ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияЭротическая проза → ХОЛОДНОЕ СЕРДЦЕ Повесть. Часть вторая Глава вторая 18+

ХОЛОДНОЕ СЕРДЦЕ Повесть. Часть вторая Глава вторая 18+

17 марта 2019 - Андрей Кузнецов
article442696.jpg
                                                     Глава вторая. Представитель фирмы.
 

            Юрий Ярин жил в  Камаринске  уже  третий  год.  Он был  рождён в Москве, в скромной  семье интеллигентов. Отец  работал   редактором  в книжном  издательстве, мама –завучем в одной  из московских школ. Юрий   после срочной  службы в  армии,  окончил «Бауманку»,  женился и  устроился  на  работу в одну из фирм столицы  по разработке секретной  продукции военно-космического назначения. В это время военные ведомства  России  вновь озаботились укреплением  оборонной мощи  страны и разместили ряд особых заказов на некоторых фирмах.  Воплощением в жизнь секретных проектов занялись   несколько заводов, разбросанных по стране, в том  числе и завод  «Омега»  в  небольшом городе   Камаринске.
 
          На  московской  фирме Ярин считался вполне успешным  инженером, и, проработав на ней более пяти  лет, приобрёл авторитет  спокойного вдумчивого и грамотного специалиста с неплохим  окладом  и регулярной  премией  в  половину  оклада. Однако после  развода  с женой,  с которой  он «не сошёлся  характером», Юрий  несколько загрустил. Поразмышляв, и  прийдя  к выводу,  что карьерный  рост на фирме  ему  не «светит» ( у него, в отличие  от  его «блатных» коллег,  не было покровителей в руководстве  концерном), он решил поискать себе  другое  место,  и уже начал изучать объявления в  рекламных газетах. Но узнав,  что  представитель фирмы в    городе  Камаринске уходит  на  пенсию, Юра сразу пошёл к Генеральному  на приём и попросился  представителем  на  завод «Омега», посчитав,  что таким  решением  он убивает  нескольких зайцев  разом. Южный город в ста  километрах  от Чёрного моря,  тёплый  климат, непыльная работа  с хорошим  окладом,  бОльшим, чем  на фирме, замечательное одиночество в   уютной  двухкомнатной  служебной  квартире - о чём лучшем ещё можно мечтать? Генеральный директор, изучив  послужной список разработок  Ярина,  дал согласие на занятие им место представителя  московской  фирмы на  небольшом заводе в небольшом  южном городке.
 
          С  самого начала работы  в  качестве  представителя  разработчиков,  Ярин  показал себя компетентным  инженером, оперативно решающим  вопросы нестыковок и несоответствий между московской  техдокументацией  и её местным воплощением в  осязаемые блоки. Вскоре  отпала  необходимость появляться  на  заводе  каждый день, свободного времени появилось много,  и  вдумчивый представитель стал распоряжаться им очень продуктивно и рационально, даром, что никогда не страдал от одиночества,  и не искал  шумных компаний. Нужны  ли   какие компании  при  прослушивании  в уютной  тишине записей классической музыки или мировых звёзд оперной  сцены? А просматривание альбомов  репродукций  картин старых мастеров  Голландии или  Франции, обязательно ли  требовало  каких-то собеседников? Ярин с детства  был домашним  мальчиком, одиноким тихим любителем чтения книг, изучения разного рода  искусств, да и заниматься  техническим  творчеством он  любил   в домашней тишине, радуя  родителей целеустремлённостью и нежеланием   болтаться  в сомнительных дворовых компаниях сверстников.
 
          В Камаринске Ярин почти  сразу же  завел в квартире  большой  аквариум  с экзотическими  рыбками и современной аппаратурой поддержки  их жизнеобеспечения. А также заключил договор с местной  фирмой ихтиологов-профессионалов, раз в неделю следящих  за  домашними  аквариумами ленивых любителей красивой водной экзотики, наводя порядок в  водоёмах  в 400 литров, ухаживая и леча их обитателей. Да и  недорого получалось  по денежным  возможностям Ярина. Так же раз в неделю к нему в квартиру приходила  пожилая  пенсионерка, которая убиралась и  относила бельё  в прачечную. Раз в  две недели  Юрий  выезжал в Москву  с отчётами, получая  на фирме  зарплату и очередные командировочные, навещая  родителей  и прихватывая с собой  их консервированные  домашние заготовки, любимые книги,  и так  что по мелочи,  что  можно было приобрести  только  в столице. Таким  образом, в комфортной  камаринской квартире  у  него  была  приходящая команда ихтиологов и  приходящая домработница. Оставалось  ещё найти  и  приходящую любовницу.  Ярин был нормальным здоровым  мужчиной  и   ничто человеческое ему  не было чуждо.
 
          Но с   любовницей дело обстояло не просто. Ярин не хотел  заводить романы  с сотрудницами  завода,  как с  незамужними,  так  и  тем более  с  семейными. Знакомиться  вне производства  на улице  с  разбитными  девчонками –южанками  он  тем  более  не  собирался. Эти знакомства  могли  обернуться «знакомством»  с ревнивыми представителями  местного криминала, которые не любили москвичей  по  определению. Но однажды ему повезло найти ту, которая  его устроила как бы  со всех сторон.
 
          Случайно поймав  в цехе  завода крупную металлическую занозу, глубоко впившуюся  в ладонь, он пошёл  в рядом стоящую заводскую поликлинику  к  хирургу. Когда хорошенькая  ядрёная  медсестричка  осторожно извлекала ему пинцетом занозу,  в кабинет к  пожилому хирургу  вошла красивая, явно натуральная,  блондинка в белом халатике, и положила на стол какие-то медицинские бумаги.  Ярин бросил взгляд  на блондинку и молча  ахнул: у  молодой  женщины  были озорные блудливые  глаза серо-зелёного  оттенка.  Глаза  совершенно бесстыдного вида,  обещавшие неуёмную сексуальность и множество  половых удовольствий  при определённых альковных условиях.  На  пальце  вошедшей Ярину бросилось в глаза широкое «замужнее» золотое кольцо. Он  ничего не понял из разговора  блондинки с  седым хирургом;  она  вскоре вышла, толком не  посмотрев  на  сидящего рядом с медсестрой незнакомого посетителя  с протянутой кровоточащей  рукой.
 
          -Красивая женщина! - вымолвил Ярин медсестре.- Ваш врач?
 
          -Врач- терапевт, -пояснила медсестра, не  слишком приветливым  взглядом  проводив  блондинку.- Не  советую «раскатывать губы»,  у  неё  муж- известный в  городе  терапевт и заодно успешный бизнесмен. Открывает  по стране частные клиники,  богатый… Элла  Борисовна за ним,  как  за  каменной  стеной.
         
          -У вас в поликлинике несколько терапевтов? -поинтересовался Ярин.
         
          -Откуда?  По  одному  специалисту  только, -скептически ответила медсестричка, бросая  извлечённую из руки  железяку в  кювету с характерным  звяканьем,  словно пулю из тела раненого бойца.- Это же  спецполиклиника. Элла  Борисовна у нас,  как терапевт – одна. Гордая, блин…  как лебедь в зоопарке. –При  этих словах в голове Ярина  тут же  созрел план совращения этой «лебеди».
 
          Выяснив,  что на следующий  день  ему на  заводе  особенно  делать нечего, Юрий утром позвонил в  регистратуру  поликлиники и сообщив дежурной, что у  него  температура  под сорок,   вызвал врача  на дом. Дежурная  ответила, что врач  к нему придёт до обеда, так  как после обеда  у  Вербицкой приём  больных. Осталось ждать.
 
          Элла  пришла около десяти утра. Юра  открыл ей дверь,  будучи в одних коротких, спортивного вида,  трусах. И  сразу же залез под одеяло. Врач присела на стул рядом, попросила Юрия  показать ей  язык, потрогала  прохладной  ладошкой его  лоб и, взяв  с тумбочки  термометр,  велела смерить температуру. С удивлением увидев,  что ртутный  столбик  остановился  на отметке 36,6,  она прослушала стетоскопом  грудь и  спину «больного»,  и затем спрятала  стетоскоп  обратно в  свой  медицинский  чемоданчик. Сомкнула изумительной  красоты  ножки,  открытые полами  халата где-то сантиметров на  десять выше гладких ровных  коленочек, и    насмешливо посмотрела   Ярину прямо  в глаза. Юра  смущённо  отвел взгляд в сторону, подумав:
 
          -Интересно, что скажет?  - А  Элла  Борисовна спросила:
         
          -Я не понимаю, Юрий Дмитриевич, зачем  Вы  вызывали  врача? Я не нашла  у Вас никаких признаков ОРВИ. Вам может,  больничный  нужен?
 
          -Нет, не нужен, я же  не в штате  завода, -вздохнув, ответил Ярин. –Я  представитель московского КБ. Просто…
 
          -Что «просто»? Зачем вызывали?
 
          -Я, -замялся Юрий  Дмитриевич, - я хотел Вас  пригласить… обсудить…   некоторые  современные способы  лечения  внутренних  состояний…
 
          -Состояний? - удивилась Элла. –Интересно,  каких же?
         
          -Ну, тех… которые  излечиваются  сексотерапией,  -продолжал смущёно мямлить Юрий. -  Я о них ничего не знаю, но… интересуюсь. Вы  не могли бы  ко мне  зайти  после  работы… после  приёма  больных…  и  пояснили бы, как  и  что…У Вас  во сколько заканчивается  приём?
 
          -Я  до восьми  вечера  работаю, -ответила Элла, видимо, прекрасно поняв, о чём  идёт речь.
 
          -Ну вот, а  после  восьми  я буду  Вас  ждать, -   с жаром воскликнул Юра. –Если  у Вас на  сегодня  нет каких-то других мероприятий. Придёте? Ну, пожа-алуйста!..
 
          Женщина снова  насмешливо посмотрела  на «мнимого  больного» своими круглыми озорными  глазами,  и  Ярин заметил, что в них зелёный  цвет радужной оболочки начал быстро  преобладать над серым.
 
          -Хорошо, я подумаю, -ответила  она  и, поднявшись со стула,  пошла  в  прихожую, чтобы  накинуть на белый халат тонкий плащик, сунуть точёные  ножки в  изящные шпильки,  и покинуть квартиру хитрого симулянта.
 
          … Когда  она позвонила  в  дверь десять минут  девятого вечера, Ярин, одетый  в тёмно-синюю пижаму,  широко распахнул перед ней  входную дверь со словами:
 
          -Какая  Вы  молодец! Как  приятно встречать медиков,  верных клятве  Гиппократа! Проходите!
 
          Когда, переобувшись в лёгкие шлёпанцы, Элла прошла  в  гостиную, где  постель  оставалась  разобранной  с  самого утра, она увидела  накрытый стол с круглой бутылкой –флягой  армянского коньяка «Ной», вазу  с фруктами  и разные яства, среди которых выделялась дымящаяся варёная  курица на широком  блюде,   украшенная  веточками свежей  зелени. Ополоснув руки в чистенькой ванной, Элла  присела за стол. Плеснув в оба снифтера немного коньяка,  налив в высокие стаканы  пузырящегося   боржоми, Юра легко  разделил курицу на большие куски и уложил каждый  кусок на  тарелку  гостье  и  себе. Добавил в тарелки по большой  ложке  крабового салата.  Элла   ещё  не успела произнести   ни слова, как Ярин поднял свой снифтер и сказал тост:
 
          -За  самую  красивую женщину-врача этого города! Эллочка,  не забывайте, что вы сейчас -  после работы  и  - очень голодны!  Пьём, лопаем   и не  стесняемся!
 
          Элла  подняла свой  снифтер и  тихо добавила:
 
          -И  за врачей, которые,  помимо  исполнения  клятвы  Гиппократа… находят  время  общаться  с… приятными  пациентами.
 
          Она захмелела  после  второго «захода» с коньяком,  быстро расправившись со своей порцией курицы  и  салатом. Юрий тут же положил ей  в  тарелку гусиного паштета с  красной  икрой и тонкими дольками сервелада (весь  ассортимент их  ужина  был  заранее  заказан в ресторане  и принесён Яровым за  час до визита красавицы- блондинки, оставалось  только разогреть курицу). И снова плеснул коньяка в снифтеры. Но Элла сделала  попытку  встать со стула со словами:
 
          -У Вас где  можно покурить?
 
          -На балконе,  -  с  готовностью  ответил Юра.
 
          -Сначала я бы  ополоснула  руки…   после  курицы,  - снова  произнесла нетвёрдым голосом Элла, но Юра перебил её:
           -Сидите, сидите! Вашими  ручками я займусь сам.- Он быстро сбегал на кухню,  принёс свежее влажное полотенце и,  взяв  в  свои руки нежные пальчики Эллы, тщательно облизал каждый из них, после чего вытер ей руки полотенцем. Блондинка была  приятно удивлена. Он помог ей  подняться  на ноги и  подал сумочку. Вынув из  неё пачку тонких сигарет-«гвоздиков» и блестящую зажигалку, Элла, опираясь на руку хозяина апартаментов,  вышла  с ним  на  балкон. Там  они  выкурили  по сигарете, перекинулись парой  ничего не значащих фраз и  вернулись  в комнату. Под паштет  и  икру  был испит третий  снифтер коньяка, и Юра сразу же включил музыкальный  центр,  где  заранее был приготовлен к запуску классический  медленный  хит в исполнении  канадского певца Пола  Анка «Анастасия», весьма  располагавший  к  нескромным  мечтам.
 
          -Потанцуем? –предложил  Ярин захмелевшей  терапевчихе.   Та позволила  ему обнять себя, увлекаясь красивой  мелодией, и, раскачиваясь в  танце,  по мере прижатия своего горячего тела сильными руками к телу мужскому, всё более откидывала  назад светлую головку и прикрывала длинными пушистыми  ресницами  свои,  ставшие  совсем зелёными, озорные  бесстыдные глаза.  При этом, она   сделала вид,  что не замечает,  как ловкие руки  кавалера  медленно расстегивают на ней  белоснежный врачебный халат, под которым  обнаружились  лишь  тонкие белые кружевные  трусики.  Халат вскоре был сброшен на пол,  трусики  - спущены до щиколоток и потом стряхнуты совсем с  шаловливых ножек красавицы, сама же она  была  уложена   в разобранную постель, куда, вслед за ней,  каким-то  образом попал  и сам представитель московской  технической интеллигенции. Они обнялись,  поцеловались и немедленно предались  неистовым  голодным  ласкам.  А канадский  певец  Пол Анка  продолжал им  петь сладким томным голосом  о потерянной  любви, о девушке по имени «Анастасия»...
 
          Так  у Юрия  Ярина  появилась тайная  любовница. И  это приобретение стало  едва ли  не  самым главным приобретением  в жизни московского представителя  в Камаринске. Когда  Элла  приходила к Ярину, и они,  после  короткого ужина,   падали  в постель, угорая  и  фанатея  друг от друга,  Юрий  понимал это сплетение  жадных друг  до  друга  горячих тел не просто как падение  в застланную  чистым бельём постель - нет, они  словно падали  в  другой  мир,  на  территорию  планеты Сексомании. На протяжение нескольких часов, - а  зачастую всей  ночи, - они жили  только  сексом,  бесконечно  говорили только о сексе,  тут же  снова  бросаясь в объятия  друг к другу, используя  весь  арсенал всего, что  у них, голых и  счастливых,  было: член, пальцы,  губы, зубки,  язычки…  В  распахе лепестков Эллочкиной  вагины Юра  творил немыслимые  изыски, стремясь  войти  языком, кончиком  носа,  хоть  в  начало заветной  дырочки влагалища, лаская  каждый  миллиметр влажной  слизистой створа полового входа,  заведя  особую  «дружбу»,  нежные отношения  с  взбухшим и растолстевшим  клитором  своей  заводной  подруги,  целуя каждый  квадратный  сантиметр её тела, остро реагировавшего на  любые  его поцелуи  и  прикосновения. Она трепетно  отвечала  ему,  взвинчивая его фаллос  и  ротиком,   и сосочками  грудей  и  пальчиками,  и мягкими кончиками локонов   волос…  Была ли  это любовь?  Юра  сомневался. Ведь, кроме  секса,  у них почти не  было общих интересов,  и они   вполне  спокойно могли  существовать  друг  без друга порознь,  занимаясь  каждый  своим  делом и не проявляя интереса  к  делам  другого. Юра был любознательным  эрудитом, у  Эллы интересы были куда скромнее! Но стоило им  встретиться  и начать раздевать друг друга-  и всё! В  них просыпалась  такая  «термоядерная» страсть, которую они прерывали  с огромным  трудом, расставаясь  по суровой  необходимости,   разбегаясь по своим углам постоянного пребывания.
 
          Ярин  не мог понять причину  такой  страсти. Да, они встречались чуть ли не  через день,  и проводили в постели  всю ночь, когда   муж Эллы, успешный  медик-олигарх,  отсутствовал  по нескольку  недель  дома. Элла уезжала  после  таких ночей  на рассвете в  такси,  и об их связи  никто  не догадывался. Если   же муж бывал дома, то им приходилось  проводить в  объятиях не больше  двух- трёх часов  вечером ( Элле  хотелось  ещё  и  с  дочкой перед сном  пообщатьтся), а  выходные  дни у них были заполнены  иным  времяпровождением.  Но  сила  «термоядерных взрывов»  их бешеной страсти от этого  нисколько не  уменьшалась.  Это было похоже  на какое-то наваждение…
 
          Интересно,  что они почти  не реагировали на  других представителей  противоположного пола. Элла, несмотря  на довольно фривольный и  озорной  внешний  вид,  почти  не изменяла  мужу до появления  Юрия,  если  не  считать двух- трёх случаев, когда  она  выезжала  одна  за границу  на  морские  курорты. Секс с  легкомысленными  пляжными   мачо,  по  её  словам,  не шёл ни в какое  сравнение  с близостью  с  Юрием. И  Ярин как-то слабо реагировал  на  других симпатичных девушек,  что  на  заводе,  что на улицах Камаринска. В последнее время, с наступлением тёплых дней  весны¸ он с  удовольствием катался  по улицам и  скверам  города  на  горном велосипеде. Катался  один, Элла  не  могла, разумеется, «светиться» рядом с ним. Юру  нередко обгоняли стайки девушек- велосипедисток на своих байках, одетых  в  разноцветные куртки и навороченные яркие  велокомбинезончики.  Они, нередко,  заглядываясь  на стройного  длинноногого парня в коротких шортах и  простенькой  футболке,  мерно крутящего мускулистыми  загорелыми ногами  педали, улыбались ему,  подмигивали, как бы  приглашая  покататься  вместе. Типа,   присоединяйся, мол,   к нам, догоняй, чего   ты  один-то?.. Но Ярин не реагировал на  их сексапильный  вид, почти вовсе  не  замечая их, думая о своём. С  замиранием сердца он представлял, как  вечером,  около  десяти  часов, к нему домой  приедет Элла. И  он молча разденет её, а потом  встанет перед своей Женщиной  на колени и сладко поцелует её  в  трепетные женские складочки  между ножек,  зарывшись  носом  в тёмно-русые волосы  интимной  стрижки  на  лобке.
 
                                                              КОНЕЦ  ВТОРОЙ  ГЛАВЫ  ( вторая  часть)

© Copyright: Андрей Кузнецов, 2019

Регистрационный номер №0442696

от 17 марта 2019

[Скрыть] Регистрационный номер 0442696 выдан для произведения:                                                      Глава вторая. Представитель фирмы.
 

            Юрий Ярин жил в  Камаринске  уже  третий  год.  Он был  рождён в Москве, в скромной  семье интеллигентов. Отец  работал   редактором  в книжном  издательстве, мама –завучем в одной  из московских школ. Юрий   после срочной  службы в  армии,  окончил «Бауманку»,  женился и  устроился  на  работу в одну из фирм столицы  по разработке секретной  продукции военно-космического назначения. В это время военные ведомства  России  вновь озаботились укреплением  оборонной мощи  страны и разместили ряд особых заказов на некоторых фирмах.  Воплощением в жизнь секретных проектов занялись   несколько заводов, разбросанных по стране, в том  числе и завод  «Омега»  в  небольшом городе   Камаринске.
 
          На  московской  фирме Ярин считался вполне успешным  инженером, и, проработав на ней более пяти  лет, приобрёл авторитет  спокойного вдумчивого и грамотного специалиста с неплохим  окладом  и регулярной  премией  в  половину  оклада. Однако после  развода  с женой,  с которой  он «не сошёлся  характером», Юрий  несколько загрустил. Поразмышляв, и  прийдя  к выводу,  что карьерный  рост на фирме  ему  не «светит» ( у него, в отличие  от  его «блатных» коллег,  не было покровителей в руководстве  концерном), он решил поискать себе  другое  место,  и уже начал изучать объявления в  рекламных газетах. Но узнав,  что  представитель фирмы в    городе  Камаринске уходит  на  пенсию, Юра сразу пошёл к Генеральному  на приём и попросился  представителем  на  завод «Омега», посчитав,  что таким  решением  он убивает  нескольких зайцев  разом. Южный город в ста  километрах  от Чёрного моря,  тёплый  климат, непыльная работа  с хорошим  окладом,  бОльшим, чем  на фирме, замечательное одиночество в   уютной  двухкомнатной  служебной  квартире - о чём лучшем ещё можно мечтать? Генеральный директор, изучив  послужной список разработок  Ярина,  дал согласие на занятие им место представителя  московской  фирмы на  небольшом заводе в небольшом  южном городке.
 
          С  самого начала работы  в  качестве  представителя  разработчиков,  Ярин  показал себя компетентным  инженером, оперативно решающим  вопросы нестыковок и несоответствий между московской  техдокументацией  и её местным воплощением в  осязаемые блоки. Вскоре  отпала  необходимость появляться  на  заводе  каждый день, свободного времени появилось много,  и  вдумчивый представитель стал распоряжаться им очень продуктивно и рационально, даром, что никогда не страдал от одиночества,  и не искал  шумных компаний. Нужны  ли   какие компании  при  прослушивании  в уютной  тишине записей классической музыки или мировых звёзд оперной  сцены? А просматривание альбомов  репродукций  картин старых мастеров  Голландии или  Франции, обязательно ли  требовало  каких-то собеседников? Ярин с детства  был домашним  мальчиком, одиноким тихим любителем чтения книг, изучения разного рода  искусств, да и заниматься  техническим  творчеством он  любил   в домашней тишине, радуя  родителей целеустремлённостью и нежеланием   болтаться  в сомнительных дворовых компаниях сверстников.
 
          В Камаринске Ярин почти  сразу же  завел в квартире  большой  аквариум  с экзотическими  рыбками и современной аппаратурой поддержки  их жизнеобеспечения. А также заключил договор с местной  фирмой ихтиологов-профессионалов, раз в неделю следящих  за  домашними  аквариумами ленивых любителей красивой водной экзотики, наводя порядок в  водоёмах  в 400 литров, ухаживая и леча их обитателей. Да и  недорого получалось  по денежным  возможностям Ярина. Так же раз в неделю к нему в квартиру приходила  пожилая  пенсионерка, которая убиралась и  относила бельё  в прачечную. Раз в  две недели  Юрий  выезжал в Москву  с отчётами, получая  на фирме  зарплату и очередные командировочные, навещая  родителей  и прихватывая с собой  их консервированные  домашние заготовки, любимые книги,  и так  что по мелочи,  что  можно было приобрести  только  в столице. Таким  образом, в комфортной  камаринской квартире  у  него  была  приходящая команда ихтиологов и  приходящая домработница. Оставалось  ещё найти  и  приходящую любовницу.  Ярин был нормальным здоровым  мужчиной  и   ничто человеческое ему  не было чуждо.
 
          Но с   любовницей дело обстояло не просто. Ярин не хотел  заводить романы  с сотрудницами  завода,  как с  незамужними,  так  и  тем более  с  семейными. Знакомиться  вне производства  на улице  с  разбитными  девчонками –южанками  он  тем  более  не  собирался. Эти знакомства  могли  обернуться «знакомством»  с ревнивыми представителями  местного криминала, которые не любили москвичей  по  определению. Но однажды ему повезло найти ту, которая  его устроила как бы  со всех сторон.
 
          Случайно поймав  в цехе  завода крупную металлическую занозу, глубоко впившуюся  в ладонь, он пошёл  в рядом стоящую заводскую поликлинику  к  хирургу. Когда хорошенькая  ядрёная  медсестричка  осторожно извлекала ему пинцетом занозу,  в кабинет к  пожилому хирургу  вошла красивая, явно натуральная,  блондинка в белом халатике, и положила на стол какие-то медицинские бумаги.  Ярин бросил взгляд  на блондинку и молча  ахнул: у  молодой  женщины  были озорные блудливые  глаза серо-зелёного  оттенка.  Глаза  совершенно бесстыдного вида,  обещавшие неуёмную сексуальность и множество  половых удовольствий  при определённых альковных условиях.  На  пальце  вошедшей Ярину бросилось в глаза широкое «замужнее» золотое кольцо. Он  ничего не понял из разговора  блондинки с  седым хирургом;  она  вскоре вышла, толком не  посмотрев  на  сидящего рядом с медсестрой незнакомого посетителя  с протянутой кровоточащей  рукой.
 
          -Красивая женщина! - вымолвил Ярин медсестре.- Ваш врач?
 
          -Врач- терапевт, -пояснила медсестра, не  слишком приветливым  взглядом  проводив  блондинку.- Не  советую «раскатывать губы»,  у  неё  муж- известный в  городе  терапевт и заодно успешный бизнесмен. Открывает  по стране частные клиники,  богатый… Элла  Борисовна за ним,  как  за  каменной  стеной.
         
          -У вас в поликлинике несколько терапевтов? -поинтересовался Ярин.
         
          -Откуда?  По  одному  специалисту  только, -скептически ответила медсестричка, бросая  извлечённую из руки  железяку в  кювету с характерным  звяканьем,  словно пулю из тела раненого бойца.- Это же  спецполиклиника. Элла  Борисовна у нас,  как терапевт – одна. Гордая, блин…  как лебедь в зоопарке. –При  этих словах в голове Ярина  тут же  созрел план совращения этой «лебеди».
 
          Выяснив,  что на следующий  день  ему на  заводе  особенно  делать нечего, Юрий утром позвонил в  регистратуру  поликлиники и сообщив дежурной, что у  него  температура  под сорок,   вызвал врача  на дом. Дежурная  ответила, что врач  к нему придёт до обеда, так  как после обеда  у  Вербицкой приём  больных. Осталось ждать.
 
          Элла  пришла около десяти утра. Юра  открыл ей дверь,  будучи в одних коротких, спортивного вида,  трусах. И  сразу же залез под одеяло. Врач присела на стул рядом, попросила Юрия  показать ей  язык, потрогала  прохладной  ладошкой его  лоб и, взяв  с тумбочки  термометр,  велела смерить температуру. С удивлением увидев,  что ртутный  столбик  остановился  на отметке 36,6,  она прослушала стетоскопом  грудь и  спину «больного»,  и затем спрятала  стетоскоп  обратно в  свой  медицинский  чемоданчик. Сомкнула изумительной  красоты  ножки,  открытые полами  халата где-то сантиметров на  десять выше гладких ровных  коленочек, и    насмешливо посмотрела   Ярину прямо  в глаза. Юра  смущённо  отвел взгляд в сторону, подумав:
 
          -Интересно, что скажет?  - А  Элла  Борисовна спросила:
         
          -Я не понимаю, Юрий Дмитриевич, зачем  Вы  вызывали  врача? Я не нашла  у Вас никаких признаков ОРВИ. Вам может,  больничный  нужен?
 
          -Нет, не нужен, я же  не в штате  завода, -вздохнув, ответил Ярин. –Я  представитель московского КБ. Просто…
 
          -Что «просто»? Зачем вызывали?
 
          -Я, -замялся Юрий  Дмитриевич, - я хотел Вас  пригласить… обсудить…   некоторые  современные способы  лечения  внутренних  состояний…
 
          -Состояний? - удивилась Элла. –Интересно,  каких же?
         
          -Ну, тех… которые  излечиваются  сексотерапией,  -продолжал смущёно мямлить Юрий. -  Я о них ничего не знаю, но… интересуюсь. Вы  не могли бы  ко мне  зайти  после  работы… после  приёма  больных…  и  пояснили бы, как  и  что…У Вас  во сколько заканчивается  приём?
 
          -Я  до восьми  вечера  работаю, -ответила Элла, видимо, прекрасно поняв, о чём  идёт речь.
 
          -Ну вот, а  после  восьми  я буду  Вас  ждать, -   с жаром воскликнул Юра. –Если  у Вас на  сегодня  нет каких-то других мероприятий. Придёте? Ну, пожа-алуйста!..
 
          Женщина снова  насмешливо посмотрела  на «мнимого  больного» своими круглыми озорными  глазами,  и  Ярин заметил, что в них зелёный  цвет радужной оболочки начал быстро  преобладать над серым.
 
          -Хорошо, я подумаю, -ответила  она  и, поднявшись со стула,  пошла  в  прихожую, чтобы  накинуть на белый халат тонкий плащик, сунуть точёные  ножки в  изящные шпильки,  и покинуть квартиру хитрого симулянта.
 
          … Когда  она позвонила  в  дверь десять минут  девятого вечера, Ярин, одетый  в тёмно-синюю пижаму,  широко распахнул перед ней  входную дверь со словами:
 
          -Какая  Вы  молодец! Как  приятно встречать медиков,  верных клятве  Гиппократа! Проходите!
 
          Когда, переобувшись в лёгкие шлёпанцы, Элла прошла  в  гостиную, где  постель  оставалась  разобранной  с  самого утра, она увидела  накрытый стол с круглой бутылкой –флягой  армянского коньяка «Ной», вазу  с фруктами  и разные яства, среди которых выделялась дымящаяся варёная  курица на широком  блюде,   украшенная  веточками свежей  зелени. Ополоснув руки в чистенькой ванной, Элла  присела за стол. Плеснув в оба снифтера немного коньяка,  налив в высокие стаканы  пузырящегося   боржоми, Юра легко  разделил курицу на большие куски и уложил каждый  кусок на  тарелку  гостье  и  себе. Добавил в тарелки по большой  ложке  крабового салата.  Элла   ещё  не успела произнести   ни слова, как Ярин поднял свой снифтер и сказал тост:
 
          -За  самую  красивую женщину-врача этого города! Эллочка,  не забывайте, что вы сейчас -  после работы  и  - очень голодны!  Пьём, лопаем   и не  стесняемся!
 
          Элла  подняла свой  снифтер и  тихо добавила:
 
          -И  за врачей, которые,  помимо  исполнения  клятвы  Гиппократа… находят  время  общаться  с… приятными  пациентами.
 
          Она захмелела  после  второго «захода» с коньяком,  быстро расправившись со своей порцией курицы  и  салатом. Юрий тут же положил ей  в  тарелку гусиного паштета с  красной  икрой и тонкими дольками сервелада (весь  ассортимент их  ужина  был  заранее  заказан в ресторане  и принесён Яровым за  час до визита красавицы- блондинки, оставалось  только разогреть курицу). И снова плеснул коньяка в снифтеры. Но Элла сделала  попытку  встать со стула со словами:
 
          -У Вас где  можно покурить?
 
          -На балконе,  -  с  готовностью  ответил Юра.
 
          -Сначала я бы  ополоснула  руки…   после  курицы,  - снова  произнесла нетвёрдым голосом Элла, но Юра перебил её:
           -Сидите, сидите! Вашими  ручками я займусь сам.- Он быстро сбегал на кухню,  принёс свежее влажное полотенце и,  взяв  в  свои руки нежные пальчики Эллы, тщательно облизал каждый из них, после чего вытер ей руки полотенцем. Блондинка была  приятно удивлена. Он помог ей  подняться  на ноги и  подал сумочку. Вынув из  неё пачку тонких сигарет-«гвоздиков» и блестящую зажигалку, Элла, опираясь на руку хозяина апартаментов,  вышла  с ним  на  балкон. Там  они  выкурили  по сигарете, перекинулись парой  ничего не значащих фраз и  вернулись  в комнату. Под паштет  и  икру  был испит третий  снифтер коньяка, и Юра сразу же включил музыкальный  центр,  где  заранее был приготовлен к запуску классический  медленный  хит в исполнении  канадского певца Пола  Анка «Анастасия», весьма  располагавший  к  нескромным  мечтам.
 
          -Потанцуем? –предложил  Ярин захмелевшей  терапевчихе.   Та позволила  ему обнять себя, увлекаясь красивой  мелодией, и, раскачиваясь в  танце,  по мере прижатия своего горячего тела сильными руками к телу мужскому, всё более откидывала  назад светлую головку и прикрывала длинными пушистыми  ресницами  свои,  ставшие  совсем зелёными, озорные  бесстыдные глаза.  При этом, она   сделала вид,  что не замечает,  как ловкие руки  кавалера  медленно расстегивают на ней  белоснежный врачебный халат, под которым  обнаружились  лишь  тонкие белые кружевные  трусики.  Халат вскоре был сброшен на пол,  трусики  - спущены до щиколоток и потом стряхнуты совсем с  шаловливых ножек красавицы, сама же она  была  уложена   в разобранную постель, куда, вслед за ней,  каким-то  образом попал  и сам представитель московской  технической интеллигенции. Они обнялись,  поцеловались и немедленно предались  неистовым  голодным  ласкам.  А канадский  певец  Пол Анка  продолжал им  петь сладким томным голосом  о потерянной  любви, о девушке по имени «Анастасия»...
 
          Так  у Юрия  Ярина  появилась тайная  любовница. И  это приобретение стало  едва ли  не  самым главным приобретением  в жизни московского представителя  в Камаринске. Когда  Элла  приходила к Ярину, и они,  после  короткого ужина,   падали  в постель, угорая  и  фанатея  друг от друга,  Юрий  понимал это сплетение  жадных друг  до  друга  горячих тел не просто как падение  в застланную  чистым бельём постель - нет, они  словно падали  в  другой  мир,  на  территорию  планеты Сексомании. На протяжение нескольких часов, - а  зачастую всей  ночи, - они жили  только  сексом,  бесконечно  говорили только о сексе,  тут же  снова  бросаясь в объятия  друг к другу, используя  весь  арсенал всего, что  у них, голых и  счастливых,  было: член, пальцы,  губы, зубки,  язычки…  В  распахе лепестков Эллочкиной  вагины Юра  творил немыслимые  изыски, стремясь  войти  языком, кончиком  носа,  хоть  в  начало заветной  дырочки влагалища, лаская  каждый  миллиметр влажной  слизистой створа полового входа,  заведя  особую  «дружбу»,  нежные отношения  с  взбухшим и растолстевшим  клитором  своей  заводной  подруги,  целуя каждый  квадратный  сантиметр её тела, остро реагировавшего на  любые  его поцелуи  и  прикосновения. Она трепетно  отвечала  ему,  взвинчивая его фаллос  и  ротиком,   и сосочками  грудей  и  пальчиками,  и мягкими кончиками локонов   волос…  Была ли  это любовь?  Юра  сомневался. Ведь, кроме  секса,  у них почти не  было общих интересов,  и они   вполне  спокойно могли  существовать  друг  без друга порознь,  занимаясь  каждый  своим  делом и не проявляя интереса  к  делам  другого. Юра был любознательным  эрудитом, у  Эллы интересы были куда скромнее! Но стоило им  встретиться  и начать раздевать друг друга-  и всё! В  них просыпалась  такая  «термоядерная» страсть, которую они прерывали  с огромным  трудом, расставаясь  по суровой  необходимости,   разбегаясь по своим углам постоянного пребывания.
 
          Ярин  не мог понять причину  такой  страсти. Да, они встречались чуть ли не  через день,  и проводили в постели  всю ночь, когда   муж Эллы, успешный  медик-олигарх,  отсутствовал  по нескольку  недель  дома. Элла уезжала  после  таких ночей  на рассвете в  такси,  и об их связи  никто  не догадывался. Если   же муж бывал дома, то им приходилось  проводить в  объятиях не больше  двух- трёх часов  вечером ( Элле  хотелось  ещё  и  с  дочкой перед сном  пообщатьтся), а  выходные  дни у них были заполнены  иным  времяпровождением.  Но  сила  «термоядерных взрывов»  их бешеной страсти от этого  нисколько не  уменьшалась.  Это было похоже  на какое-то наваждение…
 
          Интересно,  что они почти  не реагировали на  других представителей  противоположного пола. Элла, несмотря  на довольно фривольный и  озорной  внешний  вид,  почти  не изменяла  мужу до появления  Юрия,  если  не  считать двух- трёх случаев, когда  она  выезжала  одна  за границу  на  морские  курорты. Секс с  легкомысленными  пляжными   мачо,  по  её  словам,  не шёл ни в какое  сравнение  с близостью  с  Юрием. И  Ярин как-то слабо реагировал  на  других симпатичных девушек,  что  на  заводе,  что на улицах Камаринска. В последнее время, с наступлением тёплых дней  весны¸ он с  удовольствием катался  по улицам и  скверам  города  на  горном велосипеде. Катался  один, Элла  не  могла, разумеется, «светиться» рядом с ним. Юру  нередко обгоняли стайки девушек- велосипедисток на своих байках, одетых  в  разноцветные куртки и навороченные яркие  велокомбинезончики.  Они, нередко,  заглядываясь  на стройного  длинноногого парня в коротких шортах и  простенькой  футболке,  мерно крутящего мускулистыми  загорелыми ногами  педали, улыбались ему,  подмигивали, как бы  приглашая  покататься  вместе. Типа,   присоединяйся, мол,   к нам, догоняй, чего   ты  один-то?.. Но Ярин не реагировал на  их сексапильный  вид, почти вовсе  не  замечая их, думая о своём. С  замиранием сердца он представлял, как  вечером,  около  десяти  часов, к нему домой  приедет Элла. И  он молча разденет её, а потом  встанет перед своей Женщиной  на колени и сладко поцелует её  в  трепетные женские складочки  между ножек,  зарывшись  носом  в тёмно-русые волосы  интимной  стрижки  на  лобке.
 
                                                              КОНЕЦ  ВТОРОЙ  ГЛАВЫ  ( вторая  часть)
 
Рейтинг: +2 75 просмотров
Комментарии (2)
Grecija # 18 марта 2019 в 11:17 0
live-8
Андрей Кузнецов # 18 марта 2019 в 17:54 0
smayliki-prazdniki-34