ГлавнаяПоэзияКрупные формыПоэмы → Если бы меня звли немного иначе

 

Если бы меня звли немного иначе

22 октября 2013 - Павел Полозов
Если бы меня звали немного иначе, к примеру Левап.
Мне было бы 35 лет и я находился бы в пути из Белгийского Брюгге в Москву.

"Чудны дела твои Господи" Родителей своих я не знал, погибли при странных обстоятельствах. Рос и воспитывался у Эвелины Львовны, бабушка по маме. Про отца она ничего мне не говорила и не понимала, что Ольга в нем нашла. Бабушка много чего не понимала и имела на все свой взгляд, если случалось ей плакать, то пробовала она свою слезу на вкус и говорила, что когда из нее выдет вся соль то тут же она и помрет. Померла когда мне было 19 лет.
Потом туман. Память всегда стирается более эмоциональными событиями.  Со мной же, как и с многими других случилась любовь. Но разговор не об этом, просто любовь это то чем я сейчас дышу и то, что я помню на пути от 19 лет к 35.
Когда мне исполнилось 35 лет, оказалось что меня разыскивает адокатская контора из Бельгии, вернее разыскала. Оказалось , что мой пропавшеий без вести на войне дед оставил наследство в ячейке Бельгийскиго банка. Наследством оказалась книга и записка. Там говорилось, что это чудо в прямом смысле, эта книга издалась один раз и была переплетена в семи местах по числу сторон света. Каждый переплет был особенным: седой волос, черный волос, светлый волос, юный волос и морской волос, земной волос и воздушный волос (это дословно)
Говорилось, что в книге этой слово, пережившее три истины огня и три истины воды. И что единственнаяя из оставшихся истин -это истина земли.

Никто из пробовавших перевести эту книгу так и не смог это сделать или не хотел. Никто из представителей Азии не взялся даже пробовать. 

Мне 35 лет и зовут меня Левап, три месяца как безработный.
В памяти моей Любовь.
И я лечу из Брюгге в Москву.  

Было так, что меня мучала бессоница и я решил, что нибудь почитать, на одном из порталов я случайно наткнулся на рассказ "Перевод" и чем -то он меня зацепил. Там была описана довольно сомнительная идея перевода. Но она осталась в моей памяти, хоть я об этом и не знал. 
Деньги у меня были  и время было, и чтобы себя увлечь и не думать о любви я решил попробовать перевести эту книгу.
Увлекся я на пять с половиной лет.
В результате получился словарь или глоссарий, но в форме стихов,
где были отрывки из прошлого и из будущего. Всего того, что не имеет к нам никакого отношения и не должно восприниматся всерьез.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
                   Ризо—сын неба    
5 лет


Ветер бьет стекла,
гнет все живое.
Мне странно и страшно.
И ма говорит, что "повесился кто..." -
так хмуро вокруг
и так необычно сурово...
На небо смотрю:

а небо волнуется - раз...

ЧернО на земле,
бьют тяжелые капли,
сверкает, грохочет -
и ма вспоминает войну:
цепко за руку и тянет на улицу,
спрятаться в погреб.
Дрожим в темноте...

А небо волнуется - два.

Дрожим... Здесь прохладно и сыро,
и чудится запах
горелой, безтравной земли.
Ма просит спасения...
неслышно за грохотом неба.
Движение губ...

И небо волнуется - три.

Грозят чудеса,
и ма уже просит прощения,
Мне голову гладит
и жадно целует висок.
Проснуться бы
в теплый такой понедельник...

А ветер гуляет
и в пыль превращает песок...


17


Солнце знакомо встает.
Ночь отступает:
дымными красками,
серыми красками
в час предрассветный
сиюминутно.
Вот тени уже появились...
Цвета узнаваемы,
Звуки привычны.
И легкая рябь на воде...
И солнца лучи,
пронзая пространство
и паутину,
согнали росу.
Сквозь кроны деревьев
в воде отражаясь
все ярче к полудню,
солнце прогрело
и пробудило 
лесных исполинов,
уже слишком старых
немыслимо мудрых,
проживших и видевших
многое очень:
где звери, где птицы,
где рыбы...
И эти мгновения,
секунды безмолвия,
своим чередом
обращаются в вечность.
Наверное, холодно
там, в запредельности...
И следует в жизни
согреться теплом.
А дело под вечер,
и небо чистейшее,
и звуки знакомые,
но..
Очень ласково
и незаметно,
вдруг посерело.
И тени исчезли,
и звуки сменились.
В воде стало видно,
что звезды как капли,
как слезы застывшие
на черном бархате,
над черным бархатом
что были пролиты...
Луна будто озеро,
где не застывшие
слезы, скатившись,
собрались в одну.
Что от разлучных
до убиенных...
Все собирается,
и разлетается
по черному бархату,
на черном бархате,
в воде отражаясь.
Но...
Так тихо,
что слышно,
как где-то в гнезде,
ворочает птица птенцов...


22




Что подарить тебе?

Не знаю, я банален...

Я обниму тебя и расскажу о звездах.

Закрой глаза и слушай, представляй...

Ночное небо не бывает черным... 
как свет и тьма,
нас учат,
друг без друга невозможны
Вот так и с небом... 
Мы поднимаем головы...
и вот -
мы видим звезды... Представь себе звезду -там вдалеке, 
на черном - 
беленькую точку, 
а это - свет. 
И он везде, куда ты ни посмотришь, 
то где-то там, за сотни тысяч лет,
А то совсем - так близко,
очень-очень -
лишь протяни ладонь... Ты присмотрись:  
мерцающие россыпи созвездий,
что так похожи 
на сказочные, странные фигуры,
взирающие в вечность свысока... 
На черном небе 
беленькие звезды - иголки света, 
ими шьют
рубашки счастья...

И небо звездное -  влюбленных небо...




23




Не отправь ты меня на войну...
Я боюсь.
Я боюсь, что останусь калечен...
И вернусь... 
Ведь - люблю.
Я - тот зверь,
что тобою зачеловечен...

Ну, а может - вранье, 
Я вернусь и живой, и здоровый
Я - люблю. 
И от этого имя твое
возле сердца ношу,
под распятием,
веруя в слово.

Что мне Бог?

У него же таких...
Ну а я...
Я - люблю.
Я же знаю.
Я видел.


человека сшивают, 
а он имя любимой кричит...


Я боюсь...
Не отправь ты меня
на войну.





27


Все мы когда-то вешались.
Хрип - перекат табуреточки.
Бабы истошно выли так...
слезки... яички-конфеточки...
Небо - дурное, мглистое...

Крестик. Петля. И - страх.

Всем мы когда - то 
"...с кисточкой!"
И - валим-
ся
просто
так.


32


Я тоже трус... 
но я гораздо хуже. 
Сейчас по городу брожу,
иду по небу, наступая в лужи, 
и думаю, и чувствую. Сужу.
Вот если б мне, в весеннем месяце нисанне, 
пришлось на колонаде во дворце, 
судить
безумного бродячего 
со странными глазами,
я бы не смог там по 
другому поступить.
Я тоже трус. 
Но я гораздо хуже.
И жизнь скудна.
И головная боль.
И в этом небе, что в осенних лужах
не вижу света, 
примеряя роль.
Я также малодушно думаю о смерти.
И точно так мой пес дрожит в грозу.
Но я глупее 
и трусливей, 
и безверней.
Все думаю, все чувствую, сужу -
две тыщи лет - громоподобное "свободен".
мне миллионы и осенний дождь...
Ведь я куда слабее и безвольней
с пороком "трусость"
и пороком "Ложь".


42


Рухнуло небо..
осталась дыра..
Упало.. Разбилось..
И я взял кусочек..
Лелею и берегу..
Сжимаю в ладонях
когда тяжело..
И в этих ладонях..
То грозы, то солнце..
То птицы поют..
То ветер раздольный..
А то облака..
Рухнуло небо..
Упало.. Разбилось..
Но все же осталось..
И пусть в талисманах..
...Живет...


80


Бабы ревут.
И - ни земли, ни ветра.
Боже, за что?
На - забери. Забери же 
взамен всю жизнь.
Только дитя ты сохрани от смерти...
Руки ломают,
опухшими бьются
в синь.

Дедушко Ризо
шесть месяцев как лежачий,
плачет и шепчет:
все забирай,
все - а ребят храни.

Дедушку Ризо
пытают - за что? -
перед смертью.
Дедушке Ризо
год уже как
не спеть.

Бабы ревут - 
нет ни земли, ни веры.
Небо, как небо... 
а Ризо не просит пить.
Дедушка просит
что-то
у самой
Смерти.

Высох Ризо.
Но вымолил
вымолвил
жизнь.


....—....


Я мальчик
идущий по желтой дороге
проживший сто гроз
и сложивший стихи
я в кровь отобью себе 
руки и ноги
но все это снова
омоют дожди

смотрите волшебник
колотит под клетью
стучится наружу
и хочет дышать
так вырвите на фиг
мне просто не нужно
я мальчик идущий
небесный чудак.

и что-то рассветное....
5, 80..
17, 22, 23!
27!
32

..... клетчатая тетрадь. На первой странице: "Я—сын неба", а на последней: "часто думаю о том, чтобы сделать книгу. Вот если бы мне попался её двойник: я в книжном магазине выбрал  случайно ту, на которую упал солнечный луч, ту на которую мне указало небо...
Шрифт, еле заметный шрифт, чтобы я мог своей рукой обвести каждую букву, каждое слово.. Прожить и пережить..."
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Закончил с Ризо в 4.27 по Московскому времени, ломило спину и ужасно давило виски, вспомнив рассказ "Пеервод", я зашел в интернет, нашел и распечатал себе этот рассказ. 
Проснувшись я подумал, что раз я являюсь неотемлемой частью этого перевода то и рассказ сюда тоже необходимо включить. 
(письменно согласие автора у меня имеется)

                            Перевод

Доброго времени суток тебе, читатель. Со мной всегда происходят удивительные вещи, в детстве я часто щурил глаза и смотрел в одну точку и через некоторое время перед моими глазами начинали плыть какие - то знаки, это было похоже на текст, но прочесть я его не мог, только видел. Потом я вырос и про все это забыл. В 33 года меня начали мучать кошмары. Мне каждую ночь снились эти знаки. Дошло до того, что я просыпался ночью и по памяти стал записывать их на бумагу. Кончилось это внезапно и загадочным совпадением. 
Я как-то в Киеве куупил себе ежедневник, вот он без дела так и лежал в верхнем ящике комода. Когда посередине ночи я искал куда записать эти знаки мне попался этот ежедневник и превратился в еженочник. Когда еженочник был до половины изписан кошмары меня отпустили и больше никогда не возращались. Потом я обо всем этом забыл. Через пять лет я оказался безработным и от нечего делать решил разобрать бумагу и наткнулся на еженочник. Я люблю всякие шарады и кроссворды. И мне загорелось перевести эти знаки. К сожалению или к счастью говорю я только на русском.
Смотря на эти знаки я заметил, что некоторые из них повторяются много чаще чем другие. Так для начала я выписал их в порядке повторения, от наиболее частых. Потом я вспомнил, что определенные буквы повторяются чаще чем другие и по такому принципу перевел еженочник. Получилось у меня не очень хорошо, но все же провозившись еще около года с этим текстом я получил что - то наподобие стихов.
Удивительно, но я их предоставлю на суд читателя и напомню, что в 33 года они явились мне в виде кошмаров.

       1
Не размышлял. Не думал.
Ждал прощения
летел на смерть
на яркий свет небес
но там повсюду
ангельское пение—
шторма, ветра...
Вселенский полонез

И сердце в грудь колотит три четвертых
Я мотылек и обречен на смерть!
Но не в огне, а в паутине. к черту!
Ни пуха.
Ни пера.
Не спеть.

Мне выход указали
раньше срока.
Покорен
в ожидании паука
Спасение
снизойдет с востока

мое спасение—добрая рука.

      2.

Ни неба, ни земли
вокруг
перевернули море
мой мотылек
летит на поиски любви
тепло и свет—
так представляют Бога
желта дорога,
необычен путь.

рисуют кровь предгрозовые сны
болит затылок и ломает спину
крыло сгорит и разомкнутся дни
и вместо моря чудные долины

взорвется в голове звезда
и свет из глаз
безумием и надеждой
прольется в уши
...надцать тысяч раз

так музыка родится.

Магдалина.

  3

Ну и что?

Умерла

я куплю тебе новую куклу
сшей ей платье
а ночью
смотрись с ней в глаза
в городах
раздают
поименное счастье
и на очередь станешь
в пять пятнадцать утра
за каким нибудь
сереньким дядькой

что сожмет кулаки
до крови
у гадалки
посыпятся карты
и тогда
короли
беспокойно уснут

ты поближе к полдню
драгоценное счастье получишь
куклу спрячешь в трюмо
слезы вытрешь

уйдешь на восток.

    4.

Верю.
Не верю в плохое,
я видел
по горло,
до слез и соплей
поныне они и отныне
служители сумрачных дней
им слякоть
им серость
им счастье
мне б память свою на любовь
сменять
разменяться
на
здравствуй

от слов

от оков

от винтов

    5
не пишется
четвертый год подряд
или седьмой
стекло
сквозь пальцы время
а я то думал
золотой песок
которого здесь столько
и не верил
что буду, буду, буду
как они
сползать по стенам
и ломаться куклой
потом вставать
четвертый год подряд
я—зверь
я—рыба
птица

не на месте

Затянется и после зарастет

напишется, прочтется и расставит

все по местам и по часам песок

ты думай обо мне, и слушай сердце.

       6

я читаю стихи младенцу
- улыбается и сопит
что любовь (ах, простите)-
два сердца
мы живем этим.

В бумажной пыли:
видим битое (слезы, отчаяние)
автор-мученик
и вывернул нить
в паутину. Раскинул случаи.
А паук продолжает жизнь.

Переплел: и себя, и героев.
Перепутал страницы и сны.

Улыбашься (милый ребенок)

Автор - мученик. И скрипит:
То перо, то зубами, то петли,
а бумаге-одно - что терпеть
сон ярчайший,
двухсотый,
трехлетний.
что под утро, за- бро - сит - ся в печь.

И сгорит сиротливой бумага.
Автор даже не станет смотреть -
двести снов за любовь. И загада:
сердце - птица, колотится в клеть?

А паук неизвестно где.



От автора автора: Читатель будь справедлив и строг. До свидания.


~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
вторую часть представляли небольшие текстовки. Переводя их я заметил, что в одной их них говрится, что у человека четыре души, а в другой , что у человека три души. Я решил что они то ли из разного времени, то ли из разных вер. Текстовки были весьма разного содержания.


как ты представляешь себе вселенную?


как будто мы на дне окена, 

и в тихую погоду на самой поверхности иногда отражаются звезды, 

а над теми звездами, что видим мы, 
еще целый мир, 

и над ним настоящее небо.



Когда человек умирает, то душа

сначала становится рыбой и очень долго плывет вверх.

Выплыв, она  омывается одной волной,

а следующей превращается в птицу.



Птица взлетает и очень долго летит вверх


Только нельзя отвлекаться, монахи учат

что, если задержишься и посмотришь вокруг себя,

то так и останешься птицей,
и, скорее всего тебя подстрелят, зажарят и подадут на стол.



И, только поднявшись выше облаков, 
где тебя коснется луч истинного солнца,

где обнажится твоя душа,

ты почувствуешь легкость бытия.



Жизнь это очень тяжелый труд.


Смерть труд во сто раз тяжелее.


У человека имеется три души.


Для жизни

          Для смерти

                    Для неба.



~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
         Я ивой рос, 
у самой краи,
где начинается земля.
Трава и лес здесь исчезали — сухие, твердые края…

Так начиналось
не-живое,
оно и горе принесло -
темнее ночи
шло чужое,
шло страшное,
большое зло.

Я плачу песней,
чую горе.
Невыносимая жара
со мной
других предупреждала,
что там вдали
сгустилась мгла
и неизбежно приближалась.

Пыль поднялась
до крон старейших.
Я чую смуту, чую страх.
Слезой по мне стекает песня.
И приближается к нам мрак.

Я ивой рос,
плакучей песней.
Настал тот час.
И тьма пришла,
и тьма пришла 
из поднебесья
в  тот страшный час.

Грохочет тьма и озаряет.
Вода и ветер братьев гнут:
корежат, 
рвут.
Лес погибает.

Я песнь печальную пою.

В меня попала вспышка света.
И тут же, от корней до крон,
я стал сиять.
Посланник света.

Со всех сторон.
Со всех сторон. 

Вода меня вдруг испугалась,
шипя, попятилась назад.
А ветер гнул, 
других терзая.
Я  братьям свет передавал.

И песню пел.

И сколько это продолжалось...

где снизу свет,
с поднебья тьма.

Мы до последнего стояли.

Лес победил.

И тьма ушла.


И полон света 
Песнь окончив.

Я рухнул.

Такова судьба.



~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~


Я Ветер поющий.  
Я Ветер, и шел я от севера, 
От холода, 
Зябью назваться было в ту пору мне 
Я ветер,  я плакал и слезы мои проливались мгновение, и в снег превращались, и падали вниз.
И плач мой подобен был песне.
И песню такую не ухом услышишь, она тронет сердце
И сердце сожмется и разожмется, и выплеснет кровь
Так песня моя коснулась вселенной
Я Ветер и песня моя это плач.
И нет ничего кроме слез.
Я Ветер, Я плакал, И песня звучала везде. 
И так от вселенной спустилась, сгустилась, представилась тьма.
Я Ветер. И песня моя это плач.
Но тьму повстречав я умолк, 
И  в этот же миг вспыхнуло солнце, и рухнула тьма
Я Ветер. 
В молчании дивном мой путь продолжался.
Воды было много, как суть бесконечных, как смыслы вселенной
в воде было небо.
Без края. Без жизни. Без птиц.
Я Ветер.
Изломами скал вода вдруг сменилась. 
Путь стал другим, но песнь появилась
Я Ветер.
Я Плачу -
Легко мне идти.
Я Ветер.
Сменились скалы на поля.
Я Ветер.
и песнь моя не так легка
поля сменились на луга
и стала песня тяжела
луга сменились на леса
и в этот миг сгустилась тьма.
Исчезло солнце.
Смерть я встретил.
Я ветер.
Я встретил смерть слезу пролив.
Но песнь моя звучала радостью.
Я Ветром был.
Я Ветром плакал
Печали песнь.
Песнь радости.

Я пел..


~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Музыка бывает Божественная, дьвольская, человеческая и абсолютна.
Человек имеет четыре души
Душу воды или рыбью.
Душу воздуха или птичью.
Душу земли или звериную душу
И Душу огня -человечью душу.
Мелодия одна и та же играется и звучит по разному.
ангел играет при помощи десяти пальцев и двух крыл.
Дьявол играет при помощи десяти пальцев и хвоста.
Человек играет при помощи десяти пальцев.
Человек играл виртуозно.
И тогда он взял рыбью душу и отсек большие пальцы себе.
Выучился играть заново и музыка его была прекрасна.
Человек взял себе душу птичью и лишил себя мизинцев.
И выучился играть и музыка его была прекрасна.
Тогда человек взял себе звериную душу и лишил себя средних и безымянных пальцев.
И снова выучился и музыка была его была прекрасна.
И тогда приснился ему сон, в котром играл он десятью пальцами
и музыка его была абсолютна
Так обрел он душу человечью.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

На восточной части рынка
в час, когда тень прячется под продавца,
я покупаю мясо.

Кастрюлю ополаскиваю водой
и ставлю сушиться на улицу с вечера

Мясо я всегда беру на один раз.
Кладу его на дно кастрюли и семь раз промываю водой

восьмой раз заливаю водой и ставлю кастрюлю на огонь

огонь должен греть с востока, а с запада еле тлеть

Картофеля беру семь штук и чищу от большого к малому
Мою картофель три раза и три раза режу.
Режу ножом с рукояткой, изготовленной из кости

Капусту режу ножом с деревянной ручкой,
и режу  тридцать раз
Капуста нужна, срезаная на новолуние.

Достаю мясо из кастрюли, убираю пенку
и кладу картофель и капусту
Картофель кладу с востока и капусту с запада

Чищу лук ножом с деревянной рукоятью
Чищу лук пока не проливается семнадцать слез
а с восемнадцатой беру нож с рукоятью из рога
и режу лук на тридцать одну слезу

Морковь нужна выдернутая на рассвете
Морковь чищу ножом с дерявянной рукоятью, и  стоя лицом на север
режу морковь по пять раз, поворачиваясь
от севере к западу, от запада к востоку, от востоку к югу

Свекла должна быть посаженная и выращеная первый раз ребенком
свеклу режу, закрыв левый глаз
ножом с рукояткой из кости

помидор должен быть сорван при первом утреннем голоде.

Сковорода должна  быть вымыта с вечера и стоять вверх дном,
и так, чтоб на нее не попали солнечные лучи,
пока не зальешь дно маслом

Масло из подсолнухов, что похожи на голодных детей

Лук обжариваю до появления золота
и тут же добавляю морковь
перемешиваю добавляю помидор и свеклу
обжариваю до того как прикроется правый глаз и тогда
высыпаю в кастюлю

Оставляю кипеть на медленном огне

Беру мясо в руку и выхожу во двор
даю мясо первой подбежавшей собаке
если та начнет сразу его грызть,
то жду, пока догрызет и тогда убираю кастрюлю с огня
если она сразу отправится мясо  закапывать,
то тут же убираю кастрюлю с огня
и есть приступаю лишь на следующий день.

Дно тарелки посыпаю солью
затем посыпаю петрушкой и зеленым луком
купленными в западной части рынка
и нарезанные ножом с деревянной рукоятью.

Есть начинаю по тени
сидя лицом на восток.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

я встретил тридцатую осень
когда амуры пленили
и связаный, я за ними
бежал по степной  пыли

Жизни просить не стал я
дали бы легкой смерти,
но у воды спросили
и привязали к столбу

Сердце мое не любило
за это в меня стреляют
стрелами золотыми
стовосемнадцать раз

если б сумел я выжить
то я бы стрелял по ним

слово мое простое:
"по одному стреляйте
чтобы считал я стрелы
и не сбивался в боль..
Раз и попала в мочку,
два и летела мимо,
три и рукой поймал я,
четыре. Стрела в живот,
пять и стрела в колене,
шесть и плюю я кровью,
семь и стрела в плече
восемь. Попала в пах
Девять...
Двенадцать...
...дцать."


Так и погиб.


И три души осталось:
зверем пройтись по миру
Птицей лететь на запад
рыбой уплыть на дно

Но для любви погибла
смертью в плену бесславной
на восемнадцатом счете
от золотой стрелы.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~



Эта книга читается от середины
Левая часть ее - листы белые
Правая часть ее - листы черные
Шрифт еле виден.
Карандашом  обвожу чтоб прочесть.
И карандаш мой черен.
Но чтение не радует мой глаз -
Слезится солью.

Лопнуло терпение -
  я карандаш отбросил и постиг
    в странице той, где я читал стихотворение
        вдруг тенью черной проступил портрет
          И я моргнул.
               Узнал.
                  И обессилел.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Обессилел я и правда, бешено стучало сердце и была горлость за проделаный труд. Было ближе к полуночи и проверив почту я обнаружил там письмо от автора рассказа "перевод"
В письме было два теста и все. Я прочитал и забыл, но проснувшись решил добавить сюда.



                                     1.
Заберите идею, заберите... Целый день мучает. 
Меня уже и в жар бросало с ней, и в холод.
И таблетки пил, и спал, а извести ее никак не могу.
Заберите...

Небо это человек, а человек это земля.
Лицо это Азия. Грудь - Европа и так далее.
И время везде течет по - разному.
И если лицо умирает долго, то ягодицы умрут быстро.
Да и сами по себе умирающие ягодицы похожи на молодую пару.
Над Мексикой небо умирает долго.
Оно уже много часов остается таким
И только легкий ветер похож на молитвы.
Над Мексикой - лежачее небо.
Над Европй бушет гроза и небо еще борется за свою жизнь.
Стремительно теряя темную венозную кровь.
Над Уралом небо детское и изумленное
И с необычайными голубыми глазами
котрые до сих пор не верят в собственную смерть.

Так умирает небо.

Есть люди котрые относятся к стихотворению 
как к рождению ребенка.
Они долго выбирают себе партнера 
И затем стремительно влюбляются в него.
Занимаются любовью долго, но всегда одним темпом.
Ямбом, хореем, дактилем и т.д. 
То что у них потом рождается, то всегда выделяется в толпе.
То что делалось ямбом хромает на левую ногу
Хореем на правую ногу.
Дактилем хромает между ног и как будто подпрыгивает в воздух.
У таких небо умрет семь раз.
Первые три раза смерть будет тяжелой
Другие три раза смерть будет легкой
И на седьмой раз смерть станет настоящей.

Так умирает небо.

Есть люди  которых наоборот скорее тошнит стихами.
Бывает это от того, что страдают такие люди
Частой и сильной головной болью
Такие пишут не чтобы сотворить, а чтобы избавиться
их боль сильна и настояща
и неизвестно в каком месте она кольнет читателя.
У таких страсть резко появяется и долго пропадает
и часто решения их спонтанны
У таких небо умрет быстро, красиво и врежется в память
И не будет никакой возможности убрать из головы
это мертвое небо, кроме как написать про него.
Написать стихотворение.


Я понимаю, что кого-то заразил, так как чихнул в помещении. 
В помещении полном народа.

Прошу прощения и здравствуйте.



лихорадит сегодня небо
то в озноб, то в горячий пот
и болезненная атмосфера
с себя мерки снимает(на гроб)

осмотрелось вокруг, как впервые,
отразилось во всех океанах
оголило гниющую рану 
и прижгло слезами скупыми.

но хрипит и считает песчинки
словно книгу листает память
и ветрами играет Глинку
беспокойно так. Погибает.



                                          2.

дравствуй, читатель. Я не умею писать и прошу меня за это простить. Подать свою мысль, как блюдо в ресторане – это прекрасно, но… Я говорить буду так, как я привык говорить, а привык я здороваться. С другой стороны, я не здороваюсь с незнакомыми. Ладно, будем считать, что мы знакомы. 
Здравствуй, читатель. Те книги, что я прочел, были необыкновенны и чудесны, как те несколько дней в жизни любого человека, ибо сама жизнь скорее презренна, чем прекрасна.
Я расскажу кое что о поэте, то, что взволновало мое сердце настолько, что я не могу молчать. 
Итак, поэт. Способность слагать стихи – всего лишь способность, не более чем готовить пищу, ее можно развить, а можно оставить.
Так что же отличает этого поэта от остальных известных нам и неизвестных нам? Он ненавидел свою способность слагать стихи, считал ее чем-то вроде болезни и пытался вылечиться. Бывало так, говорил он: «Вот сижу, мастерю из дерева, но стоит лишь на секунду отвлечься, и тут же налетает стих на меня. Да так, что меня начинает лихорадить и проступает пот. Потом проходит, я пью чай и нет ни малейшего желания чем-то заниматься, я слаб настолько, насколько слаб бывает больной, который только пошел на поправку.»
И все же. Достоверно известно, что был сон, и, проснувшись, он стал публиковать свои отдельные стихи. Стихи эти были довольные средние и так продолжалось около пяти лет. Потом он как-то, перечитывая сам себя, заметил, что довольно часто повторятся, что само по себе удивительным не является, но решил сделать не то сборник, не то поэму. Сделал он это через год, и за этот год с ним случались такие события, как и раньше – только он их по-другому стал толковать. Было в этот год страшное, что заставило весь мир плакать и укрепило землю солью, а другое было, что обувных дел мастер Дедушко Ризо умер, и он не знал, кому больше заказывать свою обувь. 
Ризо—сын неба, так называлось тетрадь, в которую он вписал несколько стихотворений. Разметил их цифрами, и подвел под ними черту. Если читатель захочет, он без особого труда найдет и прочтет это произведение, я же хочу рассказать о другом.

На следующий год он составил свой гороскоп, из которого следовало что самое точное слов для него — слуга. 

Слуга слуге рознь, и служба может стать дружбой.

Не секрет, что одни гласные чаще повторяются, чем другие, что каждый цвет состоит из каждого, и только черный – из всех.
Что одна нота встречается чаще, чем другие. 
Он задумался над тем, чтобы составить универсальный словарь,
формулу по которой можно перевести музыку в стих, стих в картину и наоборот.
Затея оказалась неудачной. Сам поэт грешил на то, что ему не хватает знаний, теории. Но учиться не стал и вскоре забросил и забыл эту затею.

Свою жизнь он разделил на четыре отрезка: север, юг, восток и запад.
Какой период какому отрезку соответствовал, я не знаю, как и не знаю, жив ли сам поэт, что, впрочем, не так важно. 
Меня поразило другое – он, подобно слуге Ёзефу, сделал четыре стихо, четыре жизнеописания. где каждый стих – это настроение души.
Я предоставлю их, читатель, тебе и прощусь с тобой, надеюсь, я не слишком тебя утомил. До свидания.

                        1. Восток




Посмотри, все вокруг журавлиное небо, а флейтист одинокий играет стихи
от него к небесам поднимается лето,  и опять опускается ниже земли,
обмакни кисть в чернила. На белой странице
напиши иероглиф—желание жить.
Так играет флейтист, что б услышали птицы.
Так играет стихи, что летят журавли.
Пустота от земли наполняется звуком
пара птиц и флейтист в окружении звезд.
Обмакни.
Проведи.
и безумною мукой
ты напишешь иероглиф-
расколотый лед -
и  услышишь стихи.



Обо всем думай сердцем.







                        2. Север



я слово говорю
негромко
смотрю как-будто внутрь себе
где сердце и решеткой—ребра
где птица в клетке,
клеть во мне.

мне в клеть,
волшебник чудо вставил,
он в сердце птицу превратил. 

Он оторвал ее от стаи

И я вдруг небо полюбил и
одаренный этой болью
я словом начал проживать

не часто
и совсем негромко...

когда же слово говорю
ломаю мир
ударом гонга
и пробуждаю тишину

как пенье птичье
я звучу.

Бамбук и снег.
и всходит солнце...






                              3. Юг



если бы у меня было три рта, то я бы наверное задумался какой из них открыть.


Я очень быстро говорю,
быстрей чем думаю.
Ведет дорога к алтарю.
Прописан рунами
мой путь.

Мой путь —
в часах песочных ртуть.
Все реже я могу уснуть
и ноет.
     ноет.
          ноет грудь.
верней у ребер.

Быстрей всего умрет язык.
А я останусь так же жить
но не сумею говорить.
Я буду молча

язык свой представлять в гробу
и ставить памятник ему
и проливать ему слезу
и ждать момента

когда коснется тела смерть
чтоб  снова языком запеть
чтоб заалеть  и зардеть.

я
стану 
     птицей







                                4. Запад





Она видела, как шевелятся губы его...
Она пела ему молитвы.
Он немой был, она не могла ходить.
Вот и жили они — две куклы.
Но в ладони ладонь.
тили -динь — донь -донь
Каждый божий день
тили-динь -донь-донь
она пела ему молитвы:

«Господи здравствуй, славься имя твое, на земле, над землей, и выше.
Ты прости меня, 
я пишу письмом, 
потому что ты нас не слышишь.
Мы подобие, но другие все ж, 
вот и пишем тебе не просьбы.
Сколько времени, сколько долгих лет...
ты наверное, 
глухонем и слеп...
Так?
Всевышний—

Не нужна нам ни жизнь, ни смерть,
нам так жить — что в аду гореть,
умереть — как сбежать от  всех,
так чего же  нам здесь хотеть?

Время, время...

Забери, у судьбы часы
и разбей. А песок рассыпь
в тьму и звезды 


Мы замрем… 
Из груди возьми
что болит 
и дарует жизнь

тем кто просит.

Так и будем
ладонь в ладонь
тили-донь
или донь-донь-донь
петь молитвы.»

Опуская письмо в бутыль,
она пела ему Псалтырь.

Он бутыль зашвырнул в облака,
просто, чтобы наверняка.

И сидели ладонь к груди.
Она пела, он шевелил.

Чтобы мир развернулся вдруг,
прекратился сердечный стук.

Она пела ему молитвы.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~Я уже говорил, что со мной случилось любовь, занимаясь переводами я тоже кое что написал о том, что было
                           1.
    поцелует тебя  нежный, любимый мальчик
жарко в тени, здесь только тишь и гладь
не отпусти, чтоб ни случилось дальше
крепко сжимай ладонь, чаще дыши и...
Насть?

Будет гроза. Ближе к чудесному вечеру.
Дом обесточен. пол потолок кровать.
молнии, гром, капли колотят бешено
в ритме, 
ты помнишь,, 
где  нам с тобой
а, Насть?

Все успокоится 
Все успокоится милая
мой поцелуй тебе
не отвечай, а плач
только с тобой
только тобой 
лю -би -мый я
ты моя жизнь
то моя веч- Насть
Насть.

           2.
играй для меня, моя девочка, на фортепьяно
мысли сумбурны и сильно слезятся глаза
дело в том, что и Рита и Фрида... ай.. лана.
С ними Бог, а над нами сегодня бушует гроза

в пять песчинок утра, когда тихо, волшебно, таинственно, и едва различима тропинка за небеса, босиком и пешком мы пройдемся как лунные зайчики, потихоньку дразнясь, и немного слетая с ума.
Светлячками , как две незаметные звездочки, наслаждаясь открытой и близкой такой красотой, светотьма, так приятна в своей невесомости. Безразмерна, чужда, холодна. Тишина и покой.

Это сказка, а дальше два чая и бутеры
по работам, в начало обычного дня
у влюбленных зрачки всегда мутные
а у любящих.. с блеском луны и огня.

                     3.
ЧернО.
тихонько бьется сердце
на 
я-те-бя-л-ю-б-л-ю
люблю
и скрипнет петлей дверца
волшебник усмехнется
и вызовет грозу
Г р о з у
расшевелится флюгер
и одинокий птичий
как будто вдовий крик
завторит эхо громом
от вспышек, вспышек, вспышек
от молний, молний, молний

здесь началась в о й н а

и молнии и громы
вода и шквальный ветер
Спаси нас Иисусе
Спаси и сохрани
мы все живем под небом
неправильно и странно
но сердце бьется в клетке
на
ятебялюблю

но вечность распылится

на черном шелке неба

паук сплетает звезды

волшебник ждет грозу

я желтою дорогой

прошел огонь и воду

и бьет, и бьется седце

о

я т е б я л ю б л ю

                    4
это первое мое письмо
со звездой на конверте
Здравствуй, у меня все пло..
помнишь спор о той самой Герде

ну., так вот, ей по моему до..

здесь жара и бессонные ночи
именно так, что пропасти пустоты
я такое же тело как  сотни прочих
и сопли глотаю и так же  жую мечты

Но живой, а ведь жизнь, это сука мерзкий
всяких кривых там зеркал павильон
настоящим был я наверное в детстве
Только весь уже взял да и вышел вон.

и плевать и пускай единственно
н е д о ш е д ш е е 
до тебя письмо
что со мной сгорит
таково быть письменным
мне героем жить
если честно
по...

                  5.
а любовь разрушает всё..

я ношу твое имя у сердца
где больней и роднее всего
с каждым новым ударом. Я - Терций.
В промежутках, скорей, Дон Кихот.
мной построен невиданный замок
что огромен, песочен и пуст
Одиночество, вовсе не дама.
Да и я, далеко не Пруст.
Вечерами играл я в бисер
с чудаком, что зовут Гессе
"ту-да-да, ту-ду-ду" весь смысл.
но любовь отрицали все.

не кален, не сожжен. Обычен.
я под клетью имя ношу,
и храню ея, так по-птичьи
потому, что, я ею живу-
это воздух. Открытый космос
все вокруг - ни земли, ни воды.
Но великие где- нибудь скажут

что любовь означает мы.


                    6.
так открываются глаза
когда назад отходит море
и собирая черепах
ты ощущаешь запах боли—
предчувствие большой беды
И заставляешь попугаев 
учить стихи
летят пернатые на север
язык Господень словом—верю,
а слово вера просто имя.
Что повторяешь в темноту
когда глагольное "любили"
растянуто в морские мили
а моря нет, оно ушло.
И только высохшее дно
напоминает твоя память
ни льда, на пара, ни воды
кипеть тут нечему и таять
и только странные следы

о чем они напоминают?

Что открываются глаза
и ты стоишь посередине
язык твой мертв и только имя
играет ветер на столбах
из высохшей, остывшей грязи
твоей отравленной судьбы
и все мертво. И все мертвы.

И только ты

каким-то чудом еще дышишь
и в животе твоем пищит
глаза моргают
мир дрожит
но жив.

ты жив...

п е р е ж и в а е ш ь...

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

" Если бы меня звали немного иначе,  к примеру Левап, то вместо левой руки у меня была бы правая и думал бы я слеванаправо." 
Я проснулся  с этой мыслью и с кислым чувством во рту. Зовут меня Павел и я никогда не смотрюсь в зеркала ночью.

© Copyright: Павел Полозов, 2013

Регистрационный номер №0165628

от 22 октября 2013

[Скрыть] Регистрационный номер 0165628 выдан для произведения:
Если бы меня звали немного иначе, к примеру Левап.
Мне было бы 35 лет и я находился бы в пути из Белгийского Брюгге в Москву.

"Чудны дела твои Господи" Родителей своих я не знал, погибли при странных обстоятельствах. Рос и воспитывался у Эвелины Львовны, бабушка по маме. Про отца она ничего мне не говорила и не понимала, что Ольга в нем нашла. Бабушка много чего не понимала и имела на все свой взгляд, если случалось ей плакать, то пробовала она свою слезу на вкус и говорила, что когда из нее выдет вся соль то тут же она и помрет. Померла когда мне было 19 лет.
Потом туман. Память всегда стирается более эмоциональными событиями.  Со мной же, как и с многими других случилась любовь. Но разговор не об этом, просто любовь это то чем я сейчас дышу и то, что я помню на пути от 19 лет к 35.
Когда мне исполнилось 35 лет, оказалось что меня разыскивает адокатская контора из Бельгии, вернее разыскала. Оказалось , что мой пропавшеий без вести на войне дед оставил наследство в ячейке Бельгийскиго банка. Наследством оказалась книга и записка. Там говорилось, что это чудо в прямом смысле, эта книга издалась один раз и была переплетена в семи местах по числу сторон света. Каждый переплет был особенным: седой волос, черный волос, светлый волос, юный волос и морской волос, земной волос и воздушный волос (это дословно)
Говорилось, что в книге этой слово, пережившее три истины огня и три истины воды. И что единственнаяя из оставшихся истин -это истина земли.

Никто из пробовавших перевести эту книгу так и не смог это сделать или не хотел. Никто из представителей Азии не взялся даже пробовать. 

Мне 35 лет и зовут меня Левап, три месяца как безработный.
В памяти моей Любовь.
И я лечу из Брюгге в Москву.  

Было так, что меня мучала бессоница и я решил, что нибудь почитать, на одном из порталов я случайно наткнулся на рассказ "Перевод" и чем -то он меня зацепил. Там была описана довольно сомнительная идея перевода. Но она осталась в моей памяти, хоть я об этом и не знал. 
Деньги у меня были  и время было, и чтобы себя увлечь и не думать о любви я решил попробовать перевести эту книгу.
Увлекся я на пять с половиной лет.
В результате получился словарь или глоссарий, но в форме стихов,
где были отрывки из прошлого и из будущего. Всего того, что не имеет к нам никакого отношения и не должно восприниматся всерьез.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
                   Ризо—сын неба    
5 лет


Ветер бьет стекла,
гнет все живое.
Мне странно и страшно.
И ма говорит, что "повесился кто..." -
так хмуро вокруг
и так необычно сурово...
На небо смотрю:

а небо волнуется - раз...

ЧернО на земле,
бьют тяжелые капли,
сверкает, грохочет -
и ма вспоминает войну:
цепко за руку и тянет на улицу,
спрятаться в погреб.
Дрожим в темноте...

А небо волнуется - два.

Дрожим... Здесь прохладно и сыро,
и чудится запах
горелой, безтравной земли.
Ма просит спасения...
неслышно за грохотом неба.
Движение губ...

И небо волнуется - три.

Грозят чудеса,
и ма уже просит прощения,
Мне голову гладит
и жадно целует висок.
Проснуться бы
в теплый такой понедельник...

А ветер гуляет
и в пыль превращает песок...


17


Солнце знакомо встает.
Ночь отступает:
дымными красками,
серыми красками
в час предрассветный
сиюминутно.
Вот тени уже появились...
Цвета узнаваемы,
Звуки привычны.
И легкая рябь на воде...
И солнца лучи,
пронзая пространство
и паутину,
согнали росу.
Сквозь кроны деревьев
в воде отражаясь
все ярче к полудню,
солнце прогрело
и пробудило 
лесных исполинов,
уже слишком старых
немыслимо мудрых,
проживших и видевших
многое очень:
где звери, где птицы,
где рыбы...
И эти мгновения,
секунды безмолвия,
своим чередом
обращаются в вечность.
Наверное, холодно
там, в запредельности...
И следует в жизни
согреться теплом.
А дело под вечер,
и небо чистейшее,
и звуки знакомые,
но..
Очень ласково
и незаметно,
вдруг посерело.
И тени исчезли,
и звуки сменились.
В воде стало видно,
что звезды как капли,
как слезы застывшие
на черном бархате,
над черным бархатом
что были пролиты...
Луна будто озеро,
где не застывшие
слезы, скатившись,
собрались в одну.
Что от разлучных
до убиенных...
Все собирается,
и разлетается
по черному бархату,
на черном бархате,
в воде отражаясь.
Но...
Так тихо,
что слышно,
как где-то в гнезде,
ворочает птица птенцов...


22




Что подарить тебе?

Не знаю, я банален...

Я обниму тебя и расскажу о звездах.

Закрой глаза и слушай, представляй...

Ночное небо не бывает черным... 
как свет и тьма,
нас учат,
друг без друга невозможны
Вот так и с небом... 
Мы поднимаем головы...
и вот -
мы видим звезды... Представь себе звезду -там вдалеке, 
на черном - 
беленькую точку, 
а это - свет. 
И он везде, куда ты ни посмотришь, 
то где-то там, за сотни тысяч лет,
А то совсем - так близко,
очень-очень -
лишь протяни ладонь... Ты присмотрись:  
мерцающие россыпи созвездий,
что так похожи 
на сказочные, странные фигуры,
взирающие в вечность свысока... 
На черном небе 
беленькие звезды - иголки света, 
ими шьют
рубашки счастья...

И небо звездное -  влюбленных небо...




23




Не отправь ты меня на войну...
Я боюсь.
Я боюсь, что останусь калечен...
И вернусь... 
Ведь - люблю.
Я - тот зверь,
что тобою зачеловечен...

Ну, а может - вранье, 
Я вернусь и живой, и здоровый
Я - люблю. 
И от этого имя твое
возле сердца ношу,
под распятием,
веруя в слово.

Что мне Бог?

У него же таких...
Ну а я...
Я - люблю.
Я же знаю.
Я видел.


человека сшивают, 
а он имя любимой кричит...


Я боюсь...
Не отправь ты меня
на войну.





27


Все мы когда-то вешались.
Хрип - перекат табуреточки.
Бабы истошно выли так...
слезки... яички-конфеточки...
Небо - дурное, мглистое...

Крестик. Петля. И - страх.

Всем мы когда - то 
"...с кисточкой!"
И - валим-
ся
просто
так.


32


Я тоже трус... 
но я гораздо хуже. 
Сейчас по городу брожу,
иду по небу, наступая в лужи, 
и думаю, и чувствую. Сужу.
Вот если б мне, в весеннем месяце нисанне, 
пришлось на колонаде во дворце, 
судить
безумного бродячего 
со странными глазами,
я бы не смог там по 
другому поступить.
Я тоже трус. 
Но я гораздо хуже.
И жизнь скудна.
И головная боль.
И в этом небе, что в осенних лужах
не вижу света, 
примеряя роль.
Я также малодушно думаю о смерти.
И точно так мой пес дрожит в грозу.
Но я глупее 
и трусливей, 
и безверней.
Все думаю, все чувствую, сужу -
две тыщи лет - громоподобное "свободен".
мне миллионы и осенний дождь...
Ведь я куда слабее и безвольней
с пороком "трусость"
и пороком "Ложь".


42


Рухнуло небо..
осталась дыра..
Упало.. Разбилось..
И я взял кусочек..
Лелею и берегу..
Сжимаю в ладонях
когда тяжело..
И в этих ладонях..
То грозы, то солнце..
То птицы поют..
То ветер раздольный..
А то облака..
Рухнуло небо..
Упало.. Разбилось..
Но все же осталось..
И пусть в талисманах..
...Живет...


80


Бабы ревут.
И - ни земли, ни ветра.
Боже, за что?
На - забери. Забери же 
взамен всю жизнь.
Только дитя ты сохрани от смерти...
Руки ломают,
опухшими бьются
в синь.

Дедушко Ризо
шесть месяцев как лежачий,
плачет и шепчет:
все забирай,
все - а ребят храни.

Дедушку Ризо
пытают - за что? -
перед смертью.
Дедушке Ризо
год уже как
не спеть.

Бабы ревут - 
нет ни земли, ни веры.
Небо, как небо... 
а Ризо не просит пить.
Дедушка просит
что-то
у самой
Смерти.

Высох Ризо.
Но вымолил
вымолвил
жизнь.


....—....


Я мальчик
идущий по желтой дороге
проживший сто гроз
и сложивший стихи
я в кровь отобью себе 
руки и ноги
но все это снова
омоют дожди

смотрите волшебник
колотит под клетью
стучится наружу
и хочет дышать
так вырвите на фиг
мне просто не нужно
я мальчик идущий
небесный чудак.

и что-то рассветное....
5, 80..
17, 22, 23!
27!
32

..... клетчатая тетрадь. На первой странице: "Я—сын неба", а на последней: "часто думаю о том, чтобы сделать книгу. Вот если бы мне попался её двойник: я в книжном магазине выбрал  случайно ту, на которую упал солнечный луч, ту на которую мне указало небо...
Шрифт, еле заметный шрифт, чтобы я мог своей рукой обвести каждую букву, каждое слово.. Прожить и пережить..."
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Закончил с Ризо в 4.27 по Московскому времени, ломило спину и ужасно давило виски, вспомнив рассказ "Пеервод", я зашел в интернет, нашел и распечатал себе этот рассказ. 
Проснувшись я подумал, что раз я являюсь неотемлемой частью этого перевода то и рассказ сюда тоже необходимо включить. 
(письменно согласие автора у меня имеется)

                            Перевод

Доброго времени суток тебе, читатель. Со мной всегда происходят удивительные вещи, в детстве я часто щурил глаза и смотрел в одну точку и через некоторое время перед моими глазами начинали плыть какие - то знаки, это было похоже на текст, но прочесть я его не мог, только видел. Потом я вырос и про все это забыл. В 33 года меня начали мучать кошмары. Мне каждую ночь снились эти знаки. Дошло до того, что я просыпался ночью и по памяти стал записывать их на бумагу. Кончилось это внезапно и загадочным совпадением. 
Я как-то в Киеве куупил себе ежедневник, вот он без дела так и лежал в верхнем ящике комода. Когда посередине ночи я искал куда записать эти знаки мне попался этот ежедневник и превратился в еженочник. Когда еженочник был до половины изписан кошмары меня отпустили и больше никогда не возращались. Потом я обо всем этом забыл. Через пять лет я оказался безработным и от нечего делать решил разобрать бумагу и наткнулся на еженочник. Я люблю всякие шарады и кроссворды. И мне загорелось перевести эти знаки. К сожалению или к счастью говорю я только на русском.
Смотря на эти знаки я заметил, что некоторые из них повторяются много чаще чем другие. Так для начала я выписал их в порядке повторения, от наиболее частых. Потом я вспомнил, что определенные буквы повторяются чаще чем другие и по такому принципу перевел еженочник. Получилось у меня не очень хорошо, но все же провозившись еще около года с этим текстом я получил что - то наподобие стихов.
Удивительно, но я их предоставлю на суд читателя и напомню, что в 33 года они явились мне в виде кошмаров.

       1
Не размышлял. Не думал.
Ждал прощения
летел на смерть
на яркий свет небес
но там повсюду
ангельское пение—
шторма, ветра...
Вселенский полонез

И сердце в грудь колотит три четвертых
Я мотылек и обречен на смерть!
Но не в огне, а в паутине. к черту!
Ни пуха.
Ни пера.
Не спеть.

Мне выход указали
раньше срока.
Покорен
в ожидании паука
Спасение
снизойдет с востока

мое спасение—добрая рука.

      2.

Ни неба, ни земли
вокруг
перевернули море
мой мотылек
летит на поиски любви
тепло и свет—
так представляют Бога
желта дорога,
необычен путь.

рисуют кровь предгрозовые сны
болит затылок и ломает спину
крыло сгорит и разомкнутся дни
и вместо моря чудные долины

взорвется в голове звезда
и свет из глаз
безумием и надеждой
прольется в уши
...надцать тысяч раз

так музыка родится.

Магдалина.

  3

Ну и что?

Умерла

я куплю тебе новую куклу
сшей ей платье
а ночью
смотрись с ней в глаза
в городах
раздают
поименное счастье
и на очередь станешь
в пять пятнадцать утра
за каким нибудь
сереньким дядькой

что сожмет кулаки
до крови
у гадалки
посыпятся карты
и тогда
короли
беспокойно уснут

ты поближе к полдню
драгоценное счастье получишь
куклу спрячешь в трюмо
слезы вытрешь

уйдешь на восток.

    4.

Верю.
Не верю в плохое,
я видел
по горло,
до слез и соплей
поныне они и отныне
служители сумрачных дней
им слякоть
им серость
им счастье
мне б память свою на любовь
сменять
разменяться
на
здравствуй

от слов

от оков

от винтов

    5
не пишется
четвертый год подряд
или седьмой
стекло
сквозь пальцы время
а я то думал
золотой песок
которого здесь столько
и не верил
что буду, буду, буду
как они
сползать по стенам
и ломаться куклой
потом вставать
четвертый год подряд
я—зверь
я—рыба
птица

не на месте

Затянется и после зарастет

напишется, прочтется и расставит

все по местам и по часам песок

ты думай обо мне, и слушай сердце.

       6

я читаю стихи младенцу
- улыбается и сопит
что любовь (ах, простите)-
два сердца
мы живем этим.

В бумажной пыли:
видим битое (слезы, отчаяние)
автор-мученик
и вывернул нить
в паутину. Раскинул случаи.
А паук продолжает жизнь.

Переплел: и себя, и героев.
Перепутал страницы и сны.

Улыбашься (милый ребенок)

Автор - мученик. И скрипит:
То перо, то зубами, то петли,
а бумаге-одно - что терпеть
сон ярчайший,
двухсотый,
трехлетний.
что под утро, за- бро - сит - ся в печь.

И сгорит сиротливой бумага.
Автор даже не станет смотреть -
двести снов за любовь. И загада:
сердце - птица, колотится в клеть?

А паук неизвестно где.



От автора автора: Читатель будь справедлив и строг. До свидания.


~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
вторую часть представляли небольшие текстовки. Переводя их я заметил, что в одной их них говрится, что у человека четыре души, а в другой , что у человека три души. Я решил что они то ли из разного времени, то ли из разных вер. Текстовки были весьма разного содержания.


как ты представляешь себе вселенную?


как будто мы на дне окена, 

и в тихую погоду на самой поверхности иногда отражаются звезды, 

а над теми звездами, что видим мы, 
еще целый мир, 

и над ним настоящее небо.



Когда человек умирает, то душа

сначала становится рыбой и очень долго плывет вверх.

Выплыв, она  омывается одной волной,

а следующей превращается в птицу.



Птица взлетает и очень долго летит вверх


Только нельзя отвлекаться, монахи учат

что, если задержишься и посмотришь вокруг себя,

то так и останешься птицей,
и, скорее всего тебя подстрелят, зажарят и подадут на стол.



И, только поднявшись выше облаков, 
где тебя коснется луч истинного солнца,

где обнажится твоя душа,

ты почувствуешь легкость бытия.



Жизнь это очень тяжелый труд.


Смерть труд во сто раз тяжелее.


У человека имеется три души.


Для жизни

          Для смерти

                    Для неба.



~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
         Я ивой рос, 
у самой краи,
где начинается земля.
Трава и лес здесь исчезали — сухие, твердые края…

Так начиналось
не-живое,
оно и горе принесло -
темнее ночи
шло чужое,
шло страшное,
большое зло.

Я плачу песней,
чую горе.
Невыносимая жара
со мной
других предупреждала,
что там вдали
сгустилась мгла
и неизбежно приближалась.

Пыль поднялась
до крон старейших.
Я чую смуту, чую страх.
Слезой по мне стекает песня.
И приближается к нам мрак.

Я ивой рос,
плакучей песней.
Настал тот час.
И тьма пришла,
и тьма пришла 
из поднебесья
в  тот страшный час.

Грохочет тьма и озаряет.
Вода и ветер братьев гнут:
корежат, 
рвут.
Лес погибает.

Я песнь печальную пою.

В меня попала вспышка света.
И тут же, от корней до крон,
я стал сиять.
Посланник света.

Со всех сторон.
Со всех сторон. 

Вода меня вдруг испугалась,
шипя, попятилась назад.
А ветер гнул, 
других терзая.
Я  братьям свет передавал.

И песню пел.

И сколько это продолжалось...

где снизу свет,
с поднебья тьма.

Мы до последнего стояли.

Лес победил.

И тьма ушла.


И полон света 
Песнь окончив.

Я рухнул.

Такова судьба.



~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~


Я Ветер поющий.  
Я Ветер, и шел я от севера, 
От холода, 
Зябью назваться было в ту пору мне 
Я ветер,  я плакал и слезы мои проливались мгновение, и в снег превращались, и падали вниз.
И плач мой подобен был песне.
И песню такую не ухом услышишь, она тронет сердце
И сердце сожмется и разожмется, и выплеснет кровь
Так песня моя коснулась вселенной
Я Ветер и песня моя это плач.
И нет ничего кроме слез.
Я Ветер, Я плакал, И песня звучала везде. 
И так от вселенной спустилась, сгустилась, представилась тьма.
Я Ветер. И песня моя это плач.
Но тьму повстречав я умолк, 
И  в этот же миг вспыхнуло солнце, и рухнула тьма
Я Ветер. 
В молчании дивном мой путь продолжался.
Воды было много, как суть бесконечных, как смыслы вселенной
в воде было небо.
Без края. Без жизни. Без птиц.
Я Ветер.
Изломами скал вода вдруг сменилась. 
Путь стал другим, но песнь появилась
Я Ветер.
Я Плачу -
Легко мне идти.
Я Ветер.
Сменились скалы на поля.
Я Ветер.
и песнь моя не так легка
поля сменились на луга
и стала песня тяжела
луга сменились на леса
и в этот миг сгустилась тьма.
Исчезло солнце.
Смерть я встретил.
Я ветер.
Я встретил смерть слезу пролив.
Но песнь моя звучала радостью.
Я Ветром был.
Я Ветром плакал
Печали песнь.
Песнь радости.

Я пел..


~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Музыка бывает Божественная, дьвольская, человеческая и абсолютна.
Человек имеет четыре души
Душу воды или рыбью.
Душу воздуха или птичью.
Душу земли или звериную душу
И Душу огня -человечью душу.
Мелодия одна и та же играется и звучит по разному.
ангел играет при помощи десяти пальцев и двух крыл.
Дьявол играет при помощи десяти пальцев и хвоста.
Человек играет при помощи десяти пальцев.
Человек играл виртуозно.
И тогда он взял рыбью душу и отсек большие пальцы себе.
Выучился играть заново и музыка его была прекрасна.
Человек взял себе душу птичью и лишил себя мизинцев.
И выучился играть и музыка его была прекрасна.
Тогда человек взял себе звериную душу и лишил себя средних и безымянных пальцев.
И снова выучился и музыка была его была прекрасна.
И тогда приснился ему сон, в котром играл он десятью пальцами
и музыка его была абсолютна
Так обрел он душу человечью.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

На восточной части рынка
в час, когда тень прячется под продавца,
я покупаю мясо.

Кастрюлю ополаскиваю водой
и ставлю сушиться на улицу с вечера

Мясо я всегда беру на один раз.
Кладу его на дно кастрюли и семь раз промываю водой

восьмой раз заливаю водой и ставлю кастрюлю на огонь

огонь должен греть с востока, а с запада еле тлеть

Картофеля беру семь штук и чищу от большого к малому
Мою картофель три раза и три раза режу.
Режу ножом с рукояткой, изготовленной из кости

Капусту режу ножом с деревянной ручкой,
и режу  тридцать раз
Капуста нужна, срезаная на новолуние.

Достаю мясо из кастрюли, убираю пенку
и кладу картофель и капусту
Картофель кладу с востока и капусту с запада

Чищу лук ножом с деревянной рукоятью
Чищу лук пока не проливается семнадцать слез
а с восемнадцатой беру нож с рукоятью из рога
и режу лук на тридцать одну слезу

Морковь нужна выдернутая на рассвете
Морковь чищу ножом с дерявянной рукоятью, и  стоя лицом на север
режу морковь по пять раз, поворачиваясь
от севере к западу, от запада к востоку, от востоку к югу

Свекла должна быть посаженная и выращеная первый раз ребенком
свеклу режу, закрыв левый глаз
ножом с рукояткой из кости

помидор должен быть сорван при первом утреннем голоде.

Сковорода должна  быть вымыта с вечера и стоять вверх дном,
и так, чтоб на нее не попали солнечные лучи,
пока не зальешь дно маслом

Масло из подсолнухов, что похожи на голодных детей

Лук обжариваю до появления золота
и тут же добавляю морковь
перемешиваю добавляю помидор и свеклу
обжариваю до того как прикроется правый глаз и тогда
высыпаю в кастюлю

Оставляю кипеть на медленном огне

Беру мясо в руку и выхожу во двор
даю мясо первой подбежавшей собаке
если та начнет сразу его грызть,
то жду, пока догрызет и тогда убираю кастрюлю с огня
если она сразу отправится мясо  закапывать,
то тут же убираю кастрюлю с огня
и есть приступаю лишь на следующий день.

Дно тарелки посыпаю солью
затем посыпаю петрушкой и зеленым луком
купленными в западной части рынка
и нарезанные ножом с деревянной рукоятью.

Есть начинаю по тени
сидя лицом на восток.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

я встретил тридцатую осень
когда амуры пленили
и связаный, я за ними
бежал по степной  пыли

Жизни просить не стал я
дали бы легкой смерти,
но у воды спросили
и привязали к столбу

Сердце мое не любило
за это в меня стреляют
стрелами золотыми
стовосемнадцать раз

если б сумел я выжить
то я бы стрелял по ним

слово мое простое:
"по одному стреляйте
чтобы считал я стрелы
и не сбивался в боль..
Раз и попала в мочку,
два и летела мимо,
три и рукой поймал я,
четыре. Стрела в живот,
пять и стрела в колене,
шесть и плюю я кровью,
семь и стрела в плече
восемь. Попала в пах
Девять...
Двенадцать...
...дцать."


Так и погиб.


И три души осталось:
зверем пройтись по миру
Птицей лететь на запад
рыбой уплыть на дно

Но для любви погибла
смертью в плену бесславной
на восемнадцатом счете
от золотой стрелы.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~



Эта книга читается от середины
Левая часть ее - листы белые
Правая часть ее - листы черные
Шрифт еле виден.
Карандашом  обвожу чтоб прочесть.
И карандаш мой черен.
Но чтение не радует мой глаз -
Слезится солью.

Лопнуло терпение -
  я карандаш отбросил и постиг
    в странице той, где я читал стихотворение
        вдруг тенью черной проступил портрет
          И я моргнул.
               Узнал.
                  И обессилел.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Обессилел я и правда, бешено стучало сердце и была горлость за проделаный труд. Было ближе к полуночи и проверив почту я обнаружил там письмо от автора рассказа "перевод"
В письме было два теста и все. Я прочитал и забыл, но проснувшись решил добавить сюда.



                                     1.
Заберите идею, заберите... Целый день мучает. 
Меня уже и в жар бросало с ней, и в холод.
И таблетки пил, и спал, а извести ее никак не могу.
Заберите...

Небо это человек, а человек это земля.
Лицо это Азия. Грудь - Европа и так далее.
И время везде течет по - разному.
И если лицо умирает долго, то ягодицы умрут быстро.
Да и сами по себе умирающие ягодицы похожи на молодую пару.
Над Мексикой небо умирает долго.
Оно уже много часов остается таким
И только легкий ветер похож на молитвы.
Над Мексикой - лежачее небо.
Над Европй бушет гроза и небо еще борется за свою жизнь.
Стремительно теряя темную венозную кровь.
Над Уралом небо детское и изумленное
И с необычайными голубыми глазами
котрые до сих пор не верят в собственную смерть.

Так умирает небо.

Есть люди котрые относятся к стихотворению 
как к рождению ребенка.
Они долго выбирают себе партнера 
И затем стремительно влюбляются в него.
Занимаются любовью долго, но всегда одним темпом.
Ямбом, хореем, дактилем и т.д. 
То что у них потом рождается, то всегда выделяется в толпе.
То что делалось ямбом хромает на левую ногу
Хореем на правую ногу.
Дактилем хромает между ног и как будто подпрыгивает в воздух.
У таких небо умрет семь раз.
Первые три раза смерть будет тяжелой
Другие три раза смерть будет легкой
И на седьмой раз смерть станет настоящей.

Так умирает небо.

Есть люди  которых наоборот скорее тошнит стихами.
Бывает это от того, что страдают такие люди
Частой и сильной головной болью
Такие пишут не чтобы сотворить, а чтобы избавиться
их боль сильна и настояща
и неизвестно в каком месте она кольнет читателя.
У таких страсть резко появяется и долго пропадает
и часто решения их спонтанны
У таких небо умрет быстро, красиво и врежется в память
И не будет никакой возможности убрать из головы
это мертвое небо, кроме как написать про него.
Написать стихотворение.


Я понимаю, что кого-то заразил, так как чихнул в помещении. 
В помещении полном народа.

Прошу прощения и здравствуйте.



лихорадит сегодня небо
то в озноб, то в горячий пот
и болезненная атмосфера
с себя мерки снимает(на гроб)

осмотрелось вокруг, как впервые,
отразилось во всех океанах
оголило гниющую рану 
и прижгло слезами скупыми.

но хрипит и считает песчинки
словно книгу листает память
и ветрами играет Глинку
беспокойно так. Погибает.



                                          2.

дравствуй, читатель. Я не умею писать и прошу меня за это простить. Подать свою мысль, как блюдо в ресторане – это прекрасно, но… Я говорить буду так, как я привык говорить, а привык я здороваться. С другой стороны, я не здороваюсь с незнакомыми. Ладно, будем считать, что мы знакомы. 
Здравствуй, читатель. Те книги, что я прочел, были необыкновенны и чудесны, как те несколько дней в жизни любого человека, ибо сама жизнь скорее презренна, чем прекрасна.
Я расскажу кое что о поэте, то, что взволновало мое сердце настолько, что я не могу молчать. 
Итак, поэт. Способность слагать стихи – всего лишь способность, не более чем готовить пищу, ее можно развить, а можно оставить.
Так что же отличает этого поэта от остальных известных нам и неизвестных нам? Он ненавидел свою способность слагать стихи, считал ее чем-то вроде болезни и пытался вылечиться. Бывало так, говорил он: «Вот сижу, мастерю из дерева, но стоит лишь на секунду отвлечься, и тут же налетает стих на меня. Да так, что меня начинает лихорадить и проступает пот. Потом проходит, я пью чай и нет ни малейшего желания чем-то заниматься, я слаб настолько, насколько слаб бывает больной, который только пошел на поправку.»
И все же. Достоверно известно, что был сон, и, проснувшись, он стал публиковать свои отдельные стихи. Стихи эти были довольные средние и так продолжалось около пяти лет. Потом он как-то, перечитывая сам себя, заметил, что довольно часто повторятся, что само по себе удивительным не является, но решил сделать не то сборник, не то поэму. Сделал он это через год, и за этот год с ним случались такие события, как и раньше – только он их по-другому стал толковать. Было в этот год страшное, что заставило весь мир плакать и укрепило землю солью, а другое было, что обувных дел мастер Дедушко Ризо умер, и он не знал, кому больше заказывать свою обувь. 
Ризо—сын неба, так называлось тетрадь, в которую он вписал несколько стихотворений. Разметил их цифрами, и подвел под ними черту. Если читатель захочет, он без особого труда найдет и прочтет это произведение, я же хочу рассказать о другом.

На следующий год он составил свой гороскоп, из которого следовало что самое точное слов для него — слуга. 

Слуга слуге рознь, и служба может стать дружбой.

Не секрет, что одни гласные чаще повторяются, чем другие, что каждый цвет состоит из каждого, и только черный – из всех.
Что одна нота встречается чаще, чем другие. 
Он задумался над тем, чтобы составить универсальный словарь,
формулу по которой можно перевести музыку в стих, стих в картину и наоборот.
Затея оказалась неудачной. Сам поэт грешил на то, что ему не хватает знаний, теории. Но учиться не стал и вскоре забросил и забыл эту затею.

Свою жизнь он разделил на четыре отрезка: север, юг, восток и запад.
Какой период какому отрезку соответствовал, я не знаю, как и не знаю, жив ли сам поэт, что, впрочем, не так важно. 
Меня поразило другое – он, подобно слуге Ёзефу, сделал четыре стихо, четыре жизнеописания. где каждый стих – это настроение души.
Я предоставлю их, читатель, тебе и прощусь с тобой, надеюсь, я не слишком тебя утомил. До свидания.

                        1. Восток




Посмотри, все вокруг журавлиное небо, а флейтист одинокий играет стихи
от него к небесам поднимается лето,  и опять опускается ниже земли,
обмакни кисть в чернила. На белой странице
напиши иероглиф—желание жить.
Так играет флейтист, что б услышали птицы.
Так играет стихи, что летят журавли.
Пустота от земли наполняется звуком
пара птиц и флейтист в окружении звезд.
Обмакни.
Проведи.
и безумною мукой
ты напишешь иероглиф-
расколотый лед -
и  услышишь стихи.



Обо всем думай сердцем.







                        2. Север



я слово говорю
негромко
смотрю как-будто внутрь себе
где сердце и решеткой—ребра
где птица в клетке,
клеть во мне.

мне в клеть,
волшебник чудо вставил,
он в сердце птицу превратил. 

Он оторвал ее от стаи

И я вдруг небо полюбил и
одаренный этой болью
я словом начал проживать

не часто
и совсем негромко...

когда же слово говорю
ломаю мир
ударом гонга
и пробуждаю тишину

как пенье птичье
я звучу.

Бамбук и снег.
и всходит солнце...






                              3. Юг



если бы у меня было три рта, то я бы наверное задумался какой из них открыть.


Я очень быстро говорю,
быстрей чем думаю.
Ведет дорога к алтарю.
Прописан рунами
мой путь.

Мой путь —
в часах песочных ртуть.
Все реже я могу уснуть
и ноет.
     ноет.
          ноет грудь.
верней у ребер.

Быстрей всего умрет язык.
А я останусь так же жить
но не сумею говорить.
Я буду молча

язык свой представлять в гробу
и ставить памятник ему
и проливать ему слезу
и ждать момента

когда коснется тела смерть
чтоб  снова языком запеть
чтоб заалеть  и зардеть.

я
стану 
     птицей







                                4. Запад





Она видела, как шевелятся губы его...
Она пела ему молитвы.
Он немой был, она не могла ходить.
Вот и жили они — две куклы.
Но в ладони ладонь.
тили -динь — донь -донь
Каждый божий день
тили-динь -донь-донь
она пела ему молитвы:

«Господи здравствуй, славься имя твое, на земле, над землей, и выше.
Ты прости меня, 
я пишу письмом, 
потому что ты нас не слышишь.
Мы подобие, но другие все ж, 
вот и пишем тебе не просьбы.
Сколько времени, сколько долгих лет...
ты наверное, 
глухонем и слеп...
Так?
Всевышний—

Не нужна нам ни жизнь, ни смерть,
нам так жить — что в аду гореть,
умереть — как сбежать от  всех,
так чего же  нам здесь хотеть?

Время, время...

Забери, у судьбы часы
и разбей. А песок рассыпь
в тьму и звезды 


Мы замрем… 
Из груди возьми
что болит 
и дарует жизнь

тем кто просит.

Так и будем
ладонь в ладонь
тили-донь
или донь-донь-донь
петь молитвы.»

Опуская письмо в бутыль,
она пела ему Псалтырь.

Он бутыль зашвырнул в облака,
просто, чтобы наверняка.

И сидели ладонь к груди.
Она пела, он шевелил.

Чтобы мир развернулся вдруг,
прекратился сердечный стук.

Она пела ему молитвы.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~Я уже говорил, что со мной случилось любовь, занимаясь переводами я тоже кое что написал о том, что было
                           1.
    поцелует тебя  нежный, любимый мальчик
жарко в тени, здесь только тишь и гладь
не отпусти, чтоб ни случилось дальше
крепко сжимай ладонь, чаще дыши и...
Насть?

Будет гроза. Ближе к чудесному вечеру.
Дом обесточен. пол потолок кровать.
молнии, гром, капли колотят бешено
в ритме, 
ты помнишь,, 
где  нам с тобой
а, Насть?

Все успокоится 
Все успокоится милая
мой поцелуй тебе
не отвечай, а плач
только с тобой
только тобой 
лю -би -мый я
ты моя жизнь
то моя веч- Насть
Насть.

           2.
играй для меня, моя девочка, на фортепьяно
мысли сумбурны и сильно слезятся глаза
дело в том, что и Рита и Фрида... ай.. лана.
С ними Бог, а над нами сегодня бушует гроза

в пять песчинок утра, когда тихо, волшебно, таинственно, и едва различима тропинка за небеса, босиком и пешком мы пройдемся как лунные зайчики, потихоньку дразнясь, и немного слетая с ума.
Светлячками , как две незаметные звездочки, наслаждаясь открытой и близкой такой красотой, светотьма, так приятна в своей невесомости. Безразмерна, чужда, холодна. Тишина и покой.

Это сказка, а дальше два чая и бутеры
по работам, в начало обычного дня
у влюбленных зрачки всегда мутные
а у любящих.. с блеском луны и огня.

                     3.
ЧернО.
тихонько бьется сердце
на 
я-те-бя-л-ю-б-л-ю
люблю
и скрипнет петлей дверца
волшебник усмехнется
и вызовет грозу
Г р о з у
расшевелится флюгер
и одинокий птичий
как будто вдовий крик
завторит эхо громом
от вспышек, вспышек, вспышек
от молний, молний, молний

здесь началась в о й н а

и молнии и громы
вода и шквальный ветер
Спаси нас Иисусе
Спаси и сохрани
мы все живем под небом
неправильно и странно
но сердце бьется в клетке
на
ятебялюблю

но вечность распылится

на черном шелке неба

паук сплетает звезды

волшебник ждет грозу

я желтою дорогой

прошел огонь и воду

и бьет, и бьется седце

о

я т е б я л ю б л ю

                    4
это первое мое письмо
со звездой на конверте
Здравствуй, у меня все пло..
помнишь спор о той самой Герде

ну., так вот, ей по моему до..

здесь жара и бессонные ночи
именно так, что пропасти пустоты
я такое же тело как  сотни прочих
и сопли глотаю и так же  жую мечты

Но живой, а ведь жизнь, это сука мерзкий
всяких кривых там зеркал павильон
настоящим был я наверное в детстве
Только весь уже взял да и вышел вон.

и плевать и пускай единственно
н е д о ш е д ш е е 
до тебя письмо
что со мной сгорит
таково быть письменным
мне героем жить
если честно
по...

                  5.
а любовь разрушает всё..

я ношу твое имя у сердца
где больней и роднее всего
с каждым новым ударом. Я - Терций.
В промежутках, скорей, Дон Кихот.
мной построен невиданный замок
что огромен, песочен и пуст
Одиночество, вовсе не дама.
Да и я, далеко не Пруст.
Вечерами играл я в бисер
с чудаком, что зовут Гессе
"ту-да-да, ту-ду-ду" весь смысл.
но любовь отрицали все.

не кален, не сожжен. Обычен.
я под клетью имя ношу,
и храню ея, так по-птичьи
потому, что, я ею живу-
это воздух. Открытый космос
все вокруг - ни земли, ни воды.
Но великие где- нибудь скажут

что любовь означает мы.


                    6.
так открываются глаза
когда назад отходит море
и собирая черепах
ты ощущаешь запах боли—
предчувствие большой беды
И заставляешь попугаев 
учить стихи
летят пернатые на север
язык Господень словом—верю,
а слово вера просто имя.
Что повторяешь в темноту
когда глагольное "любили"
растянуто в морские мили
а моря нет, оно ушло.
И только высохшее дно
напоминает твоя память
ни льда, на пара, ни воды
кипеть тут нечему и таять
и только странные следы

о чем они напоминают?

Что открываются глаза
и ты стоишь посередине
язык твой мертв и только имя
играет ветер на столбах
из высохшей, остывшей грязи
твоей отравленной судьбы
и все мертво. И все мертвы.

И только ты

каким-то чудом еще дышишь
и в животе твоем пищит
глаза моргают
мир дрожит
но жив.

ты жив...

п е р е ж и в а е ш ь...

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

" Если бы меня звали немного иначе,  к примеру Левап, то вместо левой руки у меня была бы правая и думал бы я слеванаправо." 
Я проснулся  с этой мыслью и с кислым чувством во рту. Зовут меня Павел и я никогда не смотрюсь в зеркала ночью.
Рейтинг: 0 184 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!