технологии. Да и я, признаться честно, сам не силён в науках.
Широкой рекой обновлённое время льётся в огромные автоклавы, где набирает вес, уплотняется, упариваясь до тягучей и вязкой недвижности покоя. Можно сказать, оно почти замирает. Проворные экструдеры выдавливают загустевшую массу под челюсти мощных прессов, что ужимают время до сверхкомпактных крупинок. Челюсти поменьше формуют из них особые гранулы. Согласитесь, удобнее положить время в нагрудный карман в виде маленькой таблетки, чем носить в чемодане. Ведь стандартные полчаса, не прошедшие предварительной обработки, занимают как раз объём дорожного чемодана средних размеров.
И вот, в конце концов, спрессованное время попадает в мой цех. Там - да, как раз там - оно останавливается окончательно. До тех пор, пока вы не разорвёте вакуумную упаковку, скрытое в ней резервное время не возобновит свой ход…
Надо признать, что действие нашей продукции изучено далеко не полностью. Как обычно бывает, дабы обезопасить себя от возможных претензий, Министерство здравоохранения ограничилось лишь расплывчатыми рекомендациями гражданам пользоваться временем крайне осторожно и, желательно, под наблюдением специалистов. И только после загадочного исчезновения двух депутатов Госдумы, по слухам, скупавших запасное время якобы для партийных нужд двадцатифутовыми контейнерами, правительство ограничило отпуск в частные руки одной упаковкой в неделю. Исключительно армия, военно-промышленный комплекс и государственная космическая корпорация имеют безлимитные квоты на время. За армию не поручусь, но, опять же по слухам, на секретном „космическом" совещании у президента было решено не тратить средства на создание гиперсветовых межзвёздных кораблей, а снабдить имеющиеся „тихоходы" запасом времени, достаточным, чтобы экипаж  успел долететь до центра галактики и вернуться обратно в течение жизни космонавтов и, по возможности, до превращения основного состава экспедиции в дряхлых стариков. Сами понимаете, наш босс сидел на этом совещании гоголем, на почётном месте по правую руку от президента. Могу себе представить позеленевшее в злобе лицо премьера!
Но это к слову. На самом деле все эти тайны мадридского двора давно уже никого не волнуют. Когда народу есть что есть и есть чем безнаказанно заняться - народ не вспоминает о властях.
Важно лишь то, что время оказалось не такой уж и дружелюбной штукой, как мнилось вначале, в эйфории победы над вечностью.
Cжатое время - страшная сила. Мы на собственной шкуре испытали теоретические выкладки Эйнштейна о связи времени и энергии. Однажды ночью... Ах… Вспомню - леденеет сердце... Той ночью грохнуло так, что разбудило весь город. Да вы, наверное, и сами смотрели выпуски новостей. Зимой, в двадцатиградусный мороз во всей округе повыбивало стекла. По чистой случайности обошлось без пострадавших. Смотрите: казалось бы, малость - несколько литров сжиженного времени сдетонировали, вырвавшись из неисправного трубопровода. Всего лишь полуфабрикат ничтожной концентрации, но полцеха как не было! Корова языком, как говорят. Даже страшно представить, если ЧП случится на складе готовой продукции!
Да что литры - даже одна случайно упавшая на пол капля чистого времени разлетается новогодним фейерверком. Яркие брызги рассыпаются вокруг и оседают токсичной пылью. А числа их не счесть.
Что да, то да - потери у нас обычное дело. И если за товаром на складе бдительно следит чётко налаженная служба охраны, - воровство почти исключено, - то в технологической цепочке утечки, увы, неизбежны.
Полагаю, в основном по этой причине медицинский персонал фирмы трудится, не покладая рук. Профессиональные болезни - изнанка любой высокооплачиваемой работы. Если ты горняк - готовься к силикозу и вибрационной болезни. Водитель - к геморрою. Проблемы же заготовщиков времени совершенно иного рода. Наши профзаболевания вызваны повышенной концентрацией времени и отходами его производства. Так нередко бывает. Змеиный яд может нести здоровье, а может - смерть. Всё зависит от дозы.
Мы бессильны перед всепроникающим временем. Бесконтрольное время накапливается в организме и творит с нами злые шутки. Ха, да что вы! Опоздания на работу - ерунда. Подобные мелочи давно никого не раздражают. К тому же c недавних пор за соблюдением графика стала следить служба безопасности. Работника, по неосторожности хватившего лишку вредных паров  или вдохнувшего пыли сверх меры и нечаянно потерявшего ориентацию в суточном ритме, разбудят и доставят на работу к нужной минуте.
Наши доктора - а это в основном психологи и психиатры - решают проблемы куда как более серьёзные. Я стараюсь не тревожить их по пустякам.
Бывает, я оказываюсь ночью совершенно один в запертом супермаркете. Я не нервничаю, не ломлюсь в закрытые двери. Я устал объяснять прибывающей по тревоге полиции, что входил сюда днём, как все, купить молока для кошки, и... И просто - так получилось. Когда я объясняю, где я работаю, меня отпускают. Но в том то и дело - я устал объяснять. Я просто прячусь за стеллажами и терпеливо жду рассвета, чтобы потихоньку смешаться с толпой первых покупателей.
С месяц примерно назад, да, чуть больше - точно, шестого числа, в пятницу - я встретил в метро... самого себя. Я не верил глазам. Я поднимался себе навстречу по соседнему эскалатору. Двойник? Андроид? Клон? Не может быть! Изумлённый, я провожал себя глазами, не в силах вымолвить хоть слово. 
C того дня мимолётные свидания со вторым мной стали регулярными. Однажды я разглядел дату на газете в руке у встречного меня, и меня осенило: никакой он не двойник! Не клон. Я! Всё верно, это я. Я сам. Только завтрашний.
- Постой, - крикнул я себе, - Подожди меня наверху...
Я просто хотел поговорить. Узнать, чем закончится день, придёт ли на свидание моя новая знакомая, телефон которой я вчера наконец с таким трудом выклянчил. Да мало ли чего. Просто поболтать о том, о сём. Не каждому и не каждый день предоставляется такой шанс.
Когда я поднялся за ним через минуту, в вестибюле никого не было. Неужели он не захотел со мной общаться? Он же услышал меня, он заметил меня - я видел его удивлённые глаза. Чудак, какой же он чудак! Ушёл. Сбежал. Ну что ему стоило?!
Спускаясь обратно под землю, я всё оглядывался и оглядывался. Не знаю, на что я надеялся... Что он передумает и бросится вслед? Обернувшись в последний раз перед выходом на перрон, я вздрогнул. Он мчался за мной, перепрыгивая через три ступеньки. Было в нём что-то неуловимое не то... Не то, не то... Точно! Это бежал вчерашний я - я узнал по одежде. Он что-то кричал, я не слышал что. Я испугался. Я вскочил в подошедший вагон и лишь помахал ему рукой через закрывшуюся створку. Не знаю, что меня испугало, но на этот раз я сам не хотел разговаривать с собой вчерашним…
Месяц. Мы бегаем друг за другом уже целый месяц, а я все не решаюсь пойти к врачу. Я с детства боюсь докторов, я всегда справлялся с болезнями сам. Сам. Сам. Сам... или с помощью мамы. Но месяц! Страшно подумать - месяц. Целый месяц навязчивой гонки.
Я уговариваю себя: миленький, ну может, а? И отвечаю: потерпи. Ещё денёк - всё кончится, пройдёт само. Дурак, с чего бы?!
Сегодня маленькая девочка убедила меня. Маленькая, совершенно незнакомая мне девочка в розовом платье. Она подошла, протянула тонкие ручонки, растерянно улыбнулась беззубым ртом и сказала:
- Папочка, пожалуйста!..
И заплакала…
И вот я здесь. Стучусь в кабинет. Приветливый доктор усаживает в удобное кресло.
- Сеанс гипноза - и всё пройдёт, не беспокойтесь...
Зачем-то закатать рукав... Зачем-то шприц... Зачем…
Последнее, что я вижу перед провалом в чёрную пропасть: в кабинет входят трое. Я вчерашний. Я завтрашний. Они тащат за руки девочку в розовом платье. Девочка строит мне умильные рожицы и показывает язык... Всё. Лечу в темноту. И только время вдогонку - кап, кап…
 
Возможно, я бы не рассказал вам эту историю. Забыл. Не вспомнил. Возможно - если бы не давняя привычка носить с собой миниатюрный диктофон. Он постоянно включён. Я наговариваю идеи, впечатления, стараюсь передать эмоции. Шепчу. Кричу. Переношу на бумагу. Словом, воображаю себя великим блоггером.
Сеанс доктора подтёр многое в моей памяти. Мне не обидно, напротив. Я благодарен. Я очень благодарен. Ничто отныне не беспокоит меня. Я сплю, работаю, встречаюсь с той самой девушкой, мы радуемся жизни.
Слов нет, доктор оказался настоящим профи.
Мне стало интересно. Нет, скажу даже больше. Никогда в жизни любопытство не одолевало меня с такой силой. Я несколько раз прослушал диктофон, я вслушивался в каждый шорох, старался уловить каждый вздох, но так и не разгадал секрета его гипнотического метода. Ведь если верить записи, доктор произнёс всего две короткие фразы.
«Господи, за что мне это!» - различил я сквозь неясный шум вначале. И... «Как же достали эти долбаные идиоты!» - сигналом к пробуждению прозвучало в конце.
Или он сказал обдолбанные? Было плохо слышно…
Я по-прежнему тружусь упаковщиком на фармацевтическом гиганте. По-прежнему маркирую яркие обёртки печатью „№ 7" . Но, клянусь всеми святыми, с тех пор у меня больше ни разу не возникло ни малейшего желания сунуть в рот зелёную таблетку, случайно упавшую с конвейерной ленты...
Рейтинг: +1 135 просмотров
Комментарии (2)
Серов Владимир # 30 января 2014 в 11:29 0
Хороший рассказ!
Зяма Политов # 31 января 2014 в 10:27 0
Спасибо!