Записки нимфоманки 6

article149278.jpg

 

(Продолжение)


Тетрадка вторая

1

Аркадий дал мне адрес и телефон приятеля. 
– Он человек состоятельный, занимается туристическим бизнесом, – сказал он и добавил: – Договоришься с ним сама. 

– Не маленькая, – ответила я.

– Это видно, – усмехнулся Аркадий. – Шантажистка.

Я позвонила Мише, так звали его приятеля, в тот же день. Мне ответил приятный бархатистый голос. Это был сам Миша. Мы договорились встретиться в воскресенье в полдень у него дома.

– С полным комфортом, – сказал Миша.

В воскресенье мне позвонила Лолка.
– Белка, я не смогу пойти, – больным голосом произнесла она. – У меня пришли дела… Очень болезненные… Лежу, встать не могу…

Это, как у неё начались месячные, с нею случалось раз-два в год. Она лежала в постели никакая. По три дня пропускала школу.

Я не хотела переносить нашу первую встречу с Мишей и направилась к нему одна. Он жил в старом доме недалеко от метро «Таганская».

Домофон ответил не сразу и сонным голосом Миши с оттенком: не ждали.
– Бэлла?.. 
(пауза)
– Изюмова? 
(задумчивая пауза)
Я хотела повернуться и уйти раз меня здесь не ждали, но в это время раздалось радостное восклицание:
– А! Бэлла! Входи…

Дверь подъезда засвиристела, информируя меня, что она снята с блокировки. Я вошла в подъезд. 

Да, подъезды в таких домах не чета нашим: чистый, просторный, с широкой лестницей, занимающие, кажется, всю площадь дома. В таких домах живут те, кто может позволить себе разъезжать в «мерседесах» и «лексусах», но не дотягивает ещё до собственных яхт и вилл на берегу Средиземного моря.

Я поднялась на второй этаж и остановилась перед высокой дверью, за которой послы-шались шаркающие шаги.

Я взглянула на часы. Стрелки сошлись ровно на двенадцати. Я, как никогда, была точна.
Замок проскрежетал, и дверь приоткрылась ровно на столько, чтобы я могла войти. Меня встретила массивная фигура брюнета лет сорока в длинном махровом халате. 

– Прости, кисонька, – сказал мужчина. На его помятом породистом лице расплылась широкая улыбка. – Я только под утро лёг спать, вернувшись из ночнушки. Проходи…
Оглядев меня, он добавил:
– А ты красивая. Дурак Аркадий.
И тут же поинтересовался:
– Ты одна? А где твоя подружка? Впрочем, хорошо, что одна. Я сегодня не совсем в форме заниматься вами обеими… Кофе будешь?.. 

Я ожидала, что он сразу же начнёт раздевать и потащит в постель, а он приглашает меня пить кофе.

Мы пили кофе в столовой. Нас обслуживала пожилая женщина с круглым улыбчивым лицом. Позднее я узнала, что зовут её Павла. Она была когда-то няней Миши и так осталась при их семье. Она служила и домработницей, и кухаркой. Мишины родители умер-ли, и они с Мишей жили теперь вдвоём в пяти комнатах. Дед Миши был член-корреспондентом Академии Наук. Эта квартира ему была выделена распоряжением само-го Сталина. Это тоже я узнала позже от Миши.

– В каком классе учишься? – поинтересовался Миша, выковыривая ложечкой желток из яичной скорлупы.
– Десятый заканчиваю.
– Какая ты молоденькая, – сказал Миша.
– Не такая я уж и молоденькая. Мне скоро восемнадцать, – ответила я. – Я пошла в школу с восьми лет потому, что долго болела воспалением лёгких, и мне пришлось пропустить год.
– Ну да, тогда ты уже старуха, – улыбнулся Миша.


(продолжение следует)


 

© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2013

Регистрационный номер №0149278

от 26 июля 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0149278 выдан для произведения:

 

(Продолжение)


Тетрадка вторая

1

Аркадий дал мне адрес и телефон приятеля. 
– Он человек состоятельный, занимается туристическим бизнесом, – сказал он и добавил: – Договоришься с ним сама. 

– Не маленькая, – ответила я.

– Это видно, – усмехнулся Аркадий. – Шантажистка.

Я позвонила Мише, так звали его приятеля, в тот же день. Мне ответил приятный бархатистый голос. Это был сам Миша. Мы договорились встретиться в воскресенье в полдень у него дома.

– С полным комфортом, – сказал Миша.

В воскресенье мне позвонила Лолка.
– Белка, я не смогу пойти, – больным голосом произнесла она. – У меня пришли дела… Очень болезненные… Лежу, встать не могу…

Это, как у неё начались месячные, с нею случалось раз-два в год. Она лежала в постели никакая. По три дня пропускала школу.

Я не хотела переносить нашу первую встречу с Мишей и направилась к нему одна. Он жил в старом доме недалеко от метро «Таганская».

Домофон ответил не сразу и сонным голосом Миши с оттенком: не ждали.
– Бэлла?.. 
(пауза)
– Изюмова? 
(задумчивая пауза)
Я хотела повернуться и уйти раз меня здесь не ждали, но в это время раздалось радостное восклицание:
– А! Бэлла! Входи…

Дверь подъезда засвиристела, информируя меня, что она снята с блокировки. Я вошла в подъезд. 

Да, подъезды в таких домах не чета нашим: чистый, просторный, с широкой лестницей, занимающие, кажется, всю площадь дома. В таких домах живут те, кто может позволить себе разъезжать в «мерседесах» и «лексусах», но не дотягивает ещё до собственных яхт и вилл на берегу Средиземного моря.

Я поднялась на второй этаж и остановилась перед высокой дверью, за которой послы-шались шаркающие шаги.

Я взглянула на часы. Стрелки сошлись ровно на двенадцати. Я, как никогда, была точна.
Замок проскрежетал, и дверь приоткрылась ровно на столько, чтобы я могла войти. Меня встретила массивная фигура брюнета лет сорока в длинном махровом халате. 

– Прости, кисонька, – сказал мужчина. На его помятом породистом лице расплылась широкая улыбка. – Я только под утро лёг спать, вернувшись из ночнушки. Проходи…
Оглядев меня, он добавил:
– А ты красивая. Дурак Аркадий.
И тут же поинтересовался:
– Ты одна? А где твоя подружка? Впрочем, хорошо, что одна. Я сегодня не совсем в форме заниматься вами обеими… Кофе будешь?.. 

Я ожидала, что он сразу же начнёт раздевать и потащит в постель, а он приглашает меня пить кофе.

Мы пили кофе в столовой. Нас обслуживала пожилая женщина с круглым улыбчивым лицом. Позднее я узнала, что зовут её Павла. Она была когда-то няней Миши и так осталась при их семье. Она служила и домработницей, и кухаркой. Мишины родители умер-ли, и они с Мишей жили теперь вдвоём в пяти комнатах. Дед Миши был член-корреспондентом Академии Наук. Эта квартира ему была выделена распоряжением само-го Сталина. Это тоже я узнала позже от Миши.

– В каком классе учишься? – поинтересовался Миша, выковыривая ложечкой желток из яичной скорлупы.
– Десятый заканчиваю.
– Какая ты молоденькая, – сказал Миша.
– Не такая я уж и молоденькая. Мне скоро восемнадцать, – ответила я. – Я пошла в школу с восьми лет потому, что долго болела воспалением лёгких, и мне пришлось пропустить год.
– Ну да, тогда ты уже старуха, – улыбнулся Миша.


(продолжение следует)


 

Рейтинг: +5 614 просмотров
Комментарии (5)
ЛИТЛЕДИ (Рина Воронцова) # 26 июля 2013 в 15:41 0
Ну да, тогда ты уже старуха - вот так всегда, сначала в 18 лет - старуха, потом в 30 и т.д.
а где же - молодость?
Лев Казанцев-Куртен # 26 июля 2013 в 15:43 0
Нет, женщине всегда столько, сколько она себе даёт, Ирина.
юрий елистратов # 26 июля 2013 в 18:17 0
preview
Лев Казанцев-Куртен # 26 июля 2013 в 18:18 0
Большой решпект, Юрий...)))
Тая Кузмина # 31 июля 2013 в 00:00 0
Развитие событий нарастает... buket4