ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияЭротическая проза → ОТДЫХ В КРЫМУ. Современная повесть.18+ Глава вторая

ОТДЫХ В КРЫМУ. Современная повесть.18+ Глава вторая

29 сентября 2018 - Андрей Кузнецов
article426333.jpg
                                      
                                                                     Глава вторая. Вечернее общение.
 

          В небе  над играющим волнами море  засветился жёлтым  светом  кусок  луны.  Уже стало  довольно темно. Пляж был абсолютно пуст. Марина разулась и зашла в воду по колени. Потом, подняв подол платья  почти  до  трусиков,  шагнула ещё  дальше. Постояв так минуты  две в,  колышущейся мелкой волной, воде, вернулась на  берег.
          -Нет, вода прохладная,  я не буду  в такой купаться,  - сказала  она  решительным  тоном.
          -А  если  бы  оказалась  тёплая? - спросил я.
          -Ну, тогда  бы да,   искупалась, - был ответ.
          -И  не постеснялись  бы раздеться?-  спросил я  с лёгкой  усмешкой.
          -Так  уже довольно  темно, -ответила  Марина. -А  что,  Вам было бы интересно  разглядывать голую  девушку при таком  свете? Да, разделась бы… мы взрослые люди. Но купаться, чтоб  потом  застудить себе… сами  знаете  что? Нет, не буду.
          -Наблюдать красивую голую  девушку  у воды…  с почти  идеальной  фигурой  мужчине всегда  приятно,  -сказал я  с некоторой заминкой  в голосе.
          -Пойдёмте  лучше погуляем, -сказала Марина, пропустив  мимо ушей мои  восхищения. - Я поняла,  почему вода сегодня  холодная. Три  дня  назад был шторм, и  он к  берегу  подогнал   холодные слои  воды  - Она решительно взяла  меня  под руку, и мы пошли  в  сторону сквера пансионата.
          -Мы  правильно идём, Вы туда  хотите? -спросил я.
          -Да, туда,   - коротко  ответила она, и  мы  двинулись к скверу. Я своей рукой ощущал лёгкое дрожание  её  ладони. -«Зацепило девоньку!»,- подумал я. -«Сексуально -мобильная горячая штучка, и  при  дураке-муже, который  на  целую  неделю  оставляет молодую жену одну! А  тут я  ещё сегодня нарисовался. Погулять  девушку позвал, ещё и вопросы каверзные задавать начал… Но, а с другой стороны, я ж к этому и стремлюсь, в смысле  - поиметь красотку! Я -мужчина, меня  тянет к красивым и необычным девушкам,  что такого? И почему бы не помочь  Марине снять напряжение? А муж сам виноват, ему  предлагала жена  сменить  работу…Но  он, оказывается, фанат  мозаичных композиций…И  что это за муж, на неделю выпадающий  из благородных семейных интимных эксцессов?»- Короче, совесть моя в этом  смысле  была  чиста. Ну, а  совесть Марины?.. Это   её дело.  Это как  сама  захочет,  неволить  её не буду. Захочет дать - моё дело принять,  я на отдыхе… И она  уже тоже  не на работе.
          Мы  присядем?  - спросил я Марину, останавливаясь  на  сквере возле лавочки,  меньше всего освещённой  тусклыми фонарями на аллее.
          -Давайте, -ответила она после  продолжительного молчания. Мы  уселись и она, плотно прижавшись  ко мне,   тут же спросила :
          -Кто  из русских классиков Вам больше  нравится:  Чехов или  Толстой?
          -У нас Толстых в русской  классике целых  три «штуки»,  -ответил я с усмешкой.  - Которого Вы  имеете  ввиду? Николаича, того и другого,  или Константиныча?
          -Льва Николаевича, - ответила Марина, слегка поёживаясь  от вечернего  холодка. - «Войну и мир» после школы  не перечитывали?
          -А если мы будем на «ты»?- спросил  я, полагая  что  литературные диспуты  на этой лавочке о Льве Толстом  не сделают  меня  «ближе к телу» Марины.
          -Нет, Вадим Петрович, мы с Вами- только  на «Вы», я  немножко… боюсь вас, -с дрожью  в голосе чуть слышно ответила девушка
          -Ох,  ничего себе!-восклицаю я.- Почему боитесь? Я страшный?
          -Не знаю… меня от  вас «колотит». Я в каком-то странном  состоянии… словно собралась  куда-то  лететь вверх.
          -А давайте  Вы сядете  ко мне  на колени?  И я не пущу Вас  улететь?- осторожно спрашиваю Марину и,  с изумлением, слышу:
          -Хорошо… давайте. Мне  так, может,  будет спокойнее.
          Марина  встаёт и садится ко мне на колени левым бочком. Я обнимаю девушку  за шею, и хочу поцеловать, но она уворачивается,  и  я попадаю мимо,  в  её в нежную щёчку. Она  молча сопит и смотрит на меня  горящим взглядом. Я кладу ладонь на её коленочку и начинаю  её двигать под платьем вверх, туда, откуда эти  дивные ножки  растут…и тоже молча. Вроде бы  моя рука уже и не такая для  Марины   горячая,  не правда ли?  Хм,  удивительно… Наша пантомима  (я продвигаю руку, она сопит и  нервно дышит), продолжается примерно с минуту. Когда я, скользя  по изумительно гладкой коже бедра вверх,  достиг  ткани  трусиков,  Марина, словно очнувшись,   спрашивает:
          -А вы…  читали у Чехова «Степь»?
          -Читал, давно, но  как-то… не впечатлился, -отвечаю я,  усиленно  изучая  под платьем  наощупь рельефы узорчатой ткани  трусиков, стараясь при этом постичь пальцами спрятанные тканью выпуклости  её интимных «тайностей».
          -А меня… одно время увлёк Иван Гончаров, -снова произнесла Марина,  когда я уже запустил кончики пальцев сверху под трусики и почувствовал нежный пушок  её интимных волос, волос  удивительно тонких и мягких.
          -Читал его… «Обрыв», -  хрипло ответил я, стараясь спустить резинку стрингов пониже. -Сцена в беседке, когда Вера  отдалась Райскому… очень хорошо подана.
          -Отдаваться… всегда хорошо, - еле слышно прошептала Марина,   и  я уже воспарил в мыслях в этот вечер сочлениться с этой   сладкой красавицей. Но , оказалось,  мой воспалённый мозг всё же  несколько спешил…
          -Вы  мне  так  стринги порвёте, -сердито сказала Марина. -Этот гарнитур я покупала в Париже, эксклюзив всё- таки. Осторожнее!
          -Так,  может,  мы  их снимем? - быстро предложил я, задерживая  дыхание  в  ожидании возможного отказа.
          -Лучше… снять, - ответила Марина и  после  её слов, мой, утеснённый джинсами, лукавый «орган любви» начал так набухать и выпрямляться, что у меня  потемнело в глазах на малое мгновенье.
          Марина тем временем  соскочила с моих колен, встала  рядом и подняла  подол платья  до  самой талии,  давая  мне возможность самому спустить вниз  её узенькие белые трусики, что и было  с успехом сделано. Трусики девушка окончательно стащила с босых ступней сама, снова сунув ножки  в туфельки на низком  каблучке, после  чего  упрятала  свой  бельевой «эксклюзив» в свою сумочку.  И снова села мне на колени. Моя рука  тут же устремилась в освобождённое  интимное пространство прелестницы, ощутив  там  уже полную красоту,  нежность и  невесомость  её пушистых волос, оформленных в некоторую трапецию на «бугорке Венеры». Ножки девушки немного разошлись,  и   мне было разрешено там  немного  деликатно «похозяйничать» шаловливой рукой  бесстыдника. Ощутив  там немалую  влагу, я почувствовал, как  кровь  мне  ударила  в голову…  а также - как  в моём  джинсовом утеснении быстро завелась аналогичная характерная  мужская сырость,  и  в  мозг  остро  втемяшилось болезненное  томление прижатой тканями  любимой  личной плоти… У меня  вырвалось:
          -Как бы хорошо всё, что у Вас там,  увидеть… воочию!
          Глазки у Марины вспыхнули, бровки удивлённо поднялись, и  она  спросила:
          -Что-оо?  Вам  мало того,  что… уже   и  так… есть?
          Не успел я ответить, как она  добавила:
          -Ну, хорошо…- И соскочив  с  колен,  быстро подняла подол платья выше очаровательного пупочка, добавив:
          -Вот!.. Только быстро! Вдруг кто мимо пойдёт…
          Что  и говорить,  я был сражён наповал открывшейся  мне  панорамой  бесстыдной женской  Прелести: лункой вначале, вверху   её греховного места,  и всем треугольным сочетанием валиков наружных губ, впадиной между ними, довольно широкой,  из которой выглядывали нежные кончики смятых лепестков…Как «язычок» показывала щёлочка мне!  Я весь задрожал от  приступа похоти, пламенем  охватившей  меня с головы до ног!  Марина  тем временем быстро опустила подол платьица, снова уселась  на моих коленях, и, слегка улыбнувшись и посмотрев  куда-то вдаль, произнесла:
          -Хорошенького понемножку.  Пользуйтесь  зрительной  памятью, уважаемый Вадим Петрович!- И  затем нарочно поёрзала  на моих коленях, видимо, догадавшись, что в  трусах  и джинсах  у меня творится  нечто,  похожее на  недавний киевский  майдан…  С  её стороны это было вообще-то  жестоко!
          В своём потрясении я уже начал  отчаянно, со злостью  думать: -«А  вот как сейчас, да   расстегнусь… да как  воткнусь в тебя на всю длину, ахнуть  не успеешь! Будешь  знать, как издеваться  над мужскими «ценностями!». Но потом  сообразил, что для стремительного штурма Марининых красот в  её сыром  междуножье, нужно, чтобы она сидела  на моих коленках верхом… а как  сейчас -  ничего не  получится. Ну, хорошо,  у  меня  есть гибкие пальцы работника умственного труда, вот пока ими и пойдём в тихую  атаку… Главное, не допустить, чтобы  Марина  вдруг обиделась  на  чрезмерно резкие движения, и не прекратила наше своеобразное деликатное общение. Женщины, они  такие…
          Щупальцы  «похотливого осьминожки» в  моём  лице засуетились,  задвигались  внутри  Мариночкиной  «панорамы страсти», и обнаружили,  что в самом верху  ложбинки моими  пальцами вдруг  заинтересовался маленький  твёрдый комочек,  похожий  на  ощупь,  на клык крупной собачки. Он вырос неожиданно,  и когда  я коснулся его  ноготком, Марина дёрнулась, закусила  губку  и  произнесла:
          -М-мм! Осторожнее,  Вадим  Петрович! Мой  «хвыстик»  проснулся.
          Я отозвался  не  сразу,   и тут  же   ретиво ввёл два пальца в тёплую скользкую полость лона девушки. Но  подвигать ими не удалось - Марина резко, до  ломоты и боли в суставах,  сжала  мне пальцы внутренними ВУМ- мышцами ( о которых я был начитан и просвещён), и добавила:
          -Замрите! Посидите  спокойно, а то… мне слишком  остро будет.
          И  тут же  сама приникла к моим губам своими  губками, крепко, влажно приникла, и наши  язычки  тут же вступили в нежную и страстную дуэль, до мучительных болей в  «уздечке».  Ах, ты, шалунья! Ну  ладно,  мы пока замрём...  как  ты просишь… ощутим   волшебство  твоих тонких волос, тоже, кажется, тёмно-рыжего цвета, как  я успел запомнить.
          -А почему Вы называете  его «хвыстик»? -осторожно спросил я, прекратив движения  и шевеления в интимной  зоне рыжей  красавицы..
          -Он мой  «мучитель», -ответила, вздохнув,  Марина. -На работе… часто покоя  не  даёт, требует внимания… А «хвыстик»… это его мальчишки так смешно прозвали. Я  тогда  ещё  не была  замужем.  Мы  с соседскими  мальчишками  пять лет   назад купались  на косе, за каменистой грядой, за посёлком, где народу  бывает мало… Они сняли трусы, дурачились,   и с  меня всё   стащили, черти…  и мы  купались,  дурачились, бегали в воде  у берега, играли  в «догонялки».
          -Так они,  небось,  возбудились… от Вашего нескромного вида? Сколько им лет-то было, мальчишкам Вашим?-удивлённо прошептал я,  подумав  про себя: -«Ну  и  нравы… в  дальних провинциях!»
          -Кому  -то было десять, кому  -двенадцать,  -  так  же, шёпотом  ответила Марина.- свои ребята, соседские…
          -Ну, и Вы, небось,  тоже возбудились от их  «торчалок»? -спросил я.
          -Да,  и это было, -ответила  девушка. - И  тут, мой  «мальчик» возбудился… выскочил наружу… от вида их «штучек».  Первым  его заметил мой  сосед, Тарасик, он из украинской  семьи. И закричал:
          -Ой, хлопчики, дывытесь,  у  Маринки  вже  хвыстик  з письки торкнулси!
          Тут  и  другие пацаны  его увидели, подскочили, стали разглядывать мою письку. Я  сначала руками прикрывалась, но потом… а, решила  им показать… всё.  Пусть лучше знают, что у женщин внутри… бывает. А то мой  дед так за всю жизнь  и не узнал, что у бабушки  имелся  этот... «хвыстик». -Марина улыбнулась и снова приникла  ко мне  губами. И  заполоскала язычком по моему  языку… Я же коснулся  большим пальцем  её «хвыстика» и тут... Марина ахнула,  дёрнулась всем  телом и, затрепетав,  потом  ещё громко вскрикнула:
          -О-оу, мамм-ма-ааа!
          Она ещё крепче стиснула ручками  мою шею,  и    я враз почувствовал,  что мои джинсы… промокли. Марина ещё  на мне один  раз дёрнулась,  и обмякла… Затем  быстро отпрянула от меня, выпрямилась, вытащила из сумочки  смятую в  комок белую салфетку и выдернула из своей интимной полости  мои пальцы, тут же приткнув  туда  салфетку. Потом устало выдохнула:
          -Ну, хоть так… Госс-споди, как хорошо! Пошло  с меня и так много!
          Ага, ей - то стало хорошо,  а  мне каково?
          -Марин, ну что мы мучаемся на этой  дурацкой  лавочке?-спросил я недовольным тоном и добавил: -Можно пойти в корпус, и  устроиться  в моём  люксе,  я там один сегодня поселился. Пошли? Или ты  что,  домой,  в посёлок собралась?
          -Нет, ответила девушка. - Домой  меня  обычно  Лёнечка, наш повар, на машине  подбрасывает после работы. Собиралась  сегодня ночевать здесь,  в пансионате, в моей  комнате отдыха. Мы же с Вами о литературе собирались… общаться. Погулять хотели..
          -Так мы и в люксе сможем продолжить… диспуты о литературе .У меня  там  и  коньяк есть. Французский, -сказал я.
          -Коньяк -это хорошо.… А резинки у Вас  есть?- вдруг сердито спросила Марина.- Без резинки  я не дам!
          -Нет, -ответил я. - Резинки я  не пользую. Сто лет  их не покупал…
          -Нич-чего себе!- возмущённо прошипела  Марина.-  А  ещё  на курорт собрались! Кто ж на курорты, в  пансионаты   без резинок  ездит?
          -Но меня перед заездом сюда медики проверили  со всех сторон!- ответил я. -У меня  три справки есть,  могу  показать!
          -Нет, Вадим Петрович, это принципиально! Резинок  нет - и люкса нет! Ничего нет.
          -Но, Марина!.. -уже взмолился я. - Почему именно так?…
          -Потому, что я Вам  не верю! Я с Вами могу  голову потерять, расслабиться,  Вы сразу  втолкнётесь а  я -мужняя жена.  Нет, резинка- это очень принципиально!
          Ну, что тут  сказать?
          А Марина вдруг встрепенулась, и, продолжая  сжимать между ножек салфеточку, неожиданно наклонилась ко мне  и  нежно произнесла:
          -Давайте… мы   его выпустим  на волю!  А то ему там,  у  Вас,  грустно. - И  шустренько  начала  расстёгивать  мне  ремень,  а потом и молнию на  джинсах. Когда она вытащила  моего несчастного «узника» на свободу,  мокрого и вообще…  измождённого, то попросила   у меня платок. Взяв платок, тщательно и осторожно вытерла  мой  обиженный орган, потом,  восхитившись и полюбовавшись им, сжала  его ствол в  кулачке и стала осторожно, с  ускореним, двигать его крайней плотью. Платочек она держала  наготове,  и,  когда вулкан  спермы  проснулся и выбросил  первую порцию животворительной «лавы»,  девушка быстро накрыла «извержение» тканью платка. Обжав его, промокнув, Марина проговорила:
          -Ну, вот…  Теперь мы  с Вами  «на равных», Вадим Петрович!.. Кончать нужно обязательно. Теперь можем пойти в корпус и…  разойтись  по нашим «кельям», просто поспать. Поздно уже.
          -Но мы  ещё не закончили беседу о литературе, -сказал  я с иронией  в голосе.
          -Шедевров литературы так много, что мы ещё не раз сможем поговорить о них, -   ответила Марина  и  рассмеялась.              Мы встали, привели себя  в порядок  и пошли в Главный  корпус.   

                                                                                     КОНЕЦ ВТОРОЙ  ГЛАВЫ.
 
 
 
 
 
 
 

 

© Copyright: Андрей Кузнецов, 2018

Регистрационный номер №0426333

от 29 сентября 2018

[Скрыть] Регистрационный номер 0426333 выдан для произведения:                                          Глава вторая. Вечернее общение.
 

          На море  наблюдался полный  штиль. В небе  светил жёлтым  светом  кусок  луны.   Пляж был абсолютно пуст. Марина разулась и зашла в воду по колени. Постояв так минуты  три в  тихо шелестящей у ножек воде, вернулась на  берег.
          -Нет, вода прохладная,  я в такой  не  буду купаться.
          -А  если  бы она  оказалась  тёплая? - спросил я.
          -Ну, тогда  бы да,   искупалась, - был ответ.
          -И  не постеснялась  бы  меня  раздеться?-  задал я  вопрос  с лёгкой  усмешкой.
          -Я бы, конечно,   попросила тебя отвернуться,  и отойти   подальше.  Но уже стемнело, так  что вид моего голого тела  радости  тебе доставил бы  немного.- Наш диалог продолжался в  шутливом  тоне.-  Всего лишь… силуэт. - Тебе  так  хочется  увидеть подробности моего  голого тела?
          В  ответ я лишь улыбнулся  и  молча  пожал плечами.
          А  знаешь, Вадим, я поняла,  почему вода сегодня  холодная. Три  дня  назад здесь был шторм, и  он к  берегу  подогнал   холодные слои  воды. Ладно, пошли назад, вон  по той  дорожке. -  Она  взяла  меня  под руку,   и мы  двинулись по  слабо освещённой  аллее  с редкими  лавочками, у  которых спинки  были  причудливо выгнуты.
          -Значит, ты не стала бы купаться голой при  мне, так?- спросил я, решив окончательно выяснить её отношение к такому виду ночных курортных  удовольствий.
          -Ну,  Вадим, о чём  ты? Я же замужем.- серьёзно ответила  Марина. - Я представляю,  чем бы  эта демонстрация  моих «прелестей»  завершилось, - девушка  посмотрела на  меня  с  укоризной. - Ты  бы  тогда  тоже разделся, тоже бы  полез в воду, стал бы  меня целовать, ласкать…прижимать.  Мне  этого не  нужно. Хотя  одной  поплавать в  темноте  было  бы заманчиво, но не  в такой воде.
          -То - есть, ты –верная  жена и изменять мужу не собираешься, -констатировал я. – Это похвально. Хотя в наше продвинутое время…
          -Да, хотя  и в наше  продвинутое  время, - перебила меня она.- Это  каждый решает сам  для  себя. Я  уже говорила,  что здесь  найдутся  для  одиноких крепких интересных  мужчин, как  ты,  отдыхающие, Молодые скучающие девушки, которые  будут рады  тебе, твоим  поцелуям, короткому курортному роману, жарким ночным объятьям в смятой  постели и   прочему. Так  что…готовься, иначе какой  отдых?  Я, надеюсь, ты поселился  в одноместном  «люксе» и…  ведь не импотент, да? -произнеся  последнее слово, она  с  озорной  улыбкой посмотрела  на  меня, ожидая, что я в ответ  что-то должен съязвить.
          -Так. Отвечаю по пунктам, -сказал я торжественно,  с самым  серьёзным видом. – Поселился точно,  в одноместном, на втором  этаже, комната № 24. По части  состояния  нестояния - в  этом  никогда  уличён не  был, чем и горжусь. Никогда  не пользовался Виагрой,  Вука-вукой и прочими стимуляторами   для  повышения  гранитной  твёрдости. Отличаюсь высокой скоростью готовности.
          -Да-а-а-а?- радостно вопросила Марина, быстро развернувшись ко мне лицом и  сделав несколько  шагов  спинкой  вперёд.  - Как интере-е-е-сно! По поводу последнего уточнения  я бы задала  тебе несколько  нескромных вопросов. Но…   от  меня ты сегодня  такого удовольствия  не получишь, не надейся.
          -Присядем?- предложил я,  остановившись  возле  одной  из лавочек, слабо освещённой уличным  фонарём  причудливой  формы.
          -Присядем, - согласилась Марина,  и  села  справа от меня, чуть подёрнув подол платья и положив ножку на ножку. Я бросил взгляд  на ножку и  увидел, что  она была  обнажена подолом сантиметров на двадцать выше  колена.
          -Я приму к  сведению твои  пожелания  по части отдыхающих женского пола, -ответил я  саркастическим тоном.
          -А  что?  Здесь отдыхают очень   даже симпатичные, -сказала Марина. – Не далее,  как  позавчера ко мне  в  библиотеку  заходили две гламурные  подружки. Записались и  взяли каждая  по томику Ремарка. Я, правда, не знаю,  за каким  чёртом,  на  нашем солнечном  морском  берегу,  им понадобился  мрачный  Ремарк, у  нас  полно лёгких женских любовных романов:  любовь,  секс, эротика… Одна из этих подруг, брюнетка, была такая  высоченная! Рост под сто девяносто точно, на  личико, правда, очень красивая, прямо куколка, стройная,   но… номер бюстгальтера   однозначно - нуль! Низкая  талия… Другая,  напротив,  была  такая,  крепко сбитая, невысокая  блондиночка с короткой  стрижкой. Всё  при ней выдающееся: и  попочка,  и  грудочка,  и  ножки такие... фигурные, мясистые.. Короче, девушки  на разный вкус. Возрастом  примерно как и  я,  27… 28 лет. Они потом  немного  посидели  за столиком зала,  полистали  журналы, «Космополитен», «Вокруг света»…  Думаю, скоро  они  снова придут менять книжки,  так  что у  тебя  есть шанс встретиться с ними.  Но это я так, например. На пляже  женщины в  купальниках – они вообще, как на витрине,  всё у них видно,  все плюсы фигуры  поданы, даже  если  они в  целиковом  купальнике. А  местный  персонал,  да  ещё  и замужние… м-мм… не  самый  лучший  вариант, я думаю.
          -Я никогда не таял от очень стройных брюнеток  ростом  с корабельную сосну и с низкой  талией, -ответил я, осторожно кладя  свою ладонь на  коленочку  Марины.  - Да и  приземистые  блондинки с яркими рельефными формами   меня  мало интересовали, -  добавил я, медленно двигая ладонь вдоль бедра  девушки верх. – А   вот огненно- рыжие, красивые, стройные, которых природа  одарила всем аккуратным и женственно элегантным «комплектом»,  с наличием соблазнительной  груди, это для  меня самое  то! –Здесь  моя  неутомимая рука  «доехала» по безукоризненно атласной гладкой  коже  под платьем,  до  кромки трусиков, и  получила  лёгкий предупредительный шлепок  от ладошки Марины с резким замечанием:
          -А  вот туда   уже не  надо, уважаемый  любитель рыжих и   сексапильных! Ручки убираем  и сидим  смирно.
          -Ой, да  ладно!- смущённо пробормотал я, наклоняясь  к Марине и целуя  её  в щёчку, ибо до губок достать  не  получилось. Марина  резко отшатнулась  от меня  и  строго сказала:
          -И  целовать меня тоже  не надо! Сказала ведь уже: я  замужем.
          -Ну, хорошо,  ты  замужем,  я совсем-совсем   не против, -  ответил я. –Марина,  а  что, если ты пересядешь ко мне  на колени?
          -Это ещё  зачем?- последовал недоумённый вопрос.
          -Тебе будет мягче  сидеть,  вот увидишь!
          -Мягче? - недоверчиво переспросила  она. –Ещё неизвестно… Там  может  получиться  и  твёрдо…твоими  стараниями.
          -Давай-давай,  пересаживайся!- поторопил я  её  и…  она  встала с лавочки.  Молча села ко мне  на  колени, обняв  меня  за шею. Я  снова принялся  ласкать её  бёдра, двигая  руками до кромок  трусиков и обратно,  слегка пожимая то одно, то другое  колено. Втиснул руку между ножек Марины, стараясь погладить внутренние  поверхности бёдер. Ножки слегка разошлись,  и  я  уже  свободно стал их ласкать, пожимая, тиская, чувствуя, что моё  «достоинство» начало набухать. Пальцы начали  касаться  сетчатой  ткани трусиков,  и,  похоже, то, женское,  что пряталось  под ними,  тоже  начало… реагировать. Марина  начала  поёрзывать, и, видимо, почувствовав мой «кол»,   сказала:
          -Там   меня не  трогай! Вадик¸ я - живая! И  вообще…  мне  щекотно. -Она вытянула  ножки и  спросила, стараясь  отвлечь меня  от похотливых  движений:
          -Лучше скажи,  у  меня  ноги  не кривые?
          -Да ты  что!-воскликнул я. - они  у  тебя  идеальные!
          -Точно  не  врёшь?- недоверчиво переспросила Марина
          -Ну  зачем же  мне  врать -то? -искренне возразил я.
          -А я  не  тощая?  На  твой взгляд?
          -Абсолютно нет, -поспешил я  заверить девушку, решившая  просто порисоваться. –Всё  в  самом  лучшем  виде! Никакого намёка  на  анорексию. А теперь  ты  мне  скажи…Можно спросить?- задал вопрос  я, продолжая  ласкать гладкую нежную кожу  внутренних поверхностей  бёдер девушки.
          -Спрашивай!
          -Почему вы, современные женщины,  так  любите  мужчине  делать минет?.. То-есть «французский  поцелуй», если выразиться  деликатно? То, что нам  это в  кайф -  это вполне  понятно,  но почему вам -то делать его сладко?  Или  только из чистого альтруизма?
          Марина снова  свесила  ножки, уже  не препятствуя моим тактильным манипуляциям, глубоко вздохнула  и  ответила:
          -Ну,  ты  и  вопросики задаёшь! Ладно, скажу. Для женщины минет- это прежде  всего власть над мужчиной. И колоссальное  удовольствие от ощущения всей ротовой  полостью скользкого душистого мужского жилистого столбика.
          -Власть. Ты  имеешь ввиду…хм, зубки?- спросил я, залезая рукой высоко  под платье, на  её животик. На   её гладкий  нежный  животик¸ очаровательная  выпуклость которого меня возбуждала  не меньше  лекальных поверхностей  чарующих бёдер Марины. Мой мизинец уже зацепил несколько заблудившихся  над резиночкой трусиков вьющихся  волосков… мои пальцы слегка вошли  под резиночку на  полсантиметра, и…   замерли. Дрожавшая  до этого мелкой  дрожью Марина вся напряглась, как  струна, ожидая  моего вторжения  в  её «святая  святых», задержала дыхание, но я…   я пока отменил «вторжение».
          -Ты  не  ответила, -напомнил я.
          -Да ну  тебя!  Скажешь  тоже…  зубки! Я  не  садистка,- ответила она, вдыхая, и, видимо, раздумывая, как  себя  повести, не решаясь снова шлёпнуть меня  по  нахальной  руке. -Зубки – нет, это жестоко.  У нас  во  рту… много вкусовых рецепторов,  его полость  более чувствительная, чем  вагина. Мне  нравится  язычком, губами,   ощущать  предельно обнажённый орган мужчины, его  головку, орудие страсти которое  может мне  доставить неземное… Постой, а ты  что это?  Хочешь, чтобы  я  сделала тебе  минет? -с  лукавой усмешкой добавила  она.
          -Вот прямо здесь – нет,  не хочу,  -отвечаю ей, кивнув  на горящий   неподалёку фонарь.- Мариночка, я ж в общефилософском  смысле спросил, в  сексуально эстетическом, зачем  утрировать? Ты, я понимаю, так  откровенно  не хочешь.
          -А почему ты  думаешь,  что я не хочу сделать тебе  минетик? -вдруг кокетливо спрашивает она.
          -Потому,  что шутишь,  - отвечаю, в душе  не сомневаюсь, что эта молодая  женщина непроизвольно  уже настроилась… на процесс.
          -Да-а-аа, конечно шучу, ещё  чего!  - весело ответила  Марина,  стараясь скрыть дрожь возбуждения. Но  от меня-то ей этого   скрыть не  удаётся.
          -«Французский поцелуй»!.. М-м-мм,  такое  наслаждение!- говорю  я,  сладко  зажмуриваясь  на  секунду. Потом  открываю глаза и добавляю:
          -Вообще…я давно понял, чаровница моя,  что в общем…красивая страстная  женщина  представляет  собой… сосуд.  И в  прямом  и в переносном  смысле. Сосуд, который мужчина заполняет своею сущностью  для  гармонии Вселенной. Своей  влажной плотью… Женское сердце -своим  любящим отношением. Женскую душу - своим  участием. Вы - словно красивый  вазон,  а  мы…так, расходный  материал.
          -Интересно,   - отозвалась Марина, снова чувствуя мои пальцы  на нежной  коже  своих бёдер, которые  я обнажил, снова сдвинув  в складки подол платья   до самой  её талии.- Сосуд… сосут…   ты  имеешь виду  минет?
          -«Вот она, оговорочка по Фрейду!»,  подумал я, понимая, что наши  с  Мариной «игры» заходят в почти  неуправляемую фазу. А вслух произнёс:
          -Нет! Вы- как ёмкость  для слияния  мужского и  женского. ну… и  минет  тоже, если  хочешь. Тоже  заполнение…
          -«Если  хочешь», -насмешливо повторила  Марина. – С тобой  много чего захочешь,   ты  - «бес-искуситель»! Но ты… очень странный, Вадик. Ты- не нормальный.
          -В  смысле?- удивился  я.- Чокнутый,  что ли?
          -Не-е, я  не  так  сказала, - поправилась  девушка, тряхнув рыжими  кудрями. -  Ты  необычный. Ну,  как тебе  объяснить?  Ты меня  магнитишь...  словно медиум.  Ты  гладишь мои ноги, и  я  ощущаю какое-то тонкое острое покалывание. Руки у тебя…тёплые. Ты, случайно, не  экстрасенс? Не  медиум?
          -Я?!!  Ничего такого за  собой  не  замечал, -ответил я. – Скорее, это ты  магнит. Притягиваешь…
          -Я, Вадик,  понимаю… что мы с тобой  сейчас- как школьники. Но не могу выйти из какого-то твоего «поля  влияния», хотя  понимаю,  что ведём  себя  как дети. Странно… твои  пальцы  меня  завораживают.
          -Меня  завораживает  твоё  тело,  -шептал я, продолжая  тискать  и  гладить ножки  Марины.. –Необычная  кожа… она, как полированная. Хочется  ласкать и ласкать…
          -Вот уж я  такая…получилась,  усмехнулась Марина,  довольная  моими  словами.  -Мама с  папой  постарались…- И  она  устремила  свой  взгляд в  ночное  звёздное  небо.
          Пользуясь моментом, когда  девушка расслабилась в  мыслях и  расслабила ножки, я быстро втолкнул ладонь между её  бёдер,   и мои  четыре пальца оказались держащими снизу её женское - сокровенное, скрытое  тканью трусиков, а  большой  палец - лежащим  на лобковой  косточке. Сразу  же ощутил пухлый  пикантный рельеф, но…  тут Марина  спохватилась  и гневно  воскликнула:
          -Нет, это уже слишком! Ну-ка, вынься  оттуда!- она вскочила с моих колен, встала,  оправила  смявшееся  платье. –Пора расходиться, -сердитым голосом  сказала  она.  Достаточно погуляли…  и пообщались.
          -Ты собралась  домой?- спросил я.- Давай,  провожу!
          -Я живу здесь неподалёку,  в посёлке, -ответила  Марина. –Но сегодня буду ночевать в  корпусе пансионата. Последний автобус придёт  только  в  12-00 ночи, ждать его  не  хочу. У  меня же  здесь есть своя  комната. Работникам  библиотеки  положена  комната  отдыха, ну и если  приходится  ночевать, когда  задерживаешься с разбором  и учётом  новых книг,  которые  приходят  из библиотечного коллектора  из России. А  у меня сегодня  голова разболелась, и  вообще… так  что пошли  в  корпус.  Ты  уже  был  на ужине?
          -Был, перед тем,  как  тебя собрался  ждать, -ответил  я, тоже  вставая.
          -Тогда  пошли, -сказала  она. Я пошёл чуть сзади  неё,  чтобы  не показывать девушке.  что мой «кол»  ещё  не успокоился.
          Комната Марины  оказалась на втором  этаже. Мы пожелали друг другу  «спокойной  ночи»,  простились и  разошлись.

                                                                            КОНЕЦ  ВТОРОЙ  ГЛАВЫ.
         
         
         

 
 
 
 
 
Рейтинг: +3 590 просмотров
Комментарии (4)
Сергей Гридин # 30 сентября 2018 в 14:25 0
Заинтриговал)) v
Андрей Кузнецов # 30 сентября 2018 в 14:41 0
Ну, вот и замечательно. Я не люблю писать банально, когда читателю бывает с первых строк, с первой главы, всё понятно и предугадываемо... Эротический жанр повести или рассказа по большому счёту не должен упирать читателя в чистое описание пикантных моментов, а вместе с тем должен показать нестандартное развитие сюжета, показать игру характеров героев, и взаимодействие их интеллекта, который у них предполагаются изначально.

Спасибо, Серёжа, что читаешь! big_smiles_138 c0137
Grecija # 14 октября 2018 в 11:43 0
Должна быть в женщине загадка...
Андрей Кузнецов # 14 октября 2018 в 11:47 0
В Марине их было о-о-очень много! Спасибо Тоня! С теплом к тебе!)))