ГлавнаяПрозаЖанровые произведенияДетективы → Прости, Наташа! Часть тринадцатая

Прости, Наташа! Часть тринадцатая

***
Несколько дней Вася и сыщики из Москвы не встречались. Они как будто потеряли всякий интерес друг к другу.
Однако в пятницу вечером Илья позвонил Васе и достаточно вежливо попросил прийти в субботу утром к дому Наташи.

В субботу утром в красный уголок, помещение на первом этаже дома, стал собираться местный люд. Незадолго до этого по инициативе Ильи Кирилл написал и развесил соответствующие объявления во дворе дома и в самом подъезде: всех жителей дома оповестили, что в субботу утром состоится собрание, касательно проблем дома.

Тут же жители дома стали домысливать, кто и зачем устроил это собрание. Проблем в доме предостаточно: это и неважное отопление зимой, и затянувшийся ремонт, и очевидная безалаберность строительной организации касательно мусора, который жителей всё более раздражал. Количество мусора не соответствовало количеству и качеству проделанной работы: мусор рос, а ремонтные работы буксовали.
Красный уголок вместил всех жителей дома, а также Васю собственной персоной, московских «сыщиков», следственную бригаду, которая субботним утром 7 мая констатировала гибель Наташи в результате несчастного случая. На задворках Красного уголка были замечены Катя, тётушка Васи, какой-то незнакомец и местные журналисты той самой газеты, куда строчила общественница, живущая в этом доме, в квартире на втором этаже.

Зал гудел.

Вышел, наконец, Илья, бледный, но решительный. Он обвёл зал взглядом, полным ужаса. Так, наверное, чувствуют себя режиссёры перед открытием занавеса на премьере спектакля. Ужас неотвратимого. Только Илье, в отличие от абстрактного режиссёра, хотелось поскорее закончить этот спектакль и сорвать маску с лицедея.

– Товарищи! Граждане! Это собрание созвал я – журналист из Москвы. Я прибыл две недели назад по письму Наташи. Вернее, должен был прибыть на встречу с Наташей 7 мая, в день её гибели, но по некоторым обстоятельствам, о которых сейчас не буду говорить, я приехал лишь 11 мая. Наташа написала в газету – просила о помощи. Она опасалась за свою жизнь. И как, оказалось, не напрасно. Смерть Наташи выглядела для окружающих как несчастный случай. Никому в голову не пришло, что это убийство. И только те, кто был знаком с письмом, знали – Наташа была устранена как опасный свидетель. Во всяком случае, она сама писала о том, что её могут убить как опасного свидетеля. И потому я и мой помощник пошли сразу по этому следу, как оказалось впоследствии – ложному следу. Как теперь мы предполагаем, Наташей умело манипулировал человек, которому нужно было её устранить, чтобы окончательно завладеть библиотекой её отца. И чтобы от себя отвести всяческие подозрения, этот человек убедил нас, что существуют ложные опасности. И мы клюнули...

– Что ты такое несёшь! – возмутилась Людмила Фёдоровна с места. – Ты за клевету ответишь!
– Подождите, Людмила Фёдоровна, вам дадут слово, – я ещё не закончил. Так вот, две одноклассницы Наташины были убиты, и Наташа считала, что и ей грозит опасность. Касаться подробностей этих переживаний и подробностей этого дела не будем. Скажу лишь одно: наше следствие намеренно увели от реальных Наташиных проблем. Кому-то хотелось под шумок одного преступления совершить другое преступление, умело перетасовав карты. С самого начала интуиция меня не подводила: я чувствовал, что меня водят за нос. Преступник играл с нами. Так кто же он – этот преступник, убивший, чтобы присвоить чужое? Так кто же он – этот преступник, играющий с нами в кошки-мышки? И я не буду больше играть на ваших нервах. Я назову это чудовище. Это – друг и одноклассник Наташи – Вася!

Зал онемел. Тишина была такая, что было слышно, как где-то во дворе пищал котёнок. Все смотрели на Васю – кто с удивлением, кто – с испугом, а иные – с ужасом и недоверием.
– Я понимаю, в это трудно поверить, – сказал Илья, глядя в глаза Василию.

Вася поднялся. Его лицо ничего не выражало. Он безмятежно созерцал всё происходящее. Ну, вот, прикидывается амёбой, – с досадой подумал Илья. Не такой реакции ожидал он от бывшего сотоварища.
– Вася! Ты чего молчишь? – испуганно сказала тётушка.
– Хочу послушать, на чём строится обвинение.
– Слушай, – разрешил Илья.

– Когда мы с товарищем сбросили маску с убийцы, многое стало понятно и объяснимо. А до этого была уйма вопросов. Почему Вася пошёл работать в милицию? Почему Наташа в письме просила о помощи незнакомых людей, а не друга детства, работника МВД? Почему Вася не вернул нам письмо Наташи? Что Вася искал в квартире Наташи в ту ночь, когда мачеха Наташи уехала к сыну в тюрьму? Почему Наташа не пошла на свадьбу к однокласснице? И так далее и тому подобное...

На все эти и многие другие вопросы мы нашли ответы, как только поняли мотивы преступника – месть и алчность. Подозрения пали на Васю давно, но не было никакого логического объяснения мотива преступления – «для чего?». Как только мотив стал вырисовываться – стала вырисовываться и картина в целом. Подсказку подкинула нам тётя Васи. Она как-то рассказала, что в десятом классе Вася долго болел, пропустил много занятий в школе, но в нём «проснулся» поэт, – он написал поэму и посвятил её Наташе – девочке, в которую был влюблён. Он сделал её в своём воображении дамой сердца. Но «дама сердца» не ответила поэту взаимностью. Он был отвергнут. И если подключить психоаналитику? Не это ли явилось причиной мести – влюблённость переросла в ненависть... От любви до ненависти...

Отверженный поклонник начинает мстить. Теперь находится ответ ещё на один вопрос, который возник у многих знавших Васю со школьной скамьи «Почему Вася пошёл служить в милицию?» Знающие Васю, говорят: «Вася и милиция – вещи несовместные». Его тётя вторит этим заявлениям: «Васенька мечтал поступить в литературный институт» В нём, видите ли, проснулся поэт... А он после школы ни с того ни с сего идёт работать в милицию. Так не за тем ли он пошёл в милицию, что в погонах будет сподручнее мстить бывшей даме сердца?
Но причём тут библиотека отца Наташи? Почему Вася так вцепился в эту библиотеку, которая, как оказалось, после смерти отца Наташи перешла в руки Наташиной мачехи?

Месть бывшей даме сердца состоялась. А что – библиотека? А библиотека – это уже не месть, это алчность! Но на пути к библиотеке – мачеха Наташи. Значит, мачеху Наташи надо «замарать в убийствах» – таким образом устранить её, и библиотека опять вернётся к законной владелице. Правда, к этому времени Наташа, законная владелица, уже в могиле. Естественно, возникает вопрос «Если мачеха «устраняется» – кому это всё наследство – квартира и библиотека в придачу достанется”? И мы утверждаем – Васе!
Зал загудел. Некоторые привстали с места, чтобы получше всмотреться в лицо Васи. Но оно опять ничего не выражало. Вася был нем как рыба.
– Что за ерунда! – громко возмутилась Людмила Фёдоровна.

– Вася всё рассчитал и расчистил себе дорогу к квартире своей бывшей дамы сердца, – продолжал рассказ Илья. – Осталось расчистить дорогу к библиотеке! Глупость, скажите вы? Он Наташе никем не доводится, и ему после её смерти ничего не причитается. А вот и нет, скажем мы! Вася нас учил – прежде чем анализировать ситуацию, надо произвести качественный сбор информации. Мы оказались хорошими учениками, Вася! Васина тётя случайно обмолвилась, что у Васи есть дядя – нотариус, тётин брат. Ещё она рассказала, что месяц назад было составлено Наташей завещание в пользу Васи и помогал составлять завещание его дядя. В общем, семейный подряд... Когда мы спросили её, что побудило Наташу оформить завещание, тётя ответила, что слышала обрывки разговора Васи с его дядей по телефону, но вообще-то, она не в курсе. «А вы спросите Васю», посоветовала она нам. Как же, спросите! Так он нам и сказал... Мы отправились к нотариусу, Васиному дяде, за разъяснениями. Он выпучил глаза, и стал открещиваться: ничего, мол, такого не было, и вообще, вы кто такие, и покажите ваши документы...

Но тётя и племянника и своего брата выдала с потрохами. Это говорит о том, что она действительно «не при делах», иначе бы она держала язык на замке.
Ещё один вопрос нас мучил: что искал Вася в ту ночь, когда Людмилы Фёдоровны в квартиры не было? Первое: он мог искать завещание. Второе: он мог искать все записи Ивана Терентьевича о его желании передать в дар университету свою библиотеку – найти эти записи и... уничтожить. А ещё он мог искать дневник Наташин, чтобы избавиться от любого компромата на него. Судя по тому, что Наташа не обратилась за помощью к школьному другу в погонах, а написала нам письмо – у Наташи были основания не доверять Васе, а может быть и опасаться его.

Зал зашумел.

– Никакого завещания не было!!! Слышите? Выдумки это всё! Он показал мне филькину грамоту! Тыкал мне в лицо фальшивкой, думал, я испугаюсь! – громко возмутилась Людмила Фёдоровна.
Все замерли в ожидании. Опять наступила гробовая тишина.

– У Наташи была особенность одна, – продолжил, не отвлекаясь на реплики из зала, рассказ Илья, – она умела жалеть. Это трудно объяснить... особенно тем, кто никого никогда не жалел. Она подбирала на улице кошек. Нянчилась с ними: лечила, выхаживала, облагораживала, и затем пристраивала в хорошие руки. Подружилась с одноклассницей Лилей... из жалости. С Лилей никто дружбы в классе не водил, она какая-то отщепенка была. К тому же Лиля – круглая сирота, жила с бабушкой, во всём и всегда испытывала нужду, что не могло не отразиться на её характере – росла она завистливой и мстительной. Наташа к Лиле испытывала сострадание и жалость. А в общении с Лилей проявляла смирение и терпение. Наташа хотела «отогреть» Лилю, но если с брошенными кошками, даже самыми отпетыми, у Наташи это получалось, то человеческая природа сложнее... Однако Наташа продолжала «выполнять свою миссию» – пафосно звучит, но верно. Делала это интуитивно. Что называется, не могла пройти мимо! Гены, однако! Наташины прадед и дед – священники.

Вот потому и липли к Наташе бездомные кошки, Лили и Васи... Если с животными у Наташи выходило всё как надо, то таких как Лиля, сколько не обогревай – всё бестолку! То же и с Васей. Притягивала Наташа к себе всех обездоленных, недолюбленных. Наташа даже мачеху жалела. Мачеха должна была съехать с квартиры после Наташиного совершеннолетия – по суду ей причиталась библиотека мужа-покойника, а квартира переходила в безраздельное пользование к Наташе. Но тут случается пожар в бараке – в доме Людмилы Фёдоровны. И Наташа не стала настаивать на выселении мачехи – пожалела её, хотя и тяготилась её присутствием в доме.

Вот такой Наташа... была. Настоящей, живой, искренней, сострадающей. Она в семье была любимым и желанным ребёнком. И даже оставшись сиротой, любви той родительской не растеряла, а наоборот, пыталась поделиться с нею со страждущими... Я не проповедник, но говорить о Наташе по-другому не получается.

А что же Вася? Вася в дружбе с Наташей, думаю, был искренен поначалу... Его в семье Наташи привечали тепло, родители Наташины интеллигенты до мозга костей, им неведомы корысть, зависть, тщеславие... Думаю, Вася строил в отношении Наташи далеко идущие планы. Жениться, обрести семейный уют и гармонию. Но всё оборвалось, когда Наташа «дала Васе отставку». Дружба? Да, но не более! Планы о безмятежных семейных вечерах в кругу семьи рухнули в одночасье. И Вася вскипел. Сразу или постепенно в Васе вызрел план мести. Пока только мести... Но вот уже Наташа познала, что такое сиротская доля – казалось бы, квиты! Ан, нет! Вася придумал игру-спектакль с подставами, подменами. Чтобы заморочить голову Наташе, выбить её из колеи, запугать, надломить... И ещё нажиться на этом деле... Тут правда, все карты перепутала Людмила Фёдоровна. После смерти отца Наташи, в её руках оказалась ценнейшая библиотека. Кто бы мог подумать – всего замужем за Иваном Терентьевичем была несколько месяцев, а поди ж ты – уже наследница! Вот и работал Вася над этой проблемой – как устранить мачеху – единственное препятствие на пути ко всему имуществу рода Тереховых.

Да тут, на его беду, притащились два болвана из Москвы и стали путаться под ногами.
Мы мешали ему устранять мачеху – единственное препятствие на пути к наследству. И тогда он пустил нас по ложному следу. Держал на расстоянии в деле расследования. Когда всё-таки «школьный» след в деле убийства Наташи не подтвердился, Вася нас всячески стал убеждать, что в смерти Наташи виновна её мачеха. А также в смерти отца и даже матери Наташи. В общем, всех укокошила злыдня Людмила Фёдоровна...

На чём основывается наше убеждение в виновности Васи? Во-первых, наличие завещания. Кто как ни Вася убедил Наташу в её-то молодые годы составить нелепое скоропалительное завещание – всё без остатков отдать Васе... Во-вторых, при повторном опросе соседей Наташи было выявлено следующее. Вася 7 мая в половине одиннадцатого подошёл к дому Наташи, заходить в дом не стал: он увидел у раскрытого окна Наташу и окликнул её – их разговор слышали сразу несколько человек, проживающих в этом же доме. Они практически слово в слово пересказали диалог Васи и Наташи. Васе при параде с цветами звал Наташу на свадьбу к однокласснице. Но Наташа отказалась идти на свадьбу, сославшись на отсутствие настроения. Вася попытался было уговорить подругу, но та отрезала: «Нет, не пойду. Сейчас помою окна и сяду за курсовую. Извини, Вася, иди один. Нет настроения!» Он снова попытался уговорить, уломать подругу: зачем, мол, сидеть в четырёх стенах, зачем заточать себя, тра-та-та и тра-та-та... Она ни в какую не соглашалась. Соседи видели, как он развернулся и пошёл прочь. А пошёл ли? И не мог ли он вернуться к дому, подняться на третий этаж и столкнуть в порыве ярости подругу с подоконника вниз. Соседи бы увидели, если бы Вася вернулся, уверили меня они. Особенно, соседи на первом этаже. Их окна у входной двери подъезда. Всё слышно и видно. Но все забыли про красный уголок. Мы сейчас сидим в помещении, именуемом в народе, красным уголком – здесь в советское время постоянно проходили митинги, собрания жильцов дома, здесь встречались с народом депутаты района и т.д. В советское время это помещение было более менее облагорожено плакатами-агитками на стенах, рядами кресел и столом под красным сукном... Оно что называется, было «в рабочем состоянии». А в наши дни это помещение не используется, на двери снаружи дома уже давно висит амбарный замок. Висит годами, потому, когда я спросил, а можно ли пройти в дом незаметно, соседи на первом этаже дружно заверили – нельзя! Нам всё видно, нам всё слышно! Но они забыли, что это помещение имеет выход во двор с торца здания, и потому если кому-то захочется незаметно проникнуть в подъезд через красный уголок, жители первого этажа об этом и не узнают. Все в курсе, что уже второй месяц идёт ремонт в доме, и эта дверь теперь постоянно настежь. Строители использует это помещение под склад, здесь же они переодеваются. В ту самую субботу также шли ремонтные работы, и потому Вася мог войти в подъезд незамеченным с торца дома через это помещение, бесшумно подняться на третий этаж, сделать своё чёрное дело и также незаметно уйти.

– Это только предположение, а где же доказательство? – лениво спросил Вася-амёба.
– По-моему отпираться бессмысленно! Тебя завещание выдало с головой! И по совести: за что ты с Наташей так? У тебя такая замечательная тётя! Такие пирожки, кренделя делает!
– Ну, это всё эмоции, – вяло возразил Вася. – На эмоциях доказательства не строятся!
– Он ещё и поучает! Укокошил человека! – воскликнул Кирилл.

Жители дома молчали, поверженные рассказам. Весь рассказ похож скорее на сон, бред. Вася – такой славный мальчуган, вырос у них на глазах... Кому же тогда верить? Даже странным образом повела себя Людмила Федоровна – вот уж кто должен обрадоваться! Наконец-то её освободили от преследования чокнутого Васи. Но нет, сидит тихой цапай, втянув голову в плечи... Что же это делается с людьми? Неужели страх порождает такое безразличие?

– Илья, ты понимаешь, что все, что ты сейчас здесь изложил, не даёт оснований к моему задержанию, – сказал Вася. – Я так понимаю, у вас всё?
– Как с гуся вода! Хоть бы хны! – скривил гримасу Кирилл.
– Опять одни эмоции, – разочарованно вздохнул Вася и направился к выступавшему. – Ну, а теперь последнее слово подсудимому полагается.

Илья уступил ему место и сел на свободный стул.
– Хочу предложить свою версию изложения событий. А там народные заседатели решат – кто из нас ближе к истине.

Продолжение следует...
   

© Copyright: Татьяна Воронина, 2015

Регистрационный номер №0286403

от 4 мая 2015

[Скрыть] Регистрационный номер 0286403 выдан для произведения: ***
Несколько дней Вася и сыщики из Москвы не встречались. Они как будто потеряли всякий интерес друг к другу.
Однако в пятницу вечером Илья позвонил Васе и достаточно вежливо попросил прийти в субботу утром к дому Наташи.

В субботу утром в красный уголок, помещение на первом этаже дома, стал собираться местный люд. Незадолго до этого по инициативе Ильи Кирилл написал и развесил соответствующие объявления во дворе дома и в самом подъезде: всех жителей дома оповестили, что в субботу утром состоится собрание, касательно проблем дома.

Тут же жители дома стали домысливать, кто и зачем устроил это собрание. Проблем в доме предостаточно: это и неважное отопление зимой, и затянувшийся ремонт, и очевидная безалаберность строительной организации касательно мусора, который жителей всё более раздражал. Количество мусора не соответствовало количеству и качеству проделанной работы: мусор рос, а ремонтные работы буксовали.
Красный уголок вместил всех жителей дома, а также Васю собственной персоной, московских «сыщиков», следственную бригаду, которая субботним утром 7 мая констатировала гибель Наташи в результате несчастного случая. На задворках Красного уголка были замечены Катя, тётушка Васи, какой-то незнакомец и местные журналисты той самой газеты, куда строчила общественница, живущая в этом доме, в квартире на втором этаже.

Зал гудел.

Вышел, наконец, Илья, бледный, но решительный. Он обвёл зал взглядом, полным ужаса. Так, наверное, чувствуют себя режиссёры перед открытием занавеса на премьере спектакля. Ужас неотвратимого. Только Илье, в отличие от абстрактного режиссёра, хотелось поскорее закончить этот спектакль и сорвать маску с лицедея.

– Товарищи! Граждане! Это собрание созвал я – журналист из Москвы. Я прибыл две недели назад по письму Наташи. Вернее, должен был прибыть на встречу с Наташей 7 мая, в день её гибели, но по некоторым обстоятельствам, о которых сейчас не буду говорить, я приехал лишь 11 мая. Наташа написала в газету – просила о помощи. Она опасалась за свою жизнь. И как, оказалось, не напрасно. Смерть Наташи выглядела для окружающих как несчастный случай. Никому в голову не пришло, что это убийство. И только те, кто был знаком с письмом, знали – Наташа была устранена как опасный свидетель. Во всяком случае, она сама писала о том, что её могут убить как опасного свидетеля. И потому я и мой помощник пошли сразу по этому следу, как оказалось впоследствии – ложному следу. Как теперь мы предполагаем, Наташей умело манипулировал человек, которому нужно было её устранить, чтобы окончательно завладеть библиотекой её отца. И чтобы от себя отвести всяческие подозрения, этот человек убедил нас, что существуют ложные опасности. И мы клюнули...

– Что ты такое несёшь! – возмутилась Людмила Фёдоровна с места. – Ты за клевету ответишь!
– Подождите, Людмила Фёдоровна, вам дадут слово, – я ещё не закончил. Так вот, две одноклассницы Наташины были убиты, и Наташа считала, что и ей грозит опасность. Касаться подробностей этих переживаний и подробностей этого дела не будем. Скажу лишь одно: наше следствие намеренно увели от реальных Наташиных проблем. Кому-то хотелось под шумок одного преступления совершить другое преступление, умело перетасовав карты. С самого начала интуиция меня не подводила: я чувствовал, что меня водят за нос. Преступник играл с нами. Так кто же он – этот преступник, убивший, чтобы присвоить чужое? Так кто же он – этот преступник, играющий с нами в кошки-мышки? И я не буду больше играть на ваших нервах. Я назову это чудовище. Это – друг и одноклассник Наташи – Вася!

Зал онемел. Тишина была такая, что было слышно, как где-то во дворе пищал котёнок. Все смотрели на Васю – кто с удивлением, кто – с испугом, а иные – с ужасом и недоверием.
– Я понимаю, в это трудно поверить, – сказал Илья, глядя в глаза Василию.

Вася поднялся. Его лицо ничего не выражало. Он безмятежно созерцал всё происходящее. Ну, вот, прикидывается амёбой, – с досадой подумал Илья. Не такой реакции ожидал он от бывшего сотоварища.
– Вася! Ты чего молчишь? – испуганно сказала тётушка.
– Хочу послушать, на чём строится обвинение.
– Слушай, – разрешил Илья.

– Когда мы с товарищем сбросили маску с убийцы, многое стало понятно и объяснимо. А до этого была уйма вопросов. Почему Вася пошёл работать в милицию? Почему Наташа в письме просила о помощи незнакомых людей, а не друга детства, работника МВД? Почему Вася не вернул нам письмо Наташи? Что Вася искал в квартире Наташи в ту ночь, когда мачеха Наташи уехала к сыну в тюрьму? Почему Наташа не пошла на свадьбу к однокласснице? И так далее и тому подобное...

На все эти и многие другие вопросы мы нашли ответы, как только поняли мотивы преступника – месть и алчность. Подозрения пали на Васю давно, но не было никакого логического объяснения мотива преступления – «для чего?». Как только мотив стал вырисовываться – стала вырисовываться и картина в целом. Подсказку подкинула нам тётя Васи. Она как-то рассказала, что в десятом классе Вася долго болел, пропустил много занятий в школе, но в нём «проснулся» поэт, – он написал поэму и посвятил её Наташе – девочке, в которую был влюблён. Он сделал её в своём воображении дамой сердца. Но «дама сердца» не ответила поэту взаимностью. Он был отвергнут. И если подключить психоаналитику? Не это ли явилось причиной мести – влюблённость переросла в ненависть... От любви до ненависти...

Отверженный поклонник начинает мстить. Теперь находится ответ ещё на один вопрос, который возник у многих знавших Васю со школьной скамьи «Почему Вася пошёл служить в милицию?» Знающие Васю, говорят: «Вася и милиция – вещи несовместные». Его тётя вторит этим заявлениям: «Васенька мечтал поступить в литературный институт» В нём, видите ли, проснулся поэт... А он после школы ни с того ни с сего идёт работать в милицию. Так не за тем ли он пошёл в милицию, что в погонах будет сподручнее мстить бывшей даме сердца?
Но причём тут библиотека отца Наташи? Почему Вася так вцепился в эту библиотеку, которая, как оказалось, после смерти отца Наташи перешла в руки Наташиной мачехи?

Месть бывшей даме сердца состоялась. А что – библиотека? А библиотека – это уже не месть, это алчность! Но на пути к библиотеке – мачеха Наташи. Значит, мачеху Наташи надо «замарать в убийствах» – таким образом устранить её, и библиотека опять вернётся к законной владелице. Правда, к этому времени Наташа, законная владелица, уже в могиле. Естественно, возникает вопрос «Если мачеха «устраняется» – кому это всё наследство – квартира и библиотека в придачу достанется”? И мы утверждаем – Васе!
Зал загудел. Некоторые привстали с места, чтобы получше всмотреться в лицо Васи. Но оно опять ничего не выражало. Вася был нем как рыба.
– Что за ерунда! – громко возмутилась Людмила Фёдоровна.

– Вася всё рассчитал и расчистил себе дорогу к квартире своей бывшей дамы сердца, – продолжал рассказ Илья. – Осталось расчистить дорогу к библиотеке! Глупость, скажите вы? Он Наташе никем не доводится, и ему после её смерти ничего не причитается. А вот и нет, скажем мы! Вася нас учил – прежде чем анализировать ситуацию, надо произвести качественный сбор информации. Мы оказались хорошими учениками, Вася! Васина тётя случайно обмолвилась, что у Васи есть дядя – нотариус, тётин брат. Ещё она рассказала, что месяц назад было составлено Наташей завещание в пользу Васи и помогал составлять завещание его дядя. В общем, семейный подряд... Когда мы спросили её, что побудило Наташу оформить завещание, тётя ответила, что слышала обрывки разговора Васи с его дядей по телефону, но вообще-то, она не в курсе. «А вы спросите Васю», посоветовала она нам. Как же, спросите! Так он нам и сказал... Мы отправились к нотариусу, Васиному дяде, за разъяснениями. Он выпучил глаза, и стал открещиваться: ничего, мол, такого не было, и вообще, вы кто такие, и покажите ваши документы...

Но тётя и племянника и своего брата выдала с потрохами. Это говорит о том, что она действительно «не при делах», иначе бы она держала язык на замке.
Ещё один вопрос нас мучил: что искал Вася в ту ночь, когда Людмилы Фёдоровны в квартиры не было? Первое: он мог искать завещание. Второе: он мог искать все записи Ивана Терентьевича о его желании передать в дар университету свою библиотеку – найти эти записи и... уничтожить. А ещё он мог искать дневник Наташин, чтобы избавиться от любого компромата на него. Судя по тому, что Наташа не обратилась за помощью к школьному другу в погонах, а написала нам письмо – у Наташи были основания не доверять Васе, а может быть и опасаться его.

Зал зашумел.

– Никакого завещания не было!!! Слышите? Выдумки это всё! Он показал мне филькину грамоту! Тыкал мне в лицо фальшивкой, думал, я испугаюсь! – громко возмутилась Людмила Фёдоровна.
Все замерли в ожидании. Опять наступила гробовая тишина.

– У Наташи была особенность одна, – продолжил, не отвлекаясь на реплики из зала, рассказ Илья, – она умела жалеть. Это трудно объяснить... особенно тем, кто никого никогда не жалел. Она подбирала на улице кошек. Нянчилась с ними: лечила, выхаживала, облагораживала, и затем пристраивала в хорошие руки. Подружилась с одноклассницей Лилей... из жалости. С Лилей никто дружбы в классе не водил, она какая-то отщепенка была. К тому же Лиля – круглая сирота, жила с бабушкой, во всём и всегда испытывала нужду, что не могло не отразиться на её характере – росла она завистливой и мстительной. Наташа к Лиле испытывала сострадание и жалость. А в общении с Лилей проявляла смирение и терпение. Наташа хотела «отогреть» Лилю, но если с брошенными кошками, даже самыми отпетыми, у Наташи это получалось, то человеческая природа сложнее... Однако Наташа продолжала «выполнять свою миссию» – пафосно звучит, но верно. Делала это интуитивно. Что называется, не могла пройти мимо! Гены, однако! Наташины прадед и дед – священники.

Вот потому и липли к Наташе бездомные кошки, Лили и Васи... Если с животными у Наташи выходило всё как надо, то таких как Лиля, сколько не обогревай – всё бестолку! То же и с Васей. Притягивала Наташа к себе всех обездоленных, недолюбленных. Наташа даже мачеху жалела. Мачеха должна была съехать с квартиры после Наташиного совершеннолетия – по суду ей причиталась библиотека мужа-покойника, а квартира переходила в безраздельное пользование к Наташе. Но тут случается пожар в бараке – в доме Людмилы Фёдоровны. И Наташа не стала настаивать на выселении мачехи – пожалела её, хотя и тяготилась её присутствием в доме.

Вот такой Наташа... была. Настоящей, живой, искренней, сострадающей. Она в семье была любимым и желанным ребёнком. И даже оставшись сиротой, любви той родительской не растеряла, а наоборот, пыталась поделиться с нею со страждущими... Я не проповедник, но говорить о Наташе по-другому не получается.

А что же Вася? Вася в дружбе с Наташей, думаю, был искренен поначалу... Его в семье Наташи привечали тепло, родители Наташины интеллигенты до мозга костей, им неведомы корысть, зависть, тщеславие... Думаю, Вася строил в отношении Наташи далеко идущие планы. Жениться, обрести семейный уют и гармонию. Но всё оборвалось, когда Наташа «дала Васе отставку». Дружба? Да, но не более! Планы о безмятежных семейных вечерах в кругу семьи рухнули в одночасье. И Вася вскипел. Сразу или постепенно в Васе вызрел план мести. Пока только мести... Но вот уже Наташа познала, что такое сиротская доля – казалось бы, квиты! Ан, нет! Вася придумал игру-спектакль с подставами, подменами. Чтобы заморочить голову Наташе, выбить её из колеи, запугать, надломить... И ещё нажиться на этом деле... Тут правда, все карты перепутала Людмила Фёдоровна. После смерти отца Наташи, в её руках оказалась ценнейшая библиотека. Кто бы мог подумать – всего замужем за Иваном Терентьевичем была несколько месяцев, а поди ж ты – уже наследница! Вот и работал Вася над этой проблемой – как устранить мачеху – единственное препятствие на пути ко всему имуществу рода Тереховых.

Да тут, на его беду, притащились два болвана из Москвы и стали путаться под ногами.
Мы мешали ему устранять мачеху – единственное препятствие на пути к наследству. И тогда он пустил нас по ложному следу. Держал на расстоянии в деле расследования. Когда всё-таки «школьный» след в деле убийства Наташи не подтвердился, Вася нас всячески стал убеждать, что в смерти Наташи виновна её мачеха. А также в смерти отца и даже матери Наташи. В общем, всех укокошила злыдня Людмила Фёдоровна...

На чём основывается наше убеждение в виновности Васи? Во-первых, наличие завещания. Кто как ни Вася убедил Наташу в её-то молодые годы составить нелепое скоропалительное завещание – всё без остатков отдать Васе... Во-вторых, при повторном опросе соседей Наташи было выявлено следующее. Вася 7 мая в половине одиннадцатого подошёл к дому Наташи, заходить в дом не стал: он увидел у раскрытого окна Наташу и окликнул её – их разговор слышали сразу несколько человек, проживающих в этом же доме. Они практически слово в слово пересказали диалог Васи и Наташи. Васе при параде с цветами звал Наташу на свадьбу к однокласснице. Но Наташа отказалась идти на свадьбу, сославшись на отсутствие настроения. Вася попытался было уговорить подругу, но та отрезала: «Нет, не пойду. Сейчас помою окна и сяду за курсовую. Извини, Вася, иди один. Нет настроения!» Он снова попытался уговорить, уломать подругу: зачем, мол, сидеть в четырёх стенах, зачем заточать себя, тра-та-та и тра-та-та... Она ни в какую не соглашалась. Соседи видели, как он развернулся и пошёл прочь. А пошёл ли? И не мог ли он вернуться к дому, подняться на третий этаж и столкнуть в порыве ярости подругу с подоконника вниз. Соседи бы увидели, если бы Вася вернулся, уверили меня они. Особенно, соседи на первом этаже. Их окна у входной двери подъезда. Всё слышно и видно. Но все забыли про красный уголок. Мы сейчас сидим в помещении, именуемом в народе, красным уголком – здесь в советское время постоянно проходили митинги, собрания жильцов дома, здесь встречались с народом депутаты района и т.д. В советское время это помещение было более менее облагорожено плакатами-агитками на стенах, рядами кресел и столом под красным сукном... Оно что называется, было «в рабочем состоянии». А в наши дни это помещение не используется, на двери снаружи дома уже давно висит амбарный замок. Висит годами, потому, когда я спросил, а можно ли пройти в дом незаметно, соседи на первом этаже дружно заверили – нельзя! Нам всё видно, нам всё слышно! Но они забыли, что это помещение имеет выход во двор с торца здания, и потому если кому-то захочется незаметно проникнуть в подъезд через красный уголок, жители первого этажа об этом и не узнают. Все в курсе, что уже второй месяц идёт ремонт в доме, и эта дверь теперь постоянно настежь. Строители использует это помещение под склад, здесь же они переодеваются. В ту самую субботу также шли ремонтные работы, и потому Вася мог войти в подъезд незамеченным с торца дома через это помещение, бесшумно подняться на третий этаж, сделать своё чёрное дело и также незаметно уйти.

– Это только предположение, а где же доказательство? – лениво спросил Вася-амёба.
– По-моему отпираться бессмысленно! Тебя завещание выдало с головой! И по совести: за что ты с Наташей так? У тебя такая замечательная тётя! Такие пирожки, кренделя делает!
– Ну, это всё эмоции, – вяло возразил Вася. – На эмоциях доказательства не строятся!
– Он ещё и поучает! Укокошил человека! – воскликнул Кирилл.

Жители дома молчали, поверженные рассказам. Весь рассказ похож скорее на сон, бред. Вася – такой славный мальчуган, вырос у них на глазах... Кому же тогда верить? Даже странным образом повела себя Людмила Федоровна – вот уж кто должен обрадоваться! Наконец-то её освободили от преследования чокнутого Васи. Но нет, сидит тихой цапай, втянув голову в плечи... Что же это делается с людьми? Неужели страх порождает такое безразличие?

– Илья, ты понимаешь, что все, что ты сейчас здесь изложил, не даёт оснований к моему задержанию, – сказал Вася. – Я так понимаю, у вас всё?
– Как с гуся вода! Хоть бы хны! – скривил гримасу Кирилл.
– Опять одни эмоции, – разочарованно вздохнул Вася и направился к выступавшему. – Ну, а теперь последнее слово подсудимому полагается.

Илья уступил ему место и сел на свободный стул.
– Хочу предложить свою версию изложения событий. А там народные заседатели решат – кто из нас ближе к истине.

Продолжение следует...
 
Рейтинг: 0 305 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная проза за месяц
121
109
Осень-чародейка 29 октября 2018 (Анна Гирик)
105
103
96
89
Я не верю 26 октября 2018 (Сергей Гридин)
88
87
86
82
78
76
75
73
71
67
66
65
64
62
61
60
57
57
55
А ЗНАЕШЬ... 26 октября 2018 (Рената Юрьева)
54
54
47
45
44