ГлавнаяЛюбовь к жизни и жизнь в любви. → О России и Руси . Продолжение...

 

О России и Руси . Продолжение...

Опубликовано: 1746 дней назад (22 февраля 2012)
Редактировалось: 1 раз — 4 марта 2012
+2
Голосов: 2
Уважаемые друзья! Как вы все видите, Блог, на котором мы сейчас находимся называется "А судьи КТО?". В первой его части мы начали рассуждения о вежливом тоне, о вежливом и тактичном отношении друг с другом и что все мы говорим, пишем на Великом, богатом Русском языке. Далее, во второй части блога мы чуточку коснулись истории и корней происхождения нашего языка, нашей культуры. И мне кажется, что тему второй части можно и нужно развивать и продолжать исследовать , но в отдельной теме , в отдельном блоге, так как она очень обширна, и неисчерпаема для рассуждений. Так вот, возвращаясь к названию этого Блога, открывая третью часть, хочу сказать, что само название призывает не судить, а рассуждать и как следствие найти истинные подтверждения и самое главное самоосознание величины и богатства, исторического значения нашего языка, нашей родной культуры.
Начну с того, что штамп реформаторов о том, что "Новое - это хорошо забытое старое", ну никак не совмещается с нами, хотя этот штамп впитывали , вбивали в нас на протяжении долгого времени, нескольких поколений и практически со школьной скамьи. К сожалению, мы не знаем достоверно, на все сто процентов, что было и как с нами нашими предками, с нашей культурой в период до 9 - 10 веков нашей эры. И на это есть и причины, как следствие приложения рук всё тех же реформаторов. И если верить тому , что о нас написано западноевропейскими "историками-специалистами", то получается, что всё и все вокруг, на огромнейшей территории существовали , а вот Руси, нас, наших предков просто не было. Но потом, вдруг, откуда не возьмись , вот так вот в один день, раз и сразу появились люди , государство с речью, письмом и культурой, с умением строить , с умением воевать ( да ещё как), с умением изготавливать оружие и так далее и так далее. Это ведь бред какой то. А ещё более странно, то что в период , примерно с середины 16 и до 18 веков пропали документы. архивы. писания, и тому подобное, которые указывали на происхождение и историю нашей культуры и наших предков, как раз в период до 9 - 10 веков.
В то же время непонятно , почему и откуда на всех картах мира ( даже в энциклопедии Британика издания 18 века) на материке Евразия обозначено огромнейшее государство с многими и многими княжествами (как сейчас называют край и регион) простирающееся от северных морей Арктики до северных земель Индии и от Атлантики до тихоокеанского побережья, и называется оно это государство Тартария. А главенствующим княжеством является РУСЬ (ранее Московия).
При чём на всём её , Тартарии , протяжении и просторах люди понимают друг друга, говорят на одном языке, пусть даже имея свои акценты произношения и наречия. Но вот "реформаторы" , "историки-специалисты" западноевропейского толка и происхождения на тот момент ( 17 -18 века) писали и переписывали по царскому повелению ( царствующей династией тогда уже были Романовы) НАШУ историю, так как это было выгодно и удобно европейцам и царствующему двору, в первую очередь возвышая своё значение и величие, с чем в прямом смысле и воевал Великий Русский учёный Михаил Васильевич Ломоносов.
Я не зря вас подвёл к периоду 18 века, когда жил и творил наш великий учёный. Я дам вам , для ассуждений несколько цитат о Ломоносове и его творчестве.
Вот , что говорил о Ломоносове Великий поэт А.С. Пушкин:
"Он создал первый университет; он, лучше сказать,
сам был первым нашим университетом."
А.С. Пушкин

Рассуждая о судьбе русского языка, А.С. Пушкин писал: "В царствование Петра I начал он приметно искажаться от необходимого введения голландских, немецких и французских слов. Сия мода распространяла свое влияние и на писателей, в то время покровительствуемых государями и вельможами; к счастью, явился Ломоносов <…> Соединяя необыкновенную силу воли с необыкновенною силою понятия, Ломоносов обнял все отрасли просвещения. Жажда науки была сильнейшею страстию сей души, исполненной страстей. Историк, ритор, механик, химик, минералог, художник и стихотворец, он все испытал и все проник: первый углубляется в историю отечества, утверждает правила общественного языка его, дает законы и образцы классического красноречия, с несчастным Рихманом предугадывает открытия Франклина, учреждает фабрику, сам сооружает махины, дарит художества мозаическими произведениями и наконец открывает нам истинные источники нашего поэтического языка <…> Если мы станем исследовать жизнь Ломоносова, то найдем, что науки точные были всегда главным и любимым его занятием, стихотворство же иногда забавою, но чаще должностным упражнением".

А теперь я вам покажу , что сам М.В.Ломоносов пишет о нашеим родном языке:

М.В.Ломоносов.
Предисловие о пользе книг церковных в российском языке
(Эпистола о трех штилях)
1758г.
Итак, что предкам нашим казалось невразумительно, то нам ныне стало приятно и полезно. Справедливость сего доказывается сравнением российского языка с другими, ему сродными. Поляки, преклоняясь издавна в католицкую веру, отправляют службу по своему обряду на латинском языке, на котором их стихи и молитвы сочинены во времена варварские по большей части от худых авторов, и потому ни из Греции, ни от Рима не могли снискать подобных преимуществ, каковы в нашем языке от греческого приобретены. Немецкий язык по то время был убог, прост и бессилен, пока в служении употреблялся язык латинский. Но как немецкий стал священные книги читать и службу слушать на своем языке, тогда богатство его умножилось, и произошли искусные писатели. Напротив того, в католицких областях, где только одну латынь, и то варварскую, в служении употребляют, подобного успеха в чистоте немецкого языка не находим. Как материи, которые словом человеческим изображаются, различествуют по мере разной своей важности, так и российский язык чрез употребление книг церковных по приличности имеет разные степени: высокий, посредственный и низкий. Сие происходит от трех родов речений российского языка. К первому причитаются, которые у древних славян и ныне у россиян, общеупотребительны, например: бог, слава, рука, ныне, почитаю. Ко второму принадлежат, кои хотя обще употребляются мало, а особливо в разговорах, однако всем грамотным людям вразумительны, например: отверзаю, господень, насажденный, взываю. Неупотребительные и весьма обетшалые отсюда выключаются так: обаваю, рясны, овогда, свене и сим подобные. К третьему роду относятся, которых нет в остатках славенского языка, то есть в церковных книгах, например: говорю, ручей, который, пока, лишь. Выключаются отсюда презренные слова, которых ни в каком штиле употребить непристойно, как только в подлых комедиях. От рассудительного употребления и разбору сих трех родов речений рождаются три штиля: высокий, посредственный и низкий. Первый составляется из речений славенороссийских, то есть употребительных в обоих наречиях, и из славенских, россиянам вразумительных и не весьма обетшалых. Сим штилем составляться должны героические поэмы, оды, прозаичные речи о важных материях, которым они от обыкновенной простоты к важному великолепию возвышаются. Сим штилем преимуществует российский язык перед многими нынешними европейскими, пользуясь языком славенским из книг церковных. Средний штиль состоять должен из речений, больше в российском языке употребительных, куда можно принять некоторые речения славенские, в высоком штиле употребительные, однако с великою осторожностию, чтобы слог не казался надутым. Равным образом употребить в нем можно низкие слова, однако остерегаться, чтобы не опуститься в подлость. И, словом, в сем штиле должно наблюдать всевозможную равность, которая особливо тем теряется, когда речение славенское положено подле российского простонародного. Сим штилем писать все театральные сочинения, в которых требуется обыкновенное человеческое слово к живому представлению действия. Однако может и первого рода штиль иметь в них место, где потребно изобразить геройство и высокие мысли; в нежностях должно от того удаляться. Стихотворные дружеские письма, сатиры, эклоги и элегии сего штиля больше должны держаться. В прозе предлагать им пристойно описания дел достопамятных и учений благородных. Низкий штиль принимает речения третьего рода, то есть которых нет в славенском диалекте, смешивая со средними, а от славенских обще не употребительных вовсе удаляться по пристойности материй, каковы суть комедии, увеселительные эпиграммы, песни, в прозе дружеские письма, описание обыкновенных дел. Простонародные низкие слова могут иметь в них место по рассмотрению. Но всего сего подробное показание надлежит до нарочного наставления о чистоте российского штиля. Сколько в высокой поэзии служат однем речением славенским сокращенные мысли, как причастиями и деепричастиями, в обыкновенном российском языке неупотребительными, то всяк чувствовать может, кто в сочинении стихов испытывал свои силы. Сия польза наша, что мы приобрели от книг церковных богатство к сильному изображению идей важных и высоких, хотя велика, однако еще находим другие выгоды, каковых лишены многие языки, и сие, во-первых, по месту. Народ российский, по великому пространству обитающий, невзирая на дальное расстояние, говорит повсюду вразумительным друг другу языком в городах и селах. Напротив того, в некоторых других государствах, например в Германии баварский крестьянин мало разумеет мекленбургского или бранденбургский швабского, хотя все того ж немецкого народа. Подтверждается вышеупомянутое наше преимущество живущими за Дунаем народами славенского поколения, которые греческого исповедания держатся, ибо хотя разделены от нас иноплеменными языками, однако для употребления славенских книг церковных говорят языком, россиянам довольно вразумительным, который весьма много с нашим наречием сходне, нежели польский, невзирая на безразрывную нашу с Польшею пограничность. По времени ж рассуждая, видим, что российский язык от владения Владимирова до нынешнегу веку, больше семисот лет, не столько отменился, чтобы старого разуметь не можно было: не так, как многие народы, не учась, не разумеют языка, которым предки их за четыреста лет писали, ради великой его перемены, случившейся через то время. Рассудив таковую пользу от книг церковных славенских в российском языке, всем любителям отечественного слова беспристрастно объявляю и дружелюбно советую, уверяясь собственным своим искусством, дабы с прилежанием читали все церковные книги, от чего к общей и к собственной пользе воспоследует: 1) По важности освященного места церкви божией и для древности чувствуем в себе к славенскому языку некоторое особливое почитание, чем великолепные сочинитель мысли сугубо возвысит. 2) Будет всяк уметь разбирать высокие слова от подлых и употреблять их в приличных местах по достоинству предлагаемой материи, наблюдая равность слога. 3) Таким старательным и осторожным употреблением сродного нам коренного славенского языка купно с российским отвратятся дикие и странные слова нелепости, входящие к нам из чужих языков, заимствующих себе красоту из греческого, и то еще чрез латинский. Оные неприличности ныне небрежением чтения книг церковных вкрадываются к нам нечувствительно, искажают собственную красоту нашего языка, подвергают его всегдашней перемене и к упадку преклоняют. Сие все показанным способом пресечется, и российский язык в полной силе, красоте и богатстве переменам и упадку не подвержен утвердится, коль долго церковь российская славословием божиим на славенском языке украшаться будет. Сие краткое напоминание довольно к продвижению ревности в тех, которые к прославлению отечества природным языком усердствуют, ведая, что с падением оного без искусных в нем писателей немало затмится слава всего народа. Где древний язык ишпанский, галский, британский и другие с делами оных народов? Не упоминаю о тех, которые в прочих частях света у безграмотных жителей во многие веки чрез преселении и войны разрушились.

Выделив жирным шрифтом, я обозначаю подтверждение о том, что наша языковая база была ранее, чем европейская более , чем на триста лет , это огромный период. Ещё до образования отдельных самостоятельных государств Европы , отделившихся от Тартарии . от Руси.

Далее , я предлагаю вам видеоматериал :

http://www.youtube.com/watch?v=TR-4VGL5J10&feature=related
http://www.youtube.com/watch?v=xdU_deK0g7Q
http://www.youtube.com/watch?v=ckSAxUmcfqc&feature=related

Ну и в заключение , я хотел бы добавить вам как пищу для размышлений следующую статью:

Ломоносов и Миллер, или Как создавалась русская история?

[Ранее было продемонстрировано] то поразительное обстоятельство, что принятая сегодня версия русской истории была создана в XVIII веке, причем исключительно ИНОСТРАНЦАМИ. А именно, немцами Миллером, Байером, Шлецером и др. Возникает естественный вопрос - куда же смотрели русские ученые? Как русское образованное общество могло позволить столь бесцеремонное вмешательство в такую важнейшую область науки и культуры как отечественная история? Ведь ясно, что разобраться в отечественной истории иностранцу труднее, чем своему. ПОЭТОМУ ПОЛЕЗНО ПРИПОДНЯТЬ ЗАВЕСУ НАД СЕГОДНЯ УЖЕ ПОЧТИ ЗАБЫТОЙ ИСТОРИЕЙ ЯРОСТНОЙ БОРЬБЫ, КОТОРАЯ ВЕЛАСЬ В XVIII ВЕКЕ В АКАДЕМИЧЕСКИХ КРУГАХ ВОКРУГ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИИ. Воспользуемся уже редкой сегодня книгой М.Т.Белявского "М.В.Ломоносов и основание Московского университета", изданной Московским университетом в 1955 году к 200-летию его основания [215]. Оказывается, борьба за русскую историю была существенной частью борьбы русского общества XVIII века за право иметь отечественную науку. В ту эпоху это право было под большим вопросом. Во главе движения русских ученых стоял знаменитый М.В.Ломоносов. Во главе иностранцев, желавших, - при нескрываемой поддержке романовского императорского двора, - подавить русскую национальную научную школу, стоял историк Миллер, В 1749-1750 годах Ломоносов выступил против новой в то время версии русской истории, создаваемой на его глазах Миллером и Байером [215], с.60. Он подверг критике только что появившуюся диссертацию Миллера "О происхождении имени и народа российского". Ломоносов дал уничтожающую характеристику трудов Байера по русской истории: "Мне кажется, что он немало походит на некоторого идольского жреца, который, окурив себя беленою и дурманом и скорым на одной ноге вертением, закрутив свою голову, дает сумнительные, темные, непонятные и СОВСЕМ ДИКИЕ ОТВЕТЫ" Цит. по [215], с.60. Так началась борьба за русскую историю. «C этого времени занятия вопросами истории становится для Ломоносова такой же необходимостью, как и занятия естественными науками. Более того, в 1750-х годах в центре занятий Ломоносова оказываются гуманитарные науки и в первую очередь история. Ради них он идет даже на то, чтобы отказаться от обязанностей профессора химии... В переписке с Шуваловым он упоминал свои работы "Описание самозванцев и стрелецких бунтов", "О состоянии России во время царствования государя царя Михаила Федоровича", "Сокращенное описание дел государевых" (Петра Великого - М.Б.), "Записки о трудах монарха". Однако НИ ЭТИХ ТРУДОВ, НИ МНОГОЧИСЛЕННЫХ ДОКУМЕНТОВ, КОТОРЫЕ ЛОМОНОСОВ НАМЕРЕВАЛСЯ ОПУБЛИКОВАТЬ В ВИДЕ ПРИМЕЧАНИЙ, НИ ПОДГОТОВИТЕЛЬНЫХ МАТЕРИАЛОВ, НИ РУКОПИСИ II И III ЧАСТИ I ТОМА (имеется в виду труд Ломоносова "Древняя Российская История" - Авт.) ДО НАС НЕ ДОШЛО. ОНИ БЫЛИ КОНФИСКОВАНЫ И ИСЧЕЗЛИ БЕССЛЕДНО» [215], с.63. Правда, первая часть "Древней Российской Истории" Ломоносова была все же опубликована. Но история ее публикации чрезвычайно странная. "ИЗДАНИЕ ЕЕ ВСЯЧЕСКИ ТОРМОЗИЛОСЬ и, начав печататься в 1758 году, КНИГА ВЫШЛА ИЗ ПЕЧАТИ ЛИШЬ ПОСЛЕ СМЕРТИ ЛОМОНОСОВА" [215], с.63. То есть по крайней мере через семь лет. Напомним, что Ломоносов умер в 1765 году. В обстановке борьбы такого накала не исключено, что под именем Ломоносова на самом деле было издано нечто совсем другое. В лучшем случае его труд был урезан и ОТРЕДАКТИРОВАН. Если не переписан целиком заново. Такая мысль тем более вероятна, что практически то же самое и в то же время происходит с трудами русского историка Татищева. ... Их издает Миллер после смерти Татищева по каким-то "черновикам Татищева". А сам труд Татищева загадочно исчезает. Кто мог помешать торжествовавшему Миллеру, - под полный контроль которого Романовы отдали русскую историю, - издать труды Ломоносова в искаженном виде? Надо сказать, что этот прием, - "заботливая" публикация трудов своего научного оппонента после его смерти, - показывает характер борьбы того времени вокруг русской истории. Русская история была в ту эпоху предметом отнюдь не чисто академического интереса. Как Романовым, так и западно-европейским правителям была необходима искаженная русская история. Известные нам сегодня публикации трудов Татищева и Ломоносова по русской истории, скорее всего - подделки. Вернемся к началу борьбы Ломоносова с Миллером. Немецкие профессора-историки решили добиться удаления Ломоносова и его сторонников из Академии. Эта "научная деятельность" развернулась не только в России. Ломоносов был ученым с мировым именем. Его хорошо знали за границей. Были приложены все усилия, чтобы опорочить Ломоносова перед мировым научным сообществом. При этом в ход были пущены все средства. Всячески старались принизить значение работ Ломоносова не только по истории, но и в области естественных наук, где его авторитет был очень высок. В частности, Ломоносов был членом нескольких иностранных Академий - Шведской Академии с 1756 года, Болонской Академии с 1764 года [215], с.94. "В Германии Миллер инспирировал выступления против открытий Ломоносова и требовал его удаления из Академии" [215], с.61. Этого сделать в то время не удалось. Однако противникам Ломоносова удалось добиться назначения АКАДЕМИКОМ ПО РУССКОЙ ИСТОРИИ Шлецера [215], с.64. «Шлецер... называл Ломоносова "грубым невеждой, ничего не знавшим, кроме своих летописей"» [215], с.64. Итак, как мы видим, Ломоносову ставили в вину ЗНАНИЕ РУССКИХ ЛЕТОПИСЕЙ. (Чисто для примера "научного" подхода "по Шлёцеру": оный великий филолог производил славянское слово: «дева» от германского «Tiffe (сука) - Mollari) «Вопреки протестам Ломоносова, Екатерина II назначила Шлецера академиком. ПРИ ЭТОМ ОН НЕ ТОЛЬКО ПОЛУЧАЛ В БЕСКОНТРОЛЬНОЕ ПОЛЬЗОВАНИЕ ВСЕ ДОКУМЕНТЫ, НАХОДЯЩИЕСЯ В АКАДЕМИИ, НО И ПРАВО ТРЕБОВАТЬ ВСЕ, ЧТО СЧИТАЛ НЕОБХОДИМЫМ, ИЗ ИМПЕРАТОРСКОЙ БИБЛИОТЕКИ И ДРУГИХ УЧРЕЖДЕНИЙ. Шлецер получал право представлять свои сочинения непосредственно Екатерине... В черновой записке, составленной Ломоносовым "для памяти" и случайно избежавшей конфискации, ярко выражены чувства гнева и горечи, вызванной этим решением: "Беречь нечево. Все открыто Шлецеру сумасбродному. В российской библиотеке несть больше секретов"» [215], с.65. Миллер и его соратники имели полную власть не только в самом университете в Петербурге, но и в гимназии, готовившей будущих студентов. Гимназией руководили Миллер, Байер и Фишер [215], с.77. В гимназии "УЧИТЕЛЯ НЕ ЗНАЛИ РУССКОГО ЯЗЫКА... УЧЕНИКИ ЖЕ НЕ ЗНАЛИ НЕМЕЦКОГО. ВСЕ ПРЕПОДАВАНИЕ ШЛО ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО НА ЛАТИНСКОМ ЯЗЫКЕ... За тридцать лет (1726-1755) гимназия не подготовила ни одного человека для поступления в университет" [215], с.77. Из этого был сделан следующий вывод. Было заявлено, что "единственным выходом является выписывание студентов из Германии, так как из русских подготовить их будто бы все равно невозможно" [215], с.77. «Ломоносов оказался в самой гуще борьбы... Работавший в академии выдающийся русский машиностроитель А.К.Нартов подал в Сенат жалобу. К жалобе Нартова присоединились русские студенты, переводчики и канцеляристы, а также астроном Делиль. Смысл и цель их жалобы совершенно ясны... - превращение Академии Наук в русскую НЕ ТОЛЬКО ПО НАЗВАНИЮ... Во главе комиссии, созданной Сенатом для расследования обвинений, оказался князь Юсупов... Комиссия увидела в выступлении А.Нартова, И.В.Горлицкого, Д.Грекова, П.Шишкарева, В.Носова, А.Полякова, М.Коврина, Лебедева и др.... "бунт черни", поднявшейся против начальства» [215], с.82. Надо сказать, что А.К.Нартов был выдающимся специалистом в своей области, "создателем первого в мире механического супорта - изобретения, сделавшего переворот в машиностроении" [215], с.83. Русские ученые, подавшие жалобу, писали в Сенат: "Мы доказали обвинения по первым 8 пунктам и докажем по остальным 30, если получим доступ к делам" [215], с.82. «Но... за "упорство" и "оскорбление комиссии" были арестованы. Ряд из них (И.В.Горлицкий, А.Поляков и др.) БЫЛИ ЗАКОВАНЫ В КАНДАЛЫ И "ПОСАЖЕНЫ НА ЦЕПЬ". Около двух лет пробыли они в таком положении, но их так и не смогли заставить отказаться от показаний. Решение комиссии было поистине чудовищным: Шумахера и Тауберта наградить, ГОРЛИЦКОГО КАЗНИТЬ, ГРЕКОВА, ПОЛЯКОВА, НОСОВА ЖЕСТОКО НАКАЗАТЬ ПЛЕТЬМИ И СОСЛАТЬ В СИБИРЬ, ПОПОВА, ШИШКАРЕВА И ДРУГИХ ОСТАВИТЬ ПОД АРЕСТОМ ДО РЕШЕНИЯ ДЕЛА БУДУЩИМ ПРЕЗИДЕНТОМ АКАДЕМИИ. Формально Ломоносов не был среди подавших жалобу на Шумахера, но все его поведение в период следствия показывает, что Миллер едва ли ошибался, когда утверждал: "господин адъюнкт Ломоносов был одним из тех, кто подавал жалобу на г-на советника Шумахера и вызвал тем назначение следственной комиссии". Недалек был, вероятно, от истины и Ламанский, утверждающий, что заявление Нартова было написано большей частью Ломоносовым. В период работы комиссии Ломоносов активно поддерживал Нартова... Именно этим были вызваны его бурные столкновения с наиболее усердными клевретами Шумахера - Винцгеймом, Трускотом, Миллером и со всей академической конференцией... Комиссия, приведенная в ярость поведением Ломоносова, АРЕСТОВАЛА ЕГО... В докладе комиссии, который был представлен Елизавете, о Шумахере почти ничего не говорится. "Невежество и непригодность" Нартова и "оскорбительное поведение" Ломоносова - вот лейтмотив доклада. Комиссия заявила, что Ломоносов "за неоднократные неучтивые, бесчестные и противные поступки как по отношению к академии, так и к комиссии, И К НЕМЕЦКОЙ ЗЕМЛЕ" ПОДЛЕЖИТ СМЕРТНОЙ КАЗНИ, или, в крайнем случае, НАКАЗАНИЮ ПЛЕТЬМИ И ЛИШЕНИЮ ПРАВ И СОСТОЯНИЯ. Почти семь месяцев Ломоносов просидел под арестом в ожидании утверждения приговора... Указом Елизаветы он был ПРИЗНАН ВИНОВНЫМ, однако "для его довольного обучения" от наказания "освобожден". Но одновременно с этим ему вдвое уменьшилось жалование, и он должен был "за учиненные им предерзости" просить прощения у профессоров... МИЛЛЕР СОСТАВИЛ ИЗДЕВАТЕЛЬСКОЕ "ПОКАЯНИЕ", КОТОРОЕ ЛОМОНОСОВ БЫЛ ОБЯЗАН ПУБЛИЧНО ПРОИЗНЕСТИ И ПОДПИСАТЬ... Это был первый и последний случай, когда Ломоносов вынужден был отказаться от своих взглядов» [215], с.82-84. Эта борьба продолжалась в течение всей жизни Ломоносова. "Благодаря стараниям Ломоносова в составе академии появилось несколько русских академиков и адъюнктов" [215], с.90. Однако "в 1763 году по доносу Тауберта, Миллера, Штелина, Эпинусса и других Екатерина ДАЖЕ СОВСЕМ УВОЛИЛА ЛОМОНОСОВА ИЗ АКАДЕМИИ" [215], с.94. Но вскоре указ об его отставке был отменен. Причиной была популярность Ломоносова в России и признание его заслуг иностранными академиями [215], с.94. Тем не менее, Ломоносов был отстранен от руководства географическим департаментом, а вместо него туда был назначен Миллер. Была сделана попытка "ПЕРЕДАТЬ В РАСПОРЯЖЕНИЕ ШЛЕЦЕРА МАТЕРИАЛЫ ЛОМОНОСОВА ПО ЯЗЫКУ И ИСТОРИИ" [215], с.94. Последний факт очень многозначителен. Если даже еще при жизни Ломоносова были сделаны попытки добраться до его архива по русской истории, то что уж говорить о судьбе этого уникального архива после смерти Ломоносова. Как и следовало ожидать, АРХИВ ЛОМОНОСОВА БЫЛ НЕМЕДЛЕННО КОНФИСКОВАН СРАЗУ ПОСЛЕ ЕГО СМЕРТИ И БЕССЛЕДНО ПРОПАЛ. Цитируем: "НАВСЕГДА УТРАЧЕН КОНФИСКОВАННЫЙ ЕКАТЕРИНОЙ II АРХИВ ЛОМОНОСОВА. НА ДРУГОЙ ДЕНЬ ПОСЛЕ ЕГО СМЕРТИ БИБЛИОТЕКА И ВСЕ БУМАГИ ЛОМОНОСОВА БЫЛИ ПО ПРИКАЗАНИЮ ЕКАТЕРИНЫ ОПЕЧАТАНЫ ГР.ОРЛОВЫМ, ПЕРЕВЕЗЕНЫ В ЕГО ДВОРЕЦ И ИСЧЕЗЛИ БЕССЛЕДНО" [215], с.20. Сохранилось письмо Тауберта к Миллеру. В этом письме «не скрывая своей радости Тауберт сообщает о смерти Ломоносова и добавляет: "НА ДРУГОЙ ДЕНЬ ПОСЛЕ ЕГО СМЕРТИ граф Орлов велел приложить печати к его кабинету. Без сомнения в нем должны находиться бумаги, которые не желают выпустить в чужие руки"» [215], с.20. Таким образом, "творцы русской истории" - Миллер и Шлецер - все-таки по-видимому добрались до архива Ломоносова. После чего эти архивы, естественно, исчезли. Зато, ПОСЛЕ СЕМИЛЕТНЕЙ ПРОВОЛОЧКИ был, наконец, издан - и совершенно ясно, что под полным контролем Миллера и Шлецера, - труд Ломоносова по русской истории. И то лишь первый том. Скорее всего, переписанный Миллером в нужном ключе. А остальные тома попросту "исчезли". Наверное, с ними возиться не захотели. Так и получилось, что имеющийся сегодня в нашем распоряжении "труд Ломоносова по истории" странным и удивительным образом согласуется с миллеровской точкой зрения на историю. Даже непонятно - зачем тогда Ломоносов так яростно и столько лет спорил с Миллером? Зачем обвинял Миллера в фальсификации русской истории, [215], с.62, когда сам, в своей опубликованной "Истории" так ПОСЛУШНО СОГЛАШАЕТСЯ с Миллером по всем пунктам? Угодливо поддакивает ему в каждой своей строчке. Наше мнение таково. ПОД ИМЕНЕМ ЛОМОНОСОВА БЫЛО НАПЕЧАТАНО СОВСЕМ НЕ ТО, ЧТО ЛОМОНОСОВ НА САМОМ ДЕЛЕ НАПИСАЛ. Надо полагать, Миллер с большим удовольствием ПЕРЕПИСАЛ первую часть труда Ломоносова после его смерти. Так сказать, "заботливо подготовил к печати". Остальное уничтожил. Почти наверняка там было много интересного. Такого, чего ни Миллер, ни Шлецер, ни другие "русские историки" никак не могли выпустить в печать. P.S. Вот такие были эти "корифеи". Ну, а далее в книге показывается, что имеющаяся ныне "Древняя история ...", приписываемая М.В. Ломоносову, является несомненной фальшивкой, представляющей собой, в лучшем случае, существенно отредактированный первоначальный текст - Mollari

Спасибо за внимание. Всем творческих успехов и удачи!!!
О России, о тайнах её истории, о великом и богатом Русском языке.
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!