Записки нимфоманки 17

3 августа 2013 - Лев Казанцев-Куртен
article151045.jpg
 
(продолжение)

12

Мы с Рашидом легли на уютную кровать, а Грустин, закинув ноги на столик, вынул из коробки сигару, откусил кончик, прикурил от зажигалки и стал наблюдать за нашими кувырканиями.

А я залюбовалась членом Рашида. Выпущенный на волю, он вздымался аж к животу. И размеры его меня впечатлили. 

Рашид указал мне, чтобы я приняла классическую позу. Я легла на спину и развела ноги. Юноша одобрительно посмотрел на мою чисто выбритую раковинку, с нетерпением ожидавшую его замечательный скипетр.

– О, мой господин, – промурлыкала я, – войди в меня…

Рашид поднёс орудие к цели, развёл его концом створки раковинки, проник во вход пещерки и стал медленно продвигать-ся вглубь. Мне казалось, что он заполняет меня всю до горла… 

Рашид двигался то медленно, то ускорял ритм, вколачиваясь в меня резкими ударами, и снова переходил на неспешное скольжение… Я выгибалась, помогая ему. От пещерки растекался приятный жар и наслаждение. Я ощутила, как поднялась наша постель и, плавно покачиваясь, поплыла по воздуху. Наслаждение переполнило меня, и я вскрикнула раз, вто-рой. Рашид всё энергичнее и энергичнее вколачивался в меня. Волна оргазма нахлынула на меня и вознесла меня. Я впала в нирвану и забылась. Тело Рашида тоже обмякло, и он соскользнул с меня со словами:
– Очень хороший дэвушка.

Когда я открыла глаза и увидела Грустина, продолжающего мусолить сигару, я вспомнила, зачем я здесь, и улыбнулась ему.

В это время заиграл его мобильник. Майор приложил его к уху и сказал:
– Слушаю.

– … 
– Хорошо, сейчас подъеду.

Встав, Грустин сказал мне:
– Оставайся с Рашидом и жди моего возвращения. Рашид останется с тобой. Понял, Рашид?

– Слушаюсь, хозяин, – ответил юноша.

Майор ушёл. Мы с Рашидом продолжили ласки.

– Ты красивый, – проговорил Рашид. 

– Почему ты называешь майора хозяином? – спросила я его.

– Он мой хозяин. Отец продал мэня на пять лет. Хозяин дал ему за это машин хороший и многа дэньга, – ответил Рашид.

Я удивилась:
– Продал? В рабство? Родной отец?

– Пачэму в рабство? Мине хорошо здэсь, – улыбнулся Рашид. – Хозяин меня нэ обижает.

– А он, чувствуется, здесь свой человек, твой хозяин, – продолжила я раскручивать Рашида на откровенность.

– А он и эсть хозяин всэго: и рэсторан его, и казино его, и ночной клуб его, – ответил Рашид. – Он очэн богатый чэловэк.

Расспрашивая его, я не прекращала играть его членом, на некоторое время обмякшим, но под моими пальчиками он вскоре вернулся в рабочее состоянии. 

Рашид развернул меня поперёк кровати так, что моя попа оказалась на её краю, а сам опустился на колени на пол, развёл мои ноги, положил их себе на плечи и начал вводить напрягшуюся плоть в пещерку, пока не толкнулся в матку. Я охнула, и начала легонько покручивать попой. Рашид медленно выводил член наружу и резким ударом снова вбивал его в меня. Меня подхватила новая волна блаженства… Я кричала от восторга. Я кончила раз, второй. Рашид продолжал трудиться, как заведённый. 

Затем он поставил меня раком и вошёл в пещерку сзади. Я вошла в непрекращающийся оргазм.

Обессилев, я распласталась на постели, Рашид, наконец, кончивший вместе со мной, упал рядом. Я с благодарностью прижалась к нему, словно насытившаяся кошечка.

13

Время шло, но Грустина всё не было. Мы с Рашидом уже пришли в себя. 

– Рашид, а чем ты занимаешься здесь? – спросила я.

– Разни важни люди обслюжаваю, – ответил Рашид.

– Что это за люди?

– Разни.

– Они здесь трахают девочек?

– Биваит и трахают, – улыбнулся Рашид. – Биваит о делах разни говорят.

– О каких делах? – поинтересовалась я. 

– Разни. О башлях-машлях, биват о девочках… Разни. Что слишал, забил. Рашид гаварыл, янычар Рашиду язык рэзал.

Он усмехнулся и замолчал. 

– Ты сам-то откуда? – перевела я разговор на безопасную тему.

– Я из Крима. Там мои папа-мама, братишки-сестрёнки.

– А сколько тебе лет?

– Симинацать.

– А давно служишь хозяину?

– Сыкоро два год. 

– А девочка у тебя есть, с которой трахаешься?

– Биваит. Толко девочки редко. Стари бабы. Зато они платят болши-болши башли-машли. Рашид вернётся домой богати чэловэк.

Рашид положил мне на бугорок горячую ладонь и спросил:
– Исчо хочышь?

Я хотела, но в комнату вошёл Грустин. Теперь на нём был элегантный костюм шоколадного цвета.

– Ещё не оторвались друг от друга? – весело спросил он. – Пора вставать. Рашид, приготовь помещение. Скоро люди придут.

Рашид вскочил с постели, словно пружина, и проговорил:
– Слушаюсь, хозяин.

Я тоже поднялась и принялась одеваться.

– Я нашёл тебе жильё, – сказал мне Грустин. – Комнатка небольшая, но уютная, тёплая.

Мы прошли по коридору и вошли в лифт. Двери закрылись, кабина плавно поплыла вниз. Когда двери разошлись, я увидела коридор, походящий на неширокую улицу, покрытую каменными плитами и залитую розоватым светом. Нас встретил охранник в тёмно-синей форме с большой чёрной кобурой на поясе спереди. При виде Грустина, он вскочил со стула. К ногам его упала книжка. Похоже, детектив.

– Здесь когда-то было правительственное бомбоубежище, идущее от Кремля. По этому коридору ходил Сталин, а теперь мы с тобой идём, – Грустин хихикнул. – Чуешь, хоть мы под землёй, а воздух свежий. Это ещё сталинская вентиляция работает. Умели же строить наши отцы и деды.

Но меня поразили не его слова о Сталине, а стеклянные стены, за которыми, как на витрине, находились девушки в неглиже и в мини-бикини. Они провожали нас любопытными глазами.

Мы прошли мимо четырёх или пяти витрин и Грустин остановился у одной из секций. Она была свободна.

– Вот и твои апартаменты, – сказал он.

Стекло плавно отошло в сторону, и майор переступил порог, увлекая за собой и меня в крохотное купе, в котором кроме широкой кровати, туалетного столика с зеркалом и пуфа больше ничего не было. Стены, пол и потолок были обтянуты розовым. У витрины висела плотная бордовая штора.

– Здесь ты будешь отрабатывать свой долг, – из голоса майора исчезли мягкие нотки и голос сделался металлически жёстким. – Час твой, как ты и хотела, будет стоить двести долларов. Примешь сто человек, и свободна. 

– Почему сто? – спросила я. – Я должна десять тысяч, а так получается двадцать.

Грустин ответил:
– Приплюсуй арендную плату за комнату, еду, которую тебе три раза в день будут приносить из ресторана, бельё, твою охрану, ремонт твоей машины и прочие коммунальные расходы. Пока ты не отработаешь долг, отсюда не выйдешь. А потом сама решишь: продолжить работу или расстаться со столь выгодным местом.

Я поняла, что влипла, как последняя дура: не хватало мне ещё стать сексуальной рабыней.

Конец третьей тетрадки


http://www.proza.ru/2012/12/26/23
(продолжение следует)


© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2013

Регистрационный номер №0151045

от 3 августа 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0151045 выдан для произведения:
 
(продолжение)

12

Мы с Рашидом легли на уютную кровать, а Грустин, закинув ноги на столик, вынул из коробки сигару, откусил кончик, прикурил от зажигалки и стал наблюдать за нашими кувырканиями.

А я залюбовалась членом Рашида. Выпущенный на волю, он вздымался аж к животу. И размеры его меня впечатлили. 

Рашид указал мне, чтобы я приняла классическую позу. Я легла на спину и развела ноги. Юноша одобрительно посмотрел на мою чисто выбритую раковинку, с нетерпением ожидавшую его замечательный скипетр.

– О, мой господин, – промурлыкала я, – войди в меня…

Рашид поднёс орудие к цели, развёл его концом створки раковинки, проник во вход пещерки и стал медленно продвигать-ся вглубь. Мне казалось, что он заполняет меня всю до горла… 

Рашид двигался то медленно, то ускорял ритм, вколачиваясь в меня резкими ударами, и снова переходил на неспешное скольжение… Я выгибалась, помогая ему. От пещерки растекался приятный жар и наслаждение. Я ощутила, как поднялась наша постель и, плавно покачиваясь, поплыла по воздуху. Наслаждение переполнило меня, и я вскрикнула раз, вто-рой. Рашид всё энергичнее и энергичнее вколачивался в меня. Волна оргазма нахлынула на меня и вознесла меня. Я впала в нирвану и забылась. Тело Рашида тоже обмякло, и он соскользнул с меня со словами:
– Очень хороший дэвушка.

Когда я открыла глаза и увидела Грустина, продолжающего мусолить сигару, я вспомнила, зачем я здесь, и улыбнулась ему.

В это время заиграл его мобильник. Майор приложил его к уху и сказал:
– Слушаю.

– … 
– Хорошо, сейчас подъеду.

Встав, Грустин сказал мне:
– Оставайся с Рашидом и жди моего возвращения. Рашид останется с тобой. Понял, Рашид?

– Слушаюсь, хозяин, – ответил юноша.

Майор ушёл. Мы с Рашидом продолжили ласки.

– Ты красивый, – проговорил Рашид. 

– Почему ты называешь майора хозяином? – спросила я его.

– Он мой хозяин. Отец продал мэня на пять лет. Хозяин дал ему за это машин хороший и многа дэньга, – ответил Рашид.

Я удивилась:
– Продал? В рабство? Родной отец?

– Пачэму в рабство? Мине хорошо здэсь, – улыбнулся Рашид. – Хозяин меня нэ обижает.

– А он, чувствуется, здесь свой человек, твой хозяин, – продолжила я раскручивать Рашида на откровенность.

– А он и эсть хозяин всэго: и рэсторан его, и казино его, и ночной клуб его, – ответил Рашид. – Он очэн богатый чэловэк.

Расспрашивая его, я не прекращала играть его членом, на некоторое время обмякшим, но под моими пальчиками он вскоре вернулся в рабочее состоянии. 

Рашид развернул меня поперёк кровати так, что моя попа оказалась на её краю, а сам опустился на колени на пол, развёл мои ноги, положил их себе на плечи и начал вводить напрягшуюся плоть в пещерку, пока не толкнулся в матку. Я охнула, и начала легонько покручивать попой. Рашид медленно выводил член наружу и резким ударом снова вбивал его в меня. Меня подхватила новая волна блаженства… Я кричала от восторга. Я кончила раз, второй. Рашид продолжал трудиться, как заведённый. 

Затем он поставил меня раком и вошёл в пещерку сзади. Я вошла в непрекращающийся оргазм.

Обессилев, я распласталась на постели, Рашид, наконец, кончивший вместе со мной, упал рядом. Я с благодарностью прижалась к нему, словно насытившаяся кошечка.

13

Время шло, но Грустина всё не было. Мы с Рашидом уже пришли в себя. 

– Рашид, а чем ты занимаешься здесь? – спросила я.

– Разни важни люди обслюжаваю, – ответил Рашид.

– Что это за люди?

– Разни.

– Они здесь трахают девочек?

– Биваит и трахают, – улыбнулся Рашид. – Биваит о делах разни говорят.

– О каких делах? – поинтересовалась я. 

– Разни. О башлях-машлях, биват о девочках… Разни. Что слишал, забил. Рашид гаварыл, янычар Рашиду язык рэзал.

Он усмехнулся и замолчал. 

– Ты сам-то откуда? – перевела я разговор на безопасную тему.

– Я из Крима. Там мои папа-мама, братишки-сестрёнки.

– А сколько тебе лет?

– Симинацать.

– А давно служишь хозяину?

– Сыкоро два год. 

– А девочка у тебя есть, с которой трахаешься?

– Биваит. Толко девочки редко. Стари бабы. Зато они платят болши-болши башли-машли. Рашид вернётся домой богати чэловэк.

Рашид положил мне на бугорок горячую ладонь и спросил:
– Исчо хочышь?

Я хотела, но в комнату вошёл Грустин. Теперь на нём был элегантный костюм шоколадного цвета.

– Ещё не оторвались друг от друга? – весело спросил он. – Пора вставать. Рашид, приготовь помещение. Скоро люди придут.

Рашид вскочил с постели, словно пружина, и проговорил:
– Слушаюсь, хозяин.

Я тоже поднялась и принялась одеваться.

– Я нашёл тебе жильё, – сказал мне Грустин. – Комнатка небольшая, но уютная, тёплая.

Мы прошли по коридору и вошли в лифт. Двери закрылись, кабина плавно поплыла вниз. Когда двери разошлись, я увидела коридор, походящий на неширокую улицу, покрытую каменными плитами и залитую розоватым светом. Нас встретил охранник в тёмно-синей форме с большой чёрной кобурой на поясе спереди. При виде Грустина, он вскочил со стула. К ногам его упала книжка. Похоже, детектив.

– Здесь когда-то было правительственное бомбоубежище, идущее от Кремля. По этому коридору ходил Сталин, а теперь мы с тобой идём, – Грустин хихикнул. – Чуешь, хоть мы под землёй, а воздух свежий. Это ещё сталинская вентиляция работает. Умели же строить наши отцы и деды.

Но меня поразили не его слова о Сталине, а стеклянные стены, за которыми, как на витрине, находились девушки в неглиже и в мини-бикини. Они провожали нас любопытными глазами.

Мы прошли мимо четырёх или пяти витрин и Грустин остановился у одной из секций. Она была свободна.

– Вот и твои апартаменты, – сказал он.

Стекло плавно отошло в сторону, и майор переступил порог, увлекая за собой и меня в крохотное купе, в котором кроме широкой кровати, туалетного столика с зеркалом и пуфа больше ничего не было. Стены, пол и потолок были обтянуты розовым. У витрины висела плотная бордовая штора.

– Здесь ты будешь отрабатывать свой долг, – из голоса майора исчезли мягкие нотки и голос сделался металлически жёстким. – Час твой, как ты и хотела, будет стоить двести долларов. Примешь сто человек, и свободна. 

– Почему сто? – спросила я. – Я должна десять тысяч, а так получается двадцать.

Грустин ответил:
– Приплюсуй арендную плату за комнату, еду, которую тебе три раза в день будут приносить из ресторана, бельё, твою охрану, ремонт твоей машины и прочие коммунальные расходы. Пока ты не отработаешь долг, отсюда не выйдешь. А потом сама решишь: продолжить работу или расстаться со столь выгодным местом.

Я поняла, что влипла, как последняя дура: не хватало мне ещё стать сексуальной рабыней.

Конец третьей тетрадки


http://www.proza.ru/2012/12/26/23
(продолжение следует)


Рейтинг: +1 940 просмотров
Комментарии (1)
Василий Храмцов # 3 августа 2013 в 21:53 0
Отличный детектив, Лев! Я Прочел только новые главы и очень доволен. По поводу порнографии я молчу, тебе виднее, да после Набокова теперь нас уже ничем не удивить. Удачи тебе в творчестве.
Окинул взглядом все твои наработки. Ну, ты гигант! Томов на двенадцать полного собрания сочинений наберется! Я думал, что ты просто валяешь Ваньку, выставляя хохмочки в Избе. А ты гигант! Читать - не перечитать! Периодически буду возвращаться. С уважением, Василий.