ГлавнаяВся прозаЖанровые произведенияЭротическая проза → Поручик Ржевский в Москве (6)

Поручик Ржевский в Москве (6)

3 ноября 2013 - Лев Казанцев-Куртен
article167474.jpg

(продолжение)

6

    Ввечеру следующего дня я был у Лизоньки. Она встретила меня и пригласила в свой будуар. На ней было лёгкое голубое платье из муслина. И волосы по-домашнему были распущены.
      Захлопнув дверь, я поспешил обнять Лизоньку и нацелился на её губки, но она ловко увернулась и проговорила:
   – Погодите, поручик. Сядьте. Я ещё ничего не решила. Я год замужем, и ещё ни разу не изменяла мужу…
   – Когда-то надобно начинать, – улыбнулся я.
   – Поручик! – кинула на меня сердитый взор Лизонька.
    Я умолк и посмотрел на нее.
   – Простите, мадам, – я кинулся на колени перед Лизонькой и схватил её за руку. Она тоже пала передо мной. Я обнял её. На сей раз Лизонька не уворачивалась и выжидательно глядела на меня, в глазах её был немой вопрос.

    Мы сплелись в сладостном объятии. Поцелуй... ещё один... ещё. Я проник за корсаж и обхватил, чуть сжав, её нежную грудь.

   – Я понимаю, что поступаю дурно, поручик. Мы с вами почти незнакомы, – прошептала Лизонька. – Вы будто наваждение, явившееся моему взору… Увидев вас, я поняла, что… что… не смогу устоять… если вы… Вчера я осмелилась пригласить вас… Я бы не поспешила сие сделать, но я приневолена была поторопиться потому, что на днях в Москву приезжает мой муж. При нём я не дерзну... Же ву компрене?
   – Компрене, мадам, – ответил я, нырнув рукой под подол платья Лизоньки и торопливо шаря по её обворожительному телу, поглаживая и тиская его. – Я всё компрене… но вы так прекрасны, охренеть…

    Задыхаясь от охватившего восторга и нетерпения, Лизонька, словно вышвырнутая на берег рыбка, жадно ловила воздух широко открытым ртом.

    Горя нетерпением, я нырнул головой под платье. Лизонька непрестанно шептала, от волнения путая русский и французский языки:
   – No… no, mon cher…Не торопитесь... O, mon Dieu? Что вы делаете?.. Это ужасно…

    Затем я снял с Лизоньки платье и устремил свой взгляд на её обнажённое тело, любуясь упругими девичьими персями с розовыми сосками, плоским животом и внизу его треугольничком чёрных волос. Затем, припав к атласной коже прелестницы губами, стал покрывать его страстными поцелуями. Сладкое благоухание щекотало мне ноздри, кружило голову. 

    Я склонил лицо, вжав его в ложбинку между дивными персями, и прошептал:
   – Божественно!.. 

    Лизанька ослабела и, охваченная лёгкой блаженной истомой, замерла. 
    Я подхватил её на руки, отнёс в альков, уложил на мягкую перину. Раздвинув её ножки, припал к пышной шапочке влажных волос и проник языком между створками раковинки, источающей амброзию. Лизонька невольно застонала: 
   – О, боже, прости меня… O, mon Dieu, рardonnez je…

    Пылая страстным вожделением, я сорвал с себя одежду и накинулся на Лизоньку, припав губами к её персям. Затем прошёлся ладонями по внутренней стороне пленительных ляжек, кои Лизонька, тяжело и прерывисто дыша, как могла широко развела. я коснулся пальцами желанного лона и принялся гладить трепетный бутон.
 
    Грудь Лизоньки учащённо вздымалась и опадала, тонкий стан трепетал. Ну же, давай же, давай, молили меня её глаза, я больше не могу...

    Уступая сему немому зову, мой взбрыкивающий от нетерпения дружок неторопливо ринулся вглубь горячего жерла и проворно засновал взад-вперёд, с каждым разом проникая в Лизоньку всё глубже и глубже. 

    Лизонька то и дело хватала мою голову и принималась яростно целовать в лицо, в шею, впиваясь в меня зубами. Она, уже не стесняясь, громко стонала и охала, виляла попой, запрокинув назад голову и закусив напрягшуюся нижнюю губу. Из неё рвалось непрестанное:
   – Foutre je, mon cher… Ой, мамочка!.. С'est bon… il est plus profond!.. глубже, милый… Je veux  il a fin vous aussi… avec moi!..  Я хочу, чтобы ты кончил со мной!.. toujours… ещё… ещё… Foutre je!.. Trombiner je!.. Donnez, cher!.. Ce paradisiacal est le plaisir!.. О, райское наслаждение!.. il est doux!.. il est doux!.. il est doux!.. сладко!.. сладко!.. А-а-а!!! 

    Мои сouilles (яйца) начали набухать, предвещая мне, что я скоро взорвусь зарядом le sperme. Я чувствовал, что больше не могу сдерживаться.
    Лизонька стала бешено вращать попой, подбрасывая меня и громко взвывая:
   – Ы-ыыыыыы…

 Я загнал la verge (х*й) по самые couilles в её z;zette (пи*ду) и начал бурно извергаться  с криками блаженства. Горячий поток влаги разбрызгивался глубоко в её вагине, заполняя каждый дюйм. Мой дружок опорожнялся целую вечность, пока я не вытянул его из Лизонькиной вагины. 

    От избытка чувств, руки Лизоньки ослабли, ноги раскинулись по постели и она замолкла. Я слышал только её тяжёлое дыхание.

    Придя в себя, она натянула на себя простыню и проговорила:
   – А теперь, поручик, уходите и забудьте всё, что между нами произошло.

    Я оделся и, склонившись над Лизонькой, поцеловал её в губы и сказал:
   – Спасибо, дорогая. Но вас забыть я не обещаю.

    Я ушёл от Лизоньки раздосадованный её отказом продолжить нашу любовь. Однако прогулка по заснеженной Москве успокоила меня.

(продолжение следует)



© Copyright: Лев Казанцев-Куртен, 2013

Регистрационный номер №0167474

от 3 ноября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0167474 выдан для произведения:
 

Поручик Ржевский в Москве 6

(продолжение)

Начало:
http://www.proza.ru/2013/10/29/1482

6
    Ввечеру следующего дня я был у Лизоньки. Она встретила меня и пригласила в свой будуар. На ней было лёгкое голубое платье из муслина. И волосы по-домашнему были распущены.
      Захлопнув дверь, я поспешил обнять Лизоньку и нацелился на её губки, но она ловко увернулась и проговорила:
   – Погодите, поручик. Сядьте. Я ещё ничего не решила. Я год замужем, и ещё ни разу не изменяла мужу…
   – Когда-то надобно начинать, – улыбнулся я.
   – Поручик! – кинула на меня сердитый взор Лизонька.
    Я умолк и посмотрел на нее.
   – Простите, мадам, – я кинулся на колени перед Лизонькой и схватил её за руку. Она тоже пала передо мной. Я обнял её. На сей раз Лизонька не уворачивалась и выжидательно глядела на меня, в глазах её был немой вопрос.
    Мы сплелись в сладостном объятии. Поцелуй... ещё один... ещё. Я проник за корсаж и обхватил, чуть сжав, её нежную грудь.
   – Я понимаю, что поступаю дурно, поручик. Мы с вами почти незнакомы, – прошептала Лизонька. – Вы будто наваждение, явившееся моему взору… Увидев вас, я поняла, что… что… не смогу устоять… если вы… Вчера я осмелилась пригласить вас… Я бы не поспешила сие сделать, но я приневолена была поторопиться потому, что на днях в Москву приезжает мой муж. При нём я не дерзну... Же ву компрене?
   – Компрене, мадам, – ответил я, нырнув рукой под подол платья Лизоньки и торопливо шаря по её обворожительному телу, поглаживая и тиская его. – Я всё компрене… но вы так прекрасны, охренеть…
    Задыхаясь от охватившего восторга и нетерпения, Лизонька, словно вышвырнутая на берег рыбка, жадно ловила воздух широко открытым ртом.
    Горя нетерпением, я нырнул головой под платье. Лизонька непрестанно шептала, от волнения путая русский и французский языки:
   – No… no, mon cher…Не торопитесь... O, mon Dieu? Что вы делаете?.. Это ужасно…
    Затем я снял с Лизоньки платье и устремил свой взгляд на её обнажённое тело, любуясь упругими девичьими персями с розовыми сосками, плоским животом и внизу его треугольничком чёрных волос. Затем, припав к атласной коже прелестницы губами, стал покрывать его страстными поцелуями. Сладкое благоухание щекотало мне ноздри, кружило голову. 
    Я склонил лицо, вжав его в ложбинку между дивными персями, и прошептал:
   – Божественно!.. 
    Лизанька ослабела и, охваченная лёгкой блаженной истомой, замерла. 
    Я подхватил её на руки, отнёс в альков, уложил на мягкую перину. Раздвинув её ножки, припал к пышной шапочке влажных волос и проник языком между створками раковинки, источающей амброзию. Лизонька невольно застонала. 
   – О, боже, прости меня… O, mon Dieu, рardonnez je…
    Пылая страстным вожделением, я сорвал с себя одежду и накинулся на Лизоньку, припав губами к её персям. Затем прошёлся ладонями по внутренней стороне пленительных ляжек, кои Лизонька, тяжело и прерывисто дыша, как могла широко развела. я коснулся пальцами желанного лона и принялся гладить трепетный бутон. 
    Грудь Лизоньки учащённо вздымалась и опадала, тонкий стан трепетал. Ну же, давай же, давай, молили меня её глаза, я больше не могу...
    Уступая сему немому зову, мой взбрыкивающий от нетерпения дружок неторопливо ринулся вглубь горячего жерла и проворно засновал взад-вперёд, с каждым разом проникая в Лизоньку всё глубже и глубже. 
    Лизонька то и дело хватала мою голову и принималась яростно целовать в лицо, в шею, впиваясь в меня зубами. Она, уже не стесняясь, громко стонала и охала, виляла попой, запрокинув назад голову и закусив напрягшуюся нижнюю губу. Из неё рвалось непрестанное:
   – Foutre je, mon cher… Ой, мамочка!.. С'est bon… il est plus profond!.. глубже, милый… Je veux  il a fin vous aussi… avec moi!..  Я хочу, чтобы ты кончил со мной!.. toujours… ещё… ещё… Foutre je!.. Trombiner je!.. Donnez, cher!.. Ce paradisiacal est le plaisir!.. О, райское наслаждение!.. il est doux!.. il est doux!.. il est doux!.. сладко!.. сладко!.. А-а-а!!! 
    Мои сouilles (яйца) начали набухать, предвещая мне, что я скоро взорвусь зарядом le sperme. Я чувствовал, что больше не могу сдерживаться.
    Лизонька стала бешено вращать попой, подбрасывая меня и громко взвывая:
   – Ы-ыыыыыы…
 Я загнал la verge (х*й) по самые couilles в её z;zette (пи*ду) и начал бурно извергаться  с криками блаженства. Горячий поток влаги разбрызгивался глубоко в её вагине, заполняя каждый дюйм. Мой дружок опорожнялся целую вечность, пока я не вытянул его из Лизонькиной вагины. 
    От избытка чувств, руки Лизоньки ослабли, ноги раскинулись по постели и она замолкла. Я слышал только её тяжёлое дыхание.
    Придя в себя, она натянула на себя простыню и проговорила:
   – А теперь, поручик, уходите и забудьте всё, что между нами произошло.
    Я оделся и, склонившись над Лизонькой, поцеловал её в губы и сказал:
   – Спасибо, дорогая. Но вас забыть я не обещаю.
    Я ушёл от Лизоньки раздосадованный её отказом продолжить нашу любовь. Однако прогулка по заснеженной Москве успокоила меня.

(продолжение следует)



Рейтинг: +3 601 просмотр
Комментарии (5)
Александр Дашевский # 12 ноября 2013 в 23:31 +2
Вот так Ржевский! Настоящий, женских тел, искуситель!
Лев Казанцев-Куртен # 13 ноября 2013 в 12:43 +2
Волокита. Без женщин жизнь плохая, не годится никуда...
Галина Дашевская # 14 ноября 2013 в 01:17 +2
Я читала вчера, когда и Санька читал. Мы с ним сейчас пользуемся только моим компом. А у него глючт ноутбук.
Согласна с вами, что без женщин жизнь плохая, но есть в настоящей жизни исключения.
Лев Казанцев-Куртен # 14 ноября 2013 в 13:10 +1
Если и есть такие исключения, то очень горькие... Можно ли прожить без неба, без солнца?.. Можно, но разве это жизнь?..
Вот так и без женщин - не жизнь...
Александр Дашевский # 16 ноября 2013 в 01:05 +1
Мудрые слова!