ГлавнаяПоэзияКрупные формыПоэмы → ХРОНИКА ПИКИРУЮЩЕГО ПОЛУОСТРОВА

 

ХРОНИКА ПИКИРУЮЩЕГО ПОЛУОСТРОВА

16 января 2013 - Виолетта Баша
article110063.jpg

 ПОЛУОСТРОВ КРЫМ

ХРОНИКА ПИКИРУЮЩЕГО ПОЛУОСТРОВА 




С Родины на Родину - через границы и таможни…
 





1.

1998-й. Криминальный вернисаж.
 


Запах зелени и моря,
Неспускаемых клозетов,
Гривны, яхты на приколе,
Леди с вывесок «про это»,
Клофелин клиенту в водку,
АКМ в руках маэстро,
Забивает шум прибоя
Обезумевший оркестр,
В отплывающую лодку
Бросив мертвого ковбоя,
Клофелин клиентом в глотке,
АКМ в руках прибоя,
В окровавленных поминках
Мафиозные разборки,
Лепет моря под сурдинку,
Виноградник на пригорке
Уплывает в бесконечность,
Предъявляя неизбежность -
Полу-счастья полуостров -
Раздирающую нежность… 



2.

1997-й.
 


В англо-сакские обноски
Принаряженное море,
С одичалостью подростка
Босоногий ветер спорит,

И надрывно, и безбожно
Над развалинами рая
Неприкаянно, истошно,
Лихо музыка играет.


3.
Исторические тени.
 

Над низвергнутым дворянством
Ливадийские созвездья,
Над сомнительным пространством
Обезглавленных поместий, 

Где над царскою тропою
В ночь шестнадцатого года
Ангел плакал над судьбою
Богоизбранного сброда,

Меж сигарою и трубкой
То пороховое лето 
Кровь смывает жесткой губкой
С исторических портретов, 

Под беззвучный шум прибоя
К Черчиллю склонился Сталин…
Николаевской тропою
Прет история гнедая.


4.
1991-й.
 


Снова август, друг Овидий,
Нынче ветрено, Иосиф!
Непредвиденность событий
Очевидна на Фороссе,

Загоревший (от болезни?)
Горбачев у самолета,
Вновь встает над Красной Пресней
Кровь семнадцатого года,

И летит по ветру пеплом
Над огромным крымским ситом
Изумленная, немая, 
Догоревшая Россия.


5.
1993-й.
 


Было Ханство - стало хамство:
Распальцованы Чарроки,
Рвутся урки в депутаты, 
Недосиженные сроки,

В санаториях «партбоссы» -
«Башмаки», «сейлем» и «волки»,
На правительственных дачах -
«Крестные отцы» в наколках.

Над когда-то заповедным,
Над номенклатурным раем
Фейерверком перестрелки -
Братаны под ночь гуляют.

Меж хот-догами и пепси,
Среди музыки и гвалта 
На коленях и в медалях 
Просит милостыню Ялта.


6.
1994-й. Юрий Мешков.
 


Лже- Дмитрий Мешков, самозванец-боец,
Не Жанной де Арк, но от крымских степей,
Куда же он делся, бунтарь - президент?
Не то, чтоб Дудаев. Тореро, скорей.

Скажите, Сабуров, кто рядом с ним был?
Какие бессонницы странных идей
Легли под сукно, под сомнительный пыл,
В объятьях «сейлема» погибших затей.

С Союзом давно замело «ильичи»,
Смахнуло червонцы усмешкою Воланда,
По черному ветру до самой Керчи
Несутся купоны - предвестники голода.

Простите, профессор, какая модель?!
Какие к чертям тут еще инвестиции?!
Здесь - зона, здесь пахнет парашей, мамзель!
И в доле давно МВД и милиция.

В Парламенте только что лысин не бьют,
Здесь все за Россию, да вот - без столицы!
Спецназ охраняет бандитский приют,
И Папа порядок наводит в провинции.

В гостинице «Ялта» не сход воровской,
На съезд подтянулись братишки в законе,
(Володя Ульянов «такой молодой»
И Троцкий встречает его на перроне),

Партийная сходка - какой же базар!
Над Ялтою чертит круги истребитель,
Приветствуя съезд, вот - от крымских татар,
А вот - из Москвы от путан представитель.

Здесь каждый братан - либерал-патриот,
Партийную сходку пора бы на нары,
На трупах империй летальный исход
Прорезали тачек немыслимых фары… 


7. 


Нищий мой, пропавший без вести,
Преданный, братвой задавленный,
Здравствуй, Крым, землица грешная,
Русской кровушкой прославлена!


8.

Севастополь. 


Паспортами с визами счастье мое устлано, 
С Родины на Родину путь в пятнадцать лет,
Вновь на Графской пристани я реву без устали,
И, не веря, трогаю несказанный свет.

В облинявшем, выцветшем стареньком троллейбусе
Гривной новоявленной заплачу тоске.
Все долги отпущены. Все вино на уксусе.
Площадь Ушакова. Солнце на щеке.

Полчаса вне времени перезвон мелодии.
Мне в Москву в Садовую замкнутость колец.
Золушкой в изгнание, с Родины на Родину,
Конвоир, до Внукова - мне в один конец!


9.
Корабельная сторона.
 

Здесь встает волна за волной,
Пахнет морем соленый закат.
Город заветный, один такой
Где созвездья детства горят.

Корабельная сторона,
Как случилось, что это чужая страна?
Город заветный, один такой,
Ты во мне. Я с тобой.

Город русских былых побед,
А над ним - Нахимова тень.
Здесь от каждого камня неяркий свет
Освещает мой каждый день.

Корабельная сторона,
Как же вышло, что это чужая страна?
Город, звенящий одной струной,
Ты во мне. Я с тобой.

И растает к утру редкий снег,
И оставит в Учкуевке мокрый песок.
И давно пора на ночлег,
Но последний ушел в Инкерман катерок. 

Корабельная сторона,
Как же вышло, что это чужая страна?...



10.
Ялтинский серпантин.
 


Необратим, неотвратим,
Девять крутых поворотов. Встречайте -
Ялтинский серпантин
Отчаянный!

Стойте, стойте, стойте,
Сорвавшись в пропасть истории!

Пьяные сосны, партейгеноссе!
Время похмелья -
Пьяные сосны!

Один на один не молчи в тоске!
Предательству имя - выскажи!
Летящей воды Учан Су в реке
Нет слез - высушены!

Лишь на Ай Петри холодно, чисто.
Воздух разрежен. Звезды правы.

Высота.

Альпийские травы.

Виолетта Баша, 
Крым - Москва, 1997- 1998 г.

© Copyright: Виолетта Баша, 2013

Регистрационный номер №0110063

от 16 января 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0110063 выдан для произведения:

 ПОЛУОСТРОВ КРЫМ

ХРОНИКА ПИКИРУЮЩЕГО ПОЛУОСТРОВА 




С Родины на Родину - через границы и таможни…
 





1.

1998-й. Криминальный вернисаж.
 


Запах зелени и моря,
Неспускаемых клозетов,
Гривны, яхты на приколе,
Леди с вывесок «про это»,
Клофелин клиенту в водку,
АКМ в руках маэстро,
Забивает шум прибоя
Обезумевший оркестр,
В отплывающую лодку
Бросив мертвого ковбоя,
Клофелин клиентом в глотке,
АКМ в руках прибоя,
В окровавленных поминках
Мафиозные разборки,
Лепет моря под сурдинку,
Виноградник на пригорке
Уплывает в бесконечность,
Предъявляя неизбежность -
Полу-счастья полуостров -
Раздирающую нежность… 



2.

1997-й.
 


В англо-сакские обноски
Принаряженное море,
С одичалостью подростка
Босоногий ветер спорит,

И надрывно, и безбожно
Над развалинами рая
Неприкаянно, истошно,
Лихо музыка играет.


3.
Исторические тени.
 

Над низвергнутым дворянством
Ливадийские созвездья,
Над сомнительным пространством
Обезглавленных поместий, 

Где над царскою тропою
В ночь шестнадцатого года
Ангел плакал над судьбою
Богоизбранного сброда,

Меж сигарою и трубкой
То пороховое лето 
Кровь смывает жесткой губкой
С исторических портретов, 

Под беззвучный шум прибоя
К Черчиллю склонился Сталин…
Николаевской тропою
Прет история гнедая.


4.
1991-й.
 


Снова август, друг Овидий,
Нынче ветрено, Иосиф!
Непредвиденность событий
Очевидна на Фороссе,

Загоревший (от болезни?)
Горбачев у самолета,
Вновь встает над Красной Пресней
Кровь семнадцатого года,

И летит по ветру пеплом
Над огромным крымским ситом
Изумленная, немая, 
Догоревшая Россия.


5.
1993-й.
 


Было Ханство - стало хамство:
Распальцованы Чарроки,
Рвутся урки в депутаты, 
Недосиженные сроки,

В санаториях «партбоссы» -
«Башмаки», «сейлем» и «волки»,
На правительственных дачах -
«Крестные отцы» в наколках.

Над когда-то заповедным,
Над номенклатурным раем
Фейерверком перестрелки -
Братаны под ночь гуляют.

Меж хот-догами и пепси,
Среди музыки и гвалта 
На коленях и в медалях 
Просит милостыню Ялта.


6.
1994-й. Юрий Мешков.
 


Лже- Дмитрий Мешков, самозванец-боец,
Не Жанной де Арк, но от крымских степей,
Куда же он делся, бунтарь - президент?
Не то, чтоб Дудаев. Тореро, скорей.

Скажите, Сабуров, кто рядом с ним был?
Какие бессонницы странных идей
Легли под сукно, под сомнительный пыл,
В объятьях «сейлема» погибших затей.

С Союзом давно замело «ильичи»,
Смахнуло червонцы усмешкою Воланда,
По черному ветру до самой Керчи
Несутся купоны - предвестники голода.

Простите, профессор, какая модель?!
Какие к чертям тут еще инвестиции?!
Здесь - зона, здесь пахнет парашей, мамзель!
И в доле давно МВД и милиция.

В Парламенте только что лысин не бьют,
Здесь все за Россию, да вот - без столицы!
Спецназ охраняет бандитский приют,
И Папа порядок наводит в провинции.

В гостинице «Ялта» не сход воровской,
На съезд подтянулись братишки в законе,
(Володя Ульянов «такой молодой»
И Троцкий встречает его на перроне),

Партийная сходка - какой же базар!
Над Ялтою чертит круги истребитель,
Приветствуя съезд, вот - от крымских татар,
А вот - из Москвы от путан представитель.

Здесь каждый братан - либерал-патриот,
Партийную сходку пора бы на нары,
На трупах империй летальный исход
Прорезали тачек немыслимых фары… 


7. 


Нищий мой, пропавший без вести,
Преданный, братвой задавленный,
Здравствуй, Крым, землица грешная,
Русской кровушкой прославлена!


8.

Севастополь. 


Паспортами с визами счастье мое устлано, 
С Родины на Родину путь в пятнадцать лет,
Вновь на Графской пристани я реву без устали,
И, не веря, трогаю несказанный свет.

В облинявшем, выцветшем стареньком троллейбусе
Гривной новоявленной заплачу тоске.
Все долги отпущены. Все вино на уксусе.
Площадь Ушакова. Солнце на щеке.

Полчаса вне времени перезвон мелодии.
Мне в Москву в Садовую замкнутость колец.
Золушкой в изгнание, с Родины на Родину,
Конвоир, до Внукова - мне в один конец!


9.
Корабельная сторона.
 

Здесь встает волна за волной,
Пахнет морем соленый закат.
Город заветный, один такой
Где созвездья детства горят.

Корабельная сторона,
Как случилось, что это чужая страна?
Город заветный, один такой,
Ты во мне. Я с тобой.

Город русских былых побед,
А над ним - Нахимова тень.
Здесь от каждого камня неяркий свет
Освещает мой каждый день.

Корабельная сторона,
Как же вышло, что это чужая страна?
Город, звенящий одной струной,
Ты во мне. Я с тобой.

И растает к утру редкий снег,
И оставит в Учкуевке мокрый песок.
И давно пора на ночлег,
Но последний ушел в Инкерман катерок. 

Корабельная сторона,
Как же вышло, что это чужая страна?...



10.
Ялтинский серпантин.
 


Необратим, неотвратим,
Девять крутых поворотов. Встречайте -
Ялтинский серпантин
Отчаянный!

Стойте, стойте, стойте,
Сорвавшись в пропасть истории!

Пьяные сосны, партейгеноссе!
Время похмелья -
Пьяные сосны!

Один на один не молчи в тоске!
Предательству имя - выскажи!
Летящей воды Учан Су в реке
Нет слез - высушены!

Лишь на Ай Петри холодно, чисто.
Воздух разрежен. Звезды правы.

Высота.

Альпийские травы.

Виолетта Баша, 
Крым - Москва, 1997- 1998 г.

Рейтинг: 0 207 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!

Популярная поэзия
+326 + 280 = 606
+312 + 203 = 515
+257 + 193 = 450
+243 + 198 = 441
+210 + 167 = 377
+200 + 172 = 372
+206 + 158 = 364
+175 + 145 = 320
+164 + 146 = 310
+185 + 124 = 309
+159 + 145 = 304
+167 + 122 = 289
+154 + 135 = 289
+145 + 121 = 266
+160 + 100 = 260
+139 + 116 = 255
+135 + 117 = 252
+133 + 109 = 242
+140 + 102 = 242
+128 + 107 = 235
+152 + 83 = 235
+133 + 97 = 230
Все пройдет. 22 января 2012 (чудо Света)
+135 + 91 = 226
+133 + 92 = 225
+127 + 97 = 224
+118 + 105 = 223
+128 + 95 = 223
+133 + 81 = 214
+126 + 88 = 214
+114 + 98 = 212
ВЫБОР26 июня 2015 (Елена Бурханова)
+107 + 104 = 211
+122 + 86 = 208
ЗВОНОК25 октября 2013 (Елена Бурханова)
+118 + 86 = 204
+108 + 95 = 203
+113 + 89 = 202
+110 + 91 = 201
+111 + 90 = 201
+116 + 81 = 197
+107 + 87 = 194
+152 + 41 = 193
+110 + 83 = 193
+106 + 84 = 190
+110 + 79 = 189
Де жа вю4 декабря 2013 (Alexander Ivanov)
+108 + 76 = 184
+106 + 77 = 183
+107 + 75 = 182
+110 + 66 = 176
+116 + 60 = 176
+107 + 68 = 175
+146 + 18 = 164