ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияФантастика → Татьяна Шмидко, фантастический роман "Дежавю"

 

Татьяна Шмидко, фантастический роман "Дежавю"

24 ноября 2014 - Клуб Неформат
article255021.jpg
Автор: Татьяна Шмидко
Т/О “НЕФОРМАТ” Издат-во Accent Graphics Communications, Montreal, 2014
Электронное издание
ISBN: 9781310664205
Сайт автора http://www.dejavubook.com/

Аннотация 
Читатель, следуя за героями романа «Дежа Вю», совершит незабываемое путешествие по странам и городам средневековой Европы, станет свидетелем зарождения любви между древнейшим вампиром на Земле и юной аристократкой, а также пройдет тропами жестокой войны между оборотнями и вампирами. Сложное хитросплетение судеб приведет к неожиданной развязке в современном мире, отразившись поразительно точной копией в судьбах представителей враждебных кланов.
Роман рассчитан на широкий круг читателей.
Купить на Озон http://www.ozon.ru/context/detail/id/30564134


Книга I
Клан


Осень 2013 г., 
г. Сиэтл, Северо-западное побережье США.


Старый байк ровно катился по влажной ночной дороге. Под колесами мелькали желтые пятна фонарей, а свежий запах дождя приятно дополнял вечернюю прохладу. 
Рядом со мной ехало еще пятеро байкеров, которые под урчание моторов тоже наслаждались дорогой. Наша компания тихо приближалась к Сиэтлу, где в концертном холле через четыре часа должен начаться концерт популярной рок-группы. Но не он был нашей целью — мы катались по дорогам Северной Америки уже вторую неделю, объезжая все бары по дороге, стремясь попасть на самую крупную сходку байкеров Америки, которая пройдет под шумок фестиваля рок-музыки в Монтерее. Нам до него был всего один день пути от Сиэтла. 
Было большой удачей то, что у нас получалось еще до фестиваля попасть на выступление этой рок-группы. Мы не успели купить билеты на концерт в Олимпии, а вот на концерт в Сиэтле их достать удалось. Сиэтл всегда был городом-портом со всей сопутствующей атрибутикой — рыбным рынком, грузовым портом, который топорщился стрелами кранов, барами и ремонтными доками. Вездесущие чайки перекрикивали металлический лязг порта и деловито парили над холодными водами бухты Эллиот, над которой возвышались белоснежные Олимпийские горы.
Прямо за мной ехал мой лучший друг, бывший банковский клерк среднего звена Сэм, который в данный момент искренне упивался тем, как ветер обвевает его лицо, запутавшись в длинных пепельных волосах. Он уже пять минут как молчал — это было странно, обычно он орет какие-то песни, или просто издает победный клич команчей. Но, глядя на морской залив, который был слева по борту его мотоцикла, он сейчас подумывал о том, почему Гарри зажал триста баксов, которые должен был отдать еще на прошлой неделе. Но простодушно решил, что тот просто забыл их вернуть, и затем с легким сердцем заорал:
— Вуху-у-у! — подняв сжатый кулак вверх. Мы повторили его жест и в шесть глоток повторили его крик. Кстати, сжатый кулак был символом нашей «банды». Странно, лет четыреста назад нас бы называли бродячими рыцарями и мы делали бы то же самое, что и сейчас — колесили по дорогам в поисках заработка, выпивки и приключений. 
Гарри, который, кстати, был агентом ФБР под прикрытием, не отдавал деньги Сэму, потому что передавал их на экспертизу в криминалистический отдел. Их, наверное, уже протравили реактивами, постирали и высушили пару раз, но точно ничего не нашли. Я позаботился о том, чтобы в его руки попали купюры чище, чем чашка Петри после стерилизации. Гарри этого не знал, но его лицо время от времени посещала блаженная улыбка — он так и видел новые погоны на своих плечах и себя на месте зама начальника отдела по борьбе с преступными группировками. Мне до сих пор было непонятно, почему он выбрал именно нас? Моя банда была сборищем накачанных романтиков и забияк, но никакого отношения к преступному миру не имела. Ну, только чуть-чуть, если быть честными. Так что я на всяких случай подменил купюры, чтобы даже случайно не светиться с наркотой. Ее ни у кого не было — ее запах я чую за пару миль, и мы распрощались с парой человек за пристрастие к героину. Я ненавидел торговцев наркотиками и время от времени, тихо и без свидетелей, сворачивал шеи этим мерзавцам, особенно, если они специализировались на детях. 
Мы тихо въехали в черту города и, заурчав моторами на холостом ходу, встали в первую пробку. Джо, как всегда, начал мечтать о том, чтобы проехаться по крышам скучных мини-вэнов, которые перегородили нам путь к набережной. Я улыбнулся и подумал, что сам бы не против так поступить — мы отчаянно опаздывали на концерт. А всему виной Хук — вчера он славно подрался в баре, и нам пришлось повозиться с бумагами и заплатить большой штраф в полицейском участке. Поэтому в Сиэтл приехали не утром, как планировали, а вечером. 
Наконец-то зажегся зеленый свет светофора, и мы сорвались с места под опасливыми взглядами водителей, что было неудивительно — ведь байкеры имели репутацию нарушителей спокойствия в Америке. А для меня это был великолепный способ держать людей на расстоянии. Как всегда, это обеспечило нам «зеленый коридор» на шоссе, вот где порочная слава была жирным плюсом. Наконец-то удалось разогнаться до 80 миль в час, что было просто издевательством — это было как-то недостойно наших «Харлеев», потому что они могли развивать скорость в два раза большую! 
— Чувствую себя, блин, скаутом на параде! — раздраженно заявил Хук, закипая все больше и больше. Его черная каска с рожками и так придавала ему звериный вид, но майка со Спанч-Бобом навевала сомнения в звериной жестокости, которую он нам все время пытался показывать. Его Y-хромосома рвалась наружу, потому что в его рутиной жизни простым учителям истории запрещалось проявлять естественную агрессию. Наши поездки были эффективнее психотерапевтических сеансов, которые он посещал и которые не приносили ему успокоение. Вчера он с радостью заработал внушительный синяк под глазом, когда полез в драку в придорожном баре и стал спокойнее на пару атомных бомб. Хук создавал правильный антураж нашей банде. Остальные были простыми бездельниками, в компании которых было приятно проводить время. Единственные трудности возникали в солнечные дни — я не снимал шлема и перчаток, что вызывало массу шуточек. Для поддержания имиджа плохого парня пришлось наплести, что якобы скрываюсь от вездесущих камер наблюдения. Отчасти поэтому Гарри и появился в нашей компании. Такой легкий налет опасности развлекал меня, но как только я закончу здесь свои дела, то он «случайно» упадет на повороте и потеряет память, а все записывающие устройства выйдут из строя. Это будет печально, но это даст ему шанс начать жизнь заново и, может быть, он будет не такой задницей, как сейчас.
Уже была видна башня «Спейс Нидл», значит, мы уже подъезжаем к выставочному центру «Сиэтл сентр», где должен состояться концерт рок-группы «Муза». Мы оказались не единственными байкерами, так что мы просто влились в поток машин и мотоциклов, которые наводнили автостоянку. Перед нами ехали парни из «Бандитос», которые выглядели устрашающе — накачанные латиносы в черном, с настороженными взглядами. Они находились в состоянии непрерывной войны с бандой «Хэлс Энджелс» и были на третьем месте в списке самых опасных группировок Америки. Меня с ними связывало недолгое знакомство, и на глаза им попадаться не хотелось по некоторым причинам.
Наконец-то мы въехали на территорию парковки «Сиэтл сентр». В принципе, он был одним из самых высоких сооружений в городе, которое доминировало над низкими постройками одноэтажной набережной — излюбленным местом туристов и отдыхающих. 
Не без труда удалось найти свободное место для наших «лошадок», и, после небольшой возни с парковочными талонами, мы прошли на территорию комплекса. На входе в «Сиэтл сентр» нас придирчиво обыскали, даже переписали номера водительских прав. Это делалось на всякий случай, — для будущих полицейских протоколов, — если у Хука снесет башню, и он снова полезет в драку. Его синяк под глазом обещал неприятности. Я снял шлем и улыбнулся барышне средних лет в полицейской форме, отчего она покраснела и неуверенно улыбнулась в ответ. Ребята, как всегда, захохотали, отчего брови этой суровой женщины в форме заняли свое прежнее место — у переносицы.
Гарри практически заскулил от тоски, глядя на униформу и табельное оружие полицейских. Сэм, Молот, Каска, Гарри, Хук и я наконец-то прошли процедуру идентификации. У нас впереди было три часа свободного времени до начала концерта. Мы пошли по длинному подземному переходу, стремясь попасть в самое людное место — торговый центр, который располагался в подвале башни «Спейс нидл». Пора было пополнить запасы сигарет и перекусить.
— Эльф! — проревел знакомый голос у меня за спиной. Я развернулся, уже зная, кого увижу. Глава северного дивизиона банды «Бандитос» Энрике Сайрус, убийца и наркоторговец, шел ко мне в окружении своей свиты, радушно улыбаясь. Свирепые на вид латиносы, перекачанные, с характерными татуировками по всему телу внушали ужас всем, кто хоть немного был связан с миром байков. Эти ребята принадлежали к так называемому «одному проценту» любителей мотоциклов, из-за которых боялись остальных девяносто девять процентов мирных романтиков дороги. Они занимаются перевозкой и производством наркотиков, торговлей оружием, людьми и убийствами на заказ. 
Энрике Сайрус мог собственноручно скормить провинившегося подчиненного своему тигру или держать рабынь под кайфом годами. Он неспешно устранял конкурентов по одному, осторожно двигаясь к власти, к заветной вершине преступного мира. И когда оказался наверху, то остался в полном одиночестве, в окружении молодых бандитов, которые сами не прочь стать на его место. Каждый из них мог в любой момент сделать то же, что и он когда-то — приставить к его голове пистолет и нажать на курок. 
Он улыбался мне не просто так. Год назад меня угораздило спасти ему жизнь — вовремя оказаться около одного парня с заточкой, которую тот собирался метнуть в шею Сайруса. Я сделал это больше из эгоистичных целей — смерть главы банды станет началом войны между «Хелл Анджелс» и «Бандитос», которые и так отчаянно друг друга ненавидели. А это повлечет обыски и аресты, может быть, даже появится пара трупов. Потом, конечно, снимут пару документальных фильмов из серии «Я — очевидец», потратят сотни миллионов долларов на исследования влияния выхлопных газов мотоцикла на уровень агрессивности байкеров. А какой-нибудь режиссер снимет фильм «Заточка» по следам нашумевшего дела с Николасом Кейджем и Джоном Траволтой в главных ролях, причем последний будет играть латиноса. 
— Энрике, братан! — воскликнул я, радушно раскинув руки в стороны. Он подошел ко мне, и мы изобразили руками целый кордебалет жестов, который означал: «Я не под тобой, ты не подо мной, мы с тобой одной крови, мы — братья». Это поднимало самооценку в глазах окружающих и служило психотерапевтическим методом для Энрике – он верил, что после такой клятвы никто не посмеет его пристрелить.
— Ну, как житуха? — пробасил он и улыбнулся. — Все так же бесцельно палишь бензин на автострадах?
— Ну, ты просто в корень зришь! — сказал я и рассмеялся. 
Хук от напряжения даже потерял аппетит. Он знал о репутации «Бандитос» и был готов защитить меня от любой опасности. А еще он очень хотел снова с кем-нибудь подраться. Сэм же спокойно ждал, когда мы перетрем последние новости и наконец-то пойдем ужинать. Он знал, что волноваться не стоит — Сайрус и пальцем не тронет своего спасителя. Молот молча переводил взгляд с одного охранника Сайруса на другого и прикидывал, как лучше их вырубить. Каска, наш самый молодой «кулак», грозно рассматривал «бандитос» из-под лба, стараясь показать, что не струсил. 
— Парни, вы постойте тут, — сказал Сайрус и кивнул головой своему окружению, которые остались молча стоять напротив моих ребят, стараясь уничтожить их взглядами посреди опустевшего коридора. Мы отошли в сторону, и Гарри чуть из кожи не вылез, стараясь услышать, что мы говорим. Но его взгляд цепко держал татуированный верзила, которого было опасно злить.
Мы отошли на приличное расстояние, и Сайрус спросил:
— Ну, как твой фэбээровец, скучает? — спросил он лениво. То, что в моей банде был стукач, знали все, кроме Хука. Гарри строил из себя крутого парня, но мы просто развлекались — роняли возле него многозначительные фразы, шептались и делали вид, что что-то замышляем. Он тайно строчил доклады и волновался. 
— Да мы не даем ему скучать. Мои парни глумятся над ним как могут! — сказал я, начиная раздражаться. Эта случайная встреча слегка нарушала мои планы, но деваться было некуда. — Правда, все время посылаем по ложному следу, но он надежды не теряет.
Сайрус понимающе кивнул головой.
— А хочешь, наконец-то, делать реальные вещи, а не тупо резину жечь? Можешь крутые бабки поднять, уважение заработаешь... — начал, было, он снова. Каждый раз, когда я его вижу, он снова и снова заводит эту тему. Пока что вежливо, но я видел, что его терпение не бесконечное, и он скоро перейдет к попыткам подкупить или запугать меня. 
— Я благодарю за предложение, но вряд ли. Мне неприятности с законом не нужны. Да и ребята мои против. Они не готовы бросить привычную жизнь, — сказал я, пытаясь найти в его глазах понимание, но они только потемнели от отказа, как я и предполагал. Он насупил брови и недовольно затоптался на месте, потому что не привык к отказам. Низкий порог терпения — главный признак преступников всех мастей. 
— Я тебе в последний раз предлагаю. Ты подумай хорошо, — сказал почти речитативом Сайрус, — подумай хорошо, чувак! — И, не дождавшись ответа, с мрачным видом пошел в сторону своих ребят. Он спал и видел меня в своей охране, потому что был уверен — я смогу его защитить и не буду рваться к власти. Знал бы он, чего просит...
Я вздохнул и подошел к ребятам, которые с чувством глубокого удовлетворения наблюдали удаляющиеся спины в кожаных безрукавках с логотипом «Бандитос». 
Молот лучше всех подытожил результат нашей встречи:
— Редкое хулиганье... Пива бы.
Мы пошли в противоположную сторону, пока не заметили большой рекламный плакат ресторана «Звездный путь». Звучало многообещающе.
— Ну что, перекинем по стаканчику перед концертом? — воодушевленно спросил Молот.
Можно было и не спрашивать, у всех во рту с утра маковой росинки не было, так что пора было хорошо выпить и закусить. Наша компания под пристальным вниманием охраны отправилась на «минус третий» этаж, где, судя по запаху, все жарили на маргарине. Вообще, посещение любого кафе или ресторана было просто пыткой для меня. Симулировать процесс еды я научился давно, но вот спокойно переносить жуткое смешение запахов кухни было невероятно трудно. Я переставал дышать на пороге подобных заведений и только это позволяло в них находиться.

© Copyright: Клуб Неформат, 2014

Регистрационный номер №0255021

от 24 ноября 2014

[Скрыть] Регистрационный номер 0255021 выдан для произведения: Автор: Татьяна Шмидко
Т/О “НЕФОРМАТ” Издат-во Accent Graphics Communications, Montreal, 2014
Электронное издание
ISBN: 9781310664205
Сайт автора http://www.dejavubook.com/

Аннотация 
Читатель, следуя за героями романа «Дежа Вю», совершит незабываемое путешествие по странам и городам средневековой Европы, станет свидетелем зарождения любви между древнейшим вампиром на Земле и юной аристократкой, а также пройдет тропами жестокой войны между оборотнями и вампирами. Сложное хитросплетение судеб приведет к неожиданной развязке в современном мире, отразившись поразительно точной копией в судьбах представителей враждебных кланов.
Роман рассчитан на широкий круг читателей.
Купить на Озон http://www.ozon.ru/context/detail/id/30564134


Книга I
Клан


Осень 2013 г., 
г. Сиэтл, Северо-западное побережье США.


Старый байк ровно катился по влажной ночной дороге. Под колесами мелькали желтые пятна фонарей, а свежий запах дождя приятно дополнял вечернюю прохладу. 
Рядом со мной ехало еще пятеро байкеров, которые под урчание моторов тоже наслаждались дорогой. Наша компания тихо приближалась к Сиэтлу, где в концертном холле через четыре часа должен начаться концерт популярной рок-группы. Но не он был нашей целью — мы катались по дорогам Северной Америки уже вторую неделю, объезжая все бары по дороге, стремясь попасть на самую крупную сходку байкеров Америки, которая пройдет под шумок фестиваля рок-музыки в Монтерее. Нам до него был всего один день пути от Сиэтла. 
Было большой удачей то, что у нас получалось еще до фестиваля попасть на выступление этой рок-группы. Мы не успели купить билеты на концерт в Олимпии, а вот на концерт в Сиэтле их достать удалось. Сиэтл всегда был городом-портом со всей сопутствующей атрибутикой — рыбным рынком, грузовым портом, который топорщился стрелами кранов, барами и ремонтными доками. Вездесущие чайки перекрикивали металлический лязг порта и деловито парили над холодными водами бухты Эллиот, над которой возвышались белоснежные Олимпийские горы.
Прямо за мной ехал мой лучший друг, бывший банковский клерк среднего звена Сэм, который в данный момент искренне упивался тем, как ветер обвевает его лицо, запутавшись в длинных пепельных волосах. Он уже пять минут как молчал — это было странно, обычно он орет какие-то песни, или просто издает победный клич команчей. Но, глядя на морской залив, который был слева по борту его мотоцикла, он сейчас подумывал о том, почему Гарри зажал триста баксов, которые должен был отдать еще на прошлой неделе. Но простодушно решил, что тот просто забыл их вернуть, и затем с легким сердцем заорал:
— Вуху-у-у! — подняв сжатый кулак вверх. Мы повторили его жест и в шесть глоток повторили его крик. Кстати, сжатый кулак был символом нашей «банды». Странно, лет четыреста назад нас бы называли бродячими рыцарями и мы делали бы то же самое, что и сейчас — колесили по дорогам в поисках заработка, выпивки и приключений. 
Гарри, который, кстати, был агентом ФБР под прикрытием, не отдавал деньги Сэму, потому что передавал их на экспертизу в криминалистический отдел. Их, наверное, уже протравили реактивами, постирали и высушили пару раз, но точно ничего не нашли. Я позаботился о том, чтобы в его руки попали купюры чище, чем чашка Петри после стерилизации. Гарри этого не знал, но его лицо время от времени посещала блаженная улыбка — он так и видел новые погоны на своих плечах и себя на месте зама начальника отдела по борьбе с преступными группировками. Мне до сих пор было непонятно, почему он выбрал именно нас? Моя банда была сборищем накачанных романтиков и забияк, но никакого отношения к преступному миру не имела. Ну, только чуть-чуть, если быть честными. Так что я на всяких случай подменил купюры, чтобы даже случайно не светиться с наркотой. Ее ни у кого не было — ее запах я чую за пару миль, и мы распрощались с парой человек за пристрастие к героину. Я ненавидел торговцев наркотиками и время от времени, тихо и без свидетелей, сворачивал шеи этим мерзавцам, особенно, если они специализировались на детях. 
Мы тихо въехали в черту города и, заурчав моторами на холостом ходу, встали в первую пробку. Джо, как всегда, начал мечтать о том, чтобы проехаться по крышам скучных мини-вэнов, которые перегородили нам путь к набережной. Я улыбнулся и подумал, что сам бы не против так поступить — мы отчаянно опаздывали на концерт. А всему виной Хук — вчера он славно подрался в баре, и нам пришлось повозиться с бумагами и заплатить большой штраф в полицейском участке. Поэтому в Сиэтл приехали не утром, как планировали, а вечером. 
Наконец-то зажегся зеленый свет светофора, и мы сорвались с места под опасливыми взглядами водителей, что было неудивительно — ведь байкеры имели репутацию нарушителей спокойствия в Америке. А для меня это был великолепный способ держать людей на расстоянии. Как всегда, это обеспечило нам «зеленый коридор» на шоссе, вот где порочная слава была жирным плюсом. Наконец-то удалось разогнаться до 80 миль в час, что было просто издевательством — это было как-то недостойно наших «Харлеев», потому что они могли развивать скорость в два раза большую! 
— Чувствую себя, блин, скаутом на параде! — раздраженно заявил Хук, закипая все больше и больше. Его черная каска с рожками и так придавала ему звериный вид, но майка со Спанч-Бобом навевала сомнения в звериной жестокости, которую он нам все время пытался показывать. Его Y-хромосома рвалась наружу, потому что в его рутиной жизни простым учителям истории запрещалось проявлять естественную агрессию. Наши поездки были эффективнее психотерапевтических сеансов, которые он посещал и которые не приносили ему успокоение. Вчера он с радостью заработал внушительный синяк под глазом, когда полез в драку в придорожном баре и стал спокойнее на пару атомных бомб. Хук создавал правильный антураж нашей банде. Остальные были простыми бездельниками, в компании которых было приятно проводить время. Единственные трудности возникали в солнечные дни — я не снимал шлема и перчаток, что вызывало массу шуточек. Для поддержания имиджа плохого парня пришлось наплести, что якобы скрываюсь от вездесущих камер наблюдения. Отчасти поэтому Гарри и появился в нашей компании. Такой легкий налет опасности развлекал меня, но как только я закончу здесь свои дела, то он «случайно» упадет на повороте и потеряет память, а все записывающие устройства выйдут из строя. Это будет печально, но это даст ему шанс начать жизнь заново и, может быть, он будет не такой задницей, как сейчас.
Уже была видна башня «Спейс Нидл», значит, мы уже подъезжаем к выставочному центру «Сиэтл сентр», где должен состояться концерт рок-группы «Муза». Мы оказались не единственными байкерами, так что мы просто влились в поток машин и мотоциклов, которые наводнили автостоянку. Перед нами ехали парни из «Бандитос», которые выглядели устрашающе — накачанные латиносы в черном, с настороженными взглядами. Они находились в состоянии непрерывной войны с бандой «Хэлс Энджелс» и были на третьем месте в списке самых опасных группировок Америки. Меня с ними связывало недолгое знакомство, и на глаза им попадаться не хотелось по некоторым причинам.
Наконец-то мы въехали на территорию парковки «Сиэтл сентр». В принципе, он был одним из самых высоких сооружений в городе, которое доминировало над низкими постройками одноэтажной набережной — излюбленным местом туристов и отдыхающих. 
Не без труда удалось найти свободное место для наших «лошадок», и, после небольшой возни с парковочными талонами, мы прошли на территорию комплекса. На входе в «Сиэтл сентр» нас придирчиво обыскали, даже переписали номера водительских прав. Это делалось на всякий случай, — для будущих полицейских протоколов, — если у Хука снесет башню, и он снова полезет в драку. Его синяк под глазом обещал неприятности. Я снял шлем и улыбнулся барышне средних лет в полицейской форме, отчего она покраснела и неуверенно улыбнулась в ответ. Ребята, как всегда, захохотали, отчего брови этой суровой женщины в форме заняли свое прежнее место — у переносицы.
Гарри практически заскулил от тоски, глядя на униформу и табельное оружие полицейских. Сэм, Молот, Каска, Гарри, Хук и я наконец-то прошли процедуру идентификации. У нас впереди было три часа свободного времени до начала концерта. Мы пошли по длинному подземному переходу, стремясь попасть в самое людное место — торговый центр, который располагался в подвале башни «Спейс нидл». Пора было пополнить запасы сигарет и перекусить.
— Эльф! — проревел знакомый голос у меня за спиной. Я развернулся, уже зная, кого увижу. Глава северного дивизиона банды «Бандитос» Энрике Сайрус, убийца и наркоторговец, шел ко мне в окружении своей свиты, радушно улыбаясь. Свирепые на вид латиносы, перекачанные, с характерными татуировками по всему телу внушали ужас всем, кто хоть немного был связан с миром байков. Эти ребята принадлежали к так называемому «одному проценту» любителей мотоциклов, из-за которых боялись остальных девяносто девять процентов мирных романтиков дороги. Они занимаются перевозкой и производством наркотиков, торговлей оружием, людьми и убийствами на заказ. 
Энрике Сайрус мог собственноручно скормить провинившегося подчиненного своему тигру или держать рабынь под кайфом годами. Он неспешно устранял конкурентов по одному, осторожно двигаясь к власти, к заветной вершине преступного мира. И когда оказался наверху, то остался в полном одиночестве, в окружении молодых бандитов, которые сами не прочь стать на его место. Каждый из них мог в любой момент сделать то же, что и он когда-то — приставить к его голове пистолет и нажать на курок. 
Он улыбался мне не просто так. Год назад меня угораздило спасти ему жизнь — вовремя оказаться около одного парня с заточкой, которую тот собирался метнуть в шею Сайруса. Я сделал это больше из эгоистичных целей — смерть главы банды станет началом войны между «Хелл Анджелс» и «Бандитос», которые и так отчаянно друг друга ненавидели. А это повлечет обыски и аресты, может быть, даже появится пара трупов. Потом, конечно, снимут пару документальных фильмов из серии «Я — очевидец», потратят сотни миллионов долларов на исследования влияния выхлопных газов мотоцикла на уровень агрессивности байкеров. А какой-нибудь режиссер снимет фильм «Заточка» по следам нашумевшего дела с Николасом Кейджем и Джоном Траволтой в главных ролях, причем последний будет играть латиноса. 
— Энрике, братан! — воскликнул я, радушно раскинув руки в стороны. Он подошел ко мне, и мы изобразили руками целый кордебалет жестов, который означал: «Я не под тобой, ты не подо мной, мы с тобой одной крови, мы — братья». Это поднимало самооценку в глазах окружающих и служило психотерапевтическим методом для Энрике – он верил, что после такой клятвы никто не посмеет его пристрелить.
— Ну, как житуха? — пробасил он и улыбнулся. — Все так же бесцельно палишь бензин на автострадах?
— Ну, ты просто в корень зришь! — сказал я и рассмеялся. 
Хук от напряжения даже потерял аппетит. Он знал о репутации «Бандитос» и был готов защитить меня от любой опасности. А еще он очень хотел снова с кем-нибудь подраться. Сэм же спокойно ждал, когда мы перетрем последние новости и наконец-то пойдем ужинать. Он знал, что волноваться не стоит — Сайрус и пальцем не тронет своего спасителя. Молот молча переводил взгляд с одного охранника Сайруса на другого и прикидывал, как лучше их вырубить. Каска, наш самый молодой «кулак», грозно рассматривал «бандитос» из-под лба, стараясь показать, что не струсил. 
— Парни, вы постойте тут, — сказал Сайрус и кивнул головой своему окружению, которые остались молча стоять напротив моих ребят, стараясь уничтожить их взглядами посреди опустевшего коридора. Мы отошли в сторону, и Гарри чуть из кожи не вылез, стараясь услышать, что мы говорим. Но его взгляд цепко держал татуированный верзила, которого было опасно злить.
Мы отошли на приличное расстояние, и Сайрус спросил:
— Ну, как твой фэбээровец, скучает? — спросил он лениво. То, что в моей банде был стукач, знали все, кроме Хука. Гарри строил из себя крутого парня, но мы просто развлекались — роняли возле него многозначительные фразы, шептались и делали вид, что что-то замышляем. Он тайно строчил доклады и волновался. 
— Да мы не даем ему скучать. Мои парни глумятся над ним как могут! — сказал я, начиная раздражаться. Эта случайная встреча слегка нарушала мои планы, но деваться было некуда. — Правда, все время посылаем по ложному следу, но он надежды не теряет.
Сайрус понимающе кивнул головой.
— А хочешь, наконец-то, делать реальные вещи, а не тупо резину жечь? Можешь крутые бабки поднять, уважение заработаешь... — начал, было, он снова. Каждый раз, когда я его вижу, он снова и снова заводит эту тему. Пока что вежливо, но я видел, что его терпение не бесконечное, и он скоро перейдет к попыткам подкупить или запугать меня. 
— Я благодарю за предложение, но вряд ли. Мне неприятности с законом не нужны. Да и ребята мои против. Они не готовы бросить привычную жизнь, — сказал я, пытаясь найти в его глазах понимание, но они только потемнели от отказа, как я и предполагал. Он насупил брови и недовольно затоптался на месте, потому что не привык к отказам. Низкий порог терпения — главный признак преступников всех мастей. 
— Я тебе в последний раз предлагаю. Ты подумай хорошо, — сказал почти речитативом Сайрус, — подумай хорошо, чувак! — И, не дождавшись ответа, с мрачным видом пошел в сторону своих ребят. Он спал и видел меня в своей охране, потому что был уверен — я смогу его защитить и не буду рваться к власти. Знал бы он, чего просит...
Я вздохнул и подошел к ребятам, которые с чувством глубокого удовлетворения наблюдали удаляющиеся спины в кожаных безрукавках с логотипом «Бандитос». 
Молот лучше всех подытожил результат нашей встречи:
— Редкое хулиганье... Пива бы.
Мы пошли в противоположную сторону, пока не заметили большой рекламный плакат ресторана «Звездный путь». Звучало многообещающе.
— Ну что, перекинем по стаканчику перед концертом? — воодушевленно спросил Молот.
Можно было и не спрашивать, у всех во рту с утра маковой росинки не было, так что пора было хорошо выпить и закусить. Наша компания под пристальным вниманием охраны отправилась на «минус третий» этаж, где, судя по запаху, все жарили на маргарине. Вообще, посещение любого кафе или ресторана было просто пыткой для меня. Симулировать процесс еды я научился давно, но вот спокойно переносить жуткое смешение запахов кухни было невероятно трудно. Я переставал дышать на пороге подобных заведений и только это позволяло в них находиться.
Рейтинг: 0 297 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!